273 градуса ниже нуля

И все они жили долго и счастливо

И все они жили счастливо

И все они жили

И все они…

выросли

Labrinth — The Producer

Девять лет назад. 14 октября 2008 год. Вторник Юки потянулся и с блаженным стоном размял затёкшие после сна мышцы. Слегка дёрнул шторы. Яркие лучи сразу же упали на лицо — зажмурился. Погода радовала — тепло и солнечно. Он перевернулся на другой бок. На соседней кровати посапывал Тсу-кун. Сложно было удержаться от глуповатой улыбки. Какой замечательный день! А если точнее, то лучший за весь год. Не нужно идти в дурацкую школу, а это значило одно: совместные игры с Тсуной до самой ночи. Они смогут посмотреть эпизод любимого аниме, который пропустили в воскресенье из-за похода в парк аттракционов. Наконец получится съесть все вкусности, специально наготовленные ма к четырнадцатому октября. Ведь она начала организацию ещё неделю назад и запрещала к чему-либо притрагиваться. Впрочем, это не помешало им с Тсуной тайком умять все вагаси с клубникой. Ещё их ждёт огромная куча подарков. И, конечно же, самое главное — то, что делало этот день самым крутым и самым лучшим — долгожданный приезд папы! Так! Нечего разлёживаться. На отдых времени нет! Резко вскочив, Юкихито с силой завалился на брата, который от неожиданности сдавленно пискнул и захныкал: — Бли-и-ин. Нам ведь не нужно сегодня в школу. Зачем так рано будить? — Вставай! А не то понижу до юнги — и будешь драить палубу, — Юки постучал по подушке, под которой Тсуна спрятал голову в надежде спастись от приставучего близнеца. Не заметив ответной реакции, младший запрыгал пуще прежнего и что есть мочи загорланил самый первый опенинг из «Сейлор Мун». — А-ну подъём, лежебока. Я не хочу опять пропустить сражение Луффи с Морией. Юкихито потянул брата за руку — долго сопротивляться подобному напору не получилось, поэтому, окончательно запутавшись в одеяле, Тсунаёши соскользнул на пол под победоносный крик. Юки помог ему подняться, после чего потащил в ванную, вручил зубную щётку с пастой и снова начал напевать очередную песню из «замечательного» репертуара. Относительное спокойствие не продлилось долго. Заметив клевавшего носом Тсу-куна, Юки растянулся в озорной ухмылке. Секунда — и второй этаж наполнился детскими визгами. — Не-е-ет! — Тсуна резко отшатнулся, когда почувствовал ледяную воду за шиворотом. Юки, в свою очередь, открыл кран сильнее и, сильнее намочив ладони, погнался за братом, выбежавшего в коридор. Он быстро нагнал его и повалил на пол. Тсунаёши, задыхаясь от смеха, пытался избежать холодных и мокрых пальцев. Удавалось плохо. — Отстань! — Сдаёшься? — Да-да! — просипел близнец. От непрекращаемого хохота и щекотки болел уже живот. — Всё! С-сдаюсь… Сдаюсь! Пощадите, о великий Юкихито-сама! — Хе-хе, ла-а-адно, так уж быть, — Юки благосклонно кивнул и помог подняться. — Ну вот, — начал привычный бубнёж старший. — Теперь вся одежда мокрая. Они временно заключили пакт о перемирии, а после чинно направились в спальню, чтобы переодеться в праздничные костюмы, выданные мамой ещё вчера вечером. Кое-как справившись с малюсенькими пуговицами на рубашках, братья неожиданно учуяли божественный запах с кухни и радостно переглянулись. — Кто последний, тот капитан корабля на весь следующий месяц. — заявил Юки и, оттолкнув от прохода Тсу-куна, выбежал первым. Это он, конечно, ловко придумал! Тсуна по глупым причинам всегда уступал роль капитана, хотя очень хотел им быть. Однако никакие уговоры не могли переубедить старшего, поэтому пришлось пойти на хитрость, чтобы на сей раз брат не смог отказаться. Рассмеявшись от собственной гениальности, он влетел на кухню и сел за стол, чуть не навернувшись на стуле. Через несколько мгновений примчался и запыхавшийся Тсуна, раздосадованный проигрышем. Но стоило увидеть любимейшие дораяки с шоколадом и клубникой, как настроение стремительно поползло в гору.

