Рождественская сказка

Сквозь сон Бетти отчётливо ощущала тепло чьих-то рук, обвивших ее талию, и размеренное дыхание на своей шее, от которого шли мурашки. Попытавшись выпутаться из кольца крепких (и о боги — мужских) рук, девушка слабо простонала от безысходности. Пробурчав что-то невнятное сквозь сон, Джагхед прижал ее ближе, хотя казалось, что ближе уже никуда, и уткнулся холодным носом в шею Купер, заставив ту вздрогнуть. Вновь пытаясь встать с кровати, Бетти пихнула парня локтем, отчего Джонс сдавленно охнул, выпуская ее из рук. — Наконец-то, — буркнула недовольная девушка, ступая голыми ступнями на прохладный паркет. — Ммм, — промычал Джаг и перевернулся на другой бок, заворачиваясь в одеяло. Бетти бесшумно открыла дверь и проскользнула в коридор. — Кхм-кхм, — послышался хриплый кашель Тони. Она стояла в проходе, внимательно разглядывая подругу с лёгким прищуром. Элизабет вздохнула, понимая, что разговора с подробными расспросами не избежать. — Выпьем чаю? — самая нелепая фраза, пришедшая в голову первой, но забрать слова обратно нельзя. Купер хотелось стукнуть себя по лбу, но желание отодвинуть неприятную беседу было слишком сильным, и слова сорвались сами. Бетти знала, что от Тони нельзя ничего утаить и рано или поздно ей придется объяснить, что Джагхед делает у них в гостиной, и почему они спали вместе. Объяснить было несложно. Гораздо сложнее было признаться себе в том, что была бы возможность — и Элизабет повторила бы эту ночь снова. В объятиях Джонса она ощущала себя защищённой, укрытой от всего мира. Словно она спряталась за большим хрустальным куполом, где не существует никаких проблем. Кошмары отступили, и удалось поспать спокойно. — Чаю? Как скажешь, — Тони прекрасно поняла, что ее подруга не настроена разговаривать, и прошла на кухню, включая чайник. — У нас есть… ммм… пирог… Будешь? — окончательно смутившись, Бетти подошла к шкафчику, доставая все содержимое и не зная, о чем начать беседу. Топаз звонко засмеялась, подходя к Купер и забирая из ее рук тарелки. — Да поняла я уже, что ты не хочешь говорить о вас с Джагхедом. Все нормально, я не буду тебя пытать и выжимать информацию. Почти. Но если что, я хочу, чтобы ты кинула мне букет на вашей свадьбе, — усмехнулась, наблюдая за Элизабет, которая готова была провалиться под землю от стыда. — Топаз, черт побери! — Я просто попросила. Не злись, давай лучше и правда чай попьем. Бетти облегчённо выдохнула, кивнув, и присела за стол, радуясь тактичности подруги (хотя Антуанетта не особо отличалась тактичностью, постоянно задавая слишком личные вопросы, но со временем научилась не лезть туда, куда не стоит). Девушки пили чай в тишине, иногда перекидываясь парой фраз, чтобы в комнате не повисло неловкое молчание, думая о своем. Тони думала над тем, как же ее взбесил Стив, не желающий искать ель для праздника (который, к слову, наступит через пару дней), а Купер размышляла над тем, чем бы ей заняться. Внезапно в голову пришло осознание того, что послезавтра Рождество, а она даже подарки не успела купить. «Я как всегда вспоминаю обо всем в последний момент» Бетти понятия не имела, где искать подарки, что дарить и куда ехать. В Ривердейле она находилась около недели и ни разу не была ни в магазинах, ни в торговых центрах (да и были ли они тут вообще?), поэтому нужно было срочно что-то придумывать. И кажется, она уже знает, кто ей поможет. На кухню зашёл Джагхед, чуть