Олимпийский треугольник

      Утром я на удивление встала позже всех, окончательно позабыв, что сегодня у меня вылет во Францию. Разлепив глаза, я поняла, что все остальные члены семьи уже давно на ногах, а я едва-едва соображала где я нахожусь: все ещё сплю или это сонный паралич (1)? — Алин! Вставай, сколько можно дрыхнуть? — первая реплика матери сразу после моего пробуждения, — О, ты уже не спишь. Давай, иди завтракай. Чемодан я тебе собрала. — Ты собрала? — переспросила я, вставая с кровати. Я не очень любила доверять кому-то другому сборы чемодана, для меня это было что-то вроде ритуала. Тем более, успокаивало перед стартами. Но тут уж ничего не поделаешь, не буду же я его пересобирать заново. — Да, ты ж вчера без сил уснула в одежде. Хорошо, что Сабина успела стянуть с тебя носки с тапками, — с улыбкой сказала сама, а затем скрылась за дверью, возвращаясь на кухню.       Даня забирает у меня катастрофически много сил. Может, он энергетический вампир? Кто знает…       Помотав головой, я отправилась в ванную комнату.

***

      Спустя некоторое время я уже сидела в такси. Родители проводили меня, а Сабина слезно просила привезти медаль. — Вам в Домодедово, девушка? — спросил приятный таксист в берете. — Да.       Дорога тянулась неимоверно долго по моим меркам, мы как будто часами стояли в пробках. Уже на подъезде к аэропорту мне набрала Этери Георгиевна. — Алин, ну ты где? — поинтересовалась она совершенно спокойно. — Уже подъезжаю, Этери Георгиевна, — поспешила заверить я, когда заметила шлагбаум около въезда на парковку. — Отлично, Даниил Маркович тоже где-то поблизости, — Тутберидзе сделала секундную паузу, — Прихвати его с собой, разрешаю отвесить ему по плечу шапкой, — тренер быстро бросила трубку, а я осталась в замешательстве. — С вас 700 рублей, девушка.       Я быстро протянула деньги, добавив сто рублей на чаевые, а затем, забрав чемодан, направилась в сторону здания, попутно пытаясь поймать взглядом Даню. Но тот так и не появился. В одиночестве я дошла до стоек регистрации, где нас уже ждала Этери. — Ну что? Где этот опоздун?       Я захихикала и пожала плечами. — Без понятия, — все так же с улыбкой ответила я, передавая свой распечатанный билет.       Тутберидзе недовольно выдохнула и попыталась дозвониться до хореографа. А я буквально через минуту была схвачена в объятия, причём со спины. Пискнув от неожиданности, я не могла понять, что происходит. — Прошу прощения за опоздание, — тут же извинился Даниил Маркович перед нами, а Этери, удивлённо подняв бровь и убирая телефон, смерила коллегу непонятным взглядом.       Через полчаса мы уже сидели в зале ожидания. Даня и Этери ушли в «Duty Free», а я осталась читать «Три товарища» Ремарка, совершенно не думая о предстоящих соревнованиях.

***

      Полёт до родины лавандовых полей прошел спокойно, не учитывая тот факт, что мы лишние полчаса крутились над аэропортом из-за очереди самолётов.       Измотанная я замыкала наш стройный ряд фигуристов из России. Мы спешно сели в автобус после всех дел в аэропорту Шарля-де-Голля и отправились прямиком в Гренобль. По дороге я пару раз замечала взгляды Дани в мою сторону, причём чаще всего даже какие-то обеспокоенные. Не придав этому значения, я погрузилась в сон. — Алин, — лёгкий голос над самым ухом, я мигом открыла глаза, а Даня поспешил меня успокоить. — Мы уже приехали.       Вместе мы вышли из автобуса и направились на ресепшн, где уже толпилась команда из нашей страны. Кинув быстрый взгляд на товарищей, я примкнула к Этери, которая что-то объясняла сотруднице отеля. — Об французский черт ногу сломит! — пожаловалась тренер, попутно раздавая нам ключи, — Завтра тренировка в 10 утра, не опаздывать, — объявила Тутберидзе, а сама вскоре поднялась на лифте на свой этаж.       Дудаков также ушёл, а Даня решил последовать за ним, ссылаясь на жуткую усталость после дороги. И как бы мне не хотелось выяснить все по поводу наших взаимоотношений, я была с ним солидарна и решила пойти в номер.       Выйдя на своем этаже, я огляделась: бесконечные лабиринты из коридоров. А снаружи отель казался очень небольшим! Ухнув, я упрямо двинулась куда глаза глядели. Через двадцать минут безуспешных поисков, я решила поискать схему в Интернете, удивляясь почему мне сразу не пришло это в голову. Однако и там ничего полезного я не нашла и, в итоге сдавшись перед вереницей поворотов и дверей, я села ждать постояльцев этого этажа, мысленно моля всех богов, чтобы тот не оказался французом.