— А вот и мои искатели приключений! — лучезарно улыбнулась мама. Она обняла каждого и поцеловала в растрёпанные макушки, поздравляя с праздником, после чего вернулась обратно к готовке. — Ма! — обратился Юки с набитым ртом, — а мы пойдём в храм в ноябре? — В храм? В ноябре? — не поняла Нана. Она остановилась от нарезания говядины для карри и обернулась к ним. — С чего бы это вдруг? — М-мы ведь ходили в п-прошлом году, — поддержал его Тсуна. — Я х-хотел бы снова надеть к-красивое хаори, подаренное Аюми-сан.

— А я хотел бы поесть те офигенно-вкусные конфеты, что продавали у храма! Ма вздохнула, после чего каждого щёлкнула по носу и опять занялась мясом: — Чем вы слушали, когда я объясняла, что так празднуется только пятый день рождения. — Но почему?! — возмутился Юки. Тсу-кун согласно закивал в поддержку. — Таковы традиции. — Значит, глупые традиции, — недовольно пробормотал Юки, но был всё-таки услышан. — Савада Юкихито! — Нана резко воткнула нож в разделочную доску и сердито повернулась к вмиг побледневшим близнецам. — Ты наполовину — нет, даже больше! — японец, а это значит, что должен проявлять уважение к своей культуре и истории… Мама начала привычную нотацию. Братья молча жевали под её возмущения и перекидывались взглядами. «Это надолго» — Юки страдальчески посмотрел на Тсуну. «Сам виноват. Надо было молчать». Вот ведь… «Да знаю! Пожалел уже». Однако нравоучения неожиданно прервались дверным звонком. Переглянувшись, близнецы без разрешения вскочили со своих мест и помчались в коридор, громогласно крича наперебой: «Папа! Папа приехал!» В прихожей и правда находился глава семейства — Савада Иемитсу, давно не появляющийся дома из-за работы. Он подхватил выбежавших навстречу сыновей и начал кружить их под радостные вопли. — Всё-всё, не-то я оглохну! — папа аккуратно поставил Тсуну с Юки на пол, но те так и повисли на руках, не желая отпускать. — Задушите ведь! Весело гоготнув, близнецы освободили его, за что схлопотали лёгкие щелбаны. Юкихито недовольно фыркнул и, глянув за спину па, нахмурился. Порог оттаптывал какой-то незнакомый старикашка. И довольно странный. Стоило заметить: осенью (пусть и тёплой) гавайская рубашка смотрелась довольно комично. Притом в японской глубинке! Он бы ещё цветочные бусы напялил! Соломенная шляпа кидала таинственную тень на лицо, поэтому оранжевый всполох в карих глазах Юки списал на — как выражалась ма — слишком бурное воображение. Однако именно этот всполох заставил малодушно отступить назад, ближе к папе. Тсуна непонимающе вытаращился, когда Юки взял его за руку и отодвинул подальше от любопытного взора незнакомца. — Мои доблестные рыцари, — начал обычное приветствие папа. — Мы вообще-то теперь пираты! — перебил его возмущённо Тсуна, объясняя, что уже как полгода играют в совершенно другую игру. — Ох, — Иемитсу неловко почесал затылок. — Так даже лучше. Мои отважные джентльмены удачи, позвольте представить вам моего… — на секунду замялся, — моего «капитана». Па указал на деда, который поспешил присесть рядом, видимо, чтобы быть с ними на одном уровне. Юки нахмурился. Происходящее по необъяснимой причине не нравилось. Было что-то странное в этом иностранном чудике. Стоило только посмотреть на того, как каждая клеточка кричала, чтобы он делал ноги куда-нибудь подальше. Непонятный страх злил и заставлял чувствовать себя никчёмно. Юкихито спрятал брата за спину и с подозрением вперился в старика, чем заслужил три растерянных взгляда. Чудик растянулся в приветственной улыбке. — Меня зовут Тимотео Гальярди, — представился тот с забавным акцентом. Звуки получались слишком твёрдыми, раскатистыми. Тсуна любопытно выглянул из-за плеча, а после и вовсе высунулся навстречу. — П-приятно познакомиться, Т-темто… Т-тимето… — близнец безуспешно пытался проговорить иностранное имя, смешно дуясь из-за каждой неудачи. Залившись румянцем, он выдал в надежде, — д-дедушка Тео? Старик снисходительно кивнул, позволив так себя величать. На подобное одобрение брат просиял, словно монета в пятьсот йен, за что был нежно поглажен по голове. «Не смей!» — в тот же миг пронеслось в мыслях. От злости Юкихито дёрнул