Сборник вспышек фантазии

Его окровавленная рука дрожала. Проблематично держать себя на ногах, будучи проткнутым не меньше чем десятком острых игл. Раскалённый ствол револьвера, слабо колыхаясь из стороны в сторону, продолжал быть направленным вперёд. Возможности зарядить барабан ещё четырьмя патронами не выпало. Чего уж: под ногами уже накапала целая лужа крови, стекающая со всего тела. Сложно задумываться о своём состоянии, когда перед тобой до сих пор живая цель. Причём, настроенная агрессивно даже после получения нескольких сердечников в башку. Подобная передряга редко случалась. Чтобы соперником сержанту выступил мутант ранга не ниже третьего — это нужно точно не возлюбить удачу. Впрочем, никто не говорит, что победить в схватке с сильным разумным монстром нельзя. Только после понесённых ран единственной мыслью в голове крутится желание спастись. Да нельзя. — До сих пор не сдался, — в темноте заброшенной больницы зазвучал грубый голос, рассмеявшийся в тот же момент. — Удивительно, что ты даже умудряешься дышать. Чем же вас там накачивают в академии? Разговаривать с противником — дело не из лучших. Впрочем, сержанту с потрёпанным здравием не привыкать. — Я обычно не прочитываю сказанное в документе, подписывая без лишних переживаний… — он взялся за рукоять револьвера лишь крепче. — Вряд ли я бы и выяснил, не встреть я такую тварь как ты. Наверняка, какой-нибудь сильный стимулятор, иначе никак. Твои иглы начинают покалывать, а тело от боли сводит. Обезболивающее заканчивается слишком быстро, так что, если ты собираешься меня убить, давай. Двигай своими копытами сюда. Из темноты коридора вылетели острые иглы. Они заполонили всё пространство и защититься от них было невозможно. В очередной раз проткнув руки, ноги и грудь сержанта, они вынудили сержанта сплюнуть кровь, нахмурившись. — Подходить к тебе я не посмею. Твоя меткость удивляет. Лоб до сих пор ноет. Я убью тебя медленно… и мучительно. Пока ты окончательно не упадёшь. Думаю, тебе подобная смерть подойдёт как никак кстати. Сержант усмехнулся, оскалившись тьме. — А ты попробуй, — откинув барабан пистолета, он взял горсть новых патрон, шустро зарядив револьвер. — Неужто ты считаешь, что я не прострелю тебе голову ещё раз? Вскинув ручную пушку, парень достал из подсумка разгрузки последний оставшийся синий шприц. Маркировка гласила: опасно, использовать в экстренных ситуациях. Впрочем, именно такая сейчас и была. Воткнув короткую иглу в шею, он быстро ввёл сыворотку в организм, и, откинув пустой сосуд, побежал с новыми силами на врага. Прогремели выстрелы. А им навстречу — свистящие иглы. Грохотание, падающие капли и гильзы… Запах пороха стоял в носу, смешавшись с подступившей кровью. В неосвещённом, мрачном коридоре каждый выстрел отдавался эхом. Он распространялся далеко во тьму, пока не затихал вовсе. Между врагами несколько метров. Вскинутый револьвер, перезаряженный на ходу не менее двух раз, вновь упёрся в жилистый, твёрдый лоб врага. Осталось спустить курок и выпустить три оставшиеся пули. Сержанта превратило в кровавую кашу. Неизвестно, сколько его проткнуло игл. В конце концов, искать его никто не станет. А выяснять подобное — уж тем более. Да только вот настоящий солдат своё слово держит. Посиневшая рука сжала рукоять, быстро ударив указательным пальцем по курку. Три выстрела. Все в голову, на минимальной дистанции. Два грузных тела рухнули на землю. Мясная каша и обезображенная морда. Смерть второго подтверждена, движения нет вовсе. Сержант, уронив револьвер, потянулся к висевшей на разгрузке рации. Из последних сил зажав кнопку передачи, он, хрипло шепча, доложил. — Объект… ликвидирован. Я… в отставку. Увидимся в аду, Уоррент. — Так точно, Сержант…