Сборник вспышек фантазии

Солнце всегда так светит. Греет по-разному, но ведь это не оно виновато — это из-за облаков, дождя и грозы. Оно бы и радо греть круглый год, но все должны когда-то отдыхать. И вот оно приходит сюда. Проворачивает ключи в двери, щёлкает замком несколько раз. И, красное-красное от мороза, плюхается на освобождённое только-только место на низкой тумбе. Специально для него, совсем немного, только бы выдохнуть после трудного дня. А потом из-под шапки высыпаются каштановые реки. Конечно же взлохмаченные, кудрявые, выбившиеся из своих русел. И лицо такое, что одного взгляда хватит, чтобы испепелить. Это совсем не детский жар! Если коснётся — обожжёт. Правда, Луне не страшно. Она усмехнётся, пробормочет басом что-то под нос — и с улыбкой, будто сказала что-то важное, необходимое, исчезнет на кухне. Луна появится снова, оставив на плите посвистывающий чайник. Поможет встать, послушает, сама больше нажалуется, казалось бы, более уставшему собеседнику. Ведь Луна всегда жалуется, обо всём думает. И больше всего, конечно, о Солнце. Она усадит его на диван, подложит подушку, чтобы было мягче. Не понятно откуда возьмёт огненный шарик, из которого брызнет пару искр, что пахнут вкусно, но очень сильно липнут к воздуху. Кожуру не выкинет, а мякоть, нарезав, отдаст Солнцу. Надо ведь откуда-то брать силы после долгого дня! Оно непременно начнёт говорить обо всём, включая этот самый огненный фрукт. Поблагодарит за то, что Луна охладила его, как оно любит. Скажет, конечно, что хотелось бы и покислее, на что она только рассмеётся: увы, этим вечером только такие. Запах искр растворится в кипятке. Луна добавит и мёда, пусть Солнце и не любит сладкий чай. Совсем чуть-чуть, чтобы полезнее было. Оно вдруг спохватится, рванёт в прихожую. И с радостным возгласом усядется обратно, сжимая в крохотных руках большую плитку шоколада. Шоколад исправляет всякий плохой день, потому что Солнце никогда не берёт горький, только сладкий и вкусный. И даже мёд среди апельсиновой воды можно простить, только бы не отвлекаться от тающей плитки во рту. А Луне ничего больше и не надо. Луна рада любому свету, источаемому Солнцем.