Огненные Фанты

Люциус сидел у камина в своём кабинете. За окном падал снег, придавая парку Малфой-Менор сказочный вид, но хозяина поместья не трогала красота зимнего пейзажа, он отрешённо смотрел на огонь. Внезапно цвет пламени изменился, его языки взметнулись до самого дымохода, рассыпаясь зеленоватыми искрами, и из камина шагнул высокий шатен, шумно стряхивая с одежды пепел и золу. - Салазар всемогущий! На какие только жертвы я не иду ради тебя, Люц! – простонал мужчина, оглядывая свой сюртук и подол мантии. – Путешествие по каминной сети! Это же ранний Неолит! - Не ожидал, что ты рискнёшь явиться таким путём. - А что мне оставалось, если ты наложил на поместье Чары, и трансгрессировать бесполезно! - Прости, для тебя всё-таки стоило сделать исключение. - Что происходит?! Объясни, наконец! – Кристиан Норинген укоризненно посмотрел на Малфоя. – Ты уединился в своём особняке, перестал бывать в «Имажине» и на светских приёмах. Говорят, даже в министерстве Магии появляешься только по необходимости! - Раз уж ты нарушил мой покой, то располагайся, будь как дома, - Люциус грустно улыбнулся. – Честно признаться, я рад тебя видеть. - Хотелось бы ответить любезностью, но твой внешний вид скорее вызывает тревогу, - склонившись над блондином, гость принялся изучать его лицо. – Что это? Щетина? У ТЕБЯ??? - Сядь, Кристиан! Сделай одолжение! – Малфой жестом указал на пустое кресло, стоящее рядом. - Я уже не Тиан? Может, тогда лучше перейдёшь к официальному обращению - «мистер Норинген»? – шатен выпрямился. – Мне нужно срочно выпить! - Ради Мерлина! Не драматизируй! – Люциус сделал глоток из бокала. - Что это? – гость с ужасом уставился на бокал в руке собеседника. – Виски? Ты пьёшь виски?! - Как видишь, - Малфой кивнул в сторону бутылки, стоящей на рабочем столе. – И себе плесни. Бокалы в верхнем ящике. Не проронив ни звука в ответ, совершенно обескураженный Норинген подошёл к столу, достал бокал и наполнил его почти до краёв. Устроившись в кресле, он залпом выпил виски и замер. Повисла тягостная тишина. - Твоя реакция понятна, Тиан. Я столько раз подтрунивал над тобой, высмеивая тягу к виски. Моё мнение не изменилось – это напиток черни. Негоже таким утончённым аристократам, как мы, уподобляться простому люду, но… я быстро и надолго пьянею от виски, а сейчас это именно то, что нужно. - Меня вдруг осенила догадка – ты неизлечимо болен? – в голосе гостя послышался неподдельный испуг. - Нет, друг мой! Я здоров! – Люциус вымученно улыбнулся. - Тогда в чём дело? Ты разорён? Тебя увольняют с поста Главы Попечительского совета? Разводишься с женой? Драко отчисляют из Хогвартса? - Ни то, ни другое, ни третье. Что касается Драко, то он, конечно, наломал дров, но не таких, чтобы его отчислять. Сегодня вечером он будет здесь – нам предстоит серьёзный разговор. - То есть, ты ничего мне не расскажешь? - Могу заверить – нет причин для беспокойства. - Я бы предположил, что ты влюблён, и влюблён безнадежно, но ты никогда не знал отказа и, кроме того, слова «любовь» нет в твоём лексиконе. - Ты несправедлив, - укорил друга Малфой. – Я люблю свою семью, люблю тебя, в конце концов. - Это другое. Я не имею в виду дружеские чувства и привязанность к родственникам. Я говорю о настоящем большом чувстве, которое ты никогда не испытывал. Так же, как