Лист поцелуев

       Пейтон пробежался глазами по классу, но своей подруги не нашел. Вирджиния, как и обычно, где-то шлялась, и придет она, скорее всего, только со звонком. Закатив глаза и устало вздохнув, Моормиер занял свое место. Он быстро выложил нужные ему вещи на парту и залип в телефоне, играя в какую-то идиотскую игру, которую ему посоветовал Энтони. Да, хоть парни этого и не афишировали, но общались они довольно хорошо.        — Пейтон? — голос звавшей его девушки был слишком высоким. Пей поднял глаза и увидел перед собой Лору Семьюэл. Блондинка была одета в розовое платье, обтягивавшее ее фигуру. Лора покрылась красными пятнами от смущения. Она нервно переминалась с ноги на ногу и неустанно заламывала себе пальцы. — Я-я… Не напираю, но… Ты подумал над моим предложением? — Семьюэл быстро огляделась, проверила, не услышал ли ее кто-то, и вернула взгляд на парня. — Что скажешь?        — Знаешь, — Пейтон склонил голову на бок, прищурился и оценивающе посмотрел на девушку. — Не знаю, что скажет на это Ви, ведь ты ее кинула, и вы вроде как в контрах, — Моормиер сделал многозначительную паузу, будто готовился вынести Лоре приговор. — Но помощь мне все-таки потребуется. Придется откинуть мою заочную личную неприязнь к тебе и согласиться, — после своих слов Пейю захотелось огреть себя чем-нибудь тяжелым по голове. Да, он достаточно популярный парень в школе и догадывается, что Семьюэл он симпатичен, но это же не повод с ней так разговаривать, верно? — Господи, прости, — парень закрыл лицо руками. — Это было грубо. Прости, Лора, я не это имел ввиду.        — Да ничего! — радостно воскликнула блондинка. — Ничего страшного. Тем более, есть за что, — она махнула рукой и сбила пенал Пейтона со стола. — Вот блин, — резко нагнувшись, Лора задела лбом край стола. Звук был глухим, но тихим. — Ай! — пискнула Семьюэл.        — Эй, ты как? — Моормиер поднялся было с места, но блондинка жестом показала ему, что все порядке. — Может, отвести тебя в медпункт? Больно?        — Да нормально, — девушка потирала ушибленный лоб, на котором образовалось красное пятно. — Все порядке, — наконец она подняла пенал и положила его на место. — Где будем заниматься? — пытаясь сгладить неловкий момент, Лора выдавила улыбку.        — Чем это вы собрались заниматься? — за спиной у Семьюэл возникла Белла. Она холодно взглянула на Пейя и обратила взор на свою подругу. — Что это у тебя на лбу? Тебя кто-то покусал? Это заразно? — Винствуд брезгливо отшатнулась от блондинки. — Ты в норме?        — Не важно, — лицо Семьюэл моментально мрачнеет, смущенный румянец сменяется будничной серостью. — Забей, Белл, все в порядке, — Изабелла одаривает блондинку фальшивой улыбкой и проходит на свое место. Лора закатывает глаза и вздыхает. Пейтон, молча наблюдающий за происходящим, улыбается ей.        — Напиши мне, — шепчет парень. Он корявым почерком быстро пишет свой номер на маленьком листочке бумаги и дает его Семьюэл. Девушка снова расплывается в улыбке, Моормиер отвечает ей тем же.        Как и ожидалось, Скотт завалилась в класс со вторым звонком. Она окинула взглядом свою парту и места за ней и закатила глаза. Девушка явно была не в духе. Лицо ее было красным, словно переспевший помидор. Пейтон удивленно посмотрел на Ви, она молча закидывала школьные принадлежности на парту. Моормиер решил не лезть на рожон и оставить подругу в покое.        — Захочет — расскажет, — подумал про себя парень. Учитель уже что-то писала на доске, и Пей принялся быстро переписывать то, что не успел записать.        