Сестра Арамиса

Как только Арамис закончил перевязку, он передал через Гримо разодранную и окровавленную рубашку. Девушка взяла этот кусок ткани, безуспешно пытаясь унять внезапно охватившую её дрожь, и тут же опустила в таз с проточной водой. Было принято решение рассказать обо всём де Тревилю. Т.к. рана оказалась серьёзной, никто не решался предположить, сколько времени уйдёт на восстановление организма. Через некоторое время Марис и Портос отправились к господину капитану королевских мушкетеров. Как и было обещано Рошфором, никто не был в курсе о случившемся инциденте.  — Ну, господа, — оглядел он своих солдат с головы до ног, выслушав их рассказ. — Знаете ли вы, что дуэли запрещены рядом эдиктов? Прекрасно знаете! Хорошо, раз уж ситуация действительно безвыходная, то я даю вашему товарищу две недели отпуска. Но не больше! Он — превосходный солдат, и без него нам не обойтись. Особенно будет расстроен король, ведь ему не с кем будет вести светские беседы о соколиной охоте. Марис постаралась улыбнуться, но это было скорее похоже на гримасу боли. Портос же никак не отреагировал на эту не слишком смешную шутку. Когда друзья вернулись (а прошло минут 10-15 от силы), девушка собралась с духом: — Арамис, — обратилась она к брату. — У нас найдутся 20 пистолей? — Конечно, — удивлённо ответил он. — Тогда ты же не будешь против, если я съеду из квартиры? — Смотря куда, — улыбнулся он. Марис покраснела, но продолжила: — Сюда, — надавила она пальцем на стол. — А точнее: на этаж выше. — Хорошо. Мы как раз сегодня получаем жалование, так что я дам тебе 10 пистолей. Теперь, когда всё неотложное выполнено, нужно было привести Атоса в сознание. А Портос волновался больше всех: по началу он ходил кругами по комнате, пока не понял, что мешает. Потом он просто уселся на стул и за всё время не проронил ни слова. Марис стала рыться рукой в кошеле, прицепленном на поясе. — Нашла! — воскликнула она, демонстрируя маленький пузырёк с бурой жидкостью. — Что это? — поинтересовался Портос. — Это — бальзам, который нам приготовила матушка. Он безумно вонючий! — Можно опробовать его? — с внезапной живостью спросил он. Марис и Арамис одновременно прыснули. — Хорошо, — согласилась девушка. Портос поднёс бальзам к носу и тут же закашлялся: — О, Боже! Это ужаснейшее из всего, что мне доводилось нюхать! — Я предупреждала, — усмехнулась Марис. Затем она взяла пузырёк, выдавила из него пару капель. — Ты думаешь нужно так много? — насторожился Арамис. — Одной не достаточно? — Думаю — да. Больше ничего не объясняя, она стала втирать желеобразную мазь Атосу в виски. Перед этим девушка распорядилась, чтобы Гримо положил ему на голову тряпку, смоченную в холодной воде. Две секунды потребовалось, чтобы раненый открыл глаза. — Живой!!! — счастью Портоса не было предела. Если ему сейчас скажут «лети!» он возьмёт и полетит. — Живой… — с облегчением  повторила за ним Марис. — Рано вы меня со счетов списываете — усмехнулся Атос. Его голос звучал очень тихо, но вполне уверенно. — Дружище, никогда меня больше так не пугай! — воскликнул Портос. Принюхавшись, он обратился к девушке. — Марис. — Мари. Просто Мари, — улыбнулась она. — Хорошо, Мари. Я, собственно, хотел бы попросить вас, чтобы вы больше не открывали этот флакон, — он указал на пузырёк с бальзамом. — в закрытом помещении. Она поняла намёк и распахнула настежь окна. — Так гораздо лучше, — с жадностью вдохнул Арамис свежий воздух. — Я от всей души надеюсь, что нам больше никогда не придётся пользоваться этим снадобьем. Через неделю, рано утром Мари нехотя открыла глаза и огляделась: под её руками лежала чуть смятая подушка, на плечи накинуто одеяло. Откуда? Когда глаза закрылись, помнится, голова чувствовала под собой только твёрдое дерево стола. На кровати, стоящей совсем рядом, никого не было. — Не спится? — девушка подпрыгнула на стуле от неожиданности. Атос стоял у двери, прислонившись к косяку. Пройдя дальше в комнату, он остановился за её спиной и положил руки на плечи. — Пообещаешь мне одну вещь? — подняла та на него глаза. Голос заметно дрогнул. — Что именно? — Что будешь считаться со мной, — уже более уверенно сказала Мари. — Если дело идёт о конфликте, в котором я играю не последнюю роль, пожалуйста, дай мне самой в этом разобраться. Если мне действительно потребуется помощь, я обязательно обращусь к тебе и Арамису. Обещаешь, что не станешь больше ввязываться в истории из-за меня? — ей показалось, что она видит, как в его черных глазах отражается звёздное небо. — Обещаю.