и я. Мы с тобой бонвиваны, гедонисты, хозяева жизни. Мы наслаждаемся своими лёгкими увлечениями, сексом, но не теряем головы. - Да… Всё так… - Люциус вздохнул. - Тогда что тебя угнетает? - Будем считать это лёгкой депрессией. - Лёгкой?! – Норинген встал и направился к столу. Шедро плеснув виски в бокал, он сделал большой глоток. – Ты не был в «Имажине» больше двух месяцев! – он проследовал к своему креслу и снова сел. - Всего лишь три недели прошло! - Ты про тот раз, когда заперся в номере и никого не принимал? Ну, так он не в счёт! Удивительно, как ты ещё тогда сподобился заказать себе мальчишку, в таком-то настроении! Надеюсь, плотские утехи тебя немного развлекли? - Я не для секса его заказывал. - А для чего тогда? - Просто хотелось поговорить с кем-нибудь. После этих слов лицо Кристиана побагровело. Стиснув кулаки, он порывисто встал, схватил мантию со спинки стула и шагнул к камину, но Люциус остановил его, резко схватив за локоть. - Многие считают меня подлецом, но я не настолько испорчен, чтобы стирать память лучшему другу! – Малфой посмотрел в глаза Норингена с невыразимой тоской. – Иногда проще общаться с незнакомцами и применять к ним Obliviate, чем обременять близких людей своими проблемами. - Значит, есть что-то, чем ты не хочешь поделиться даже со мной, – шатен тяжело опустился в кресло. - Это всего лишь блажь… Она скоро пройдёт, и мы с тобой потом вместе посмеёмся над ней. - А как Нарцисса смотрит на всё это безобразие? – гость театрально простёр руку к семейному портрету на стене. – Сквозь пальцы? - Она, разумеется, выражала тревогу, но, не нарушая границ моего личного пространства. Ты прекрасно знаешь, что мы – образцовая семья, в нашем доме тёплая, доверительная атмосфера, но каждый живёт своей жизнью. Цисса – замечательная женщина, я искренне восхищаюсь ей и временами даже жалею, что люблю её только как сестру, - хозяин дома не спеша подошёл к столу и наполнил бокал на треть. - Иными словами, ты сумел усыпить её бдительность. - Вне всяких сомнений. Малфой кинул равнодушный взгляд из окна на запорошенные деревья парка. Хлопья снега, медленно кружащие в небе, ненадолго заворожили наблюдателя. В кабинете было тихо, только дрова потрескивали в камине. - Скажи честно, я проницательный? – хозяин дома повернулся к гостю. - Шутишь? Среди элиты магического сообщества ни для кого не секрет, что ты видишь людей насквозь - любую фальшь, даже самую искусную игру, чувствуешь нутром! - Оказалось, не любую… - Да Мерлина ради! О чём речь? Моя голова уже раскалывается от загадок! - Прости, - Люциус тряхнул головой, словно отгоняя навязчивые мысли. – Сегодня я не лучший собеседник. - Наверное, бесполезно звать тебя в «Имажин»? - Абсолютно. - Тогда позволь откланяться. - Спасибо, Тиан, - Люциус печально улыбнулся. – Я высоко ценю твою тактичность и терпение. - Так я же люблю тебя, шельму! - Это взаимно, поверь. - Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку, притом, в любой ситуации. - Хвала Салазару. - Хвала не Салазару, а мне! – Норинген встал и обнял друга. – Надеюсь скоро увидеть тебя цветущим и в отличном настроении! - Я приложу все усилия. - Хорошего вечера! - И тебе! Ободряюще улыбаясь другу, Кристиан шагнул в камин. Бросив себе под ноги щепотку летучего пороха, он исчез в зеленоватом пламени.

