catch me if you can (if you wanna see me again)

Щенок 🐾 (12:08 AM) Ченг только что пришла. Щенок 🐾 (12:09 AM) Почему она выглядит такой грустной? ☹

Чжихё-онни 🧡 (12:11 AM) Ох. Твоя жена сделала кое-что тупое. Чжихё-онни 🧡 (12:12 AM) И Чонён отняла у неё права подружки-невесты на её свадьбу.

Щенок 🐾 (12:12 AM) О! Чонён-онни женится? 👀

Чжихё-онни 🧡 (12:13 AM) ОРУ ХОТЕЛОСЬ БЫ! Чжихё-онни 🧡 (12:13 AM) 😅😅😅 Чжихё-онни 🧡 (12:14 AM) ... но она планирует.

Щенок 🐾 (12:15 AM) Она тебе сама это сказала?

Чжихё-онни 🧡 (12:16 AM) Ей и не нужно. Чжихё-онни 🧡 (12:18 AM) Я проницательная, особенно с теми, кто мне важен.

Щенок 🐾 (12:20 AM) Ешё бы.

Чжихё-онни 🧡 (12:25 AM) Ну хорошо. Она постоянно носила с собой коробочку с кольцом, и, вероятно, она выпадала несколько раз у неё из кармана, потому что она была слишком занята борьбой с Ченг за последнюю курочку на столе. Чжихё-онни 🧡 (12:25 AM) Слава богу, Момо уже спала.

Щенок 🐾 (12:26 AM) Ладно.

Чжихё-онни 🧡 (12:27 AM) Не рассказывай Момо 🥺

Щенок 🐾 (12:28 AM) Конечно, не расскажу. Щенок 🐾 (12:29 AM) Хочу, чтобы она испытала то же, что испытала я, когда Чеён сделала мне предложение 😊

Чжихё-онни 🧡 (12:31 AM) А я хочу, чтобы Чон испытала то, что испытала я, когда Сана сказала мне "да" 😊

Щенок 🐾 (12:33 AM) Без комментариев.

…

Дорогая 💚 (7:09 AM) Доброе утро, Сатанг! ☀ Дорогая 💚 (7:09 AM) Мы с Наён опоздаем на практику. Дорогая 💚 (7:11 AM) У неё похмелье после прошлой вечеринки.

Любимая 💜 (10:12 AM) ору да!!!! Любимая 💜 (10:15 AM) я только что проснулась Любимая 💜 (10:17 AM) чжихё нервничает, ведь если мы начнём приготовления позже, то и обед придётся отложить на позднее ты можешь пожалуйста помочь мне её успокоить или тип того 😞😞

Дорогая 💚 (10:20 AM) Может, тебе стоило бы встать с кровати и помочь ей, вместо того чтобы писать мне? Дорогая 💚 (10:21 AM) Думаю, это должно помочь.

Любимая 💜 (10:22 AM) хммммм хорошая идея!!! Любимая 💜 (10:23 AM) но может позже Любимая 💜 (10:23 AM) мне всё ещё надо досмотреть милые видео с щенками которые послала мне цзыюй!!!! 🤭🤭🤭

Дорогая 💚 (10:25 AM) Передай Чжихё, что я желаю ей удачи.

…

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:09 PM) Привет, сана!!! 😬

Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:10 PM) привет, моморин!!! как дела??? 😊😊😊

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:12 PM) Я хочу задать тебе очень важный вопрос Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:13 PM) Конечно же, никак не относящийся к завтрашней свадьбе Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:15 PM) Но что гипотетически и технически произошло, бы если бы я когда-нибудь потеряла твоё свадебное кольцо?

Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:17 PM) [У вас три пропущенных вызова]

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:20 PM) Я НЕ ВОЗЬМУ ТРУБКУ ПОКА Я НЕ БУДУ УВЕРЕНА ЧТО ТЫ МЕНЯ НЕ УБЬЁШЬ

Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:20 PM) Господи, Момо, ты моя лучшая подруга, я бы никогда тебя не убила. Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:21 PM) Пожалуйста, возьми трубку 🥺🥺🥺

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:22 PM) Хорошо...

Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:23 PM) [Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 звонит]

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:24 PM) ТЫ ОБЕЩАЛА МЕНЯ НЕ УБИВАТЬ

Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:25 PM) Я ОБЕЩАЛА ЧТО НЕ БУДУ ТЕБЯ УБИВАТЬ Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:25 PM) НО НЕ ГОВОРИЛА ЧТО НЕ БУДУ НА ТЕБЯ КРИЧАТЬ Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:26 PM) ТЕПЕРЬ ПОЖАЛУЙСТА БЫСТРО НАЙТИ КОЛЬЦО ПРЕЖДЕ ЧЕМ ЧЖИХЁ ИСПОЛЬЗУЕТ ЧУЙКУ ЧЖИХЁ И ПОЙМЁТ ЧТО ЧТО-ТО НЕ ТАК

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:29 PM) ХОРОШО-ХОРОШО Я УЖЕ ПОПРОСИЛА ЧОН И ДАХЁН ПОМОЧЬ

Скоро-Будет Мисс Пак Чжихё 💖 (12:31 PM) пожалуйста пожалуйста пожалуйста лишь бы всё было хорошо 😭😭😭

Скоро-Будет Мисс Ю Чонён 💗 (12:33 PM) 😭😭😭

      Когда Наён просыпается на следующий день, она чувствует себя так, словно при смерти.

...

      (Свадебные репетиции обычно могут длиться часами или проходить в мгновение ока. Перед свадьбой Чеён и Цзыюй Мина не принимала участия в репетициях, так как не очень хорошо знала их тогда. Но на свадьбе Саны и Чжихё всё иначе. Всё заканчивается в мгновенье ока. Все они подружки невесты: Наён и Чонён со стороны Чжихё (она не могла выбрать между ними!), а Момо — Саны.       Когда Сана попросила Момо быть её подружкой невесты, Мина даже не моргнула. Это было ожидаемо. Они всегда были вместе, всегда оставались сильными, даже когда Мина оставила их в первый раз. Это просто значит, что Мине будет труднее выбрать подружку невесты для себя, когда она женится.       Когда. Мина улыбается из-за этой мысли, наблюдая за тем, как Наён обнимает Дахён и стонет о её головной боли после окончания репетиции и как они направляются к следующему месту. Приятно знать, что кто-то тебя ждёт — даже если твоё прибытие может занять некоторое время.       Наён всегда заставляла её ждать, когда дело касалось сердечных вопросов.       Это не значит, что она того не стоит.)

…

      Репетиционный ужин только начался, а Наён уже чувствует головную боль.       — В смысле Момо чуть не потеряла кольцо? — ворчит она на Чонён, которая сидит рядом с ней, держа голову руками. — Типа как? Когда? Почему?       — Вся фишка в том, — бормочет Чонён, — где она наконец его нашла.       — И где же?       — На своём безымянном пальце.       Наён бьёт себя по лбу и даже не спрашивает, почему Момо носит свадебное кольцо Саны. Наверное, такое в порядке вещей у лучших подруг?       — Господи, — восклицает она, — я бы умерла от сердечного приступа, если бы моя подружка невесты чуть не потеряла кольцо.       — Поговори мне тут.       Репетиционный ужин — относительно расслабляющее событие. Все гости Саны и Чжихё смешались, наслаждаясь возможностью завести многочисленные знакомства. Наён замечает, как родители Чжихё разговаривают с родителями Саны, выглядящими счастливыми и довольными своими дочерьми. Это напоминает ей о том, как она в последний раз встречалась с родителями Мины и играла в Counter Strike с Каем...       — Эй, — зовёт Чонён, толкая её о плечо, — посмотри на них.       Наён прослеживает направление взгляда лучшей подруги. Она видит, как остальные её друзья толпятся вокруг стола Чеён и Цзыюй в основном из-за Ыну. Момо умоляет Чеён позволить ей хотя бы раз в жизни подержать его, прежде чем она попадёт в аварию или типа того — её слова, не Наён. Между тем Мина, Цзыюй и Гахён вовлечены в разговор, который включает в себя множество кивков и жестов, что является показателен того, что он интересный. С другой стороны Дахён и Сана громко поют под музыку, вместе размахивая руками, и радостно смеются. Чжихё нигде не видно, но когда Наён вытягивает шею, чтобы найти её, она обнаруживает её, разговаривающую с младшими сёстрами с серьёзным выражением лица. Она, должно быть, объясняет им их завтрашние обязанности посыпающих лепестками цветов.       — Друзья, — говорит Чонён, хоть её взгляд и прикован к Момо.       — Семья, — поправляет Наён, также поглядывая на Мину.       Пауза.       — Время идёт быстрее, когда мы все вместе, — добавляет Наён, не в силах сдержать широкую улыбку. — Кажется, что Ченг и Цзыюй поженились только вчера.       Чонён кивает.       — А уже следующая свадьба: моя с Момо.       Наён хлопает Чон по руке.       — Я согласилась позволить тебе сделать предложение первой, — ворчит она, — но я не говорила, что женишься сначала ты.       — Да пожалуйста, ты с твоей заячьей душонкой скорее всего струсишь в последнюю секунду, — отмечает медсестра, и Наён снова ударила бы её, если бы в её словах не было ни капли правды. Но она есть. Потому что, в конце концов, Наён боится, что это может случиться, когда однажды Мина скажет да...       Она вздыхает, теребя салфетку со стола.       — Я справлюсь, — говорит она.       — Я не просила тебя об этом, — искренне говорит ей Чонён. — Нет ничего плохого в том, чтобы бояться. Мне тоже страшно.       Когда Наён поднимает глаза на Чонён, она видит в них только честность, идущую изнутри.       — Почему? — спрашивает она. Репетиционный ужин — не лучшее время, чтобы говорить об этом, но у них едва хватало времени поговорить о своих предложениях прошлой ночью, потому что они были слишком заняты алкоголем и счастьем. Кроме того, они одни. Имеет смысл поговорить об этом сейчас, тем более Чон уже планировала поговорить об этом всём.       Чонён выдавливает улыбку, пусть и напряжённую.       — Потому что всё постоянно меняется, — отвечает она, — и ничего не бывает, как прежде.       Наён выдыхает, прекрасно понимая это чувство.       — Понимаю.       — Я просто надеюсь, что Момо будет любить меня, несмотря ни на что.       — Будет.       Улыбка Чонён становится мягкой.       — Так же как и Мина, знаешь ли, — шепчет она.       Наён игриво закатывает глаза, прежде чем протянуть руку. Спустя мгновение Чонён хватает её, их пальцы переплетаются.       — Будешь моей подружкой невесты? — спрашивает она. — Когда я женюсь.       Чонён рассмеялась.       — Я думала, что это уже решено.       — Тем не менее ты должна поделиться титулом с Чжихё, — отмечает Наён.       — Знаю, — Чонён пожимает плечами. — Так же как и ты.       Они улыбаются друг другу, прежде чем Наён отводит взгляд и драматично вздыхает.       — В любом случае, — начинает она, улыбаясь Мине через всю комнату, — если ты потеряешь моё кольцо, то я украду твоего первенца.

