Give Me Lilies/ Подари мне лилии

- Как мы сюда попали? Как это случилось? - спросила Миранда, ставя бокал на каменный выступ своего балкона. Андреа покачала головой и допила стакан односолодового виски. Ей тоже стало интересно, как она оказалась на балконе в отеле в Лос-Анджелесе, выпивая в полдень с Мирандой Пристли. Только один человек мог быть ответственным за этот момент, и, к сожалению, это человек, с которым они только что попрощались: Найджел Киплинг. Последние восемь лет он работал креативным директором в Juicy Couture в Лос-Анджелесе. Основателям было ясно, что компания начинает терять популярность среди богатых и знаменитых, и Найджел был привлечен, чтобы помочь модному бренду превратиться в прибыльную розничную модель, которая будет доступна в универмагах по всей стране к 2015 году. Андреа хотелось, чтобы он продержался еще четыре месяца, как раз к началу года, когда Juicy представит свою коллекцию в сетевых универмагах. Но она знала, что он страдал последние несколько месяцев, и продлить такую жизнь было бы жестоко. Четырнадцать месяцев назад у него была диагностирована агрессивная форма рака простаты. Он начал получать химиотерапию и лучевую терапию сразу же, но в конечном итоге диагноз стал смертным приговором. В конце концов, Найджел пожалел, что решил лечить рак. Химиотерапия сделала его больным и слабым, больше, чем сама болезнь. Андреа виделась с ним, по крайней мере, один раз в год, когда Найджел бывал в Нью-Йорке или когда ей приходилось посещать Лос-Анджелес, что было гораздо реже. Она специально приехала навестить его сразу после первого курса химиотерапии. Он нанял медсестру, но она знала, что он ценил и ее присутствие. Сначала он смущался из-за своей уязвимости, но быстро оценил комфорт и силу, исходившие от его молодой подруги. После этого они разговаривали по телефону каждый день. Иногда просто текстовое сообщение, иногда ночные трехчасовые звонки. Они попробовали и скайп, но по мере развития болезни он обнаружил, что не хочет, чтобы его изможденные черты преследовали молодую женщину. В последний раз она видела его всего девять недель назад, когда она была в Лос-Анджелесе в деловой командировке. - Я давно не видела его, - сказала Миранда, опуская бокал с янтарной жидкостью. - Я все время говорила ему, что приеду на выходные, а потом мне приходилось отложить, или ему отменить, и теперь… - Ее голос затих в утреннем воздухе. Андреа мягко положила руку на руку Миранды, обе женщины смотрели вдаль на океан. - Когда я виделась с ним в феврале, - добавила она, - у него на тумбочке была стопка писем от тебя. И прекрасная орхидея, он сказал мне, что ты прислала ее. Миранда кивнула и подняла подбородок вверх, быстро моргая. Слезы текли по ее щекам. - Он знал, - сказала Андреа, нежно проводя большим пальцем по руке женщины. Миранда сглотнула и вытерла слезы со щеки и подбородка. - Мои девочки хотели приехать раньше. Но я сказала им, что Найджел не хотел бы, чтобы они пропускали школу. А на этой неделе у них экзамены, или, по крайней мере, у Кэссиди. Кажется, у Кэролайн более гибкие сроки. Не спрашивай меня, почему она выбрала литературу, без обид, конечно. Андреа тихо хихикнула. – Даже не думала. Я знаю, что Эмили хотела приехать, но ей пришлось остаться дома с маленьким Теодором. - А я послала Серену наблюдать за съемками в Найроби, - сказала Миранда, качая головой. - Ты не знаешь, думал ли он вернуться в Нью-Йорк? Или почему он этого не сделал? Андреа убрала руку и схватилась за бетонное ограждение балкона, вспоминая их разговор.

