Проснувшись утром, от шпионов Не Хуайсан узнал, что пока все идет по плану. У Сянь и Ванцзи встретились, и отправились в клан Лань. У Сянь остался не узнанным. Его приняли за Мо Сюаньюя, кажется, о происходящем не догадался даже Ванцзи. У них была рука Не Минцзюэ, если все сложиться хорошо, друзья найдут его голову. Не Хуайсан проследит, чтобы все прошло хорошо.
Неожиданно для себя Не Хуайсан спустился в темницу, от слуги он знал, что пленник пришел в себя, но все еще слаб и не встает с постели. Не Хуайсан некоторое время стоял у двери, а затем постучался. Глупо! Тюремщику нет нужды стучаться в дверь узника, но Хуайсан не хотел напугать больного. Ему не ответили. Не Хуайсан еще раз постучал, подождал, но так и не дождался ответа, поэтому он повернулся и ушел. Он решил, что будет приходить по возможности дважды в день: утром и вечером. Он не будет заходить в комнату без приглашения. Пусть пленник поверит в то, что ему ничего не угрожает.
Вечером Хуайсан снова спустился в темницу и постучал, и снова ушел, не дождавшись ответа. С каждым днем здоровье пленника улучшалось. Он начал вставать с кровати и сразу попросил принести книги и бумагу, все время что-то читал и писал. Только через несколько недель, Хуайсан, после очередного вечернего стука в дверь услышал: «Войдите».
Мо Сюаньюй сидел за столом и что-то писал. Казалось, он не обращает на вошедшего никакого внимания. Прошло почти пять минут, прежде чем в комнате раздалось:
— Почему?
К своему удивлению Хуайсан все рассказал. Он начал с самого начала, с тех дней, когда он и все его будущие друзья прибыли в клан Лань и закончил рассказом о том, как обнаружил, что в разоренной могиле брата нет тела, как нашел почти все части, кроме головы. Рассказал, кто во всем виноват. Юноша сидел, все также уткнувшись лицом в свои записи, непонятно слушает он или нет. Закончив рассказ, Хуайсан встал и собрался идти. Уже на пороге, протянув руку к двери, он на секунду остановился и сказал:
— Прости.
Неожиданно прозвучал тихий ответ:
— У кого ты просишь прощение, Не Хуайсан?
Хуайсан обернулся. Пленник все также сидел и что-то писал, не поднимая головы. Хуайсан решил, что ему показалось, и вышел.
Пришло время следующего визита. Когда получив приглашение, Хуайсан вошел, Сюаньюй все также сидел, склонившись над столом. Хуайсан долго стоял молча, пока не понял, что ничего не услышит. Перед уходом он снова сказал:
— Прости.
И получил тот же ответ:
— У кого ты просишь прощения, Не Хуайсан?
Хуайсан решил, что пленник окончательно сошел с ума. Повернулся и вышел. Но вечером снова пришел. Ситуация повторилась, но в это раз Хуайсан сказал:
— Прости меня, Мо Сюаньюй.
Может, пленник догадается, что обращаются именно к нему. Может быть, имя поможет достучаться к больному сквозь безумие?
Неожиданно Сюаньюй, не глядя на собеседника, спросил:
— Я могу уйти?
— Нет.
— Тогда, у кого ты просишь прощение, Не Хуайсан, — в голосе говорящего, явно звучала насмешка.
Услышав вопрос, Не Хуайсан быстро вышел из комнаты. Он отошел от двери темницы, остановился, прислонился спиной к стене, позволил ослабшим ногам согнуться и сел, и сказал:
— У кого ты просишь прощения, Не Хуайсан?
Это полная чушь. Он, кажется, погружается в безумие, заразившись от пленника. Несколько дней Хуайсан не спускался в темницу, а когда снова вошел, спросил:
— Я могу сесть?
Мо Сюаньюй не отрываясь от своей писанины, махнул рукой: «Садись».
Хуайсан воспользовался приглашением, присев, он некоторое время молчал, а потом начал рассказывать, как продвигается его план. Все это время пленник не обращал на него внимания. Окончив рассказ Хуайсан, попрощался и ушел. Во время следующих нескольких визитов поведение Сюаньюя не менялось, казалось, он полностью погружен в себя.
Однажды, во время встречи, пленник оторвался от своих записей. Он внимательно посмотрел на Хуайсайна, заметил в его руках веер и потянул к нему руку:
— Покажи.
Хуайсайн потянул веер, после долгого изучения рисунка Сюаньюй сказал:
— Искусная роспись, оригинальная композиция. Это прямо произведение искусства.
После этого пленник снова погрузился в свои записи и больше ничего не говорил.
***
На следующий день Не Хуайсан чуть не попался. У Сянь и Ванцзи двигались в нужном направлении, и все шло хорошо. Но тут влез неугомонный Цзинь Лин. Его жизни угрожала опасность. Хуайсану пришлось вмешаться, чтобы спасти мальчишку. У Сянь и Ванцзи его заметили. Они пришли к нему. Казалось план рухнет, но У Сянь догадался только о том, что итак должен был вскоре узнать. К удивлению, Хуайсайна, перед уходом, У Сянь повторил слова Сюаньюя о веере, сказанные накануне, его пленником.
После визита друзей Хуайсан поспешил к пленнику, время было позднее. Установленный для встреч час давно прошел, но ему очень хотелось с кем-то поговорить. Он спустился в темницу, и не особо надеясь услышать приглашение постучал.
Суюаньюй, как всегда сидел, безучастно расписывая бумагу на столе. Когда полуночный визитер закончил рассказ он неожиданно сказал:
— Тебе нужно быть осторожней, Не Хуайсан, иначе ты навсегда остаешься злодеем.
— Ты будешь в безопасности, даже если мой план сорвется. Я уже распорядился, в случае моей смерти тебе дадут денег и вывезут из страны. Ты сможешь начать, новую, спокойную жизнь.
— Я говорил не о себе.
По положению тела пленника стало ясно, что время визита закончено.
***
Прошло немало времени, прежде чем план Не Хуайсайна снова чуть не потерпел крах. Чтобы вернуть имя У Сяню нужны союзники, поэтому он решил организовать встречу друзей с группами молодых заклинателей из разных кланов, но молодняк совершенно не собирался действовать, как того требуется. Хуайсан по привычке приходил жаловаться к Сюаньюю, не особо надеясь на ответ. Просто нужно было с кем-то говорить. Тем не менее, Суаньюй помог:
— Кошки.
— Что?
— Развесь у них под дверями дохлых кошек. Стучи им вслед, пусть они испугаются.
— Я не люблю убивать животных.
— Держать невинных людей в темнице ты тоже не любишь.
Похоже на сегодня разговор закончен.