…

      (— Привет, детка, — говорит Мина, проходя мимо; Наён и Чонён замолкают и смотрят на неё.       Кроличья улыбка Наён ослепляет.       — Привет, как дела у Ыну?       — Кушает клубнику, — отвечает Мина, указывая на то место, где в это время Чеён скармливает невероятное количество клубники своему сыну. Судя по выражению лица Ыну, ему это не нравится. — Если позже его стошнит на неё, то, пожалуйста, передай ей за меня "а я тебе говорила".       Наён поднимает бровь.       — Ты никогда не упускаешь возможности сказать это кому-нибудь, — говорит она. — Куда ты идёшь?       Мина усмехается. Этот секрет она скрывала от Наён уже некоторое время, хотя та натыкалась на него несколько месяцев назад. Но теперь наконец-то пришло время раскрыть его. Она смотрит через плечо, замечая, что Момо и Сана направляются на свои позиции на сцене, и наклоняется ближе к Наён.       — Помнишь песню, которую я писала?       Наён встречается с ней взглядами, вопросительно глядя на неё.       — Ты о Shot Thru The Heart? Ты так и не закончила её, да?       Мина улыбается и качает головой.       — Я закончила свою часть.       — Стоп, что?       Всё внимание переключается на сцену, когда голос Саны разносится по залу:       — Эй, ребята, у нас для вас есть небольшой сюрприз! — невеста стоит впереди с микрофоном в руке. На её лице широкая улыбка. Судя по возбуждённому подпрыгиванию, она не может дождаться того, что поразит всех тем, что они подготовили.       Мина оглядывается на Наён.       — Увидишь, — говорит она, наклоняясь и быстро целуя её в губы. — Это для тебя.       Прежде чем Наён успевает ответить, Мина направляется на сцену. Спереди расположены три стойки для микрофонов. Момо встала слева, Сана — посередине, а Мина — справа. Все гости теперь заинтригованно уставились на них. Мина замечает, что Чжихё занимает свободное место позади Наён и Чонён и наклоняется, чтобы задать вопрос. Все трое выглядят растерянными и взволнованными.       В первый раз, когда Момо предложила написать песню для их девушек, Мина нервничала. Ей всегда плохо удавалось донести свои чувства до других. Единственной причиной, по которой ей это удалось, стало опасение того, что Наён не сможет понять её. Но та поняла.       Теперь Мина месяцами пишет любовные письма, оставляет сообщения на заметках и рисует сердечки на коже Наён, когда они вместе. Порой кажется, что этого недостаточно. Был период в её жизни, когда Наён думала, что она не заслуживает любви. Мина хочет потратить всю оставшиеся часть на то, чтобы доказать её неправоту.       Потому что Наён заслуживает всего самого лучшего в этом мире.       И по какой-то причине Мина считает, что входит в это "самое лучшее".       Мина протягивает руку и крепко сжимает микрофон в руке. Когда она поднимает глаза, то встречает взгляд Наён в толпе. Выступать перед людьми — это то, что ей никогда не нравилось. Поэтому она изучала компьютеры в колледже, в конце концов. Её сердце колотится в груди. Сана говорит, но она не слышит её сквозь шум в ушах. Она может сделать это. Всё хорошо.       Она глубоко вздыхает, закрывает глаза и открывает их через несколько секунд.       Она видит, как Наён поднимает свой кулак и на губах: "файтинг!"       И Мине кажется, что она на вершине мира.)

…

      Наён и раньше пели серенады.       Глубокий бархатный голос её бывшей девушки, Дженни, был тем, чего она ждала каждый вечер, когда они ложились спать. Иногда они по очереди убаюкивали друг друга. Большую часть времени Наён слышала голос Дженни только сквозь тонкие стены их квартиры, когда они принимали душ. Дженни любила петь, поэтому время от времени пела для Наён.       С Миной всё по-другому.       С Миной всегда было по-другому.       Когда Момо, Сана и Мина начинают петь, сердцу Наён кажется, что оно вот-вот разорвётся от такой любви и привязанности. Очевидно, они поют серенады своим девушкам, особенно когда Момо двигается в такт песне и смеётся, когда Чонён торопливо открывает телефон, чтобы записать, а Сана подмигивает и посылает сердечки из пальцев Чжихё, у которой широко открыт рот, как будто она пытается поймать мух. Гости подбадривают их, громко улюлюкают и хлопают в ладоши.       Песня милая, запоминающаяся. Наён не ожидала услышать такую мелодию, когда впервые наткнулась на песню в записной книжке Мины. И всё же это их вполне устраивает. Похоже, они подготовились именно к этому моменту. Их голоса звучат слаженно. Они могли бы создать свою собственную айдольскую группу, если бы захотели.       Глаза Наён устремлены на Мину.       Мину, чьи глаза сощурены в уголках, чьи щёки пылают румянцем и чья сладкая улыбка так широка, что делает невыразимые вещи с сердцем Наён. Она смотрит только на Наён, когда поёт свои строки: “Я тебе кое-что скажу”.       — Моё сердце, — начинает Сана, — с каких это пор оно такое? Твоё сердце, я хочу знать, что в твоём сердце.       — Горячо, горячо, горячо, оно горячее, — подпевает Мина. — Из-за тебя, горячо, горячо, горячо, оно дрожит.       — Моё сердце, я уверена в своём сердце, — поёт Момо. — Твоё сердце, в нём я не уверена, а время идёт.       — Горячо, горячо, горячо, оно горячее, — снова начинает Мина, подмигивая Наён, которая чувствует себя соответствующе названию песни: выстрел в сердце. — Из-за тебя, горячо, горячо, горячо, оно дрожит.       — Только потому, что ты особенная, — заканчивают они одновременно.       Толпа взрывается радостными криками. Три девушки спускаются со сцены. Чонён всё ещё записывает, даже когда Момо падает к ней на колени и целует её. Тем временем, когда Сана приближается, Чжихё бормочет бессвязные фразы, такие как: “это было потрясающе, чудесно, красиво, О Боже, я самая счастливая девушка во всем мире—” прежде чем её невеста наконец затыкает её обжигающим поцелуем. Люди аплодируют всё громче и громче. В конце концов, не каждый день они получают бесплатное шоу.       К счастью, Мина, подойдя к Наён, только чмокает её в щеку.       — Как я справилась? — спрашивает она, будто бы не замечая, как Наён улыбается, на что та качает головой и отвечает: “Отлично”.