***

Гостиная Малфой-Менора представляла собой редкое гармоничное сочетание роскоши и изысканности - она была обставлена со вкусом. Высокородные маги, которые удостаивались привилегии быть приглашёнными в особняк, неизменно восторгались старинной мебелью, предметами интерьера и великолепными картинами. Люциус уделял особое внимание деталям декора, а Нарцисса обладала незаурядным мастерством флориста – дом утопал в цветах в любое время года. Затушив сигарету, хозяин поместья перевёл взгляд с пышного букета тубероз в напольной фарфоровой вазе на настенные часы. Пробило шесть. - Отец! – Драко вынырнул из камина так стремительно, что Люциус невольно вздрогнул. – Я всё сейчас объясню! – сын судорожно вцепился в руку родителя, удобно расположившегося на диване. - Успокойся, Драко! Беды не случилось! Просто хочется понять, что тобой двигало? – глава семейства лукаво посмотрел на наследника. – Какой тролль тебя за язык тянул? - Это всё Уизли, близнецы Уизли! – выпалил Малфой-младший, гневно сжимая кулаки. – Они взяли меня на «слабо»! - Сядь, - Люциус сделал приглашающий жест, указав на место рядом с собой. – И расскажи всё по порядку. - Ненавижу! Всю семейку нищебродов Уизелов ненавижу! – прошипел Драко с перекошенным от злости лицом. – Но Дамблдора я ненавижу ещё больше! - Я тоже, мягко говоря, не питаю любви к директору Хогвартса, однако не выплёскиваю ему в лицо, всё, что думаю. Не забывай, ты - представитель одного из древнейших и богатейших родов чистокровных магов, и должен вести себя соответственно! - Да я всегда об этом помню! – Драко сел рядом с отцом. – Но я не мог поступить иначе! Фанты не оставляют выбора! - Фанты? Какие Фанты? – Люциус заметно напрягся и придвинулся к сыну. - Фантазия у близнецов богатая, тут не поспоришь. У них вечно куча всяких фишек и приколов. А началось всё вот с чего, - Малфой-младший откинул чёлку со лба. – Неделю назад возвращаюсь из библиотеки и вижу картину – в гостиной Слизерина сидит Гойл с розовыми волосами! Ты можешь себе представить? Я метнулся к нему, спрашиваю, мол, кто тебя так, а он мне – никто, это я сам. Оказалось, он давно хотел перекрасить волосы в розовый цвет, но боялся, что все будут над ним издеваться. Я удивился смелости Грега, учитывая, что в гостиной все косо смотрели на него, а некоторые откровенно давились смехом и покручивали пальцем у виска. И тут он мне выдаёт – спасибо, мол, близнецам Уизли и их Фантам, иначе он бы никогда не решился осуществить свою мечту! - При чём тут мечта? Фанты всего лишь глупая детская игра. - Нет! Огненные Фанты Уизли совсем не игра! Это магия, очень сильная магия! - О чём ты говоришь? - Не сбивай меня, папа, а то я забуду что-нибудь важное, - Драко сосредоточенно наморщил лоб. – Так вот, как только Грег закончил со своими благодарностями в адрес близнецов… - Ты пошёл их искать, - закончил Люциус начатую сыном фразу. - Ну не мог же я спустить им с рук откровенного издевательства над моим другом, который стал посмешищем Слизерина! После ужина я подловил Уизелов и потребовал объяснений. В ответ на мои слова они заржали, как кони! И добавили, мол, Гойл - молодец, не побоялся сыграть в Огненные Фанты и, в итоге, сделал то, что хотел больше всего! А вот я, типа, трус, и мне слабо. Я был просто в бешенстве! - И полез на рожон, - Малфой-старший потёр виски. - Да! – выкрикнул Драко. – Я сказал им, что готов сыграть в их сраные Фанты! - В кого ты такой максималист? - Наверное, в тётку Беллу. - И как всё было… с этими Фантами? – Люциус нервно закурил. - Сперва Уизелы меня заверили, что я никого не убью, даже если очень хочу, и никому не смогу причинить вреда или покалечить – магия Огненных Фантов не поддерживает желания, связанные с причинением