Тсуну на себя и опять отгородил того от чудилы. Тсуна обиженно засопел, но не сопротивлялся. А взрослые снова обескураженно на него воззрились. — Ну-ну, — пожурил папа, растрёпывая и так непослушные волосы, — не ревнуй! «Не ревнуй?» Юкихито возмущённо увернулся от очередного прикосновения. Он не ревнует, а защищает, глупый отец! Пусть ему самому не по себе от пристального внимания этого старикашки, но Тсу-куна он в обиду не даст! Юки совсем не страшно, потому что главные герои никогда не боятся! Верно! Он решительно сделал шаг вперёд и посмотрел в упор на чудика. — Вы мне не нравитесь. Тишина заполнила пространство, пока па громогласно не расхохотался на весь холл, показательно утирая выступившие слёзы. Сам дед сконфуженно глядел в ответ. — А хвастался всю дорогу, что тебя обожает детвора. — Чем же я вызвал твою неприязнь? — проигнорировав насмешку, печально поинтересовался старик. Голос звучал мягко и вызвал ассоциацию с сахарной ватой, которую Юки впервые пробовал на этих выходных в парке аттракционов — такой же приторный, обволакивающий и после так же хотелось проблеваться. Юкихито задумался. Объективных причин невзлюбить старика не имелось. Тот всполох — единственное, что насторожило. А после — слишком неестественная доброжелательность. Хотя чудила являлся «капитаном» папы. Наверняка, хотел понравиться. И, тем не менее, Юки он совершенно, абсолютно точно, сто процентов не нравился. — Вы… — «страшный» чуть не сорвалось, — странный. Папа опять рассмеялся: — Это ты ещё приуменьшил, мелкий. — Я не мелкий! — мгновенно огрызнулся Юки. Он в классе один из самых высоких, вообще-то! — Да ты вполовину меньше меня, — па ребром ладони ткнул себе в живот, сравнивая их рост. — Значит, мелкий. Юкихито хотел обидеться, но не успел. Послышался вздох от старикашки, который, ничего не говоря, поднялся с колен и, развернувшись, покинул прихожую через входную дверь. Неужели ушёл? Вот так просто? Странно… Это ведь была его очередь обижаться! Но не успел он почувствовать вину и обдумать причины поведения чудилы, как тот вернулся обратно с огромной коробкой, перевязанной красным бантом. — Думал вручить это чуть позже, за праздничным ужином, но я действительно хочу подружиться с вами! — старикашка протянул коробку. Однако Юкихито все ещё медлил, поэтому дед поставил её на пол. Тсуна снова высунул нос и с опаской глянул на Юки, но, не получив ни одобрения, ни запрета, вылез окончательно и беззаботно начал разрывать цветную бумагу. — Ва-а-ау, — восхищённо воскликнул старший. — Ю-кун, гляди-гляди! Мы же так давно хотели запустить воздушного змея вдвоём! Юки быстро глянул на простодушное веселье брата. На мгновение сердце радостно сжалось, потому что не было ничего приятнее, чем видеть счастье в родных глазах. Только вот от неприятного ощущения, которое вызывал чудила, избавиться не удалось. Их будто подкупали. И, судя по реакции брата, довольно успешно. Да и вообще почему Тсуна так легко доверился незнакомому человеку? — Что нужно сказать? — па добавил немного напускной строгости в голос. — Спасибо, — засиял Тсу-кун. Получив выжидательный взгляд от отца, Юкихито тоже поблагодарил за подарок. Змей и правда был отличным и совершенно невиновным в своём неприятном дарителе. — Дорогой? — из кухни появилась Нана. Иемитсу мгновенно заключил её в объятия и поцеловал, на что близнецы показательно поморщились, отвернулись и начали перекривлять родителей. После приветствия и недолгого знакомства, взрослые направились на кухню, чтобы перекусить и отдохнуть с долгой дороги. Тсунаёши и Юкихито разрешили поиграть во дворе с новой игрушкой. Змей выглядел потрясающе: две пары крыльев, острые углы, длинный хвост. Он был большим и выполненным в оранжево-желтой гамме, а по контурам выделенный чёрным цветом. По правде говоря, они давно хотели получить воздушного змея, с того самого момента, когда увидели одноклассника, играющего в парке со своим красавцем. Тот хвастался, что сам его сделал вместе с своим «батей». От Юки не скрылось, как поник брат, услышав подобное. Не от зависти. Нет. Просто… Тсуна безумно скучал по отцу, месяцами не появляющимся в