После школы Пейтон отправился домой. Он решил попытаться начать подготовку к пересдаче самостоятельно. Открыв задания, парень начал выписывать задачи и уравнения и пытаться их решить. Спустя примерно полтора часа безрезультатных попыток хоть что-то решить, он злостно отшвырнул ручку и уставился в потолок. Экран его телефона засветился. Набор цифр: «Привет, это Лора. Когда ты свободен?» Пейтон: «Всегда. Сегодня, завтра, послезавтра — всю неделю» Лора: «Тогда, может, позанимаемся сегодня? У меня дома мама, но не думаю, что она нас потревожит» Пейтон: «Да, давай. Скинь адрес. Я могу быть у тебя в течение часа»        Пока Моормиер пытался запихнуть в свою сумку (рюкзак он носил только в школе) все необходимые ему тетради и ноутбук, Лора прислала ему свой адрес. Взглянув на название улицы, Пей удивился: до Семьюэл можно было дойти пешком. Кое-как застегнув молнию на сумке, парень сообщил матери, что идет «грызть гранит науки» и вышел на улицу.        Тратить на дорогу бензин он не стал — решил прогуляться. Заодно освежит голову и развеется. Пейтон одиноко вышагивал по узкой улице, с двух сторон окруженной домами, и смотрел по сторонам. Он знал эти места, как свои пять пальцев. С каждой лужайкой и задним двориком этой улицы его связывала сотня воспоминаний из детства. Пусть даже и не все они были приятными.        Дом блондинки находился практически в нескольких сотнях метров от дома Моормиера. Однако, эта сотня метров, отделяла зажиточных жильцов от среднего класса и бедняков. Разница была очевидной.        Постепенно огромные «замки», такие просторные, светлые, блестящие чистотой и богатством, сменились маленькими домишками, иногда даже одноэтажными, что казалось очень странным. Трава перед домом была заметно жухлее и реже, отделка фасадов домов сменилась с камня на дерево. Оглядываясь по сторонам, про себя Пей отметил, что здесь он раньше никогда не бывал.        Тем не менее, жилище у семьи Семьюэлов было приличным. Внушительных размеров двухэтажный деревянный дом заметно выделялся на фоне остальных чахлых построек. Из окон лился яркий свет. На первом этаже, на кухне, суетилась светловолосая женщина — мама Лоры. Чуть постояв перед домом, парень поднялся по ступенькам и позвонил в дверь.        — Добрый вечер, молодой человек, — дверь ему открыла Семьюэл-старшая. Белокурая женщина с ясными голубыми глазами, как и у ее дочери. Радушная улыбка освещала лицо, подернутое тонкой сеткой морщин. Выглядело мама Лоры очень мило. Пейтон не смог сдержать улыбки при виде ее радостного лица. — Избегая всяких «мисс Семьюэл», скажу сразу: зови меня просто Анна, хорошо?        — Здравствуйте, — продолжая улыбаться, проговорил Моормиер. — Меня зовут Пейтон, я… Лора обещала помочь мне с математикой, — Анна отступила назад и позволила ему войти в дом.        Внутри пахло свежей выпечкой и лакированной древесиной. Пейю показалось, что он вовсе не в городе, а в доме лесника где-то посреди густой чащи. Прихожая была отделана древесиной, выкрашенной в песочный оттенок. Длинный коридор вел в несколько комнат и дальше уходил на широкую лестницу. Повсюду висели какие-то фотографии и рисунки. Видимо, детское творчество Семьюэл-младшей.        — Лора! К тебе гости! — крикнула женщина и снова улыбнулась. — Проходи и чувствуй себя как дома. Чаю не хочешь?        — Ма-ам, — позвала сбежавшая по лестнице девушка. — Можешь принести его в комнату, пожалуйста? — блондинка кивнула Пейю в знак приветствия и вновь перевела взгляд на мать.        — Конечно, детка, — кивнула Анна и скрылась за дверью, ведущей на кухню. Пейтон быстро скинул кроссовки и вопросительно посмотрел на Лору. Она махнула головой, указывая ему на лестницу, и быстро взбежала по ступеням. Подхватив сумку, парень последовал за ней.        — Вот, — выдала Семьюэл, открывая перед Моормиером дверь в свою комнату. — Конечно, не царские хоромы, но я не жалуюсь.        