***

- Вернись со мной в Нью-Йорк, ты можешь жить со мной. У меня есть гостевая спальня. Я работаю по десять часов в сутки, так что у тебя будет время на себя, а потом я составлю тебе компанию по вечерам, - предлагала она, пытаясь убедить его. - А что ты расскажешь бесконечному потоку великолепных женщин в твоей постели: «О, дорогая, не обращай внимания на моего дядю, он даже не слышит нас»? - Найджел! Я серьезно, - сказала она, игриво хлопая его по руке. - И, к твоему сведению, такого не было уже давно. Я даже не встречаюсь ни с кем больше. Эмили, Серена и я вот мой круг общения сейчас. Мы все сейчас живем в Бруклине, и они пытаются забеременеть. Найджел, мы все скучаем по тебе. - Я не могу показать свое лицо там, в этом городе. Я столкнусь с ней, я просто знаю это. - Ты так и не объяснил, почему так быстро уехал после Парижа. - И я не собираюсь. Это слишком унизительно, - ответил он. - О, давай. В Париже я переспала с Кристианом Томпсоном, стучала в дверь Миранды Пристли, как сумасшедшая, прервала ее встречу с генеральным директором, сказала «иди на хуй» самой влиятельной женщине в издательском деле, бросила телефон компании в фонтан. Вот это было унизительно. Найджел пристально посмотрел на нее. - В ту ночь, в ночь после завтрака в отеле, после того, как она по-королевски подставила меня, и после того, как ты сбежала как Золушка с бала, Миранда и я пили в баре внизу. Мы оба сидели там одни, и только когда другие посетители разошлись, я заметил ее. Глаза у нее были стеклянные, и она неуверенно прошлась в дамскую комнату и обратно. Когда бар закрылся, я помог ей спуститься с ее табуретки, и мы направились к лифту. Никто из нас не сказал ни слова, но она позволила мне довести ее до номера. - Я открыл дверь и провел ее внутрь, где она упала прямо прямо в дверях. Я не знаю, споткнулась ли она о свои ноги или на ковер или что-то еще, но ее рука все еще была в моей, поэтому она притянула меня к себе. Она начала истерически смеяться, и я присоединился к ней, но вскоре сломался, рыдая, как ребенок. Она перестала смеяться и наклонила голову так, как умеет только она, уставившись на меня, словно никогда раньше не видела, чтобы кто-либо выражал эмоции. Своими слезами я пытался объяснить, что я навсегда застряну в ее тени, что я никогда не буду счастлив, что она никогда больше не предложит мне повышение по службе. «О, Найджел», сказала она этим отвратительным голосом. Это было снисходительно, но в то же время ласково. Она неловко поднесла руку к моему плечу, и я повернулся к ней. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, и я не знаю, что на меня нашло. Я поцеловал ее. Не один раз и не дружеским поцелуем. Я целовал ее так, словно от этого зависела вся моя чертова жизнь, словно это обеспечило бы мое выживание. Забавно, это было как раз наоборот. Когда она, наконец, оттолкнула меня, боже, я все еще вижу этот взгляд в ее глазах. - Так вот почему ты ушел? Вероятно, она нашла это место в Juicy для тебя, лично потребовала, чтобы они сделали тебе предложение, а затем рассказывала всем, как печально, что «Подиум» теряет такого давнего друга и сотрудника. - Да. У меня не было выбора. Она прямо сказала мне: «У тебя нет выбора в этом вопросе».