Намимори. Именно поэтому Юкихито делал всё, чтобы развеселить близнеца. Придумывал безумные авантюры, заставлял делать всякие глупости, следовал за старшим куда-угодно, дабы только не оставить в одиночестве. Ведь, когда один, может стать даже хуже. По себе знал! Но Юкихито не любил плакать по папе, не сирота ведь. Да и ма так о них заботилась, грех жаловаться! Просто в моменты, как тогда в парке, сдерживать эмоции особенно трудно. Посему Юки пообещал, что они вдвоём смастерят собственного змея! Кто ж знал, что это настолько сложно?! Ма предлагала помощь, но они из раза в раз отказывались. Впрочем, Тсу-кун малодушно хотел воспользоваться её предложением, но Юкихито чудом удавалось его переубеждать. Какой толк, если они не всё сделают сами? Но дело затянулось, да и энтузиазм со временем начал угасать, и вот им неожиданно сделали такой подарок! Очень хотелось поддаться искушению и запустить новенького, роскошного змея, однако они до сих пор не закончили своего! — Ну, пожалуйста, — вот уже минут пятнадцать клянчил Тсуна, тряся его за руку и притоптывая. — Он ведь такой классный! Такой здоровский! Ты же и сам хочешь, разве нет? Хочет. Однако не пиратское это дело нарушать клятву, данную брату. Первым их змеем будет только тот, который они соорудят собственными руками! И точка. Тсу-кун показательно насупился и плюхнулся рядом, скрестив руки на груди. Юкихито отвёл взгляд. Почему теперь он виноват? Старался-то ради Тсунаёши! — Разве ты не говорил, что отныне я капитан? — услышав столь непривычное заявление, Юки удивлённо замер. — Разве ты теперь не должен меня слушаться? Да ладно? Неужели?! Юкихито резко подорвался, чем испугал вздрогнувшего Тсуну. Близнец смотрел с мольбой и, какой-никакой, решимостью в карамельных глазищах. Ну наконец-то! Юки растянулся в широкой улыбке во все тридцать два зуба. Наконец-то брат сказал прямо и без утайки то, чего хочет! — Значит, твоё желание — запустить змея? — Тсу-кун кивнул. — Отлично! Кто я такой, чтобы перечить своему капитану. Юкихито радостно достал из коробки готового к применению воздушного змея и отдал в руки Тсунаёши. Тот, немного размотав нить и, робко помявшись несколько минут, рассматривая подарок, всё-таки отважился начать. Тсуна пробежал половину расстояния от террасы до забора, пока не заметил, что змей волочится по земле, так и не набрав нужную высоту. Старший брат попробовал ещё несколько раз, но поднять его выше так и не получилось. — П-почему не выходит? — он остановился рядом и тоскливо вздохнул, заламывая брови. — Давай я попробую, если не удастся, то попросим па, идёт? Тсу-кун кивнул. Юки перехватил полученный леер чуть сильнее. Определив направление ветра и побежав ему навстречу с высоко поднятой рукой, Юкихито запрокинул голову, чтобы следить за положением воздушного змея, которого с лёгкой натяжкой постепенно начал отпускать. Ещё немного… ещё чуть-чуть и ветер его подхватит… Да! Получилось. Теперь Юки, не боясь, разжал немного ладони, чтобы змей поднялся выше. Тсуна завороженно следил за ними. — К-как мы его н-назовём? — подал голос старший. — А как ты хочешь? — встречный вопрос ввёл брата в ступор. Слегка нахмурившись, тот ушёл в недолгие раздумья. — Ис-искорка?.. — спросил неуверенно Тсу-кун. Юки моментально согласился и поддерживающе сжал плечо. — И ты совсем не против? От столь искреннего удивления стало грустно. — С чего бы? Змей набрал приличную высоту, а это значило, что его можно передавать брату. — Н-ну, звучит не очень к-круто… Эх… — Мне нравится, — улыбнулся, чтобы у Тсуны не возникло ни единого сомнения. Имя, как имя. Очень даже подходит их оранжево-золотистому змею. Брат в тот же миг счастливо улыбнулся. Юки вручил ему нить, показывая, как управлять, и поплёлся к лавке, чтобы перевести дух. Тсу-кун же радостно бегал по саду и заливисто хохотал. Их проведала мама, видимо, хотела посмотреть, как обстояли дела. Оставив напитки и поцеловав Юки в макушку, она ушла, не желая отвлекать. Тсуна отказался передохнуть и продолжил гонять по всему заднему двору, а Юкихито пил любимый апельсиновый сок в тени самого большого дерева в саду — японского клёна. Неожиданно