Мерлинова Шиза

***

      Марлюша проснулся вместе со мной, потому что в его голове уж слишком громко, но одновременно издалека слышался голос, который звал его. — Мерлин, — ещё громче. — Мерлин, — потом ещё громче, настолько, что Маринка упал с кровати. — Мерлин, — голос шёл как-будто из-под кровати. Мы, было, уже хотели под неё посмотреть, как в комнату зашёл Чорт. — Что случилось, Мерлин? Я слышал шум, — обеспокоенно спросил Гаюс, смотря на лежащего на полу Марлюшу. — Всё в порядке, Гаюс. Я просто упал с кровати во сне, — почти честно ответил Маринка. — Ну ладно. Одевайся и иди есть. Я приготовил овощное рагу, — с улыбкой сказал лекарь. Когда мы по-быстрому оделись и сели за стол, Гаюс начал говорить. — Твоя мама просила меня приглядеть за тобой, — издалека(?) начал Гаюс. Мы с Марлюшой лишь смотрели на него и ели. — Что она сказала тебе по-поводу дара? — заинтересованно спросил Чорт. *Она говорила тебе что-то насчёт твоего дара? Когда? * — любопытно спросила я. — *Когда тебя ещё не было, * — просто ответил Мэртышка. — Что я особенный? — с вопросительной интонацией ответил Маринка Гаюсу. — Более чем. Я такого даже и не видел, — с небольшим восхищением сказал Чорт. *О чём это он? Он видел другие дары? Тьфу, ты. Магов. Он видел других магов? * — моё любопытство всё разгоралось, но, одновременно с этим, мне казалось, что Гаюс что-то темнит и не рассказывает всего до конца. — Вы это о чём? — спросил Мандаринка. — Магия требует формул, заклинаний, годы учёбы, но ты колдуешь легко, инстинктивно. — Гаюс, определённо, учился магии или, хотя бы, изучал её, раз так уверенно говорит. Мерлину было приятно от его слов. Было бы ещё приятней, если бы я не смеялась у него в голове. *Ой, не могу! Легко колдует! Ага! Счаз! Он даже не может нормально дозировать магию, — насмешливо говорила я. — Но, что правда, так это то, что ты учишься невообразимо быстро. Инстинктивно, как сказал Гаюс, понимаешь, как лучше действовать для того, чтобы получить желаемый результат. В магии, — уточнила я, чтобы Мерлин не зазнавался. — Да и магия тебя явно любит, * — но всё равно подсластила пилюлю. — А что толку, если это запрещено, — логично и грустновато произнёс Марлюша. — Не знаю, это вопрос, который ранее для меня не существовал, Мерлин, — как-то загадочно говорил Чорт. *Не, ну он точно магичил, Марлюша! Я тебе отвечаю! * — уверяла Мерлина я. — А вы изучали магию? — задал волнующий его вопрос Марлюша. — Утер запретил подобное двадцать лет назад, — как-то уклончиво ответил Гаюс, после недолгой паузы. — Почему? — непонимающе спросил маг. — Люди использовали магию во зло. Мир погрузился в хаос. Утер поставил себе цель уничтожить всё магическое и даже драконов, — рассказал лекарь. — Что, всех? — заинтересованно-шокировано спросил Мерлин. — Он оставил в живых одного дракона. Пленил его и держит в пещере глубоко под замком. Его никто не освободит, — грустно говорит Чорт. Я что-то не поняла, он нас подстрекает на спасение дракона, что ли? *Сразу говорю! Мы не будем спасать Дракона!! Уяснил, Мерлин? * — строгим тоном угрожающе спросила я. *Ага, — Маришка ответил так, что мне не верилось в то, что он уяснил. Я уже было хотела начать читать ему нотации, но он, наверное, почувствовал это и начал говорить. — Я понял, понял. Мы не будем спасать дракона, * — моим тоном ответил мне Марлюша и я слегка успокоилась. — Ешь давай, а потом отнесёшь средство для голоса леди Хелен, — спокойно произнёс Гаюс, ставя точку в этом разговоре, но мне не давал покоя этот дракон.       Подождите-ка, Чорт сказал, что он находится в пещере под замком, верно? Голос, который мы слышали тоже шёл снизу, а мы находимся в замке. Значит тот голос… принадлежал дракону?! Но они не говорят! По крайней мере, я так думаю. Хотя я думала, что и магии не существует, однако, в данный момент нахожусь в голове волшебника, так что.       Когда Марлюша шёл к леди Хелен, я рассказала ему свою теорию. — *Звучит логично, * — спокойно согласился и принял мои размышления Мерлин. *И тебя совсем не смущает то, что он умеет разговаривать и зачем-то зовёт тебя? Кстати, откуда он вообще знает твоё имя? * — подозрительно спросила я. — *Это магия. Смирись, * — с лёгкой усталостью произносит Мерлин. Похоже, он смирился с тем, что почти всё в его жизни можно объяснить: «Это магия». Что ж, это вполне вероятно. *Согласна, * — удручённо поддержала его я.       