физического ущерба. Впрочем, предупреждение было напрасным, я и не собирался никого убивать. - И что дальше? - Они принесли небольшой холщёвый мешочек, велели сунуть в него руку и вытащить Фант. - Вот так просто? – Малфой-старший выпустил еле заметную струю дыма изо рта. - Именно. Но потом разворачиваешь Фант, читаешь, и в голове словно что-то переключается. Вдруг чётко и ясно осознаёшь, что только одно сейчас важно – реализовать своё желание, во что бы то ни стало! И не чувствуешь тормозов – становится безразлично, какие будут последствия, кто что скажет или подумает – в мозгу пульсирует цель, всё остальное перестаёт существовать! - То есть Фант - не приказ, а требовательный призыв к действию… Фанты лишь придают смелости… - Люциус прикрыл глаза ладонью. - Именно! Я бы никогда не дерзнул высказать Дамблдору то, что я о нём думаю! А тут у меня появилось ощущение, что не будет мне покоя, если я смолчу. - И поэтому на собрании старост, когда туда пришёл Дамблдор… - Я встал и выговорился, - Драко поник головой. – Это ведь Перси Уизел донёс Фаджу? - Тут без вариантов, ты же понимаешь, - Люциус потушил окурок о край серебряной пепельницы. – Если честно, то мысленно я воздал тебе хвалу за храбрость, когда услышал эту историю от Корнелиуса. Наконец-то хоть кто-то дал понять директору Хогвартса, что не разделяет его мнения о равенстве всех магов, и не приемлет его взгляды на совместное обучение волшебников, вне зависимости от происхождения. Я считаю, что Хогвартс не какой-то там замшелый Дурмстранг, а привилегированное учебное заведение, и в нём должны учиться исключительно дети чистокровных магов – никаких полукровок и, уж тем более, маглорождённых. Я не осуждаю твой поступок, Драко, я им горжусь. - Спасибо, отец, - Малфой-младший порывисто обнял родителя. – Если честно, я не жалею о содеянном. Я рад, что всё так вышло. - Фадж, разумеется, тоже довольно потёр руки, узнав про инцидент, но теперь ему мерещится идея заговора. Дело в том, что подруга Поттера - Грейнджер, прислала письмо Корнелиусу, в котором раскритиковала Амбридж - и как преподавателя Тёмных Сил, и как ставленницу министерства Магии. Впрочем, увесистый свиток трудно назвать письмом, я видел его и даже успел прочесть пару тезисов. Эта грязнокровка умеет выражать свои мысли и аргументировать. Фадж просто в ужасе. Он боится бунта. Завтра меня вызывают в министерство. - Это всего лишь Фанты безумных Уизли! – Драко возвёл глаза к потолку. - Думаю, Корнелиус захочет выяснить, насколько безобидно изобретение близнецов. Но разговор строго между нами. - Я никому не скажу! - Кстати, хотелось бы взглянуть на твой Фант. Ты его не уничтожил, надеюсь? - Нет, храню на всякий случай, - Драко охлопал карманы. – Вот! – он протянул отцу сложенный вчетверо листок бумаги. Едва Люциус развернул его, края загорелись знакомым красноватым пламенем и сразу обуглились, но слабый переливающийся огонь тлел, пока Малфой читал незатейливое содержимое Фанта.

Огненные Фанты Фреда и Джорджа

Драко Малфою надлежит высказать Альбусу Дамблдору всё, что накипело в душе.

- Предельно кратко и по существу, - Люциус сложил листок и отдал сыну. – Не думаю, что Дамблдор пожалуется Фаджу, он же весь такой из себя великодушный и всепрощающий. Последствий для тебя не будет, но прошу, больше никаких сомнительных авантюр, подобных этим Фантам. И держись подальше от гриффиндорцев. Обещай мне, сын! - Я обещаю тебе быть предельно осмотрительным! – Драко пожал руку отца. – Мне нужно возвращаться в Хогвартс. - И вот ещё, матери обо всём этом знать необязательно. Договорились? - Хорошо, - Малфой-младший устремился к камину. – Увидимся в Рождество! – крикнул он, кинув себе под ноги летучий порох, и исчез в дымоходе