разбушевавшийся ветер заставил передёрнуть плечами и тотчас схватиться за салфетки, лежавшие рядом. Ещё чуть-чуть и улетели бы! Собирай их потом… — Ай! — раздалось совсем рядом. Юки обеспокоенно обернулся к близнецу, который бережно прижимал правую руку к груди. Он сразу же подскочил, пытаясь выяснить, что произошло. — Змей! Тсу-кун испуганно начал оглядываться по сторонам, пока не остановил взгляд на верхушке клёна. Застрял! — Что случилось? — Я п-пытался удержать Искорку, но н-нитка порезала мне л-ладонь, — Тсуна опустил голову, понурил плечи и сжался настолько, насколько мог, желая сделаться поменьше. — Я… я не х-хотел. П-прости, п-пожалуйста. Я с-снова всё испортил… как всегда. Ну вот опять. Юки вздохнул. Только брат начал вести себя чуточку увереннее, как все старания пошли коту под хвост. Он и правда ненавидел всех детей из детского сада, а сейчас и одноклассников из школы, смевших задирать его Тсу-куна. Из-за них близнец стал закрытым и нерешительным! Из-за этих придурков Юки постоянно приходилось так надрываться, чтобы добиться от старшего хоть каких-то искренних эмоций, чтобы услышать чёткое желание сделать хоть что-либо. Юкихито обнял его. — Ты ни в чём не виноват! Просто из-за сильного порыва ветра не смог удержать леер, — отодвинулся слегка, чтобы взглянуть в зарёванное идентичное лицо. — Не унывай, мой капитан! Я сейчас же достану Искорку, и ты сможешь продолжить играть. Не волнуйся понапрасну. Юки отпустил брата и подбежал к дереву, без проблем взбираясь на первую ветку. — Подожди! — Тсуна шмыгнул носом и вытер слёзы рукавом рубашки. — М-мама ведь з-запрещает лазать по нему. — Так мы ей и не скажем! Смотри внимательно, я быстро! Он никогда особо не слушал маминых запретов. И уже несколько раз взбирался на самую верхушку этого клёна, поэтому не волновался даже. Никаких проблем! Юкихито карабкался в довольно скором темпе. Если продолжит в том же духе, то родители точно ничего не заметят! Он остановился и взглянул вверх, определяя, с какого именно места лучше доставать воздушного змея. Слишком высоко лучше не подниматься — из-за веса ветка может хрустнуть и сломаться. Предпочтительнее более низкая, но прочная. Кивнув самому себе, Юки взобрался на сук, расположенный справа. Поднявшись в полный рост, он аккуратно направился дальше. Было немного боязно, но снизу на него с надеждой глядели родные глаза. Он не мог подвести брата. Представив, что является юнгой, ступающим по корабельному тросу, Юкихито немного взбодрился и пошёл дальше, постепенно приближаясь к Искорке. И вот, он оказался над ней. — Осторожнее! — крикнул взволнованно старший. Юки ухмыльнулся. Брат всегда так переживает, будто он хрустальный. Парочка синяков вовсе не проблема. Зато потом можно будет похвастаться перед приятелями. Особенно круто, когда они достаются от более старших учеников. Престиж и все дела. Хотя оберегает он Тсуну не из-за этого. Но кто откажется от приятного бонуса? Подняв руку, Юки тянется к Искорке — и постепенно, сам того не замечая, становится на носочки. Пальцы практически подцепили её. В очередной раз промахнувшись, он раздосадовано шипит, не желая признавать поражение. Ну уж нет! Савада Юкихито никогда не сдаётся! Он ведь практически достал змея… ещё чуть-чуть… ещё немного… Юки неосознанно подпрыгивает, с силой хватается за чёрный хвост — есть! — и дёргает на себя. «Получилось!» — проносится радостно в мыслях, пока не чувствует, как нога внезапно съезжает со скользкой ветки. Неуклюже выронив змея, он пробует сохранить равновесие. Нет! Руки беспорядочно пытаются найти ближайшую ветку, но вокруг ничего. Не выйдет… Миг, и Юки падает под душераздирающий крик Тсу-чана и кого-то ещё. «Нет! Не хочу! Не хочу! Помогите…» Ах… это кричит он сам. Зажмурившись, Юкихито смиренно ожидает толчка и боли. Напряжение в каждой клеточке тела перерастает в неожиданный и незнакомый взрыв эйфории — жар начинает чудовищно-быстро пульсировать по венам, будто подожжённые спичкой. Голова раскалывается так, словно ударили молотом. Смутно знакомый оранжевый свет вспыхивает перед глазами, ослепляя, после чего Юки погружается в вязкую пугающую темноту…