Сюрприз в матроске 2

      Хотару отлично проводит время с Чибиусой. Эта девочка младше моей дочери, однако, им интересно вместе. Мне жаль, что я должен остановить их игру, но время и обстоятельства управляют мной. Подхожу к Хотару.       — Пора?       — Да.       Я вижу, как затухает огонь в глазах дочери. Ей было весело. Не хочу отнимать у Хотару улыбку.       — Юная леди, мы будем рады, если вы заглянете к нам в гости. — Протягиваю ребенку свою визитку. — Пусть ваша мама позвонит мне, и мы обо всем договоримся.       — Моей мамы здесь нет, я приехала в гости к кузине. — Она оборачивается и кричит: — Усаги!       На имя откликнулась девушка-подросток, жадно поедающая мороженое над томиком манги. Девушка встает с неохотой, потягивается и неспешно бредет к нам. Черт, я ее знаю! Быть не может! Буквально только что читал статью про эту… лупоглазую. Обыкновенная девчонка, а сколько натворила… Не нравится она мне! Впрочем, не она стала подругой дочери. Потерплю. Ради Хотару.       — Что случилось? — спрашивает Усаги с полным отсутствием интереса.       — Знакомься, это Хотару — моя новая подруга. А это ее отец…       Я перебиваю Чибиусу, чтобы представиться:       — Профессор Соичи Томоэ.       Девушка смотрит на меня с безразличием и бестактно откусывает мороженое. Отсюда следует неловкая пауза. Взгляд Усаги падает на свернутую газету в моих руках, после поднимается с немым вопросом.       — Да, я вас узнал. Полагаю, с выходом этой статьи ваша жизнь лишь усложнилась…       — Угу. — Безразличное мычание. Это не то, что следует обсуждать. — Что натворила моя кузина? — Усаги устала от этого ребенка, очевидно.       — Ничего. Чибиуса и Хотару подружились, я только хотел поспособствовать их общению и пригласить юную леди к нам в гости. — Мелкая девчонка тянет мою визитку кузине.       — Ага, ладно. Как-нибудь приведу. — Она снова откусывает мороженое.       Страшно подумать, что творится внутри этой девушки. Надеюсь, она ходит к психологу, ей это нужно.       — Тогда, ждем звонка. — Протягиваю руку Хотару. — До скорой встречи.       — Пока, Чибиуса! Обязательно приходи в гости!       Хотару довольна — это главное. Меня не тревожит тот факт, что кузина Чибиусы местная звезда. Хотару довольна!       Я отвожу дочь домой, в блестящем расположении духа спешу на работу. Счастье вдохновляет, помогает достигать целей. На моем лице держится мягкость и легкость. Я предчувствую, что сегодня достигну новых результатов. Перед глазами не угасает улыбка дочери, и я нахожу в себе столько сил, слышу гул стольких идей! Скорее! Скорее за работу!       Дверь лабораторной распахивается резко, рассеянное внимание играет злую шутку, так что я получаю приличную встряску и хорошую шишку на лбу, которая, кажется, разрастается с каждой секундой. Сначала в глазах мелькают ворохом искры, потом появляется Она. Тонкие изящные руки с длинными пальцами тянутся, кажется, к моему лицу со всей нежностью, но обхватывают за плечи. Высокая стройная девушка с удивительными глубокими темными гранатовыми глазами-омутами смотрит на меня в полной растерянности:       — Профессор Томоэ, простите! — ее голос сладкий и томный как мед.       — Ничего страшного, профессор Мейо, — я улыбаюсь сквозь звенящую боль.       