шатаясь и зевая. Он пригладил свои растрёпанные после сна волосы и устремил заинтересованный (скорее наполненный желанием) взгляд на кружку кофе, стоящую на столешнице. — Доброе утро, дамы, — на этих словах он многозначительно посмотрел на Элизабет, тут же покрасневшую. — Ладно, не буду смущать вас, дорогая парочка, — ехидно заметила Тони, поставив чашку с недопитым чаем, и вышла из комнаты. Бетти вздохнула, понимая, что подобные шутки теперь будут всегда проскальзывать в ее разговорах с Топаз. Неисправимая шутница, она точно не упустит возможности постебаться над ними. — Что ты такого успела наболтать Тони, что она нас уже парочкой называет? — поинтересовался Джагхед, присаживаясь за стол и внимательно смотря на Купер. Та лишь отвела взгляд, не зная, что сказать. Они бы никогда друг другу не сказали это, но от саркастичного «парочка» у обоих немного потеплело внутри. — Не обращай внимания, — отмахнулась, боясь лишних допросов. — Кстати, я хотела спросить: у вас здесь есть торговые центры или что-то типа того? — она чувствовала себя максимально неловко, пока говорила это. Джагхед усмехнулся, продолжая пристально смотреть на девушку, заставляя ту сжимать чашку пальцами. — Нет, что ты, мы как древние люди ходим в одной и той же одежде, пока к нам не прилетят инопланетяне и не подарят нам комплект новой пижамы. К сожалению, приходится выживать именно так, увы, — серьезно сказал Джонс, начиная раздражать Элизабет с каждой секундой все сильнее. Ну неужели так сложно ответить на поставленный вопрос? — Бетти, ты иногда такие странные вопросы задаешь, что в тупик меня заводишь. Ривердейл — это не Нью-Йорк, конечно, но мы тут не в каменном веке живём. Недалеко от того катка, где мы с тобой были, есть один торговый центр, там очень много магазинов с одеждой, обувью и многим другим. Если хочешь, то могу отвезти тебя. — А ты… Можешь… Можешь поехать со мной, чтобы показать, как там у вас все устроено, а то я… Может я заблуж… Да, я ведь могу заблудиться. В общем, ты мог бы сопроводить меня, чтобы я не заблудилась? — запинаясь, кое-как выдавила из себя Купер. Это было так необычно — просить Джагхеда помочь ей, хотя буквально несколько дней сама пыталась отвязаться от него и старалась пресекать любые попытки сблизиться с ним. Но ей отчаянно хотелось провести с ним как можно больше времени, за что она ненавидела себя ещё больше. Но поделать с этим желанием ничего не могла. Джаг довольно улыбнулся. — Безусловно, ты заблудишься. А зная твой отвратительный характер, могу стопроцентно сказать, что помощи ты ни у кого не попросишь, так что как я могу отказаться и бросить тебя в такой сложной ситуации? — Джагхед, перестань! — Не кипятись, леди Элизабет. И начинай собираться, поедем минут через двадцать. — Всмысле через двадцать? Я же даже накраситься не успею! — возмущённо воскликнула Бетти. — Не припомню, чтобы ты красилась. Если хочешь произвести на меня впечатление, то уже поздно, я видел тебя с огромными синяками под глазами и в старой футболке. Шанс упущен. — Сейчас твой недопитый кофе окажется на твоём лице, — девушке было обидно слышать такие слова от Джонса. Она сама не понимала, почему безобидная фраза так задела ее. Вроде ещё вчера ей было совершенно все равно на свой внешний вид, а сегодня хочется быть при параде. Что могло поменяться за один вечер? Многое. И это не все перемены, которые ждали ее, но она пока не подозревала об этом.

