Возрождение легенды

      Пока некоторые злодеи, включая Дрэга, обыскивали Эквестрию в поисках Твайлайт Спаркл, а Грогар пытался восстановить силу Ока, в Кристальной Империи тоже происходило нечто, способное заставить этот мир содрогнуться от ужаса. Ведь именно в Кристальной Империи, а точнее, глубоко под землей, находились врата, за которыми были заточены ужасные существа. Они были изгнаны из Эквестрии еще до того, как страной стали править Луна и Селестия. Этими существами были умбрум или, как их еще называли, теневые пони. Они были заточены лишь потому, что несли на земли Эквестрии и других стран только Тьму. Но вот Королю Сомбре было поручено освободить их из заточения, что он и сделает. Совсем скоро. Но нужно время. Заклинание, которое применил Сомбра наложил на врата, не может сработать сразу, потому что, во-первых, Сомбра заметно ослаб за тысячу лет заточения во Тьме. Во-вторых, за время существования, врата становились крепче, и уничтожить их магией или физически было сложнее с каждым днем. Но, применив одно из мощнейших заклинаний темной магии, врата начали разрушаться. Некогда величественная дверь постепенно начала покрываться трещинами, которые разрастались вширь с каждым часом.       — Скоро двери разрушатся, и вы будете свободны, — сказал Сомбра, стоя перед дверями. Он не мог уйти из подземелья, так как должен был следить за процессом и за тем, чтобы ничто его не нарушило. Вдруг он услышал странный шум. Обернувшись, он увидел в воздухе перед собой черное облако.       — Пони Теней, что ты забыл здесь? — спросил он. Видимо, Сомбра был недоволен его визитом. Тем временем облако сформировалось в фигуру пони.       — Меня послал Повелитель Дрэг. Мы должны найти Твайлайт Спаркл. Заодно меня просили узнать, как у тебя дела.       — Еще не готово. Передай Дрэгу — врата разрушатся не раньше завтрашнего дня. Скоро весь мир погрязнет во Тьме. Тебе это будет по душе, не так ли?       — Да, ты прав, во тьме я сильнее. Что ж, я передам Повелителю твои слова.       Пони Теней вновь превратился в черное облако и покинул подземелье. Сомбра некоторое время стоял на месте, затем снова обернулся к вратам. На самом деле Сомбра солгал: он не знал наверняка, живы ли умбры вообще. Ведь прошло столько времени. Но Сомбра верил, что его миссия закончится успешно. Иначе быть не может.

***

      Пустыня. Она повсюду: справа, слева, спереди и сзади. И она уже изрядно надоела не случайно попавшим туда Тиреку, Кризалис и Коузи Глоу.       — Я… больше… не могу. Воды, — из последних сил произносила пегаска.       — Ах, какая прелесть, что Дрэг не удосужился дать нам с сомой воды, — с сарказмом проворчала Кризалис, которой тоже ужасно хотелось пить.       — И этот дурацкий песок. Так невозможно передвигаться! — поддержал их Тирек. Хотя его, в отличие от остальных, жажда не мучала. — Даже Твайлайт не придет в голову находиться здесь.       — Или, Твайлайт надеется, что мы так подумаем! — вдруг воскликнула Кризалис. — Что, если она прячется где-то здесь, думая, что мы не станем ее искать?       — Ну, как раз этим мы и занимаемся, — заметила Коузи.       — Вот именно. Поэтому нам лучше продолжить поиски!       Так они и поступили, потому что в любом случае у них не было другого выбора. Долгое время они шли молча, но Коузи вновь воскликнула:       — И долго нам ее искать?       — Пока не найдем. — пропыхтел Тирек. На самом деле, ему было еще сложнее, потому что Коузи нагло перебралась на его спину. В один момент он хотел скинуть ее, но передумал. Лишь хитро прищурил глаза и подумал: «Месть моя будет страшна».       — А если не найдем? — от такого вопроса Тирек остановился и почесал подбородок.       — А вдруг ее действительно здесь нет? Или того хуже: ну найдем мы ее, а дальше что? Как Дрэг об этом узнает?       Кризалис тоже остановилась и задумалась. На мгновение Тирек уловил ее взгляд.       — Стой, ты опять думаешь об этом? В этот раз не получится, уверяю тебя. Теперь мы имеем дело с куда более сильными союзниками.       — Нет, я думала о другом. Почти. Быть может… Хотя нет, это слишком глупо.       — Что такое? Говори! — вдруг вскочила пегаска.       — Не знаю. Мне кажется, нас опять используют. Как какие-то игрушки. Даже Дискорд однажды нами манипулировал. До сих пор не могу отойти от этого. Так… Вдруг Дрэг просто использует нас, а потом избавится, как от ненужного мусора.       В голосе Кризалис читалась печаль, и Тирек и Коузи почувствовали то же.       — И что ты предлагаешь? — спросил Тирек, обдумав слова Кризалис.       — Я предлагаю переждать войну. Посмотрим, что выйдет. Заодно попытаемся придумать, как быть дальше.       — Погоди, переждать? — воскликнула Коузи. — Ты с ума сошла?!       — Тише! Мне кажется, Кризалис права, мне тоже надоело быть марионеткой! Согласен, мы должны спрятаться.       — Хорошо, тогда я тоже согласна. Но куда мы уйдем? Дрэг нас может достать откуда угодно!       — Может и нет, — ответила Кризалис. — И я знаю, куда мы можем отправиться. Туда, куда в здравом уме не пойдет ни один пони.       — Да? И куда же?       Ответ был таков:       — В Вечнозеленый лес.