Пей прошел внутрь и осмотрелся. Комната была достаточно просторной. Большие окна, залитые красным цветом заката, выходили на задний двор. Стены были выкрашены в нежно-голубой оттенок. Большая двуспальная белая кровать стояла посередине противоположной от двери стены. На полу, с той стороны, куда обычно блондинка спускала ноги по утрам, лежал пушистый белый коврик. Выделявшийся из светлого интерьера темный письменный стол стоял около окна. На нем уже были разложены какие-то записи и стоял ноутбук с открытыми заданиями.        — А я принес свой, — усмехнулся парень. Он подошел к столу и взглянул на записи. — Это же не математика?        — А! — спохватилась девушка. — Это… Это так, не обращай внимания, — она принялась быстро сметать все листы в одну кучу. — Мое творчество, ничего такого.        — Что «творишь»?        — Не важно, — лицо Лоры стало серьезным. Она сосредоточенно пересчитала листки бумаги и убрала их в верхний ящик стола. — Что ты там принес? Тетради, учебник с собой?        — Да, мэм, — оттарабанил Пейтон и расстегнул сумку. — Я принес тетради за предыдущий год, не знаю зачем. За этот тоже прихватил. И ноут с заданиями, но, как я понял, он мне не пригодится.        — Нам пригодится все, — улыбнулась Семьюэл и пригласила его присесть. — С чего начнем? У тебя есть пробелы за прошлый год? За этот год в вводном было очень мало задач, так что надо начать с того, что ты вообще не понимаешь.        — Тригонометрия? *        — Формулы или окружность? *        — Все.        — Ла-адно, — усмехнулась девушка. — Тогда начнем с формул.        Лора Семьюэл дома и Лора Семьюэл в школе — это два абсолютно разных человека. Сейчас, сидя у себя дома, в своей комнате, один на один с «самим Пейтоном Моормиером» девушка не краснела и не бледнела, не покрывалась стыдливыми пятнами. Блондинка не заикалась и не теряла мысль, с которой начинала, как это обычно происходило в классе. Лора была уверена в себе.        Моормиер, по началу внимательно слушавший все, что говорит Семьюэл, и впитывавший каждое ее слово, быстро ушел в себя. Он изучающе смотрел на сидящую перед ним девушку и не мог поверить своим глазам. Длинные белокурые волосы были собраны в высокий хвост, на лице не было ни грамма косметики. Сейчас Пей заметил, какая у нее чистая и бархатистая кожа. Он с трудом подавлял желание докоснуться до нее, плотно сжимая кулак под столом.        Парень изучил каждый штрих лица блондинки. Он заметил, какие у нее длинные ресницы, обратил внимание на милый курносый нос. Пейтон улавливал каждое ее движение. Он улыбался, когда Лора морщила нос, смеясь. Он не мог удержаться от смеха, когда Семьюэл стукала своим кулачком по столу, пытаясь привлечь его внимание. Моормиер рассеялся. Он растворился в очаровании Лоры Семьюэл и ничего не мог с этим поделать.        Мама девушки принесла им чай с булочками и настоятельно посоветовала Пейю их попробовать. Анна сказала, что сегодня испекла их по какому-то особенному и необычно вкусному рецепту. Парень не смог ей отказать.        — Ты хоть что-нибудь понял? — с надеждой спросила Лора во время их маленького перерыва. Они отложили тетради и принялись за уже остывший чай и чуть теплые булочки. — Я же не зря тут распинаюсь?        — Не зря, — кивнул Пейтон. — Ты объясняешь попонятнее мисс Холли, — Семьюэл подавила улыбку и отпила из своей кружки. — У тебя правда все предметы сданы на «А»?        — Угу.        — Как ты это сделала?! — восхищенно воскликнул Моормиер. — Ты просто читер!        — Нет, — Семьюэл взяла булочку и отломила у от нее кусочек. — Я просто училась все это время, а не пинала балду, в отличие от некоторых, — Пей показал ей язык и сделал большой глоток чая. — Слушай, а как… Как там Ви?        — В смысле? — парень удивленно изогнул бровь.        — Ну… — девушка впервые за все это время покраснела. — Как у нее дела? С листом.? И вообще.        — А зачем тебе? — Пейтон скептично прищурился. — Белла попросила узнать?        — Нет! — от неожиданности блондинка чуть не упала со стула. — Нет! Что ты! Правда, Пейтон, я интересуюсь от себя! Мне правда интересно. Она ведь… Была моей подругой какое-то время.        — А потом ты слилась, — напомнил Моормиер. — Прости, но ты убежала, как крыса с тонущего корабля. Видимо, за то время, что вы общались, ты плохо узнала и поняла психологию Ви.        — Я знаю, — вздохнула Лора. — Мне так жаль, Пейтон. Я не знаю, чем я тогда только думала. Я так хочу все вернуть, но…        — Но-о?..        — Она меня не простит, — выдохнула Семьюэл. — Я почему-то знаю это. Тогда, на парковке, она сказала мне не приближаться к ней, и что она не якшается с крысами, — Пей согласно кивнул. — А Белла… Мы с ней не в ладах, хоть по нам и не скажешь.        — Да? — парень нахмурился. Он понимал, что сейчас может выведать важную для них с Вирджинией информацию. — Почему?        — Она не та, за кого себя выдает, — выпалила блондинка. — Я не встречала человека еще более лицемерного и гадкого. Когда я, так сказать, «переметнулась» на ее сторону, я даже подумать не могла, что Белла настолько гнилая.        — Вообще-то это было ясно с самого начала, — закатил глаза Пейтон. — Об этом все знают в школе. Просто никто не хочет себе признаться и высказаться.        — Даже ты? — девушка подняла брови, бросая Моормиеру вызов.        — Даже я, — подтвердил Пей. — Нет, я уже давно сказал себе, что Винствуд птичка не моего полета, и решил просто не соваться туда, куда не просят. Хоть мы с ней на одной социальной ступени, если позволишь так выразиться, но у нее своя тусовка, у меня — своя, — после этих слов между ними зависла неловкая пауза. — Так, что ты сказала? Говоришь, хочешь все вернуть? — Лора кивнула. — Зачем?        — Знаешь, — начала Семьюэл. — Когда я увидела ее, я поняла, что она — мой человек. Я будто почувствовала в ней что-то родное. Хоть мы и абсолютно разные: она яркая, я — серая мышка; у нее боевой характер, и она может дать отпор любому, постоять в то время как я бы просто расплакалась и убежала, — девушка вздохнула. — Но в Ви есть что-то такое, что меня безумно к ней тянет. Она веселая, открытая и прямолинейная. Например, Белла никогда не скажет в лицо то, что думает. А Скотт другая. Я… — на глаза блондинки навернулись слезы. — Я…        — Эй-эй-эй! — парень поставил свою кружку на стол и взял Лору за плечи. — Чего ты? Успокойся.        — Я так скучаю по ней, Пейтон! — воскликнула Семьюэл. Она подалась вперед и уткнулась носом Моормиеру в плечо. — Мне не хватает ее. Пусть мы и общались всего каких-то там пару недель. Но она стала мне как сестра, — девушка вздохнула, пытаясь унять рвущиеся наружу рыдания. — Мне ее не хватает.        — Слушай, — Пейтон отстранил блондинку и посмотрел ей в глаза. — Хочешь, я поговорю с ней? — Лора вопросительно изогнула бровь. — Ну… — парень пытался подобрать слова. — Я скажу, что тебе очень жаль, и все такое, — взгляд Семьюэл стал недоверчивым. — Я серьезно. Это не только ради тебя. Мы лишим Беллу ее правой руки.        — Я не ее правая рука, — раздосадованно пробубнила девушка.        — Это ты так думаешь, — усмехнулся Пей. — А на самом деле все абсолютно по-другому, — он поднял лицо Лоры за подбородок, заставляя ее смотреть себе в глаза. — Что скажешь? Ты хочешь вернуть Ви и помочь нам обставить Винствуд, или нет? — Семьюэл кивнула. — Хорошо.        После душеизлияния блондинки занятие они не продолжили. Математика отошла на второй план, сменившись обычной подростковой болтовней. Девушка быстро пришла в себя, и через несколько минут уже смеялась над какими-то глупыми рассказами Пейтона о своем детстве.        Разговор мог бы продолжаться вечность, однако полумрак за окном сменился кромешной тьмой, и Моормиер поспешил домой.