***

Элизабет и Джагхед ехали в машине уже около получаса (при этом парень сказал, что дорога не займет много времени, но Бетти знала, что ему не стоит доверять в таких вопросах). Они не разговаривали, а просто молчали, но молчание не было напряжённым. Джаг сосредоточился на дороге, вспоминая самый короткий путь, а Купер смотрела в окно, прислонившись лбом к стеклу, и слушала музыку из своего давно забытого плейлиста.

If you dance I'll dance, Если начнёшь танцевать, я тоже буду, And if you don't, А если не станешь, I'll dance anyway. Станцую всё равно. Give peace a chance, Дай покою шанс, Let the fear you have fall away. Позволь страху пасть.

Воспоминания волной проносятся в голове. Первый школьный бал, к которому она готовилась за три месяца. Так долго искала платье, подшивала его, искала украшения, туфли и придумывала причёску. На школьном балу она выделялась среди ровесниц своим образом: невинное розовое создание в обществе девушек с яркими красными губами и весьма экстравагантными нарядами. Она просидела весь вечер на скамье, так и не дождавшись того, что ее пригласят на танец, и вернулась домой в слезах, полностью убитая и расстроенная. — Ненавижу эти чёртовы школьные балы! — громко крикнула Бетти, хлопая дверью в свою комнату, и опустилась на пол, вытирая слезы, которые бесконечными каплями падали на платье, руки и пол. Тушь размазалась вместе с помадой, а тени расплылись по веку. — Эй, Беттс, ты чего? — в комнату зашёл Тед, обнаружив сестру сидящей на паркете. Он не ожидал, что она придет так рано, но сейчас его больше волновало ее состояние. — Ничего. Вообще ничего. Все у меня хорошо, ясно?! — не сумев удержаться, девушка расплакалась, прикрывая лицо руками и тихо всхлипывая. Тед тут же сел рядом, приобнимая ее за плечи и чуть гладя по волосам. — Спокойно, Беттс. Давай, глубокий вдох и выдох. Вдох и выдох. Я рядом, не переживай. Дыши глубже и вытирай слезы, мы со всем разберемся. — Не разберемся, — немного успокоившись, пролепетала Элизабет, мотая головой. На душе было отвратительно и хотелось просто лечь на кровать и проспать несколько десятков часов, а лучше дней, пока не станет лучше. Наверняка завтра многие не упустят возможности отпустить в ее адрес грубую шутку по поводу ее одиночества в этот вечер. А она ведь правда надеялась хотя бы на один танец. — Ты знаешь, что нет проблем, которые нельзя решить. Мы ведь команда, забыла? Тед и Бетти — два идиота, всегда справляющиеся с трудностями и не умеющие шутить, помнишь? Это ты придумала такой отстойный лозунг, — беззлобно поддел сестру Тед. — Мне тогда было одиннадцать, так что нечего меня упрекать, — хмыкнула Купер. — Что бы ни случилось, я готов поспорить, что через пару лет ты об этом даже не вспомнишь. Может с улыбкой. Стоит ли это твоих слез? — Не знаю, — призналась Бетти. Она вечно накручивала себя, придумывая проблемы и заранее боясь их. — Хотелось бы забыть такой ужасный день навсегда. — Помнится мне, что ты ждала школьный бал сильнее, чем свое четырнадцатилетие, начав планировать свой наряд, когда тебе было двенадцать. И теперь ты говоришь, что это ужасный день? — нахмурился парень, крепче обнимая Бетти и слегка покачивая ее в своих руках. — Я ждала бал из-за танцев. Даже записалась на курсы по вальсу, понимаешь? А меня никто не пригласил. Некоторых девушек из нашего класса пригласили по три, по четыре раза, а меня нет. Неужели я такая некрасивая? — положив голову на плечо брату, погрустневшим голосом спросила Элизабет. — Ну уж нет! Не думай унывать из-за такого пустяка! Ты же сама говорила, что в вашем классе все парни — дураки. Сейчас я с тобой полностью солидарен, потому что они явно потеряли возможность потанцевать с такой прекрасной девушкой как ты, Беттс, — Тед немного задумался, а после вдруг вскочил и протянул руку Купер. Та удивлённо уставилась на нее. — Ты сказала, что ходила на курсы? Давай посмотрим, чему ты научилась. Вставай. — Что ты хочешь сделать, Тедди? — Если никто из тех мудаков не пригласил тебя, то это сделаю я. Я сегодня добрый, поэтому выбирай любую песню, я готов вытерпеть любую попсу ради тебя, — парень протянул ей телефон. — Ты сумасшедший. — Конечно, а иначе в кого ты тогда пошла? Гены, — ухмыльнулся Тед. — Погоди, что это? Лана? Серьезно, Бетти? — Лана очень классно поёт, так что заткнись. Ты сам вызвался потанцевать со мной, — обиженно надула губки девушка. — Чего я только ещё не сделаю ради тебя, — вздохнул Тед, хватая Элизабет за руку. — Начинается закат, поэтому пойдем на улицу. Соседи оценят. Они выбежали во двор, располагая телефон и колонку на крыльце. Зазвучала мелодия, и Тед с Бетти начали танцевать. Вернее танцевала одна Бетти, а Тед пытался успевать за ней, постоянно путаясь в ногах и едва не повалив сестру на траву.