…

      (В середине репетиционного обеда Мина встаёт и выходит на балкон с бокалом вина в руке. Последним, что она увидела перед уходом, была Наён, танцующая с Ыну посреди танцпола, в то время как Чеён и Цзыюй нервно наблюдали за происходящим. Несмотря на то что это была забавная сцена, она нуждалась в свежем воздухе. В конце концов, быть рядом с таким количеством людей может быть утомительно.       — С тобой всё в порядке? — спрашивает кто-то позади неё.       Мина не двигается с места, не сводя глаз с сияющих над головой звезд.       — Да, — говорит она, — просто нужно было подышать.       Момо встаёт рядом с ней, опёршись руками о перила. Здесь тихо, если не считать нежного стрекота сверчков вокруг и негромкой музыки, играющей на заднем плане. Мина может видеть океан в некотором отдалении. Вот в чём особенность Гавайев — понимает она — океан всегда рядом. Ты можешь либо видеть его, либо слышать, либо чувствовать его запах в воздухе.       Когда-нибудь, думает Мина, мы с Наён переедем сюда.       — Итак, Сана завтра выходит замуж, — начинает Момо, и её голос... обрывается.       Мина смотрит на её профиль сбоку.       — Да, — говорит она. Ей кажется, или у Момо действительно дрожит нижняя губа?       — Мы знаем друг друга с детства, — продолжает её лучшая подруга, и Мина чувствует, что это будет очень важный разговор. Поэтому она придвигается на дюйм ближе и кладёт свою руку поверх руки Момо. От её прикосновения плечи Момо расслабляются. Они делят мгновение тишины, впитывая невысказанные слова, витающие в воздухе. Наконец, Момо поворачивается к ней, и в её глазах появляется беспокойство.       Мина кусает нижнюю губу, пытаясь прочесть мысли Момо.       — Ты нервничаешь из-за свадьбы Саны? — спрашивает она, но девушка только качает головой. Момо и Сана были друзьями так долго, что независимо от того, что чувствовала одна, другая чувствовала бы то же самое. Они настроены на чувства друг друга и знают друг друга как свои пять пальцев. Когда они учились в старших классах, Мине всегда казалось, что она вмешивается в их дружбу, с чем обе девочки постоянно не соглашались.       В такие моменты Мина жалела, что не знает их так, как они знают друг друга. Иногда трудно чувствовать, что ты не в курсе событий. Несмотря на то что она провела последние три года, знакомясь с ними снова и снова, понадобится ещё много времени, чтобы наверстать упущенное.       — Чон собирается сделать мне предложение в ближайшее время, — говорит ей Момо, и Мина моргает, переваривая информацию целую минуту, прежде чем наконец выкрикивает: “ЧТО?”       Момо ухмыляется.       — Она не очень хорошо его прятала, — объясняет она. — Я видела коробку в одном из ящиков.       Мина думает о тревоге в глазах Момо.       — Ты не хочешь, чтобы она предлагала тебе?.. — спрашивает она, надеясь, что Момо поймет недоговоренную часть фразы.       К счастью, её подруга, должно быть, искала с кем бы поговорить, потому что она расслабляется ещё больше и поворачивает ладонь вверх, чтобы переплести их пальцы вместе. Момо не трудно понять, но бывают моменты, когда она знает, как скрыть свои чувства, чтобы никто их не прочёл. Мина просто не очень хорошо разбирается в различеных выражениях её лица.       — Конечно, я хочу, чтобы Чонён сделала мне предложение, — говорит Момо, улыбаясь так ярко, что её глаза напоминают звезды в ночном небе над ними. — И я не могу дождаться, чтобы закричать “Да", как только она опустится на одно колено. Сомневаюсь, что она успеет задать этот вопрос до того, как я её обниму.       Мина улыбается, воображая это.       — Могу представить.       — Но, — улыбка на лице Момо исчезает. — Я... я... я не совсем уверена. Мысль о женитьбе просто заставляет меня нервничать. Всё внезапно меняется. Я не знаю, как к этому относиться.       Мина молча наклоняет голову набок. В конце концов Момо не нуждается в советах. Всё, что ей сейчас нужно — это выговориться. Она с радостью доверит это своему другу.       — Не пойми меня неправильно, — продолжает старшая. — Я люблю Чонён всем сердцем. Она... понимает меня, понимаешь? Например, она знает, чего я хочу или в чём нуждаюсь даже раньше меня. Она смеётся над всеми моими шутками, ходит со мной, когда я жажду джокбала, заботится обо мне, когда я больна. В ней буквально есть всё, чего я могла бы когда-либо пожелать увидеть в девушке.       Момо вздыхает, потирая переносицу свободной рукой и покусывая нижнюю губу. Мина молча наблюдает за ней, всё ещё ничего не говоря, опасаясь, что она может прервать мыслительный процесс Момо.       — До того как я встретила Чон, у меня были чувства к нескольким людям, но ни один из них на самом-то деле и не привлёк моего внимания, кроме... — Момо замолкает, спокойно глядя на Мину.       Что-то невысказанное витает в воздухе между ними. Смех вырывается из груди Мины, когда она понимает, о чём или о ком говорит Момо.       — Кроме меня, верно? — спрашивает она, и её улыбка становится шире, когда Момо драматично закатывает глаза и шлепает её по руке.       Это всегда заставляет Мину смеяться — думать о том, как она была безнадежно влюблена в Момо когда-то и как Момо ответила на её чувства с небольшим опозданием. Иногда она спрашивала себя, что было бы, если бы она призналась в своих чувствах или если бы Момо не дала ей уехать в Южную Корею учиться в колледже. Конечно, всё было бы по-другому, но сейчас, когда они обе находятся в счастливых отношениях с другими людьми, она не может себе этого представить.       — Ты должна быть польщена тем, что тоже мне понравилась, — насмешливо замечает Момо. — Я не так уж часто расположена к людям.       — За исключением Чонён, — задумчиво произносит Мина с широкой ухмылкой на лице.       Момо вздыхает, соглашаясь:       — За исключением Чонён.       Снова тишина. Мина прекрасно понимает чувства Момо. Поэтому она протягивает руку и обнимает подругу сзади. Момо прислоняется к ней, прижимаясь головой к щеке Мины.       — Почему ты не сказала об этом Сане? — спрашивает младшая. — Это она завтра выходит замуж, я уверена, что она сказала бы что-нибудь, чтобы облегчить твои тревоги.       — Я не хотела усугублять её стресс, — ворчит Момо.       Мина прикусила язык, хотя какая-то часть её хотела отметить, что Сана выглядела совершенно счастливой и взволнованной, пока планировала свадьбу. Из двух невест, похоже, Чжихё была единственной, кто выглядел готовым вырвать её волосы в случае, если она не получит то, что хочет. Тем не менее у Момо есть свои причины, и Мина просто счастлива, что она обратилась к ней за утешением. Это заставляет её чувствовать себя тёплой и мягкой внутри. Несмотря на годы, проведённые врозь, они всё же нашли дорогу друг к другу.       — У вас с Чон будет счастливый брак, — уверенно говорит Мина. — Такой же, как у Чеён и Цзыюй, и такой же, как у Саны и Чжихё.       Момо мычит. Через мгновение она кладёт свои руки поверх рук Мина, что та держит на талии.       — А что насчёт тебя? — спрашивает она. — Как ты думаешь, Наён скоро сделает тебе предложение?       Одной мысли об этом достаточно, чтобы у Мины закружилась голова.       — Надеюсь, — говорит она.— Мне не терпится провести с ней остаток жизни.       — Пришибленная, — Момо давится смехом, когда Мина игриво щекочет её. — Шучу. Это мило.       — Хм, — Мина думает об этом, её улыбка становится шире, когда она представляет Наён в свадебном платье, идущую к ней по дорожке, — думаю, ты права.

…

      — Не могу поверить, что ты написала мне песню, — говорит Наён Мине позже вечером, когда они возвращаются в свой гостиничный номер. — Как долго вы готовились к этой маленькой презентации?       — Несколько недель, — отвечает Мина, не сводя глаз с Nintendo Switch. — Это была идея Момо.       Наён мычит, кладя телефон на прикроватный столик и забираясь под одеяло к своей девушке. Мина не отрывается от игры, поглощенная тем, что происходит на экране. Наён знает, что лучше не отвлекать. В последний раз, когда она сделала это, она случайно заставила Мину удалить прогресс за месяц. Игнор, который она получила после этого — это то, через что она не хочет проходить снова.       — Ты милая, — вот и всё, что она говорит, наконец-то получая столь необходимый отдых. Они провели весь день, готовясь к свадьбе Саны и Чжихё. Наён даже не подготовила речь, предпочтя говорить прямо от сердца.       Мина улыбается своей фирменной сладкой улыбкой, и Наён замечает, что смотрит на неё. Может быть, это из-за общей романтичной атмосферы свадьбы или из-за того что Мина действительно написала песню для неё, но Наён не может не прошептать: “Я люблю тебя.”       Пауза. Мина кладет Switch и смотрит на неё снизу вверх. Может быть, сейчас самое подходящее время сделать предложение, но Наён теряется в тепле карих глаз Мины. Трудно думать о чём-то другом, когда у тебя есть красивая девушка, смотрящая на тебя так, словно ты положил звезды на ночное небо.       Наён не заслуживает её.       — Я тоже люблю тебя, — говорит Мина, наклоняясь вперёд и касаясь губами губ Наён. — Я всегда любила тебя и всегда буду любить, — отголоски похожего признания всплывает в её сознании, того, что Мина говорила ей бесчисленное количество раз прежде: я здесь, я всегда была здесь.       Наён кивает, закрыв глаза, а Мина прижимает их губы друг к другу для более глубокого поцелуя. "Выходи за меня", хочет сказать она, но не делает этого.

…

      (Свадьба состоится сегодня.       Когда Мина просыпается, она видит, что другая сторона кровати пуста. Пространство рядом с ней всё ещё теплое, значит, Наён ушла недавно. Десять минут спустя, когда она пишет сообщение Сане, её девушка проскальзывает через входную дверь с двумя чашками кофе и пакетом рогаликов. Мина усмехается при виде этого зрелища.       — Привет, — здоровается она, когда Наён протягивает ей чашку. Когда она делает глоток, её улыбка становится шире от знакомого вкуса ванили на языке. С тех пор как Наён поняла, как готовить ей кофе, она ни разу не ошиблась. Тем не менее это не останавливает Наён победного воздевания кулака каждый раз, когда она делает это правильно.       Она такая милая. Мина с каждым днём влюбляется всё больше. Часть её задается вопросом, возможно ли вообще любить кого-то так же сильно, как она любит Наён.       — Мы должны быть на месте через час, — напоминает ей Наён, присаживаясь на кровать. — Ты готова?       Мина думает обо всех вещах, которые она должна сделать ещё до начала свадьбы: переодеться в платье подружки невесты, встретиться с остальными девушками, убедиться, что у Саны нет свадебного мандража, и покинуть место проведения (хотя она почти уверена, что ей не нужно беспокоиться об этом), а затем пройти регистрацию. День только начался, но она уже хочет вернуться в постель и обниматься с Наён.       — Да, — отвечает Мина, опираясь на плечо своей девушки, — но давай сначала допьём кофе.)