***

      — Так, давай еще разок проясним: то есть ты хочешь сказать, что их хваленый король… как его там? Стрэндж Глоу? Хочешь сказать, что он — это Дрэг?       — Именно, Рэйнбоу Дэш. И его зовут Стронг Блоу.       — Тогда это все меняет, — сказал Фрэш. — Теперь хотя бы ясно, откуда он может знать о том, что вы живы, принцесса.       — Знаешь, что это значит? — спросил Рок, на что Фрэш лишь удивленно изогнул бровь. — Это значит, что каждый пони будет сражаться на его стороне.       — Думаешь? А что, если мы скажем пони правду?       — Какую правду? Что наш король — это создатель Зла в нашем мире? И ты хочешь рассказать это после истории с теми статуями?       — Тогда мы можем сказать, что на самом деле он жесток. К тому же у нас есть доказательства, — Фрэш указал на раненых друзей.       — Допустим. Выходишь ты на публику и говоришь всем, что Стронг Блоу не такой добродушный, каким мы его представляли. И ты даже покажешь, какие увечья он нанес Винд и Вэю. Но, во-первых, кто из пони поверит тебе наслово, что сделал это именно король, а во-вторых, даже если и поверят, что это был он, пони подумают, что на то была причина. Пойми: Стронг правит у нас не два дня, а пятьсот лет! За это время, знашь ли, пони к нему очень привязались. То есть теперь они будут верить только королю, а все обвинения в его адрес будут опровергать. Потому что Стронг — очень влиятельный. К тому же, как бы наши слова не обернулись бы против нас. Так что над этим нам стоит серьезно подумать.       — Мне кажется, Рокбоди прав, Фрэш, — согласилась Флаттершай. — Пони сейчас будет очень трудно переубедить.       — Я тоже согласна, сахарок. Нельзя все решать с кондачка.       — Именно! — подхватила Пинки. — А что такое скондачок?       — Ладно, ладно, подумаем. Та-ак… Знаете, мне кажется, не все пони так единомысленны.       — На что это ты намекаешь? — спросила Рэйнбоу.       — Ну, я не уверен, но… Что если есть те, кто… Ненавидит короля?       — О, я кажется где-то о таких слышал. Где-то в маленьких деревнях есть культы. Там все утверждают, что Стронг Блоу — это демон, который пришел медленно уничтожать этот мир. Естественно, им никто не верит.       — И что за культ? — поинтересовался Фрэш.       — Думаешь, я помню? Название у них такое… Ну, сложное, в общем.       — Похоже, вы сейчас говорите о «Последователях Видящего»? — сказал проснувшийся Вэй.       — Вэй? И долго ты не спишь? — спросил Фрэш.       — С того момента, как Дискорд раскрыл настоящую сущность короля.       — Ясно. Ты в порядке?       — Да ничего, жить буду.       — Дай мне осмотреть твои раны, — Флаттершай подлетела к Вэю и начала осматривать его. — Тебе еще какое-то время придется полежать. Раны еще не зажили.       — Ох, какая жалость! А я так хотел погеройствовать! — драматично воскликнул он, и все рассмеялись.       — Итак, теперь я, кажется, знаю, что делать! — сказал Фрэш, успокоившись.       — И что же?       — Мы должны найти Последователей Видящего.