If you go I'll stay, Если ты уйдёшь, я останусь и, You come back I'll be right here. Когда ты вернёшься, буду прямо здесь. Like a barge at sea, И как баржа в открытом море, In the storm I stay clear. В бурю я останусь чиста. I've got my mind on you Я думаю о тебе, I've got my mind on you. Ты в моих мыслях.

Элизабет наслаждалась любимой песней, позабыв о причине недавних слез. Она кружилась в танце, позволяя улыбке расцвести на губах и, сама не замечая, тихо и звонко смеялась, наблюдая за неуклюжими попытками брата, который желал попасть в такт. — Тедди, танцор из тебя никакой. — Я предупреждал. На школьном балу я отдавил ногу своей однокласснице и выслушал много нелестных слов, а это не особо приятно. — Ты знаешь, что ты самый лучший брат на свете? — неожиданно спросила Бетти, обнимая парня за шею. Она посмотрела в его глаза и широко улыбнулась, вызывая улыбку у него самого. — Полчаса назад я шла домой невероятно расстроенная, а сейчас улыбаюсь и совсем не хочу грустить. Это все благодаря тебе. — Потому что таким принцессам можно только улыбаться. Ты не заслуживаешь ни одного из тех альфа-самцов, поверь. Твой принц ждёт тебя, но для этого нужно время. И если твой принц не будет готов терпеть ради тебя песни этой твоей Ланы доль Рей, то задумайся, нужен ли он вообще? Бетти захохотала, обнимая брата за плечи. — Лана дель Рей, на минуточку. Ты лучший, Тедди. И именно в этот момент он опять наступил ей на ногу. Теперь их обоюдный громкий смех уже невозможно было остановить.

If you dance I'll dance, Если ты начнёшь танцевать, начну и я, I'll put my red dress on again. Снова надену своё красное платье. And if you fight I'll fight, И если ты вступишь в битву, я тоже буду сражаться. It doesn't matter now it's all gone. Всё неважно, раз уж всё прошло.

Если бы Бетти спросили, какой танец был самым запоминающимся в ее жизни, то она не ответила бы, что это был танец с ее однокурсником Джереми, который ей очень нравился (в университете было больше желающих пригласить ее). Она бы ответила, что это был танец с ее братом. Да, он был не в пафосном зале, украшенном шарами и там не было большого праздничного стола. Да, не было красивых костюмов и дорогих платьев. Зато была зелёная трава, щекочущая ступни, и ярко-розовое небо, переливающееся разными оттенками. Была любимая песня, которая дарила ей ощущение полета. Был Тед, который был лучше всех парней в мире. И было счастье, которое подкралось незаметно. Оно чувствовалось в запахе вечерней росы, в крепких объятиях дорогого для Бетти человека и в солнце, отливающем в глазах. А большего ей не надо. Дорога продолжалась, и Элизабет не заметила, как глаза начали закрываться. Кругом виднелись поля, усыпанные пушистым снегом, и солнце немного выглядывало из-под облаков. Такой пейзаж внушал умиротворение, особенно в сочетании с все той же песней, дарящей особое чувство, от которого внутри теплело.

Say yes to heaven, Скажи «да» раю, Say yes to me. Скажи мне «да». Say yes to heaven, Скажи «да» небесам, Say yes to me. Скажи мне «да».