…

      Чжихё выглядит прекрасно.       Когда Наён входит в комнату невесты, у неё перехватывает дыхание, когда она видит свою лучшую подругу, любующуюся собой перед зеркалом. Её светлые волосы завязаны в сложный пучок, создание и усовершенствование которого, должно быть, заняло несколько часов. Её белое свадебное платье выполнено в стиле А-силуэта с глубоким вырезом и маленькими оборками. Платье доходит до пола но оно всё же не такое длинное как у Цзыюй во время её свадьбы. Оно простое и элегантное, и Наён задается вопросом, как Сана будет чувствовать себя, когда увидит, что её будущая жена выглядит совершенно потрясающе.       — Вау, — говорит Наён, закрывая за собой дверь, — ты выглядишь почти так же красиво, как я.       Чжихё закатывает глаза.       — Я возьму его, — говорит она, прежде чем вопросительно наклонить голову в сторону. — Кстати, что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть с остальными?       — Ну, я здесь в качестве твоей подружки невесты, — начинает Наён, подходя и кладя руки на плечи Чжихё. Её собственное платье — темно-синее — дополняет платье Чжихё, но не настолько, чтобы отвлечь внимание от невесты. Они вдвоём смотрят на свое отражение в зеркале. Наён широко улыбается. — Я хотела убедиться, что у тебя нет свадебного мандража, — добавляет она. — В конце концов, я слышала истории о сбежавших невестах. Я бы не хотела, чтобы это случилось. Я слышала, что бронирование этого места стоит дорого.       Чжихё усмехается, глядя на неё через зеркало.       — С чего ты взяла, что я сбегу?       — Я так не думаю.       — Тогда почему ты здесь?       Наён пожимает плечами.       — Я не могла придумать лучшего оправдания, — отвечает она, обнимая Чжихё за талию и стараясь не испортить ей прическу. — Мне нужна твоя помощь.       — Я постоянно думаю, что ты убила кого-то и нуждаешься в помощи, чтобы похоронить тело, каждый раз когда ты произносишь эти слова, — ворчит Чжихё, но всё же поворачивается к Наён, хватает её за руки и ведёт к дивану. — Хорошо, что такое? У нас есть ещё час, чтобы убить кого-то до официального начала свадьбы.       — Ничего серьёзного, — мягко заверила её Наён. Это определённо не поспособствовало исчезанию обеспокоенного выражения с лица Чжихё. — Я только что вспомнила кое-что и хотел спросить тебя об этом.       Чжихё бросает на неё насмешливый взгляд.       — И ты решила, что за час до начала моей свадьбы — самое разумное время, чтобы спросить об этом?       — Ладно, — Наён и в самом деле об этом не думала. Она собирается покачать головой и встать, чтобы выйти из комнаты, когда Чжихё хихикает и тянет её обратно вниз.       — Я просто шучу, онни.       — Сволочь.       — Что ты хотела спросить?       Наён замолкает, обдумывая услышанное. Поначалу она не хотела беспокоить Чжихё в день своей свадьбы, но с тех пор как они встретились здесь, на Гавайях, ей хотелось задать ей один и тот же вопрос. Она вспоминает их встречу за обедом на днях и то, как она хотела поделиться своими тревогами и беспокойством по поводу предложения Мине выйти за неё, прежде чем их обеих прервал приезд их друзей. Последние годы научили её тому, что если она хочет с кем-то поговорить, то должна сделать это быстро, пока другие люди не ворвались в дом, требуя её внимания.       Кроме того, после того как свадьба закончится, Чжихё и Сана собираются остаться на Гавайях на медовый месяц. У Наён осталось не так уж много времени. Кажется, что час до церемонии — это единственное время, когда она сможет поговорить с Чжихё, прежде чем их обеих унесет к свадебным клятвам, приёму и медовому месяцу.       — Ты боишься? — наконец спрашивает Наён, не сводя глаз со стены позади Чжихё. Она не хочет видеть смущение в её глазах, потому что тогда она и сама смутится.       — Боюсь чего? — Чжихё спрашивает с неподдельным смущением. — Это насчёт женитьбы?       Наён наконец встречает взгляд своей лучшей подруги. С тех пор как они с Миной приехали сюда, на Гавайи, Наён не может перестать думать о том, чтобы выбрать подходящий момент для предложения руки и сердца. Теперь, когда она знает, что Чонён планирует сделать то же самое с Момо, а Чжихё собирается жениться на Сане, часть её знает, что она должна принять некоторые решения, когда дело доходит до её отношений с Миной. Если она будет продолжать обдумывать каждую мелочь в своих планах, то ничего не добьётся. В конце концов, идеального предложения не бывает. Их отношения далеки от этого.       И всё же Мина заслуживает самого лучшего.       Наён делает глубокий вдох и кивает в ответ на слова Чжихё. — Да, — отвечает она, — насчёт женитьбы.       Чжихё мычит, думая об этом.       — Думаю, что да, — отвечает она после паузы. — Но это скорее возбуждение, страх, если ты понимаешь, что я имею в виду. Например, я боюсь, потому что это такой огромный шаг в моей жизни, но в то же время я счастлива, что могу сделать этот шаг с Саной.       Наён кивает.       — Это здорово, — говорит она, разделяя улыбку Чжихё. Она вспоминает прошлый год, когда Чжихё попросил Сану жениться на ней. Она сделала это совершенно самостоятельно, не поставив в известность Наён и Чонён. Так что для неё было настоящим шоком узнать, что они уже помолвлены. И когда они все встретились за чашкой кофе, Наён не смогла в подробностях узнать о том, как прошло предложение, так как всё, о чём Сана могла говорить, было планирование свадьбы.       — Это не то, о чём ты хотела спросить, — замечает Чжихё. Иногда становится просто жутко от того, что ей удается так легко читать мысли Наён.       — Да, — соглашается она, даже не пытаясь скрыть это, — я хочу спросить, как ты поняла, когда делать предложение.       Улыбка Чжихё напоминает солнце, выглянувшее из-за туч после ненастного дня. Почти сразу же нервы покидают тело Наён. Вот почему она обращается к Чжихё, когда ей нужен совет. Не в обиду Чонён будь сказано, но Чжихё обеспечивает такое тепло и безопасность, в которых Наён даже не осознает, что ей нужно, пока она не получит их в виде сияющей улыбки или твердой руки поверх своей собственной.       — Ты тоже собираешься сделать предложение? — возбужденно спрашивает Чжихё, наклоняясь вперёд. — Тоже? — повторяет Наён, её мозг улавливает смысл этих слов. — Подожди, Чон тоже рассказывала тебе о своих планах? — она может понять, что Чжихё в прошлом году не сказала ей о своих планах сделать предложение Сане, но Чонён? Если Чон рассказала Чжихё, до того как она рассказала Наён о своём предложении, то кто-то вот-вот получит по морде—       Но Чжихё отмахивается от неё.       — Нет, — говорит она, — я узнала, потому что коробочка с кольцом всё время выпадала из её кармана, пока мы были на вечеринке.       Наён стонет, массируя лицо.       — Что за чёртова идиотка, — бормочет она.       Чжихё смеётся, качая головой.       — Расскажи мне об этом.       Наён отводит руку от лица и сосредоточенно поправляет свадебное платье. Внезапно её внезапная потребность поделиться своими планами с Чжихё превратилась в узел нервов и напряжения внизу живота. Несмотря на то что Чеён и Чонён говорили ей, что нечего бояться, когда речь заходит о браке, она не могла не почувствовать знакомый комок "я-собираюсь-всё-испортить" в задней части её горла. Это то же самое, что она чувствовала в течение всей своей жизни с Дженни и начала её новой жизни с Миной. Это никогда по-настоящему не проходит, но она стала лучше преодолевать это. Именно в моменты уязвимости и страха она обнаруживает, что чувствует себя так снова и снова.       Тёплая ладонь на её руке успокаивает её мысли.       — У меня всегда есть план, — начинает Чжихё, и вскоре Наён понимает, что она уже начала свой рассказ. — Ты же знаешь меня — я не могу жить, не планируя свой день или даже конец недели. Когда мы были детьми, я знала, что хочу помогать людям. Быть адвокатом достаточно легко вписывалось в мои цели. Поэтому стремилась к этому. Я знала, какова моя цель, и делала всё, чтобы добиться её.       Наён придвигается ещё ближе, потому что видит, как глаза Чжихё наполняются слезами счастья.       Невеста поспешно поднимает свободную руку и вытирает их, прежде чем они успевают упасть. Её улыбка яркая, с оттенком ностальгии.       — Когда я встретила Сану, я знала, что это она, — объясняет она, — и когда мы достигли двухлетнего рубежа, я поняла, что хочу сделать ей предложение. Что я и сделала.       Чжихё поднимает глаза на Наён. Несмотря на то что она старше, Наён чувствует себя подростком, получающим любовные советы от своей матери. Это не неприятное чувство — она смотрит на Чжихё больше, чем думает. Но она никогда не скажет этого вслух.       — Значит, ты просто решила это сделать? — нахмурившись, спрашивает Наён. Это не тот ответ, который она действительно хотела услышать.       Чжихё, должно быть, знает это, потому что её улыбка становится шире.       — У всех по-разному, — продолжает она. — С Чеён это произошло спонтанно, как всегда. Я же всё спланировала заранее. Я приготовила ужин, полный ароматических свечей, лепестков роз и романтической музыки, играющей на заднем плане. Я убедилась, что играет любимая песня Саны, когда я задала ей этот вопрос.       У Наён отвисает челюсть. Она этого не знала. Она знает, что Чжихё честолюбива во всех смыслах этого слова, но её предложение, хотя и простое, и интимное, было тщательно продумано. Наён должна это сделать. Господи, о чём она только думает? Неужели она действительно просто планирует задать вопрос случайным образом? Мина заслуживает лучшего, чем это—       Рука Чжихё скользит вниз по её руке, пальцы обхватывают запястье и снова успокаивают буйные мысли Наён.       — Дело в том, онни, — тихо начинает она, — что идеального момента не существует.       Наён хмурит брови.       — Но ты спланировала идеальный момент, — замечает она.       — Потому что я перфекционистка, — говорит Чжихё, — а ты нет. Помнишь, что было три года назад? Что Цзыюй говорила тебе раньше? Когда ты думала, что Мина уедет в Америку, и не знала наверняка, поедешь ли ты за ней?       Конечно, Наён помнит.       — Нам не нужны планы, когда речь заходит о любви, — вторит она. — Мы просто делаем это.       — Тебе не нужны причудливые свечи, романтическая музыка или даже кольцо, как в случае с Чеён, — глаза Чжихё ласковые и тёплые, когда она берёт руки Наён в свои и наклоняется вперёд. — Что делает этот момент идеальным, так это то, что ты хочешь провести остаток своей жизни с Миной и не боишься сказать об этом вслух.

…

      (Мина вертит в руках букет, ожидая начала церемонии. Церемония проходит на пляже, потому что какой смысл лететь на Гавайи, если вы не собираетесь устраивать свадьбу на пляже? Дорожка, ведущая к арке, окружена разноцветными комбинациями цветов. Все стулья были спроектированы так, чтобы соответствовать общему цветовому сочетанию свадьбы — белый как основной цвет, тёмно-синий и жёлтый как второстепенные оттенки. Все гости сидят, ожидая начала музыки.       Почему-то Мина нервничает. Она не знает почему. Возможно, она тоже настроена на чувства Саны. Но когда она поворачивается, чтобы посмотреть на невесту, то видит, что Сана возбужденно расхаживает взад-вперёд. Она никак не может остановиться, и Момо приходится следить, чтобы она не запуталась в подоле платья. Цзыюй, стоящая рядом с Миной, тихо вздыхает.       — Ты в порядке? — спрашивает Мина.       — О, да, — Цзыюй заглядывает в зал, где ждут все остальные. Мине не требуется много времени, чтобы понять, что она наблюдает за Элки и Ыну, сидящих среди гостей. — Я просто беспокоюсь. Я не знаю почему. Я всегда беспокоюсь об Ыну.       — С ним всё будет в порядке, — размышляет Мина. Очень мило, что первая и самая главная мысль Цзыюй всегд — её сыне. — В конце концов, у нас ещё есть обязанности подружек невесты.       Цзыюй снова вздыхает, сосредоточившись на своём букете в руках.       — Когда у тебя есть ребёнок, всё по-другому, — бормочет она. Мина всегда считала забавным то, что двое младших из их группы поженились и родили ребенка первыми. Это заставляет её понять, что возраст на самом деле не имеет значения, пока ты знаешь, с кем ты должен быть.       — Раньше я думала, что нет никого, кого я могла бы любить больше, чем Чеён, — продолжает Цзыюй, застенчиво глядя на Мину, которая кивает ей, чтобы та продолжала, — Но когда родился Ыну, всё изменилось. Я знаю, что для с ней произошли те же перемены. Всё, что мы делаем, мы делаем для него.       Мина молчит. Она действительно не понимает масштабов преданности Чеён и Цзыюй своему ребенку, так как у неё ещё нет своего собственного. Она может только догадываться, о чём всё это время думает Цзыюй.       — Не волнуйся, — заверяет она её, — когда церемония закончится, он снова будет в твоих объятиях.       Это, кажется, наконец-то расслабляет Цзыюй. Она застенчиво улыбается Мине и качает головой.       — Прошу меня простить, если тебе вдруг не нравится, что я могу говорить только о нём, — извиняющимся тоном произносит она.       — Это мило, — Мина думает о ямочке на правой щеке Ыну. — Он симпатичный, так что это вполне понятно.       Цзыюй оживляется, вытаскивая телефон из какого-то потайного отделения в своём платье.       — Ты бы видела его в костюме на Хэллоуин, — взволнованно говорит она, уже просматривая несколько фотографий, и Мина смеётся, когда видит Ыну в костюме льва. — Ченг хотела нарядить его клубникой, но мне удалось убедить её не делать этого…)

...