***

       — Что ты делаешь, Пейтон?! — спрашивает сам себя парень, идя по классу прямиком к Белле и Лоре. — Как до этого дошло?! (От Автора: Да-да, это тот момент, где Пейтон зовет Лору на свидание)        Чем ближе Пейтон подходит к подругам, тем больше и гуще он краснеет. Такое с ним происходит впервые. Он нервничает, или что? Руки пробирает мелкая дрожь, а ноги становятся словно ватные.        — Да что с тобой? — спрашивает Моормиер сам себя. — Ты просто хочешь исправить свой косяк. Что в этом, черт возьми, такого?! Хорош трястись, придурок!        — Хэй, Лора, — Пей неловко махнул рукой и провел ею по волосам. Лицо его было краснее самого сочного красного оттенка на планете. Семьюэл молча кивнула и покраснела побольше его. Такое вообще возможно? — Мы… Можем выйти? Мне надо кое-что тебе сказать? — Лора удивленно вскинула брови и кивнула. Они вышли из класса.        — В чем дело? — фыркнула девушка, когда дверь за ними захлопнулась. — Лично хочешь мне сказать, что я тебе не нравлюсь? К чему это вообще было? Мы так не договаривались.        — Остынь, — парень удивленно смотрит на блондинку. — Сейчас ты похожа на Беллу, — Лора вмиг меняется в лице. — Да-да, — Пейтон почувствовал свое превосходство, и его мандраж как рукой сняло. — Собственно, о чем это я? Ах, да! — Моормиер пускает в ход все свои чары. — Я тут подумал, может, ты захочешь сходить со мной куда-нибудь? А не просто сидеть у тебя дома и заниматься.        — Ты что творишь?! — закричало внутренне «я» парня. — Свидание? Ты с ума сошел?! Ау! Очнись, Пейтон!        — Что? — Семьюэл смотрит на Пейя выпученными глазами. — Это типа свидание?        — Типа да, — согласно кивает Пейтон. — Не «типа», а реальное свидание. Я зову тебя на свиданку, что тут непонятного?        — А как же то, что ты сказал в классе? — блондинка недоумевающе хлопает ресницами, продолжая изумленно пялиться на парня. — Я знаю, что вы с Ви говорили обо мне. Белла сказала, что вы на меня смотрите.        — Я сказал это, чтобы Скотт от меня отвязалась, — закатил глаза Моормиер. И тут до него дошло, какую ошибку он совершил.        — А на самом деле? — глаза Лоры загорелись. — То есть, я тебе нравлюсь? — она закрыла рот руками, пытаясь подавить визг.        — Попридержи коней, Лор, — осадил уже готовую встать на дыбы Семьюэл Пей. — Просто свидание. Ограничимся пока что только им.        — Да! Да-да-да! — затараторила девушка. — Конечно-конечно! — блондинка на секунду остановилась, а потом напрыгнула на парня, крепко хватаясь за его шею. — Спасибо, Пейтон! — Моормиер шокированно застыл, но потом мягко погладил болтавшую ногами в воздухе Лору по спине.        — Я позвоню тебе, — тихо прошептал Пейтон на ухо Семьюэл, опуская ее на пол. — Пошли, скоро придет ведьма.        Зайдя в класс и перебросившись с Вирджинией парочкой колкостей, Пей погрузился в собственные мысли. Теперь перед ним стояла нелегкая задача: спланировать целое свидание. Настоящее свидание. Оно должно отличаться от того, что обычно происходит у него с девушками: глупые недотепы ложатся к нему в постель, лишь бы потом растрепать всем о том, что спали с ним.        — Лора ведь не такая? — мысленно спрашивает сам себя Пейтон, пока Скотт препирается с учителем литературы.        После уроков все шло как обычно. Моормиер вернулся к себе домой, сделал те задания, на которые у него хватило сил, и лег на кровать. Голова его была забита мыслями о предстоящей встрече с Лорой.        Семьюэл никак не выходила у него из головы. Пей постоянно ловил себя на том, что думает о ней. После того занятия, его резко стало интересовать, где сейчас белокурая девушка, что она делает, кто с ней. Он никогда такого раньше не испытывал и считал это все настоящей глупостью. Но вот избавиться от этой глупости у него никак не получалось.        Вообще вся эта ситуация выглядит крайне странно и абсурдно. В начале года парень даже имени ее запомнить не мог, а сейчас пытается избавиться от ее образа у себя в голове. Пейтон уверял себя, что так не бывает. Что явление любви встречается только в книжках, что это больные фантазии человеческого разума. Мечты о чем-то светлом, высоком, жалкие попытки выстроить свой утопичный мир, где все и всегда кончается хорошо.        — То, что я чувствую к Лоре, никак нельзя назвать любовью, — твердо решил для себя Моормиер. — Симпатия. Давайте назовем это так. Она же мне симпатична? Симпатична? Мне нравятся черты ее лица, ее фигура, ее голос… — Пей треснул себя ладонью по лбу. — Твою мать, соберись, дебил! Что ты несешь? Кончай с этим.        — Лора?

 — Привет, Пей, — парень буквально видит, как Семьюэл давится улыбкой. — Уже решил, куда мы пойдем?