И Бетти хотела сказать «да». Сказать «да» своему собственному счастью, когда-то так легко ускользнувшему из ее рук, но боялась, думая, что всё потеряно. Кто же знал, что ее счастье находится так близко? ***  — Джонс, ты… Ты просто… Да у меня даже слов нет, чтобы описать, какой ты человек! — возмущалась Элизабет, тяжко дыша и не успевая за бегущим парнем. — Ты обещал, что мы доедем за сорок минут, а мы потратили на дорогу почти два часа! — Пробки, — пожал плечами Джагхед и схватил девушку за ладонь. — Давай быстрее. — Пробки, блин! А посмотреть в приложении нельзя было?! Теперь у нас осталось полтора часа до закрытия торгового центра, мы же ничего не успеем! — Хватит ворчать, словно старушка. Все мы успеем, перестань выносить мне мозги. — То есть я ещё и мозги тебе выношу, да?! А может я… — Бетти не смогла договорить, потому что парень резко повернулся в ее сторону, преграждая ей путь. Он раздражённо откинул прядь волос со лба, смеряя Элизабет нетерпеливым взглядом. Между ними находились жалкие сантиметры, отчего дышать становилось труднее. Воздух будто превратился в раскалённый, и невозможно было ни вдохнуть, ни выдохнуть. Они стояли так несколько минут, разглядывая друг друга. Повисшее напряжение усиливалось с каждой секундой. Бетти смотрела прямо в глаза Джагхеда, а он на ее губы. Бетти, не контролируя свои действия, облизнулась. Джаг шумно выдохнул. — Долго ещё будешь рассматривать меня как экспонат? — усмехнулся он, выводя девушку из оцепенения. Она поджала губы и отвела взгляд. — Ничего я на тебя не смотрю. Тем более, ты сам смотришь. — Ты ведешь себя как ребенок. — А ты значит лучше? — Ребенок. — Сам ты ребенок. Этот поход в торговый центр обещал быть интересным.

***

— Ну, что скажешь? — спросила Бетти, прокрутившись перед зеркалом в примерочной. Джагхед заглянул, скептично оглядывая наряд девушки: объемная зелёная толстовка и серые обтягивающие джинсы. — Ты серьезно собираешься встречать в этом Рождество? — Да. А что не так? — Слишком повседневно для такого праздника. — Может тогда ты выберешь мне одежду получше, мистер Всезнайка? — выгнула бровь Элизабет, которая была довольна своим нарядом и совершенно не понимала, чем он мог не понравиться парню. — Заметь, что это предложила ты, — и Джаг скрылся за ширмой быстрее, чем Купер успела что-нибудь подумать. А потом он вернулся с самым коротким платьем, которое Бетти когда-либо видела. Чёрное, с кружевными вставками и миниатюрным поясом, оно казалось таким платьем, которое носят высококлассные проститутки (девушка выразилась именно так, из-за чего их чуть не выгнали из магазина, потому что Джонс смеялся очень громко и долго, словив неодобрительные взгляды консультантов и покупателей). — Ты выглядишь невероятно красивой в нем, так что мы определенно его берём, — сказал Джагхед. — Мы? — Считай, что это мой подарок тебе на Рождество. — Что? О Боже, Джаг, ты с ума сошел? Думаешь, что я не видела ценник? Я не позволю тебе покупать мне такие дорогие вещи, даже не пытайся! — Бетти было неудобно перед парнем, в частности потому что она не знала, что дарить ему. Но он не собирался отступать.

***

— Классный свитер, ты чего? Тебе к лицу серый цвет, — сдерживаясь от того, чтобы не засмеяться в голос, произнесла Элизабет. Картина, которая предстала перед ней, была комична: Джагхед с грустным выражением лица (они прошли четыре магазина и не смогли найти то, что ему было нужно), одетый в свитер с изображением оленя. Олень был милым, но странным: его зрачки сместились, а рога немного скосились. Взгляд у оленя, которого Бетти прозвала Хлодвигом, был такой же грустный, как и парня. — Хватит издеваться. Я выгляжу как ботан-аутсайдер, — поморщился Джонс, хмурясь и недовольно смотря в зеркало. Девушка подавила смешок и подошла ближе. Она встала напротив него и протянула руки к воротнику, аккуратно поправляя. Джаг затаил дыхание, следя за ее выражением лица и ничего не говоря, будто боясь спугнуть. Кожа покрылась мурашками от ее невинных нежных прикосновений, которые излучали тепло. — Так лучше, — робкая улыбка украсила ее лицо, и он готов был поклясться, что не видел ни одну девушку, обладающую столь обворожительной улыбкой. А в сочетании с мило порозовевшими щеками это выглядело произведением искусства, которое хотелось запечатлеть в своей памяти навсегда. И если для того, чтобы видеть это каждый день, нужно было купить несчастный свитер, то Джаг купил бы тысячу таких свитеров.