      Наён уже проходила через это раньше: шла по дорожке с остальными подружками невесты, слушала, как Дахён и Чонён делают ставку на то, кто заплачет первым, была первой, кто сломался, когда первая невеста (Чжихё) вошла со своим отцом, сломалась ещё сильнее, когда вторая (Сана) сделала то же самое через несколько минут, а затем слушала, как две её подруги провозглашают свою любовь друг к другу вечной и бесконечной.       Это похоже на то, что случилось на свадьбе Чеён и Цзыюй. Только на этот раз, когда она ловит взгляд Мины, стоящей по другую сторону, она не может не представить, как всё изменится, когда наконец настанет их очередь.

…

      (Сана всегда была помешана на романтике.       Когда они учились в старших классах, Сана всегда тащила их в кино, чтобы посмотреть последнюю в расписании сеансов романтическую комедию,. Она всегда ходила на свидания и говорила, что это так романтично. Она всегда говорила о встрече с родственной душой и с нетерпением ждала этого дня.       А теперь она женится со своей второй половинкой, и Мина никогда прежде не была так счастлива за неё.       — В первый раз, когда я увидела Сану, — начинает свою речь упомянутая родственная душа, Чжихё, и глаза её сияют, как солнце, — я вошла в её комнату, когда она переодевалась. Совсем не так я ожидала встретить девушку, на которой когда-нибудь женюсь. Помню, как я рассыпалась в извинениях и захлопнула за собой дверь. К счастью, она не назвала меня извращенкой и не позвала на помощь. Это было бы ужасно. Я действительно думала, что наше общение будет неловким, когда мы встретимся позже. Но этого не случилось.       Сана смеётся, не сводя глаз с Чжихё, пока пересказывается их первая встреча. Они прекрасно смотрятся вместе, их платья идеально сочетаются друг с другом, но не затмевают красоты самих новобрачных. Мина не может видеть выражение лица Саны, но она знает, что оно должно отражать влюбленное лицо, которое сейчас носит Чжихё.       — Я до сих пор помню, какими были первые слова Саны, сказанные мне, — продолжает Чжихё с сладкой улыбкой на лице. — Это было после ужина в наш первый день на свадьбе Чеён и Цзыюй. Она подошла ко мне через несколько часов после той неловкой первой встречи, улыбнулась и сказала: "Привет, я Минатозаки Сана, и я не возражаю, если ты всё увидишь”. Думаю, именно эта улыбка заставила меня влюбиться в неё.       Все начинают умиляться. Момо толкает плечом плечо Мины, глаза блестят от непролитых слёз. Позади неё шмыгает носом Цзыюй, протягивая руку за салфеткой, которую она, должно быть, предусмотрительно спрятала в платье.       — Я всегда говорю всем, что я не всё видела, — говорит Чжихё, кашляя, когда гости издают несколько возгласов, — но я видела всё, Сана-я. Просто не так, как ты ожидала. Когда я увидела тебя в первый раз, я увидела всё — я увидела человека, в которого влюблюсь, человека, рядом с которым буду просыпаться каждое утро, человека, на котором женюсь и с которым проведу остаток своей жизни. И вот мы здесь.       Чжихё смотрит на их сцепленные руки, улыбка не покидает её лица.       — Ты для меня всё, — признается она так тихо, что большинство гостей не слышат её слов, но Мина слышит их громко и отчётливо, — и я хочу быть для тебя всем, пока мы обе живы. Это моя клятва тебе — быть первой, кого ты будешь видеть каждое утро, быть твоим плечом, на котором ты будешь плакать, быть причиной твоих слёз и смеха, быть твоей головной болью и лекарством, быть матерью наших будущих детей и быть твоей последней мыслью каждую ночь перед сном…       Когда Чжихё снова смотрит на Сану, у Мины перехватывает дыхание. Потому что она видит, как много значит для Чжихё каждое сказанное ею слово. И судя по трясущимся плечам Саны (явный признак того, что она изо всех сил пытается сдержать слёзы), очевидно, что Сана абсолютно искренна.)

…

      За всю их трёхлетнюю дружбу Наён лишь однажды видела, как Сана плачет.       Это было, когда она ворвалась в квартиру Наён и вбила в неё немного здравого смысла, когда та причинила боль Мине. Если мне придётся смотреть, как Мина прыгает в самолет в третий раз в моей жизни, я не смогу этого вынести, сказала она. Когда Наён думает об этом сейчас, она благодарит Сану за то, что та была тем сигналом, в котором она отчаянно нуждалась в тот момент. В конце концов, Сана относится к тому типу людей, которые ставят счастье других людей выше своего собственного, и которые позаботятся о том, чтобы другие не боялись его достичь. Херофобия, вспоминает Наён, страх счастья. У Саны нет такого страха.       И из-за неё и Наён больше не боится.       Поэтому, когда Сана начинает плакать ещё до того как она начинает свои клятвы, Наён подходит и протягивает Чжихё несколько салфеток, чтобы та дала их своей невесте. Чжихё поворачивается к ней, одними губами говорит "спасибо" и вытирает слёзы с глаз Саны. Все смотрят, как Сана изо всех сил пытается перестать плакать, несмотря на широкую улыбку на её лице.       — Я в порядке, я в порядке, — уверяет она свою будущую жену, глубоко вздыхая. — Я просто... Не думаю, что я когда-либо была так счастлива за всю свою жизнь.       Чжихё смеётся, прекрасно понимая её чувства. При виде их сердце Наён становится больше. Они выглядят такими красивыми и счастливыми...       — Я всегда твердо верила в любовь, — начинает Сана, резко вдыхая воздух и беря руки Чжихё в свои, — и я твердо верю, что если ты чего-то хочешь, ты не должна бояться погнаться за этим. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что я хочу тебя. Каждый раз, когда ты входила в комнату, я видела только тебя. Каждый раз, когда ты говорила, я слышала только твой голос. Каждый раз, когда я смотрела на тебя, мне хотелось, чтобы ты тоже смотрела на меня.       Наён поймала себя на том, что кивает, бросив взгляд через плечо Саны и заметив Мину, наблюдающую за парой с сладкой улыбкой на лице.       — Нам не потребовалось много времени, чтобы начать встречаться, — продолжает Сана, — но я бы не солгала, если бы сказала тебе, что в первую неделю нашей совместной жизни всё, чего я хотела, — это быть с тобой. Назови меня нетерпеливой, взволнованной или просто глупой, но я провела большую часть своего детства, мечтая найти свою вторую половинку. Я не собирался больше ждать ни секунды, не будучи с ней.       Наён скользит взглядом по гостям. Большинство из них улыбается. Некоторые плачут и вытирают слёзы, чтобы сохранить макияж. Наён уже провела первую половину церемонии, делая то же самое, поэтому она предпочла бы больше не плакать. Тем не менее слов Саны достаточно, чтобы превратить её внутренности в кашу. Позади себя она слышит, как Чонён, Дахён и Чеён изо всех сил сдерживают собственные слёзы и ругают друг друга за то, что они вообще плакали.       — Ты делаешь меня самой счастливой девушкой в мире, — говорит Сана Чжихё, широко и счастливо улыбаясь. Даже со слезами на глазах она выглядит прекрасно, — и я хочу, чтобы вся эта церемония уже была закончена, чтобы я могла назвать тебя своей женой и начать нашу совместную супружескую жизнь. Но прежде чем это произойдёт, я хочу сказать ещё несколько вещей.       С этими словами Сана делает шаг вперёд, смотря в глаза Чжихё.       — Я люблю тебя, — говорит она, — и обещаю любить всегда, даже когда ты будешь становиться властной, или когда станешь принимать решения, не посоветовавшись со мной, или когда будешь брать мою еду, не спрашивая. Я буду любить тебя, даже когда ты уедешь в командировки, или когда ты закапризничаешь и устанешь от своей работы, или когда ты будешь так напряжена, что откажешься обременять меня своими проблемами. Я не обещаю, что не буду расстраиваться из-за тебя во время наших споров или что наш брак будет идеальным, но я могу обещать тебе, что никогда не перестану любить тебя. Это трудно не сделать, особенно когда ты построила дом в моём сердце и отказываешься покидать мои мысли.       В ответ на это Чжихё плачет.

…

      (— Объявляю вас супругами, — возглашает священник. — Теперь вы можете поцеловать невесту.       Когда Сана и Чжихё обмениваются первым супружеским поцелуем, толпа разражается радостными криками.       Мина заканчивает тем, что утешает плачущую Цзыюй, которая с трудом выражает, как она счастлива за Сану и Чжихё. Старшая говорит, что с ней всё в порядке, она всё понимает. Не нужно говорить никаких слов. Все счастливы. Это видно по их глазам. Ничто не может испортить этот момент.)