       — Если я предложу сходить в какое-нибудь кафе, это будет слишком банально? — устало спросил Пейтон, пальцами вдавливая себе глаза в череп. — Мне совершенно ничего в голову не идет.

 — По-моему, это отличная идея, — отвечает девушка. — Любишь морепродукты? Говорят, недалеко от Беркли открылся отличный ресторан.

       — Можем съездить туда, — согласился Моормиер. На том и порешили. — Заеду за тобой в семь.        Пей посмотрел на часы и понял, что времени у него еще навалом. Он лениво перекатился с живота на спину и уставился в потолок.        Пока парень пинал балду, счастливая, как никогда раньше, Лора Семьюэл носилась по дому с дикими визгами. Она скатилась вниз по перилам, забежала на кухню и крепко обняла свою маму. Анна опешила от такого наплыва чувств, но быстро сориентировалась и сжала дочь в своих крепких объятьях.        Девушка быстро приняла душ и вымыла голову. Высушив ее, она устроила кривляния перед зеркалом, пытаясь подобрать себе прическу. Сначала заплела два колоска — расплела. Сделала низких хвост — распустила. Время поджимало, но блондинка все никак не могла определиться с тем, что будет на голове.        — Просто будь собой, крошка, — посоветовала мать, вошедшая в ванну, чтобы закинуть вещи в стирку. — Не нужно из себя никого строить. Будь такой, какой ты была, когда он пришел в первый раз.        Лора наконец расслабилась. Она сделала глубокий вдох и посмотрела на себя в зеркало. Решение пришло само собой — оставить волосы распущенными и позволить им естественными волнами спадать на плечи.        Зайдя к себе в комнату, Семьюэл распахнула шкаф с одеждой. Быстро перебрав все вешалки, девушка наткнулась на темно-синюю юбку и белый топ, которые подарила ей Вирджиния перед вечеринкой. Блондинка вытащила вешалку, на которой висел наряд от ее бывшей подруги, и поняла, что дальше искать не придется.        Пейтон застыл в немом оцепенении. Перед ним стояла Лора Семьюэл. Хотя, подождите, это точно она? Белокурые волосы, убранные за уши, волнами струятся по спине. На очерченном лице практически нет макияжа. Длинное черное пальто слегка открывает вид на ее наряд, на ногах ботильоны на невысоком каблуке. Девушка одаривает парня широкой улыбкой, чем сражает его наповал.        — Как я выгляжу? — щеки блондинки загораются смущенным румянцем. Моормиер нервно сглатывает слюну и открывает рот, чтобы произнести хоть что-то, но так и застывает, продолжая разглядывать ее. — Сочту за комплимент. Идем?        — А? — Пей трясет головой и уже более-менее сознательным взглядом смотрит на Лору. — Да-а, да, идем, — они спускаются по ступеням и идут к машине парня, провожаемые взглядом Анны. Женщина с трудом сдерживает улыбку. На прощание она машет им рукой, и автомобиль трогается с места. — Руководи, штурман, — Пейтон старательно пытается сосредоточиться на дороге. Его глаза то и дело тянутся к Семьюэл, но отвлекаться нельзя.        Девушка прокладывает их маршрут в навигаторе, и всю дорогу они едут молча. Но молчание это отнюдь не неловкое. Оно легкой периной окутывает обоих, погружая каждого в свои собственные мысли. Между парнем и девушкой устанавливается невидимая ментальная связь, но она настолько прочная, что, кажется, ничто не сможет ее разорвать.        Новый ресторан, специализировавшийся на морепродуктах, разместился неподалеку от въезда в Беркли. Он находился на берегу Сан Пабло, с его открытой террасы открывался прекрасный вид на залив. Вода отражала потемневшее ночное небо, словно зеркало. Слабо мигавшие звезды были похожи на крохотных светлячков.        Интерьер заведения был весьма тематичен. У самого входа висел оранжево-белый спасательный круг, а в центре посетительского зала развалился огромный якорь, огражденный бичами и канатами. Постройка была круглой, так что столики расположились вдоль французских окон**. Мягкие красные диванчики и кресла, фотографии различных судов — все соответствовало заявленной теме.        — Добрый вечер, — официант подошел к паре, сразу же после того как они разделись и сели за столик. — Вот наше меню, что будете заказывать?        