Мы дошли до комнаты леди Хелен, она оказалась настежь открытой. *Ну, вот что у вас у всех за привычка - не закрывать дверь, а? — обречённо спросила я, понимая, что, похоже, в этом времени понятия не имеют о том для чего нужны замки и щеколды. Что уж говорить о простом закрывании двери. Мерлин хотел было войти без стука и без предупреждения, но получив предупреждающее. — Мерлин, * — тут же постучал и спросил: — Я от лекаря Гаюса, можно войти? — только после этих слов он вошёл в комнату, когда не получил ответа. Я ему сказала не говорить своё имя всем подряд, во избежание, так сказать. В комнате никого не было. Комната была большая, наверное, могла вместить три, а то и четыре комнатушки Мерлина. Самое странное было то, что туалетный столик стоял прямо посередине комнаты, а зеркало было завешано тканью. И, конечно же, Марлюша стал всё осматривать. Даже хотел было дотронуться до чего-то на столе, но я ему этого не дала *Я так понимаю, проблем тебе не достаточно? Нужно ещё? Если тебя застанут за рассматриванием вещей леди Хелен, тебя могут посадить за решётку, если у неё что-то пропадёт. Не говоря уже о том, что к тебе могут потерять доверие, из-за чего будут более внимательно следить за твоей деятельностью. Ты этого хочешь? Нет? И я нет, так что просто положи лекарство и… — я хотела договорить, но глаз Мерлина зацепился за какую-то странную куклу, которая похожа на куклу вуду, но из сена. Рядом с ней лежала книга, которая была слишком старая и уж слишком украшена, для обычного чтива. Я заподозрила что-то неладное. — Живо оставь лекарство и беги отсюда настолько быстро, насколько можешь! * — немного панически прикрикнула я на Мерлина. Он вздрогнул, но выполнил всё, что я сказала. По пути до рынка нам никто не встретился. — *Почему ты так внезапно сказала мне бежать? * — непонимающе спросил Мерлин, немного запыхавшись. Тренировки несут свои плоды. *С этой леди Хелен что-то не так. Сначала я подумала, что она немного со странностями, все мы немного со странностями, но потом увидела куклу из сена, которая мне напомнила… — как объяснить то, что это кукла вуду, не употребляя слово вуду, чтобы потом не объяснять что оно значит? — Артефакт для заговора в моём времени. А та книга? Она была слишком старая и слишком украшена для обычной книги. Обычно так украшают либо семейные ценности, либо магические книги, * — закончила объяснения я, а Маринка задумался. — *Ты хочешь сказать, что леди Хелен, ведьма? * — неверяще спросил меня Мандаринка и только я хотела ответить положительно, как нас позвал знакомый голос, которого бы век ещё не слышать. — Мерлин, вот мы снова и встретились, — немного зло, но самодовольно произнёс блондинистый ублюдок, а у меня в голове было лишь: «Бляблябляблябля». Мерлин же, сучара, быстро поменял нас местами и теперь уже я повернулась к этому дворянину с милой улыбкой. Но душа моя гуляла где-то в пятках — Привет, — сзади него были те рыцари, которых я вплела в наш конфликт. А вблизи они оказались… шкафообразнее. — Как дела? — невинно задала я нейтральный вопрос. В голове же, материла Мерлина всеми существующими и несуществующими матами. — Ты хотя бы понимаешь, с кем разговариваешь? — Не обращая внимания на мой вопрос, угрожающе спросил белобрысый, ухмыльнувшись. И, благодаря его ухмылочке, я смогла взять себя в руки, потому что ей он меня слегка взбесил. Подумаешь, я никогда не дралась. Русские не сдаются! Надеюсь. — С высокомерным ослом, которого задели мои слова, потому что они были правдивы? — нагло улыбнулась я. Побоялась сказать, что он ублюдок, потому что мечи, которые висели у них на поясах, говорили о многом. У блонди от этих слов стали видны желваки, но он продолжил. — Похоже, не знаешь. Я Артур Пендрагон, принц этого королевства, — ещё более нагло и более нарциссически сказал он. Я знатно охренела с его слов, потому что уже чувствовала тот пиздец, который нас с Мерлином ждал за слова, которые мы произнесли. Улыбка резко стала приклеенной. Нервы. — Ох~, простите, ваше венценосное осличество, что раскрыл тайну вашей личной жизни и сказал вам правду, — шутливо и немного кривляясь, сказала я. Это помогает отвлечься. У Артура, от такого, брови до небес взлетели. — Я забыл, что горькая правда, нынче, хуже сладкой