…

      По какой-то причине, когда толпа расходится для фото, Чонён выглядит нервной.       — Что случилось? — спрашивает Наён, пока они ждут, когда Сана и Чжихё повернутся к ним спиной, чтобы бросить свои букеты. — Ты выглядишь так, будто собираешься обосраться.       Чонён бросает на неё свирепый взгляд.       — Мы с Ченг заключили сделку, — бормочет она себе под нос.       Наён стонет.       — О нет.       — О да! — помяни чёрта. Чеён выскакивает из-за спины Чонён с широкой улыбкой на лице, на её правой щеке видна ямочка, когда она озорно наблюдает за своими двумя онни. — И ей нельзя уже отказаться!       — Когда была заключена эта сделка? — спрашивает Наён, чувствуя себя не в своей тарелке.       На этот раз отвечает Дахён, материализуясь из ниоткуда прямо за спиной Чеён.       — Только что, — говорит она, — сразу после того как мой бро сказала мне, что Чонён-онни планирует сделать предложение своей возлюбленной.       Чонён разочарованно вздыхает.       — Я сожалею, что позволила тебе сделать это, — мрачно бормочет она.       Наён возвращается обратно к сделке, прежде чем Дахён и Чеён снова засмеют Чонён.       — А что это была за сделка? — спрашивает она, пожимая руку своей лучшей подруге. — Ну же, рассказывай!       — Ладно, ладно, чёртова Набонгс, — ворчит Чонён, пожимая плечами и кивая на то место, где Сана и Чжихё упражняются в метании букетов. — Ченг сказала мне задать вопрос, если Момо поймает букет.       Наён моргает.       — Вероятность того, что это действительно произойдёт... почти нулевая, верно?       — Да, — Дахён хихикает, указывая на Момо, чьё внимание сосредоточено на Ыну в объятиях Цзыюй. — Сомневаюсь, что она действительно собирается присоединиться к толпе дам, ожидающих, когда Сана и Чжихё бросят букет.       — Эти дамы отчаянно хотят выйти замуж, — замечает Ченг, любуясь обручальным кольцом на пальце. — Похоже, мне повезло в этом деле, да?       — Да, — Внезапно улыбка Дахён исчезает, когда она косится на девушек, ожидающих бросания букета. — Подожди, это Гахён?       Чонён вздыхает, потирая затылок. Наён не знает, выглядит ли она довольной или разочарованной. Вероятно, смесь того и другого. Она вспоминает слова Чжихё, сказанные ей перед свадьбой — нет такого понятия как идеальный момент — и повторяет те же самые слова своей лучшей подруге.       Чонён ухмыляется ей.       — Когда ты успела так поумнеть? — спрашивает она.       Наён пожимает плечами.       — Похоже, я полна сюрпризов, — говорит она, не сводя глаз с девушек, собравшихся в толпу позади двух невест. Краем глаза она видит, что Момо наконец-то отошла от Цзыюй и Ыну. Вопреки своему здравому смыслу, она не указывает на это Чонён, которая выглядит взволнованной. У неё такое чувство, что её лучшая подруга тоже ищет подходящий момент, чтобы попросить Момо выйти за неё. В конце концов, сделка Чеён — это простой вариант. К тому же, похоже, судьба сыграет свою роль, если Момо поймает букет.       Чонён просто нуждается в небольшом толчке…       Взволнованный визг девушек прерывает мысли Наён, и она поднимает глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сана и Чжихё бросают свои букеты через голову. Она видит всё это будто в замедленной съемке — как цветы крутятся и кружатся в воздухе, как возбуждённые руки девушек хватают их, а потом Момо поднимает голову как раз вовремя, чтобы увидеть, что один из букетов направляется в её сторону. Наён бросает взгляд на Чонён, у которой от удивления отвисает челюсть, когда Момо поднимает руки как раз вовремя, чтобы поймать цветы.       Наступает пауза.       — Чёрт возьми, — бормочет Чонён, недоверчиво распахнув глаза.       Дахён и Чеён громко смеются.       — ИДИ К СВОЕЙ ДЕВУШКЕ! — кричат они обе, толкая Чонён вперёд и заставляя её почти поскользнуться на платье. Момо восхищается сочетанием фиолетовых и желтых тюльпанов в букете, когда замечает свою девушку, идущую к ней. Наён предполагает, что Чонён, вероятно, выглядит так, будто страдает от запора. Её догадка, должно быть, верна, потому что лицо Момо сразу же искажается беспокойством, как только Чон подходит ближе.       — Я не могу смотреть, — заявляет Наён, но она всё равно продолжает смотреть. Чонён хватает Момо за руки. Они достаточно далеко, и Наён не может понять, о чём они говорят, но она видит, как Чон одной рукой достает из сумочки красную бархатную коробочку, которую она показывала Наён два дня назад.       Почти сразу же Момо кричит:       — Да! Да! МИЛЛИОН РАЗ ДА! — прежде чем она обхватить руками Чонён и крепко обнять её. Суматоха заставляет остальных гостей обратить внимание на происходящее. Сана, поняв, что происходит, тоже начинает кричать:       — Это моя лучшая подруга! МОЯ ЛУЧШАЯ ПОДРУГА ОБРУЧИЛАСЬ НА МОЕЙ СВАДЬБЕ! — Чжихё должна сделать всё возможное, чтобы успокоить свою истеричную жену.       — Ну что ж, — сухо говорит Чеён, хотя на её лице расплывается широкая счастливая улыбка, — у неё получилось.       Дахён вздыхает и обхватывает руками Чеён и Наён.       — Мы такие хорошие бро, - говорит она.       Наён фыркает, заметив, что Гахён держит в руке другой букет. Она радостно машет Дахён рукой.       — Возможно, ты скоро захочешь что-нибудь предложить своей девушке, Дубу, — замечает Наён. — Она уже второй раз ловит букет.       — Безумие, да? — восклицает Дахён. — Как будто Вселенная хочет, чтобы она вышла замуж!       Чеён делает фейспалм.       — Бро, — говорит она, — я думаю, тебе пора понять намёки.       Выражение лица Дахён будто бы вялое. Ей требуется несколько секунд, чтобы собрать воедино то, что говорят ей Наён и Чеён. Затем её глаза становятся огромными, как блюдца, а руки бесцеремонно опускаются с того места, где они обнимали двух её друзей.       — О, — это первое, что она говорит, выглядя совершенно ошарашенной. — Она хочет выйти замуж.       Наён откидывается на спинку, гладя Дахён по щёчкам.       — Ну вот, — воркует она. — Это было так трудно?       Чеён вздыхает.       — Иногда ты безнадёжен, бро.

…

      (Момо помолвлена, и счастье Мины удваивается из-за двух её лучших подруг.       Они проводят первую половину приёма, восхищаясь обручальным кольцом Момо и обсуждая дату свадьбы. Хотя Сана только что плакала во время своих клятв, она, кажется, готова заплакать снова. Мине приходится постоянно и тщательно вытирать слёзы, наполняющие её глаза.       — Я просто, — говорит им Сана, сжимая руки, как будто она снова готова расклеиться, — я очень счастлива прямо сейчас.       Момо обнимает свою лучшую подругу и быстро целует её в лоб.       — Я знаю, — шепчет она.       Позже, когда Сана присоединяется к своей новоиспечённой жене за их столом, Момо поворачивается к Мине и спокойно рассматривает её. Глаза Мины с трудом удерживаются от метания между лучшей подругой и кольцом на пальце. Трудно не задуматься о том, каково это — чувствовать на себе этот новый груз. Хотя она действительно чувствует себя счастливой за своих двух друзей, она также чувствует себя немного не в своей тарелке.       — Мина-тян, — вдруг начинает Момо, — я хочу, чтобы ты была моей подружкой невесты.       Мина моргает. Сердце отбивает удар. Момо не берёт назад своих слов.       — А? — наконец пискнула смущенная Мина. — А как же Сатанг?       Момо протягивает руку — ту, что с обручальным кольцом на пальце, — и крепко обнимает её.       — Я хочу, чтобы это была ты, — твердо говорит она. Прежде чем Мина успевает открыть рот и возразить, старшая качает головой и продолжает. — Сана была со мной все важные моменты моей жизни, но не ты. В конце концов, мы слишком долго были врозь. Я знаю, что был момент, когда я хотела, чтобы ты была той, на ком бы я женилась, но это больше не так. На этот раз я хочу, чтобы ты была рядом со мной, когда я женюсь на Чонён.       Мина не плакала всё время, пока была на этой свадьбе, но когда Момо держала её за руку и смотрела на неё с широкой, нежной улыбкой на лице, она не могла удержаться от слёз.       — Ты уверена? — тихо спрашивает она.       Момо кивает.       — Больше всего на свете я хочу быть твоей подружкой невесты, — говорит Мина, сжимая руку Момо и лучезарно улыбаясь ей. — Спасибо, Момо-тян.       Момо ухмыляется ей.       — Не отрекайся позже от того, что сейчас сказала, — предупреждает она.       — Даже и не думала об этом.