Сецуна Мейо — молодой специалист, ботаник. Она скромная, сдержанная и таинственная. Ее взгляд полон мудрости и печали. Не знаю, что принесла ей в жизни судьба, но, дав урок, не сломала, а закалила. В Сецуне есть стержень. И красота. Эта девушка невероятно притягательна и вместе с тем холодна. Ее холод не отталкивает людей, но устанавливает дистанцию. А я не хочу! Я хочу переступить очерченную ею границу, прикоснуться к невозможно густым шелковым насыщенным изумрудным локонам ниспадающим на плечи, струящимся по аккуратной груди, пробегающим мимо точеной талии и ненавязчиво прикрывающим упругие ягодицы. Она искушает лишь тем, что существует!       Меня невольно бросает в жар, и я тороплюсь оставить Сецуну, продолжаю путь к кабинету. Признаюсь, что нарочно усложняю работу и нередко вызываю профессора Мейо для совместных опытов, только чтобы насладиться ее обществом, ее увлеченностью работой, ее запахом. Как же она восхитительна! Мысли о ней сбивают, да еще и наводят бардак в штанах, но я не могу контролировать чувства, которые во мне пробуждает Сецуна. Она точно нимфа — сказочная и недоступная.       Затворившись в кабинете, хватаю стакан и жадно пью воду. Из-за угла тут же выглядывает бестия. Она щурит глаза, разглядывая меня сквозь узкие прямоугольные стекла очков. Юджиал — помощница. Она немного похожа на Каоринайт, просто моложе, может они даже родственницы, я, если честно, не интересовался. На лице Юджиал появляется мерзкая ухмылка:       — Вы сильно напряжены. Снова.       Она бросает насмешливый взгляд на штаны, достает из кармана халата телефон и строчит смс. Да, очевидно, что я не баклажан из столовой стащил, однако, могла и промолчать. И надеюсь, что отправленное смс не о том.       — Я внесла некоторые изменения в формулу, — Юджиал подходит и протягивает папку с документами. — Теперь компонент «w5», оказывает воздействие и на сердечную мышцу, это позволит…       — Ты в который раз меняешь формулу? — своим грубым тоном я стараюсь принизить способности помощницы, хоть и знаю, как она старается, как умна. — Просто добавь компонент в вакцину, и проведем тесты, чтобы в очередной раз убедиться, что ты облажалась!       — Профессор Томоэ, — Юджиал злится, но хочет оправдаться. А я не позволю!       — Заткнись! И вызови мне эту… — я нарочно делаю вид, будто забыл ее имя, — профессора Мейо. — Надеваю халат, подхожу к двери лаборатории и прикладываю пропуск.       — Снова будете «разбирать» дионею? Сколько уже с ней возитесь? — помощница щурит глаза в недоверии: — А результата все нет!       — Займись своим компонентом и не лезь в мои исследования!       — Мимет штаны протирает! А она в ботанике не уступает профессору Мейо! Так почему…?       — Когда она открывает рот, ей башку проломить хочется!       Юджиал одобрительно улыбается. Она ненавидит Мими, а та ненавидит ее. Удивительно просто перетянуть женщину на свою сторону — презирай то же, что презирает она.       Дверь закрывается. Я наконец-то один, без надзора надоедливых девиц, которых у Дьявола оказалось с лихвой. Да, за мной следят камеры, но уж лучше быть под прицелом объектива. Пока Юджиал ходит за Сецуной, я записываю наброски предстоящих экспериментов.       Когда открывается дверь, передо мной предстают новые лица: две ученицы школы, которых привела профессор Мейо.       — Знакомьтесь, Харука Тэно. — Высокая и крепкая девушка, наверняка спортсменка, имеет короткую стрижку и по-мужски крупные руки. Она совершает четкий приветственный кивок головой. — А это Мичиру Кайо. — Миниатюрная и легкая, очаровательная, будто куколка моей дочери, девушка дарит улыбку.       — Рад знакомству.       — Лучшие ученицы школы, — гордо подчеркивает профессор Мейо. — Участие и практика в столь интересном эксперименте им просто необходима! У них большое будущее! Вы ведь не против помощников? — Она овивает мое предплечье по-свойски, будто делает так всегда, оказывается преступно близко и заглядывает в уцелевший глаз с едва ли читающейся просьбой. Да, она все решила и мое согласие пустая формальность.       — Конечно. Юджиал, введи юных леди в курс дела и предоставь работу.       Юджиал мягко улыбается. Фальшиво, конечно. Ее взгляд меня проклинает. В лаборатории не должно быть посторонних, а я позволяю... Позволяю, значит так надо МНЕ, чтобы успешно завершить дело.       Я не слушаю болтовню Юджиал, не интересуюсь, какую часть она передает подросткам в работу, да и после не замечаю, как та удалилась. Я смотрю только на профессора Мейо. На то, как двигаются ее сочные алые губы, посвящая меня в тайны дионеи, как двигаются тонкие аккуратные пальчики, то настраивая микроскоп, то делая быстрые заметки на листе блокнота. Она просит меня взглянуть в окуляр прибора снова и снова, но не слишком-то сторонится. Я вдыхаю запах ее волос. Тонкая сладкая нота окутывает, пробирает нутро, скользит по венам желанием...       — Профессор Томоэ, у профессора Мейо никого нет, Вы можете пригласить ее на свидание, — резко подмечает Харука.       Как кипятком обдало! Я отпрянул, вытянулся по струнке. Сецуна, кажется, чуточку покраснела. Забыл, что мы здесь не вдвоем. Не думал, что школьницы станут за мной наблюдать, вместо того, чтобы получать столь «драгоценный опыт».       — Компонент «С-3PO» полностью блокирует компонент «w5». Что за бессмысленный состав? А вот компонент «Y» стоит включить в цепь снова, — тут же заключает Мичиру.       Я покрываюсь испариной. Черт! Хорошо, что Юджиал здесь нет. Я нарушил эту цепь и старательно глушил компонент «w5», чтобы и впредь общаться с Сецуной, а Юджиал держать от себя подальше. И впрямь умные девчонки... Чересчур. Слишком быстро и много узнали, поняли, увидели. Я бы даже позволил себе испугаться, но вместо этого сделаю их следующими подопытными. Да, я впервые выбрал жертву сам. И я не чувствую своей вины, нет. В этом виновата Сецуна.       День скоро закончился, я сам его подгонял. Хотел избавиться от девчонок, от мыслей, что пришли в мою голову. Я возжелал провала вакцины, который должен сломать именно этих школьниц. Я захотел, чтобы им стало плохо, не потому что они столь умны, а потому что заметили мое сокровенное, мое отношение к Сецуне. Боги, как же она хороша... Перед глазами снова ее длинные ноги, изящные руки и этот кипенно-белый халат... Что ты прячешь под ним?       Моей обнаженной груди коснулась теплая женская ладонь, погладила. Я открыл глаза, поставил чашку недопитого чая на стол. Каблуки медленно цокали, огибая стул, на котором я вальяжно расселся. Снова Каоринайт. Снова откровенное короткое платье с декольте. Она снова сделает это. Они хотят, чтобы я думал только о деле, не отвлекался на мелочи и простые потребности.       Каоринайт хватается за шнурок моих полосатых пижамных штанов, развязывает, тянет одежду вниз, и я приподнимаю ягодицы, позволяя лишнему соскользнуть. Она опускается передо мной на колени, открывает рот и нападает на мой конец, точно хищная голодная рыба. Тщательно слюнявит, мусолит, взращивает. Он откликается на ее горячие старания. Он, но не я. Эти глаза, этот взгляд исподлобья... Каоринайт грязная и порочная. Она мне отвратительна! Я хватаюсь за длинные волосы и делаю ее движения головой резкими, глубокими, основательными, будто