***

Андреа вздрогнула, вспомнив о жестокой манипулятивной стороне женщины, стоящей рядом с ней. Она тщательно выбрала свои следующие слова. - Я не думаю, что он чувствовал, что у него был выбор в этом вопросе. Редактор резко вздохнула и повернулась к Андреа, которая все еще смотрела вдаль. В тот момент она поняла, что Найджел рассказал девушке все. Она задавалась вопросом, как долго Андреа это знала. Она глубоко вздохнула и повернулась к океану. - Есть много вещей, о которых я сожалею. Прости, - сказала она, ее голос был едва слышен. Теперь Андреа повернулась к ней лицом, глядя на нее в шоке. Ее глаза молча просили объяснений. - У меня не было возможности извиниться перед ним, нет, подожди, это неправда. Был шанс, я просто не воспользовалась им. Я не хочу совершать ту же ошибку с… - ее голос смолк, но они обе знали, что она почти сказала «с тобой ». Андреа снова положила руку на руку Миранды. - Не мучай себя. Это было сложно, и он знал это. Он мог… - Она была прервана звуком своего мобильника из комнаты. - Тебе пора, - сказала Миранда, отрывая руку и заходя внутрь. Андреа последовала за ней, схватила сумочку и увидела, что пропущенный звонок был от Эмили. Когда Миранда потянулась к двери, Андреа положила руку ей на плечо. - Он знал, что ты любишь его, - сказала она. Миранда отпустила ручку двери и подняла руки, чтобы прикрыть лицо, пытаясь сдержать слезы. Андреа осторожно притянула ее ближе и обняла. - Когда ты возвращаешься назад? - спросила Андреа через некоторое время. - Сегодня в одиннадцать тридцать, - ответила Миранда, отступая от их неожиданных объятий. Red Wings Airlines. - О, я тоже! Рейс Дельта 2394, верно? Миранда кивнула. Справедливости ради, она не имела ни малейшего понятия, какая авиакомпания или номер рейса был забронирован, но она вспомнила, как ее помощница сказала, что это был единственный прямой рейс из Лос-Анджелеса в аэропорт Кеннеди в ту ночь. - Ну, тогда я уверена, что увидимся позже. Миранда открыла дверь, уже выходя, она обернулась: - Я сожалею о твоей потере, Андреа. Вы были очень близки с ним. - Спасибо, - прошептала молодая женщина. Вернувшись в номер, она перезвонила Эмили, потому что хотела убедиться, что с маленьким Теодором, ее трехмесячным ребенком, все в порядке. Оказалось, что с Теодором все в порядке. Эмили была помощником креативного директора в Allure Magazine, и она позвонила, потому что некоторые фотографии ее и Миранды с похорон Найджела только что были размещены в интернете. Андреа рассказала, что она немного поговорила с Мирандой, и не хотела вдаваться в подробности, в основном, потому что она не хотела слышать от тех двоих, как ей нужно «перебить» в своей памяти Миранду. Забавно, что не было такой вещи, как возможность «перебить» кого-то столь же запоминающегося, как Миранда Пристли. - Клянусь, это был просто короткий разговор. Мы обе знали его, и, по-видимому, мы были единственными из Нью-Йорка, кто приехал. Ничего больше, - успокоила ее Андреа. - Сакс, тебе лучше сказать правду. Теперь нас трое и я не думаю, что мы сможем позволить повторить те твои жалкие рыдания на нашем диване, - как обычно жестко сказала Эмили. - Слушай, мне пора. Бранч в воскресенье? Серена вернется завтра вечером. - Звучит здорово. Передайте Теодору, что тетя Энди скучает по нему, - сказала она, прежде чем закончить разговор. Она заказала обслуживание в номерах, так как поняла, что ничего не ела с утра, а затем попыталась проверить электронную почту. Ее краткий разговор с Мирандой выбил ее из колеи, и работа была последней вещью, на которой она могла сосредоточиться в данный момент. Вместо этого она схватила сумку и пошла в Старбакс. Смена обстановки поможет ей очистить разум. В другой части отеля, в своем номере, Миранда свернулась калачиком на шезлонге на балконе с бокалом любимого Найджелом сорта виски. Андреа Сакс была последней, кого она думала увидеть сегодня. Дизайнеры, модели, руководители издательств, конечно. Она была готова к этому. Но к Андреа она не была готова. Прошло почти семь лет с тех пор, как она последний раз разговаривала с ней, и это был даже не настоящий разговор, это было электронное письмо. Через несколько недель после того, как Андреа заняла должность младшего репортера в «Зеркале» , она отправила электронное письмо, в котором поблагодарила ее за рекомендацию и объяснила, как она была благодарна за все, чему научилась за время своей работы в качестве помощницы. Миранда ответила очень коротко, желая ей удачи в любых будущих начинаниях. Ничто не указывало на какой-либо контакт в будущем, и Миранда осознанно предпочла это. Но мысли о молодой женщине не ушли. Она была наглой девчонкой, когда работала на нее, но тогда уже было что-то, что привлекло Миранду. Теперь она стала старше, они обе стали. Она повзрослела, но все же сохранила что-то прежнее. Миранда не могла понять, что именно, и, возможно, она ошиблась, когда впервые определила это как наглость. И дело в том, что это все еще присутствовало в ней, и это было еще более привлекательным, чем когда-либо прежде. Что бы прояснить свои мысли, она встала с шезлонга и вернулась в номер, собирая вещи. Она была в Лос-Анджелесе всего двадцать восемь часов, поэтому вещей было немного, но она хотела, чтобы все было готово к отправке, когда придет пора ехать в аэропорт позднее тем же вечером. Когда все аккуратно было сложено у двери, она забралась на кровать и решила, что постарается вздремнуть.