…

      — О Боже, я помолвлена, — бормочет Чонён, широко раскрыв глаза и отпивая шампанское, которое налила ей Наён. — Я действительно сделала предложение Момо, сразу после того как Сана женилась.       Наён смеётся и похлопывает её по плечу.       — Ты сделала это! — она говорит с гордой ухмылкой. — Похоже, что этот вызов с бочонком действительно пошёл тебе на пользу, а?       — Мне казалось, что всё моё тело работает на автопилоте... — Чонён, всё ещё выпучив глаза, смотрит туда, где сидят Момо с Саной и Миной. Она выглядит одновременно безумно счастливой и совершенно испуганной. Наён может только представить, что она должна чувствовать прямо сейчас. — Например, мои ноги несли моё тело за мной и мой мозг говорил мне, что делать, но я был полностью заморожена внутри. Чёрт возьми, а что, если бы она сказала "нет"? Это было бы так неловко—       — Но она не сказала "Нет”, — серьёзно говорит ей Наён, борясь с желанием дать пощечину своей лучшей подруге. В конце концов, они же должны праздновать! Чонён поворачивается к ней с широко открытым ртом. — Неужели ты всерьёз думала, что Момо откажет тебе?       — Ну да, — отвечает Чонён, склонив голову набок. — Я имею в виду, что она супермодель! А я просто медсестра, которая работает в больнице ужасно много часов, и я...       На этот раз Наён дает ей пощечину. Но очень тихо. Ну, может быть, недостаточно мягко. Достаточно для того, чтобы Чонён поднесла руку к щеке и разинула рот, как рыба, вытащенная из воды. Наён отмахивается от обеспокоенных взглядов, брошенных на неё их друзьями (Момо выглядит так, как будто она на полпути от штурма к их столу), прежде чем снова посмотреть на Чонён.       — Я собираюсь засунуть тебе в задницу немного правды, — она самодовольно ухмыляется, прежде чем повторить те же слова, что сказала ей вчера Чон. — Бояться — это нормально.       — Кто сказал, что я испугалась? — Чонён выглядит возмущённой. — Я в полном порядке! — её голос срывается в конце, но она бросает презрительный взгляд на Наён, осмелившуюся утверждать такое.       Наён вздыхает.       — Посмотри на свою руку.       Взгляд Чонён падает на руку, сжимающую бокал с вином. У неё дрожат пальцы. Через мгновение она смеётся и откидывается на спинку стула.       — Ладно, может быть, я немножко испугалась, — бормочет она, не отрывая глаз от поверхности стола. — Но как ты можешь винить меня? Например... чёрт возьми, Набонгс, вот оно.       Наён улыбается.       — Вот оно, — повторяет она.       Чонён поднимает глаза и встречается с ней взглядами.       — Я скоро женюсь любви всей моей жизни, — шепчет она, и Наён кивает, радуясь, что первоначальный шок и страх перед ситуацией наконец-то рассеялись.       — Ты не должна тыкать мне этим в лицо, — говорит Наён. — Я добьюсь того же, что и ты сейчас добилась. Ты только подожд—       Прежде чем она успевает закончить фразу, по всему пляжу раздается звон ложки о стекло. Они обе поворачиваются и ищут источник этого звона, и видят Дахён и Чеён, стоящих в передней части сцены с дерьмовыми ухмылками на лицах. Дахён ставит стакан и достает из-под платья листок бумаги.       — Всем привет, — говорит она, — у Дубченг есть несколько слов для двух новоиспечённых супруг.       Наён замечает, как Сана достает свой телефон и что-то бормочет Чжихё, которая выглядит оскорблённой, прежде чем она вздыхает и кивает в знак согласия. И тут её осенило. Правильно. В последний раз, когда Дахён плакала во время своей речи, Сана выложила всё это в интернет. Наверное, это часть вторая. Остаётся надеяться что, Дахён сможет провести первые несколько минут своей речи, не утонув в луже слёз. С другой стороны, Чеён выглядит очень счастливой, находясь там.       — Итак, — начинает Дахён, махая всем рукой, — мы с Ченг хотели сказать несколько особых слов Сане и Чжихё.       Ченг делает пальцами знак мира, вызывая этим смех Наён.       — Да, — добавляет младшая, когда Дахён слегка подталкивает её локтем, — это очень особенный день для наших онни, и было бы неправильно, если бы мы ничего не сказали. У нас запланирована целая речь, но я потеряла свою в дороге. Да, урок усвоен, не пишите свою речь на папиросной бумаге! Не волнуйтесь, это просто означает, что то, что я скажу дальше, полностью исходит из сердца.       Чеён делает глубокий вдох и берёт микрофон со стойки.       — Сана-онни и Чжихё-онни, — начинает она, глядя на новобрачных с улыбкой, обнажающей зубы, — спасибо. Огромное спасибо. Спасибо, что всегда заботитесь обо мне. Я очень рада, что вы нашли любовь друг в друге, потому что если и есть кто-то, кто заслуживает любви, так это вы, ребята. Сана, я встретила тебя благодаря Цзыюй. Я помню, как впервые встретила тебя и Момо. Вы обе так заботились о ней. Это напугало меня, не стану отпираться. Но когда ты узнала о нашей помолвке всего через полгода, ты была единственной, кто поддерживал нас всем сердцем. Остальным потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к этому. Не обижайся, Чжихё-я.       Толпа смеется. Чжихё игриво закатывает глаза, прежде чем жестом предложить младшей продолжать. Чеён улыбается, на её правой щеке появляется ямочка.       — Я понимаю, почему Чжихё так... тревожилась за мои отношения с Цзыюй поначалу. Ты присматривала за нами, как всегда. Дело дошло до того, что в моё сознание закралась мысль отложить свадьбу. Но Сана была там. Она пришла ко мне в офис и сказала, что если я чего-то хочу, то должна это сделать.       Чеён замолкает, глаза её остекленели. Её взгляд прикован к Цзыюй и Ыну, сидящим сзади. Затем её улыбка становится шире.       — Теперь у меня есть своя семья, — бормочет она в микрофон, — и всё благодаря Сане.       Когда Сана улыбается, она вынуждает солнце признать своё поражение.       — Сана-онни всегда знала, чего хочет, — продолжает Чеён, — и я знаю, что в Чжихё-онни есть всё, что она может пожелать. Желаю вам обеим всего наилучшего и удачи в семейной жизни. Как замужняя женщина замужней женщине я могу сказать только одно: счастливая жена — это счастливая жизнь!       Наён бросает взгляд на Цзыюй, которая выглядит самодовольной, поднимая Ыну, надувающего щёки, и показывая его Чеён, которая в ответ на это изображает выстрел в сердце. Затем настала очередь Дахён. Дахён глубоко вздыхает и, прищурившись, смотрит на Сану, показывая ей большой палец, а та продолжает снимать всё это. Через мгновение блондинка опускает взгляд на лист бумаги, который держит в руках, и начинает:       — Впервые я встретила Пак Чжихё в средней школе. Она дружила с двумя самыми крутыми онни, которых я тогда знала. Сначала я подумала, что Чжихё заносчивая и всезнайка. Не обижайся, онни, я люблю тебя.       Сана смеется и целует Чжихё, сидящую с обиженным выражением лица.       — Но, — быстро добавляет Дахён, её глаза сияют, — я понимаю, что то, что Чжихё не разрешала нам шалить или ругала нас за то, что мы не учимся усердно, не было заносчивым поведением, это был её способ показать нам, что она любит нас.       Речь Дахён производит обратный эффект тому, какой возымела речь Чеён: гости молчат и внимательно слушают. Наён оглядывается, чтобы увидеть реакцию своих друзей: Чонён, похоже, гордится, у Момо и Мины одинаковые улыбки на лицах, Цзыюй и Ыну поднимают руки в знак поддержки, а Гахен повторяет слова из речи Дахён. Затем Наён смотрит туда, где сидят новобрачные. Сана всё ещё записывает, но игривая усмешка исчезла. А Чжихё, по-видимому, готова расплакаться.       — Мы с Ченг никогда не могли позволить себе роскошь родиться со нашими онни, — продолжает Дахён, и бумажка, которую она держит в руке, слегка дрожит, — но Чжихё — лучшая из всех, что у нас есть. Не поймите меня неправильно, Наён и Чонён для нас тоже как сестры, но с Чжихё всё по-другому. Она всегда была рядом с нами. Несмотря на то что две её лучшие подруги переехали в Сеул и у неё было больше возможностей за пределами нашего маленького городка, она осталась. Из-за меня и Ченг. Потому что она знала, что мы попадём в беду, если её не будет рядом. Она не должна была этого делать, но сделала.       Наён требуется некоторое время, чтобы понять, что она плачет. Потом она замечает, что её друзья — тоже. Слова Дахён находят отклик. Наён всегда была благодарна Чжихё — она рада, что все остальные чувствуют то же самое.       — Я счастлива, что у Чжихё есть кто-то, кто может быть рядом с ней, — продолжает Дахён. Она не плачет, но её глаза блестят от сдерживаемых слез, — и я ещё счастливее из-за того, что она нашла это с Саной. Я не знаю Сану так же, как Чжихё, но я знаю, что вы, ребята, заслуживаете друг друга. Из того что сказала Ченг в своей речи, ясно, что вы потратили некоторое время, чтобы убедиться, что другие люди будут счастливы. Теперь ваша очередь. Поздравляю, и мы любим вас обеих!       Дахён даже не закончила свою речь, когда Чжихё встала со своего места и чуть не споткнулась о своё свадебное платье, добираясь туда, где находятся Дубченг. Наён наблюдает, как новобрачная заключает их обеих в сердечные объятия. Дахён смеётся, обнимая Чжихё. Глаза Чеён внезапно наполняются слезами, и она рыдает, уткнувшись в плечо Чжихё. Это похоже на то, как мама обнимает своих детей прямо перед тем, как они уезжают в колледж. Наён встает, намереваясь присоединиться к ним, но Чонён тянет её обратно вниз.       — Позволь им, — говорит младшая с покрасневшими глазами.       Наён вздыхает и откидывается на спинку стула.       — Хорошо, — бормочет она, — но я обниму вас всех позже.       Чонён кивает, улыбка не покидает её лица.       — Тогда жду с нетерпением.

