Такой себе панк-рок

      Три часа ночи. Все успокоились и расселись кто где. В квартире было много людей, и Давид попросту не мог утихомирить всех. Со всех сторон доносились разговоры, кашель, а кто-то даже пополз в туалет блевать. Атмосфера небрежной тусовки.       Входная дверь медленно распахнулась и в коридор прошла девушка в черной толстовке. Капюшон был сдвинут на лицо, и из-под него выглядывали кудрявые волосы цвета морской волны.       Почти никто не обращал своего внимания на нового участника затихшей тусы. Вечеринка удалась, а вот как ученики пойдут завтра в школу, никто из них не думал.       Соня с Кириллом и Викой продолжали страдать всякой херней на диване. Сомусева уже сейчас начинала жалеть, что столько выпила, а Кирилл, которому было ничуть не лучше, тихонько посмеивался над ней.       Незнакомка тихо прошла в гостинную и села в угол. Кирилл заметил это и глянул на нее. Узнав знакомую фигуру и волосы, выбивающиеся из-под капюшона толстовки, он притих. Девушка глянула на него в ответ, и капюшон стал медленно спадать с головы, открывая её бледное (БЛЕДНОЕ :>) лицо.       Она, улыбнувшись, сняла капюшон. Короткие, слегка растрепанные волосы спадали на лицо и еле могли коснуться плеч. Соня, болтавшая о чём попало с Викой, посмотрела на Кирилла и, проследив за его взглядом, увидела девушку. — Я сейчас приду. — промямлил Бледный, приподнимаясь с дивана. — Куда? — Сомусева схватила его за рукав, но тот её проигнорировал.       Кирилл дёрнул рукой, тем самым вырвав её из хватки Сони. Парень шёл к голубоволосой, обходя валяющихся на полу одноклассников и не только их. У некоторых на лицах были надписи и глупые рисунки.       Парень схватил девушку за запястья и волоком потащил из гостинной в другую комнату. Кирилл приволок её в кухню и швырнул под стол. — Зачем пришла? — монотонно спросил он, и когда не получил ответа, то перешел на крик: — ЯНА, ТВОЮ МАТЬ, ЗАЧЕМ ТЫ ПРИШЛА? Девушка упала на спину и после тихого стона боли послышался смешок. — Все кричишь... Как тогда, помнишь, ты орал на меня? Из-за той стервы...— Яна, встала и натянула на голову капюшон.       На её лице ядовито сияла ухмылка. В глазах не по хорошему горел синий огонь предвкушения. Она знала, зачем пришла, хотя скорее за кем. — И кстати, как там твоя группа? Которую ты назвал в честь меня? — она улыбнулась высунула язык. — Молли — это твоё прозвище. Яна, ну чё ты... — он не договорил, ибо она перебила: — Не зови меня так! Она привстала с пола, и, пятясь назад, пыталась найти на столе нож.       Бледный проследил за движениями рук девушки. Он понял, что сейчас, если она найдёт нож, на кухне будет труп, а-то и два. Оружие, что так искала голубоволосая, лежало на самом краю стола. Кирилл, заметив это и прикинув свои шансы, быстрым шагом подошёл к Яне и схватил её за руки. — Дура ты... Такая дура... Слов нет. — он шепотом, часто вздыхая, говорил с ней, как с маленьким ребенком, который провинился и которого надо бы наказать, но слишком жаль. Взяв расчёт на оставшиеся чувства девушки к нему, Бледный не ошибся и теперь по её щекам текли слёзы ни то обиды, ни то злости. Он смотрел в её глаза, понимая, что он сейчас как минимум отсрочил свою смерть.       Кирилл держал Яну за тонкие запястья, глядя ей в глаза. Так продолжалось несколько секунд, пока Крюкова не попыталась вырваться. Она уже не могла сдерживать эмоций и пыталась вырвать свои руки из рук человека, кого когда-то... Любила, наверное. Кирилл уже не мог держать девушку и почему-то ему в голову не пришло ничего лучше, чем поцеловать её.       Парень выпустил руки Яны из своих и одной рукой дотронулся до её щеки. Он повернул её лицом к себе и, сам от своих действий ахуевая, другой рукой притянул её ближе к себе за талию.       