лжи, — немного грустновато произнесла я. Потом же стала обращаться только к рыцарям позади принца, намеренно игнорируя его. — Я искренне извиняюсь перед вами за то, что втянул в нашу перепалку с Артуром, — кладя руку на сердце, искренне сказала я, а они все немного переменились в лице. Потом я твёрдо посмотрела Артуру прямо в глаза. — Но я никогда не извинюсь перед тобой и никогда не верну свои слова назад, будь ты хоть трижды королём или героем. Потому что я сказал то, что считал верным, а твоё поведение было отвратительным, — сделав секундную паузу, продолжила с грустью. — Рыцари угнетают слабых... Мда~... Мне страшно за это королевство, за людей в нём, если их наследник, — чуть ли не выплюнула последнее слово я. — Такой, — с лёгким презрением подытожила я. Но не тут-то было. Мне в голову пришло ещё кое-что, что я и озвучила. Помирать, так с музыкой. — Если ты хочешь наказать меня, то сделай это самостоятельно, а не с помощью своего статуса или друзей. Можем устроить бой, потому что за свои слова и принципы, я буду стоять до конца, — говорила я, всё ещё смотря принцу прямо в глаза. — И, кстати, если ты всё-таки выберешь бой, то я не буду сопротивляться, — хотела продолжить, но, в первый раз, за мой монолог, Артур что-то сказал. До этого или я не давала ему говорить, или он молчал, а тут внезапно голос подал. — Почему ты не будешь сопротивляться? — с каким-то вызовом спросил меня блонди. — Потому что, во-первых: не хочу тревожить мирных жителей и их спокойную, размеренную жизнь, а мы её нарушим, уже нарушаем. А во-вторых: я против насилия, потому что насилие порождает большее насилие, а оно, в свою очередь, порождает ненависть. Я не буду говорить, что порождает ненависть. Думаю, ты и сам это прекрасно понимаешь, — притворно-ласково произнесла я. Ну не говорить же ему, что я драться не умею и что боюсь того, что если я как-то раню его (что крайне маловероятно), меня накажут. — Не хочу, чтобы дети, которые на нас сейчас смотрят, видели насилие, а тем более ненависть. Так что, если ты хочешь драки, то давай хотя бы не здесь, — спокойно произнесла я. Артур молчал. — Понимаю, мои слова звучат слишком напыщенно, но я верю в то, что говорю и буду придерживаться своих слов настолько долго, насколько смогу, — повисло молчание, а я пыталась не покраснеть от смущения. Насколько же пафосны были мои слова. Ух-х~, чую как вечерами буду вспоминать этот испанский стыд и думать о том, что за недо-чушь я несла. — Ты идиот, но храбрый. Что-то в тебе есть, Мерлин, — я чуть не подавилась воздухом, потому что слешер, внутри меня, проснулся от долгого сна при этих словах. А также из-за того, что здесь, похоже, нормально вот так вот разговаривать. — Я не хочу тебя бить, — спокойно произнес Артур и повысился в моих глазах на пару пунктов. Теперь он просто белобрысый мудак.

***

      Всё прошло на удивление мирно. После своих слов Артур прошёл мимо меня и… всё. Когда он это делал я мысленно крестилась, потому что он мог передумать и, всё же, неожиданно врезать мне. По лицу никто не хочет получить, а я уж тем более. Сейчас же мы сидим в комнате Мерлина, а я отхожу от разговора с принцем этого королевства. Принц Артур из Камелота, да? Тот, с кем Мерлин, по легендам, будет путешествовать и наставлять на путь истинный, да? Жизнь, как же я тебя обожаю! Аж убить хочется! *Ну, почему у нас всё не может быть более спокойно?! * — обречённо взвыла я. — *Мэри, — начал как-то серьёзно Мандаринка. — То, что ты говорила Артуру — это всё правда? Ты и вправду, так думаешь? * — задумчиво спросил Маринка. *Чего? — непонимающе спросила его я. Бля, зачем он меня об этом спрашивает? — Ох, я так перенервничала, когда узнала кто он, что больше половины того, что говорила, не хочу помнить не помню, * — я болезненно простонала. — *Что такое? * — обеспокоенно спросил Мерлин. *У меня голова раскалывается. Уу~у, — продолжала выть я. — Как может болеть голова в подсознании? Ох~, Мерлин, можно я в твоём теле лягу спать? После сна мне всегда становится лучше. Я перенервничала, походу, * — со слабостью в голосе произнесла я. — *Да. Конечно-конечно. Спи, * — нервничая сказал Мерлин и мы, в какой раз за сегодня, поменялись местами. — Угхр! — когда я стала управлять телом Марлюши, боль усилилась, но, как только голова коснулась подушки, я сразу отрубилась.