***

Андреа глубоко вздохнула, ее рука зависла над дверью. Каждая клетка в ее теле кричала ей, чтобы она ушла, но она помнила слова Найджела в тот последний раз, когда она посещала его. «Она любила тебя, шесть.» Выпрямившись, она закрыла глаза и дважды постучала в дверь. Она знала, что это рискованно. Редактор уже позволила своим стенам рухнуть ранее в тот же день, и можно было ожидать, что к этому времени они снова станут сильнее и выше, если, конечно, она еще не уехала в аэропорт. И все же она знала, что Найджел хотел бы этого. Он хотел бы, чтобы она попробовала. Она могла просто представить, как он улыбается, беря на себя всю ответственность. - Минутку, - отозвалась Миранда изнутри, включая свет. Из коридора Андреа слышала, как быстро приближаются ее шаги. Они остановились, и на минуту ей стало интересно, откроет ли она, поняв, кто за дверью. Дверь открылась на ширину двух пальцев. - Да? - Спросила она довольно нетерпеливо, Андреа могла поклясться, что женщина спала. - Привет, извини, что беспокою тебя. Хочешь, поедем вместе в аэропорт? У меня машина будет через десять минут. Миранда посмотрела на нее в замешательстве. – Сколько… - Сейчас 9:35 вечера, - усмехнулась Андреа. Она тайно гордилась тем, что все еще могла предвидеть вопросы Миранды. - Ах, да, конечно. Говоришь, что у тебя есть машина? - В 9:45 будет, то есть через десять минут. Если тебе нужно немного больше времени, я не против подождать, - сказала Андреа. - Ты уверена? Мне нужно несколько минут, чтобы привести себя в порядок. - Уверена. Я буду ждать тебя в вестибюле внизу, - сказала Андреа, поворачиваясь и направляясь к лифту. Миранда закрыла дверь в свой номер и прижалась лбом к прохладному дереву. Что-то заставляло ее волноваться, она не хотела заставлять Андреа ждать по какой-то причине. Возможно, просто похороны привели ее в такое странное настроение. Думая о бывшем друге, она не могла не вспомнить обстоятельства смерти своей матери… Быстро покачав головой и оттолкнувшись от двери, она направилась в ванную, чтобы освежить волосы и макияж, прежде чем присоединиться к молодой женщине внизу. Они ехали молча как минимум десять минут, прежде чем кто-то из них заговорил. Миранда, возможно, не самый хороший человек в мире, но она определенно не была неблагодарной. - Спасибо за поездку, Андреа, - промолвила она, нарушая тишину. - Конечно. Было бы глупо брать две машины, - ответила Андреа. - Плюс, это как в старые времена. - В ту же секунду, когда слова покинули ее рот, она поняла что сказала. В последний раз, когда она была в машине с Мирандой, она прокляла ее и ушла. - Я должна извиниться перед тобой, - пробормотала она, слегка наклонив голову. - За что? - спросила Миранда. - За то, что я сказала в Париже. Это было неуместно. Я не должна была этого говорить, и мне жаль. - Я признаю, что это застало меня врасплох. Я думала, что эти слова были зарезервированы для автомобильных столкновений и семейных споров. Андреа пожала плечами. - Это, вероятно, правда. Несмотря на это, это было непрофессионально. - Ты имела все это в виду? - Что? - Тогда когда ты все это сказала мне, ты имела это в виду, Андреа? - спросила Миранда. - Нет. Конечно, нет! Я была просто… я была расстроена, зла... - Ну, тогда извинения приняты, - сказала Миранда. Она не была уверена, почему так легко сняла ее с крючка, но что-то в том, как молодая женщина была расстроена из-за ситуации, огорчило ее. Андреа смотрела на нее с ошеломленным выражением лица. – И давай больше не будем обсуждать Париж. Согласна? - Согласна. - Андреа повернулась, чтобы посмотреть в окно, зевок сорвался с ее губ. - Ты устала? Я не против, если ты закроешь глаза на несколько минут, - предложила Миранда. - Нет, я в порядке. - Андреа повернулась к женщине рядом с ней. - Я не жду, что ты поговоришь со мной. Я знаю, это не то, что ты делаешь. Я имею в виду, это приятно, но к этому трудно привыкнуть. Я имею в виду, что говорить с тобой приятно. - Она прикусила губу и медленно закрыла глаза. - Хорошо, я сейчас заткнусь. Миранда тихо хихикнула. - Ты не представляешь, как…- она позволила своему голосу затихнуть. - Я рада, что ты так умело обращаешься со словами, Андреа. Это довольно милое качество. Андреа не знала, как на это реагировать, поэтому просто кивнула и сосредоточилась на руках, лежащих на коленях. - Я выгнала Найджела. Если бы не я, он бы все равно остался в Нью-Йорке. Но ты знала это, не так ли? - Знала. Теперь настала очередь Миранды смотреть вниз на свои руки. - До сегодняшнего дня я не осознавала, насколько близки вы были с ним. Я имею в виду, даже после «Подиума». - Найджел не винил тебя, - сказала Андреа. - Конечно, нет. Я уверена, что он винил себя, - быстро сказала Миранда. - И это еще хуже, не правда ли. Он винил себя, когда это я, он должен был ненавидеть меня. - Но он не ненавидел, - сказала Андреа, поправляя ее. - Черт, - пробормотала Миранда, зажимая переносицу. - Ты знаешь, я не всегда была такой... холодной, требовательной, бесчувственной, не желающей общаться. Андреа поняла, что Миранда начинает более глубокое объяснение, поэтому она не стала вмешиваться. Хотя это уже не имело значения. Они свернули в аэропорт, Миранда села и надела солнцезащитные очки. Неважно, что это было больше десяти вечера. Стены были выстроены вновь. И еще говорят, что Рим строился не один день.