***

— Хэй.       Тишина. — Алин!       Я наконец распахнула глаза, пытаясь тут же вспомнить где я. Итак, я уснула на полу около лифта на этаже, где предполагался мой номер, а передо мной стоял с невероятной милой улыбкой… …фигурист из Америки Нейтан Чен. — П-привет, — поздоровалась я тут же вскакивая. — Устала после дороги? — подшутил он, поправляя назад свои непослушные кудряшки. Я улыбнулась. — Да, типа того. Номер! — Нейтан, — обратилась я к нему, и тот тут же одарил меня взглядом своих неистовых темных глаз.       Демон. — Поможешь мне найти номер? Я тут совсем запуталась, — с грустью сообщила я, надеясь что Чен не откажет.       И ведь не отказал. Не отказал, черт возьми, сам едва зная этот злополучный этаж. А, может, судьбоносный пятый этаж? — Без проблем, — вновь эта улыбка. Непринуждённая, незаурядная. И будто не видела Алина сотню таких в своей жизни, но улыбка Нейтана была по-особенному хороша и располагала к себе.       Мы дошли буквально за пару минут, а позже выяснилось, что я и Нейтан вообще-то соседи. Усмехнувшись этой ситуации, я пожелала американцу спокойной ночи, взглядом провожая копну непослушных чёрных кудрей.

***

      Следующее утро вышло слишком суматошным. Все вокруг как будто и вовсе не знали, что предстоит делать. Расположение отеля было не очень удобным с точки зрения пути до катка: он занимал почти 15 минут на автобусе, и бог знает сколько пешком.       И огромной толпой фигуристов из разных стран, мы кое-как двинулись в путь.       Глаза мои неприятно слипались, а музыка не подбадривала, лишь клонила в сон. Практически всю ночь я думала о том, что мне все же было приятно и внимание Нейтана, и его такая детская улыбка. А с другой стороны есть Даня: такой пылкий, эмоциональный, что с ним едва хватало воздуха. И со всем этим мне предстояло разобраться прежде, чем я выиграю этап во Франции. — Ты сколько спала, чемпионка? — тихонько спросил Глейхенгауз, подойдя из-за спины. Я тихонько вздрогнула от неожиданности, а затем шепотом ответила: — Меньше положенного.       Вышло сухо, но сейчас мне едва хватало сил на сантименты. Особенно перед тренировками. — Давай просыпайся, — посоветовал Даня, а следом оставил легкий поцелуй на моей щеке.       Знаете, проснуться получилось сразу же.

***

— И! — крикнула Этери, поднимая руку в такт моим движениям, — Раз! Прыжок! Взмыла вверх!       Приземлившись, я едва успела отъехать подальше от борта ледовой арены. — Лучше, — монотонно ответила Этери, взглянув на Даню. Тот пожал плечами, — Подъедь сюда.       Я покорно метнулась к бортику. — Ты чего такая нервная? — тихо поинтересовалась Этери, внимательно смотря на меня.       Этери Георгиевна, я запуталась в своей личной жизни! Да весь мой вид буквально кричит об этом. — Плохо спала, — соврала я, а Этери все-таки поверила, потому что расспросов далее не последовало. — Как вернёмся, сразу ляжешь отдыхать, — кинула наконец тренер, а затем кивнула в сторону льда, — Давай, прыгай.       К концу утренней тренировки я была словно выжатый лимон. Казалось ещё чуть-чуть, и я лягу спать прямо в автобусе. Но мне хватило сил подняться на свой этаж, игнорируя попытки Дани вывести меня на серьезный разговор. Только не сейчас. — Увидимся вечером, — сказал он напоследок, когда я покинула кабину лифта.       Вечером… вечером… — Осторожно!       Я мигом оказалась в чьих-то крепких руках. Вяло подняв голову, я заметила Нейтана. Тот обеспокоенно смотрел на меня и держал, а я повисла совершенно. — Все в порядке, — быстро собралась я, ускользая из его крепкой хватки. Нейтан этому вранью конечно не поверил. Парень скрестил руки на груди и все так же внимательно на меня смотрел. — Врешь и не краснеешь, — он усмехнулся, — Сколько ты спала сегодня? — спросил Чен, когда я направилась в сторону номера, а он увязался за мной. — Не так много, как хотелось бы, — пожаловалась я, косясь на Нейта. Тот осуждающе покачал головой. — Ночью надо спать, — вдруг выдал Чен, а я даже не поняла, как это воспринимать: то ли двусмысленная штука, то ли проявление заботы. Списав все на неудачную шутку и уже почти забыв об этой фразе, я с улыбкой обернулась к парню, когда мы оказались около нужной двери. — До встречи вечером, — проговорил Нейтан мягко и помахал рукой.       Его голос и манера речи так отличались от Дани. Подача себя, вечная улыбка, темные глаза настолько, что можно быть уверенным, что пропадёшь. И кудри — ох, эти непослушные темные волны — не могли не завладеть чужим вниманием.       Упав на кровать совершенно без чувств, я быстро провалилась в сон.       «До встречи вечером».       А что меня ждало?

***