От предоставленного разнообразия кухни разбегались глаза. Оба посетителя сидели в ступоре, не зная, что же им выбрать. Тогда парень, обслуживавший их столик, предложил им свою помощь. Сильно наедаться ребята не хотели, так что заказали всего лишь два цезаря с креветками.        — И зачем вообще тогда мы сюда приехали? — спрашивал сам себя Моормиер.  — Могли бы поесть где-нибудь в городе, — он мысленно себя одернул.  — Желание дамы — закон, дубина.        — Как твоя подготовка? — Лора сцепила пальцы и положила на них свое милое личико. — Пока что нет вопросов?        — Пока что все путем, — усмехнулся Пей. — А-а… Как твои отношения с Беллой?        Почему-то в этот раз тем для разговора нашлось не так уж много. Они оба не особо охотно участвовали в беседе, предпочитая отмалчиваться в ожидании своего заказа. Изредка кто-то из них пытался завести беседу на какую-то слишком обыденную тему, но она быстро сводилась к нулю.        Принесенный цезарь оказался просто умопомрачительным. Креветки буквально таяли во рту, дополняемые горьковатым вкусом листового салата. Сухарики приятно похрустывали на зубах, заставляя парня и девушку улыбаться друг другу. Помидоры черри были настолько сочными, что мякоть их фонтаном разливалась во рту, забивая щеки.        — Это так вкусно! — воскликнула Семьюэл, покончив со своей порцией. — У тебя осталось? Дай-ка сюда! — она нагло наколола креветку на свою вилку и отправила ее себе в рот. — Просто восторг!        — Эй, это моя креветка! — обиженно надул губы парень. — Так нечестно.        — А что ты мне сделаешь? — игриво стрельнув глазами, спросила девушка. — Вытащишь ее у меня изо рта?        — Ты плохо меня знаешь, — усмехнулся Пейтон. — Я могу себе это позволить, — с этими словами он отправил последнюю помидорину себе в рот. — Я сейчас просто кончу, — Моормиер блаженно закатил глаза. Поняв, что только что сказал, он с глупым видом уставился на блондинку. — Говорю, еда тут на уровне, — плечи Лоры затряслись от смеха, она зажала рот рукой в попытке перестать хихикать, но получалось у нее это не очень. — Перестань. Я случайно. Я не это имел ввиду!        Еда сделала свое дело. Когда обе тарелки были пусты, парень и девушка уже оживленно разговаривали о какой-то чепухе, то и дело посмеиваясь друг над другом.        Устав сидеть на одном месте, они решили отправиться на прогулку вдоль залива. Пей заплатил за заказ, оставив официанту щедрые чаевые. Он помог Семьюэл одеться, и они вышли на улицу.        Спор о том, в какое время суток Сан Пабло выглядит наиболее прекрасно, не стихал вот уже двадцать минут. Девушка пыталась доказать, что самая прекрасная пора — это рассвет. Когда водная гладь окрашивается в нежные оттенки небосвода, и картинка превращается в огромный круговорот красок. Парень же доказывал, что самое лучшее время — это ночь. Спокойная вода сливается с небом, и все вокруг становится похоже на огромную черную мантию, украшенную стразинками-звездами.        — Вот черт! — вскрикнула Лора, посмотрев на экран своего телефона. — Уже десять. Мама меня убьет! — с этими словами она схватила Пейтона за руку и потащила его к машине. — Мне надо домой. Давай, поехали. Не хочу, что бы мне влетело!        Всю обратную дорогу Моормиер не мог избавиться от чувства прикосновения Семьюэл. Его левая рука буквально горела. Пей до сих пор чувствовал ее пальцы на своей ладони.        — Спасибо за вечер, — спешно поблагодарила Лора, когда машина парня припарковалась около ее дома. Свет в окнах до сих пор горел. — Блин, чувствую, сейчас мне влетит.        — Я могу зайти с тобой и сказать, что это я виноват, — предложил Пейтон. — Не думаю, что твоя мама будет очень сильно злиться.        — Ты просто не знаешь ее в гневе, — Семьюэл дернула ручку и открыла дверь. — Пока?        — До встречи, — подтвердил Моормиер.        — Пейтон? — девушка уже вышла из машины, но нагнувшись, просунула голову в салон. Пей вопросительно посмотрел на блондинку. Тогда Лора притянула рукой его лицо поближе и кротко чмокнула его в щеку. — Ты замечательный.