***

— О мой бог, какая красота! Тони точно будет в восторге, я сама была бы в восторге! — взвизгнула Купер, держа в руках пластинку с песнями Queen. На задней стороне упаковки были изображены глаза Фредди (об этом Бетти узнала от Джага, узнав также и о конкурсе на гитару, которая должна была быть вручена самому внимательному поклоннику), а на передней — лица всех участников, слившиеся в одно. — Я подумаю над тем, чтобы запастись затычками для ушей, потому что эта пластинка — детская мечта Клубнички, и боюсь, что ее визг оглушит всю округу, — усмехнулся Джонс, держа в руках пластинку с Beatles — подарок для Свит Пи. — А у них есть проигрыватель? — Есть. Какой-то старый и дряхлый, но работает вроде неплохо. Я собирался подарить им новый на день рождение Свита, только я ничего тебе не говорил. — Отлично! — обрадовалась Бетти, протягивая пластинки продавцу.

***

— Нет, Купер, отпусти меня! Ты не обязана дарить мне подарок, все нормально! — Джагхед пытался вырвать свою руку из железной хватки Элизабет, которая упрямо тащила его к ларьку с книгами. Стоило ему проболтаться о том, что он планирует читать больше в следующем году и уже выбрал, что хочет почитать, как эта несносная девчонка заявила, что они идут покупать ему подарок на Рождество! — У тебя есть два варианта: либо ты затыкаешься и спокойно выбираешь понравившиеся тебе книги, либо ты получаешь от меня пару подзатыльников, затыкаешься и спокойно выбираешь понравившиеся тебе книги, — зло воскликнула Бетти, продолжая тащить парня за собой. Она ещё успеет пожалеть об этой идее, ведь Джаг будет выбирать около получаса (и продавец буквально выгонит их пинками, указывая на время и причитая о том, что торговый центр закрывается), но его горящие глаза будут стоить этого. Стоить ее потраченных нервов, их нелепой ссоры и пререканий, которые не прекращались до тех пор, пока они не сели в машину.

***

Дорога назад выдалась более живой. В салоне машины играла музыка, Элизабет подпевала и рассматривала покупки, не переставая восхищаться и ругая Джонса за платье, которое он выбрал, а он, в свою очередь, будет улыбаться и отшучиваться. — Не могу понять, как тебе может нравится Рей. Как по мне, она ужасно поет, — он оказался точно таким же привередливым в плане музыки, как и Тед. — Почему же ты тогда разрешил мне включить ее? — фыркнула, отворачиваясь к окну. Ей было обидно, она любила творчество Ланы дель Рей всей душой и наслаждалась ее песнями в любом месте, в любое время. Не сказать, что ее сильно задели слова Джага, но ей было интересно, что он ответит. — Ради тебя я готов послушать пару песен этой чертовой Ланы. Но только пару! — но Бетти уже не особо слушала его, погрузившись в свои мысли, которые становились все запутанней. И почему именно сейчас ей пришла в голову фраза, сказанная Тедом ещё очень давно? «И если твой принц не будет готов терпеть ради тебя песни этой твоей Ланы доль Рей, то задумайся, нужен ли он вообще?» Какая-то странная шутка судьбы. Не может же все складываться так просто. Элизабет не замечала, как перестала вспоминать моменты со своим братом со следами на глазах. Боль начала отступать, но до сих пор виднелась на горизонте, готовая напасть в любой момент. Бетти училась на ошибках и становилась лучше. А вот знаки судьбы распознавать так и не научилась. Если бы научилась, то давно бы поняла, что ее принц сейчас сидит слева от нее и ведёт машину, терпеливо слушая ее любимую, но надоедливую песню.