Крюкова слегка покраснела и уже не пыталась сопротивляться. Она прикрыла глаза и подалась вперёд. Едва их губы соприкоснулись, как со стороны выхода из комнаты послышался дрожащий всхлип, кажется, что-то разбилось. В дверях стояла Соня, которая просто ахуела от происходящего. Не смотря на то, что девушка за эти пару дней влюбилась в свою подругу, ей было ужасно больно из-за того, что Кирилл ничего не сказал. Когда Молли оторвалась от парня, она глянула на Сомусеву, которая, казалось, сейчас разобьётся в истерике, и улыбнулась. — Кажется, твоя подружка пришла.— прошептала голубоволосая парню. Бледный обернулся, продолжая обнимать девушку. Он хотел бы сказать, что ничего между ними нет и не было, но это выглядело глупо даже в его голове и он не сомневался, что в реальности это будет выглядеть ещё более глупо и банально до тошноты.       В горле стоял комок смешанных чувств, поэтому Кирилл тяжело выдохнул и прошептал: — Сонь, я... (Прим. Автора: вот вы сейчас думаете, что Соня в слезах убежит от Кирилла, проклиная его и Яну, будет убиваться по этому поводу, будет в дИпрЭссии? ОБЛОМИТЕСЬ ))0)0)       Печаль быстро сменилась на ненависть. Сердце бешенно колотилось в груди. Соня сжала кулаки и стала прожигать этих двоих взглядом, а затем подорвалась с места и повалила Кирилла на пол. Соня схватмла парня за горло и стала душить.(прим. Соавтора: Эу, мне тут трупик не нужен!)       Крюкову оттолкнули в сторону, из-за чего она слегка стукнулась головой и сейчас сидела, оперевшись о стену. Бледный схватил за руки Сомусеву и пытался оттолкнуть девушку от себя. Воздух заканчивался, а вдохнуть возможности не было, в глаза темнело. Постаравшись собрать все оставшиеся силы и отпустив руки девушки, парень ударил Соню по плечам, надеясь, что она хотя бы ослабит хватку. Но девушка истерично кричала что-то вроде: «Мразь!» или «Бабник!», пытаясь оттолкнуть от себя зеленоволосого. Алкоголь в крови давал им ещё большей агрессивности, поэтому Кирилл, еле дыша, приподнял Соню с пола и встал сам, а затем прислонил её к стене и попытался ударить в живот. Но не с мог. Кирилл ослабил хватку и Соня стала жадно глотать воздух.       Парень смотрел на неё, тяжело дыша. К ним подошла Яна и положила руку на плечо Кирилла. По щекам Сомусевой текли слёзы обиды и ярости. Ей было все равно на то, с кем и что он делал, но откуда-то изнутри скрежетала обида за то, что он ничего ей не сказал.       Яна посмотрела на Соню, а затем достала из кармана желтый шарик с нарисованной улыбкой и надула его. — Не расстраивайся. — усмехнулась она. — Лучше улыбайся. — Молли подняла с пола тот самый нож и кинулась на Соню, но Кирилл остановил её.       Сомусева глянула на Бледного и Крюкову и, кивнув то ли парню, то ли своим мыслям, быстрым шагом вышла из комнаты.         Слёзы продолжали обжигать кожу и щипать глаза. Рыжеволосая прошла через гостиную и, махнув рукой Вике и Давиду, которые сидели на диване, стала собираться домой. Она накинула куртку и взяла рюкзак, открыла дверь и вышла из квартиры одноклассника. Соня стала спускаться по лестнице, но вдруг остановилась. Вытащив из рюкзака черный маркер, который она обычно носила на уроки ИЗО, Соня стала выводить на стене буквы: «КИРИЛЛ СКОТИНА», после чего девушка убрала маркер назад и понеслась вниз по лестнице. Толкнув железную дверь, она побрела в сторону своего дома.       Тем временем в квартире у Давида: Кирилл и Яна сидели на комоде (Саша Комод из Ssshhhiiittt! Прости) и Бледный открывал новую бутылку. Открыв вино, Кирилл глотнул прямо из бутылки, при этом поперхнувшись. Он отдал алкоголь Крюковой, а сам спрыгнул с комода и, шатаясь, направился по коридору. В углу стоял деревянный шкаф. Кирилл распахнул дверцы и стал искать там что-то. Он вытащил с полки розовое платье.       Кирилл снял футболку и джинсы, натягивая это платье на себя. Затем парень побежал в гостинную. Все до сих пор либо страдали всякой херней, либо валялись на полу, напившись. На Кирилла обратили внимание Вика и Давид, до сих пор сидящие на диване, Данил, сидящий рядом с ними на полу с гитарой Сайфуллоева и пара других ребят, находящихся в не очень сознательном состоянии. Крюкова не могла сдерживать смех и чуть ли не катались по полу от такого вида Кирилла.