желаю пробить черепушку насквозь. Вот из прежде надменных и хитрых глаз показались слезы. Тихие, вымученные. Она не сопротивляется моим толчкам. Слезы растушевывают неровные подтеки черной подводки, с уголков губ то и дело стекает излишняя накопившаяся слюна. Да, ты та еще дрянь! Грязная, отвратительная! Лезу в самую глотку Каоринайт за самыми истошными глухими мычаниями, от этого слез из ее глаз выжимается больше. Грязная! Грязная тварь! Я вжимаю голову Каоринайт в себя сильно и жестко, удерживаю в паху, не позволяя пошевелиться. Мое тело вздрагивает, отдавая ей то, за чем эта рыбка охотилась, и я ослабляю хват, позволяя ей соскочить с крючка. Каоринайт смотрит на меня ничуть не униженно, жадно. Она сглатывает мой дар. Облизывается, удивительно красиво и неспешно вытирает губы. Она никогда не уходит, не получив свое. Свое удовольствие. Скажем так, Каоринайт бесплатно не работает. Она встает, приподнимает платье и садится на меня сверху. Улыбается. К счастью, никогда не пытается целовать. Грязная тварь... Обнажает грудь с удивительно острыми и тугими навершиями. Берет за руку, отправляет мои пальцы в свой рот. В свой грязный рот. Водит по ним язычком. Я хочу его вырвать, а ей плюнуть в рот! Да, Каоринайт своего добилась: я снова крепок и тверд, упираюсь в тепло ее тоненьких трусиков. Тварь! Отвожу в сторону кружевную преграду и резким движением насаживаю на себя грязную и порочную дрянь. Она издает стон. Такой дурманящий, будто я то самое единственное и желанное в ее жизни. Следующий стон говорит о моем размере, следующий о моей мощи, следующий — мольба. Мольба продолжать. Мольба отдать ей все и еще больше, и больше, и глубже, сильнее, пронзить насквозь. Она гладит мою спину, царапает, сжимает. Ее грудь прыгает, дышит, зовет, щекочет и режет мою, возбуждает. Я сжимаю упругие ягодицы. Я хочу ее разорвать. Хочу увидеть себя в ее глотке. Оттягиваю ее грязный рот в сторону. Тварь! Все бы в тебя запихнуть! Все и во все твои дырки! Сладкие дырочки... Впиваюсь в шею Каоринайт и засовываю палец в самую сладкую, самую тугую заднюю дырочку. Стонет. Протяжно. Выгибается. Грязная тварь! Добавляю пальчик. Новый безудержный вздох наслаждения. Я чувствую себя внутри, отделенный тоненькой гранью. Горячий, страшный и безудержный. И эта дрянь чувствует все, чувствует всю грязь моих мыслей. Ей хорошо. Как же ей хорошо! Она стонет, ее жаркие мышцы сокращаются, тело содрогается. Получила желанное, тварь? А я еще нет! Перемещаю руки на ягодицы, поднимаюсь вместе с Каоринайт, что продолжает отдавать мне последние искры минувшего соприкосновения, укладываю на стол, перемещаю ее ноги на свои плечи. И захожу твердью в ту самую сладкую узкую дырочку резко и до конца, удерживая Каоринайт за плечи так, чтобы я весь оказался в ней, до последнего миллиметра. Вскрикнула. Не сдержалась. Больно? Да, тебе больно и от этого мне приятно. Замираю. Боюсь взорваться, а я хочу продлить ее страдания. Оставаясь в ней, отстраняю тело, разглядываю Каоринайт снова: касаюсь пальцами набухшей бусинки, но тут же ухожу, провожу пальцами по гладкому животу твари, трогаю и сжимаю грудь. Сильнее. До боли. Стон. Это стон боли. Толчок. Не устоял. А она снова выпускает стон. Черт! Толчок. Хочу снова. Стонет. Толчок. Сильнее. Тварь! Грязная! Грязная тварь! Душу ее. Толчки сильнее, стоны, боль, хрип. Я хочу ее! Хочу всю ее разорвать! Больше не могу удержаться... Взрыв. Даю своему стону вырваться. Содрогаюсь. Отпускаю хват. Тварь! Грязная тварь!