Десять минут

Он никогда не задумывался над тем, что может быть геем. Да и с чего бы об этом думать? У него были отношения лишь с Джинни. И если сказать прямо, то ему никогда не нравилось целоваться с ней. Ощущать чей-то язык у себя во рту было неправильно, нет, не противно, но желание скорее закончить присутствовало постоянно. Он не знал, замечала это девушка или нет, но она никогда не заводила разговор на эту тему. И Гарри ей благодарен за это. Кроме сестры Рона у него был поцелуй с Чжоу. И тогда он чувствовал себя неловко, глупо и...мерзко. Последнее появилось из-за слёз Чанг, напрочь отбивая желание пытаться с ней строить отношения. Да и сам поцелуй не вызвал бурю эмоций, а если подумать, то и приятного ничего не было! В то время Гарри винил в этом себя, прокручивая в голове мысль, что это он какой-то неправильный. Не зря же Дурсли постоянно твердили об этом каждый день. Но с Драко Малфоем система дала сбой. Прошла неделя с той ночи в больничном крыле, а Поттер не забыл настойчивые губы слизеринца, которые стали сниться каждую ночь. Не верилось, что рот, который мог оскорблять его на протяжении пяти лет, целовал его страстно, но в то же время нежно, шепча какую-то ерунду про желание. С самого начала не стоило соглашаться на предложение Малфоя, но любопытство и интерес сделали своё дело, оставив Гарри с мыслями и снами, после которых парень был вынужден дрочить, в деталях вспоминая ту проклятую ночь. Каждый час желание снова поцеловать Драко становилось ещё больше, а настроение - хуже. С друзьями он не разговаривал об этом, сказав, что блондин не пришёл поговорить. Рон спрашивал зачем Герою тогда понадобилась мантия-невидимка, но друг молчал, не став заводить тему о том, что беспокоился как Малфой дойдет обратно после отбоя... Сам же Драко регулярно его избегал, будто боялся получить в морду за такие условия и последствия. Да только Поттер не хотел драки или, что ещё хуже, опять равнодушия со стороны желанного, мать твою, хорька. Можно просто подойти, назначить встречу и поговорить, но гриффиндорец остерегался реакции Малфоя. Вдруг это всё-таки шутка? Но тогда... какой же в ней смысл? Ладно если бы Драко просто трахнул его. Это имело бы логику, но всё наоборот. Проклятый хорь ласкал его, трогал там, где ещё никто не прикасался, облизывая его член и целовал, просто превосходно целовал, исследуя рот Поттера своим умелым языком. Сука. *** Он хотел его давно, ещё с третьего курса. Уже тогда, находясь в Мэноре на праздники, где можно спокойно подрочить в своей комнате, представляя зелёные глаза и идиотскую причёску, Драко понял, что одержим Поттером. И не из-за похоти. Драко представлял, что они могли быть друзьями, гулять вместе, разговаривать, смеяться, медленно из друзей становясь любовниками, партнерами, да кем угодно, чёрт побери, но не врагами, коими они и являются. Находясь в Хогвартсе, видя его постоянно, всё становилось хуже. Эти мечты про близость становились его манией, как у самоубийцы желание сдохнуть. Сравнение пугающее, но лишь оно и подходит. Слизеринец следил за Гарри, находя его в коридорах, первым начиная перепалку, чтобы тот кинулся на него, провоцируя на драку. И ради, блядь, чего? Ради близости. Прикасаться к нему, вдыхать его запах, оставляя на нём метки в виде синяков и ран, но хотя бы так... Это становилось безумием, которое не хотелось покидать. Оно было смыслом его жизни, давало энергию и способы идти дальше, не замечая, что на самом деле он стоит на одном месте. Терпеть равнодушие становилось невыносимым, именно поэтому Драко не мог пройти мимо него спокойно, чтобы не задеть, говоря о самых больных местах Поттера. Жестоко? О да, но другого выхода не наблюдалось. Ведь вряд ли брюнет поверил бы в искреннее желание Малфоя забыть старые обиды, начиная всё с начала. Тем более, что рядом с ним постоянно находился Уизли, настраивая против него Гарри с самого первого, блядь, курса. Их отношения всегда были сложными, странными и ... взрывоопасными. Когда они сталкивались, то рядом появлялись искры магии и напряжение, которое можно резать ножом. Малфой смирился с тем, что Гарри Поттер его яд, который убивает медленно, даже эстетично и со вкусом. И так продолжалось вплоть до пятого курса, до той идиотской отработки у министерской жабы... *** И когда после ужина Гарри подошёл к нему, толкая в ближайший пустой класс, аристократ не удивился. Он ожидал крики, громкие и хриплые, почти как стоны гриффиндорского мерзавца. Стоял и ждал удара кулаком правой руки, которая оказалась сильной, чтобы в ту ночь хвататься за волосы Малфоя, двигая бедрами навстречу. Варианты событий проносились перед глазами со стремительной скоростью, но верного среди них не обнаружилось... Поттер быстрым движением прижал его к стене, будто опасаясь, что Драко сбежит, после чего сказал всего несколько фраз, задав самый оригинальный вопрос. - Заключим ещё одну магическую сделку?