…

      (Мина хлопает Наён по плечу как раз в тот момент, когда на заднем плане начинает играть песня Perfect. Сана и Чжихё уже закончили свой первый танец в качестве жен. Теперь они просто непринужденно болтают на танцполе, не в силах отвести взгляд друг от друга. Это тошнотворно сладко. Мина чувствует зависть и ничего не может с этим поделать.       Наён поворачивается к ней, вопросительно подняв брови.       — Могу я пригласить тебя на танец? — спрашивает Мина, протягивая руку.       — Ты можешь взять все мои танцы, — нахально говорит Наён, прежде чем взять Мину за руку и повести их в центр.       Мина кладёт подбородок на плечо Наён и вдыхает её запах. Они раскачиваются в такт музыке, не обмениваясь ни единым словом. Достаточно просто наслаждаться присутствием друг друга. К сожалению, их прерывает тем, что кто-то прочищает горло позади них.       — Привет, — здоровается Сана, глядя на Наён. — Не возражаешь, если я ненадолго украду Мину?       — Обычно я бы так и сделала, — отвечает Наён, громко вздыхая и отпуская девушку, — но новобрачная должна получать то, что хочет.       Мина, прищурившись, смотрит на Сану, а подруга тянет её к танцполу. Когда она оглядывается, то видит танцующих Чжихё и Чеён, Дахён держит на руках Ыну, а Цзыюй находится рядом с ними, Момо зовёт Наён потанцевать, а Чонён, похоже, готова пережить ещё один срыв, прежде чем ей удастся успокоиться. Губы Мины сами собой складываются в улыбку, которую Сана быстро отражает.       — Сегодня хороший день, — говорит Сана, её глаза блестят, когда она осматривает зал. — Я очень счастлива прямо сейчас.       — Так и должно быть, — говорит Мина. — Ты это заслужила.       Улыбка Саны становится немного застенчивой, они продолжают танцевать. Их руки обвивают шеи друг друга, крепко прижимая друг к другу. Мина не может не смотреть на лицо Саны, на тепло и радость в её карих глазах, на то, как она слегка сморщила нос и нежно улыбнулась.       — Момо сказала мне, что ты её подружка невесты, — говорит Сана.       Все тело Мины мгновенно напрягается, но старшая только смеётся и качает головой.       — Не расстраивайся, — говорит она. — Я рада, что она так поступила. Я не думаю, что смогу выдержать стресс, испытываемый теми, кто находится на такой должности. Представь себе все свадебные планы, которые вы, ребята, должны организовать. Вам нужно определиться с датой, какой будет цветовая гамма, какой торт вы хотите. Чёрт возьми, какой балаган! Но не смей думать, что меня не будет рядом, когда вы, ребята, будете примерять свадебное плат—       — Ты будешь моей подружкой невесты? — слова уже сорвались с губ Мины, прежде чем она поняла, что произошло. И всё же она не берёт их обратно. Потому что теперь, когда она это произнесла, она поняла, что хочет этого. Она хочет, чтобы Сана была её подружкой невесты.       Глаза Саны расширились, когда она услышала эти слова.       — А? Ты уверена? А как же Момо? Или даже Чеён? Дахён? Цзыюй? Чонён? Чжихё? У тебя так много вариантов, Минари.       Мина ослабляет хватку и проводит руками по плечам Саны.       — Я знаю, — говорит она, — но я хочу, чтобы это была ты.       Сана оглядывается через плечо, чтобы посмотреть на Наён, всё ещё танцующую с Момо.       — Она сделала тебе предложение? — спрашивает она, понизив голос. — Ты всё ещё можешь передумать, если она ещё не сделала этого.       Мина качает головой.       — Наён меня не спрашивала, но я не передумаю.       — Мина-тян—       — Сатанг, — Мина берёт её за руки и крепко сжимает их. — Я хочу, чтобы это была ты.       Сана окидывает её изучающим взглядом.       — Почему я?       Мине даже не нужно об этом думать. Она уже столько раз об этом думала, особенно после того как начала встречаться с Наён.       — Потому что, если бы не ты, я была бы сейчас в Америке, а Наён была бы... с кем-то другим, а не со мной.       Сана поджимает губы, как будто собирается опровергнуть её заявление, но Мина качает головой, твердо решив добиться своего. Песня снова меняется. На этот раз это Can’t Help Falling In Love With You. Мина замечает, что Чжихё смотрит на Сану с другого конца комнаты, и делает шаг назад.       — Твоя жена ждёт, — говорит она.       Сана проследила за её взглядом, но снова посмотрела на неё.       — Ты уверена? — этот вопрос не о Чжихё, и Мина знает это.       — Я уверена, — отвечает она.       Наконец улыбка возвращается на лицо Саны. Она ослепительна как первые лучи солнца, проникающие в твоё окно ранним утром. Мине становится тепло при виде её. Сана всегда напоминала ей солнце — счастливое и яркое, полное жизни и любви, источник силы Мины, когда она больше всего в ней нуждается. Идеальна того, чтобы быть её подружкой невесты.       — Митанг, — нежно говорит Сана, неожиданно обнимая её, — спасибо тебе.       Мина так же крепко обнимает её в ответ.       — Нет, спасибо тебе, — бормочет она, закрывая глаза и утыкаясь лицом в шею Саны, — За всё,— она делает глубокий вдох. — Если бы не ты...       — Ты слишком доверяешь мне, — шепчет Сана ей на ухо, мягко перебивая её. — Если бы ты тогда уехала в Америку, неужели ты действительно думаешь, что Наён не бросила бы всё, чтобы догнать тебя?

…

      Наён смогла закончить свой танец с Миной в этот вечер.       Вместо этого она обнаруживает, что общается с друзьями, стремясь разделить счастье, которое она чувствует, когда снова воссоединяется со всеми ними. Завтра утром Сана и Чжихё будут наслаждаться своим медовым месяцем, Чонён и Момо улетят обратно в Сеул, у Чеён и Цзыюй есть ребенок, о котором нужно заботиться, а Дахён всё ещё нужно обсудить свои планы с Гахён. Время, которое они проводят вместе, хоть и драгоценно, но ограничено. Наён позаботится о том, чтобы подойти к каждому из них, прежде чем ночь закончится.       Она фотографирует Сану и Чжихё и загружает их в свой инстаграм. Подписи полны слащавых слов, которые она никогда бы не сказала вслух Чжихё. Судя по самодовольному выражению лица её лучшей подруги, она всё ещё ценит это. Сана, с другой стороны, кажется, частенько намекает на то, что Наён и Мина поженятся в ближайшем будущем.       — Вы мне тоже скажете, когда обручитесь, да, Наён-онни? — воркует она, сверкая глазами.       Позже она позволяет Момо сфотографировать её и Чонён с помощью своей новой камеры. Недавно помолвленная пара не может перестать липнуть друг к другу. Каждый раз, когда Момо поворачивает камеру к своей невесте, Чонён ухмыляется. Как будто она гордится тем, что находится в центре внимания Момо. Наён хочет пошутить, но не делает этого, поскольку думает, что Чонён заслуживает небольшого отдыха от неё в этот чудесный день.       Чеён и Цзыюй — первыми решили завершить этот день, уйдя спать. Ыну всё время плачет, возможно, потому, что не спит уже больше пяти часов. Несмотря на то что они обе выглядят усталыми, родители не могут перестать улыбаться. Наён предлагает подержать ребенка на руках, пока супружеская пара делает последний круг на танцполе. Благодарный взгляд, которым они одаривают её, стоит того, чтобы Ыну вырвало на её руку, потому что она слишком сильно его качала.       Когда за несколько минут до полуночи Наён садится рядом с Дахён, первое, о чём спрашивает младшая:       — Как ты думаешь, Гахён согласится, если я прямо сейчас попрошу её выйти за меня? — вопрос заставляет их обеих рассмеяться, хотя блондинка выглядит очень серьезной.       — Я знаю, что у вас с Чеён один мозг на двоих, — говорит Наён, — но, может быть, тебе стоит сначала купить кольцо?       Наён, потусив со своими друзьями, находит Мину, ожидающую её за их столом.       — Пора идти? — спрашивает Мина, поднимаясь на ноги. Она широко улыбается, и её серебряный зуб блестит под сверкающими огнями.       Наён берёт её за руку, переплетая её пальцы с своими, и кивает. В конце концов, Мина — та, к кому она вернётся. Это как гравитация. Притягивает её. Держать её рядом. Никогда не отпускать её.

…

      (Когда они добираются до своего номера в отеле, Мина быстро принимает душ. Она приглашала Наён присоединиться к ней, но по какой-то причине её девушка отказалась и направилась к кровати. Она кажется задумчивой, как будто думает о чём-то важном. Мина хочет протянуть руку и спросить её, что случилось, но она этого не делает. Несмотря на беспокойство, у неё есть предчувствие, говорящее ей доверять Наён. Несмотря на то что они провели вместе последние три года, бывают моменты, когда Мина не может прочитать мысли Наён.       Раньше это бы её напугало.       А теперь — нет.)

…

      Пока Мина принимает душ, Наён достает красную бархатную коробочку, которую она спрятала в ящике для носков, и смотрит на кольцо внутри. Теперь оно весит по-другому. Легче почему-то. Она помнит, каким тяжёлым оно было, когда они добрались до Гавайев, и как она не могла перестать думать об этом. Она думает о словах Чжихё: "нет такого понятия как идеальный момент”.       Она поняла это.       Услышав, что вода выключилась, она снова прячет коробку.

…

      ( — Твоя очередь, — говорит Мина, выходя из ванной, чувствуя облегчение и боль после целого дня на каблуках. Наён бросает на неё взгляд через плечо, мешкая у прикроватного столика. На её лице непроницаемое выражение. Вид его раздражает Мину. Что у неё на уме? О чём она думает? Она сопротивляется желанию спросить. Она знает, что Наён придёт к ней, когда она будет готова поговорить об этом.       — Я быстро, — говорит старшая, хватая полотенце и входя в ванную. Но прежде запечатлевает быстрый поцелуй на губах Мины.       Мина улыбается, краснея от этого жеста. Наён всегда становится слащавой, когда меньше всего этого ожидаешь. Иногда ей кажется, что она никогда к этому не привыкнет.)

…

      Когда Наён выходит из ванной, Мина сидит на краю кровати, просматривая на телефоне все видео, снятые этим вечером. Лёгкая улыбка играет на её губах, в уголках глаз появляются морщинки. Они ничего не говорят друг другу, пока Наён переодевается в чистую одежду, выбирая одну из университетских рубашек Мины и джинсовые шорты. Как только она собирается схватить пульт от телевизора, она чувствует, как чьи-то руки обнимают её за талию.       — Привет, — шепчет Мина ей на ухо, — долго ты.       Наён стонет, склоняясь к ней.       — Я приняла только половину ванны.       — И всё же…       — Ты словно большой ребёнок, — Наён решает оставить пульт и вместо этого дотянуться до телефона. Мина не отпускает её, довольная тем, что пока остается её коалой. Когда они находятся на публике, часто именно Наён протягивает руку и открыто демонстрирует свою привязанность, но за закрытыми дверями именно Мина цепляется за неё. От этой мысли по всему телу разливается тепло.       На несколько секунд воцаряется тишина, пока Наён проверяет уведомления на телефоне, положив подбородок Мины себе на плечо.       Потом Мина начинает ныть:       — Мы не успели закончить наш танец.       Наён улыбается и кивает в ответ. Пока её девушка всё ещё цепляется за неё, она тянется к наушнику в сумочке и ищет песню Эда Ширана, которая играла во время их танца ранее. Мина, видя, что она делает, отпускает её талию и делает шаг назад. Затем Наён подключает наушники к своему телефону, вставляет левый наушник в ухо младшей, а правый — в её собственное. Затем она включает песню. Руки Мины обхватывают её шею, притягивая ближе, пока их лбы не прижимаются друг к другу, а губы не оказываются в нескольких дюймах друг от друга. Наён глубоко вздыхает, обхватив руками талию девушки. Она закрывает глаза и позволяет песне заполнить тишину между ними.       Они медленно танцуют под музыку, каждый шаг ленивый, но уверенный. Никто не ведёт, но их движения синхронны, биение сердца друг друга чувствуется даже через грудные клетки. Куда бы ни пошла Мина, Наён последует за ней. Что бы ни делала Наён, Мина всегда рядом. Песня начинается припевом, и руки Мины движутся от шеи Наён к её лицу, обхватывая ладонями щеки. Она держит её так несколько долгих секунд, дыша одним с ней воздухом, и Наён, открыв глаза, видит, что Мина смотрит на неё с нежнейшим выражением лица.       — Привет, — тихо говорит Наён. Этот момент кажется таким драгоценным — она хочет взять его в руки и прижать к сердцу. Каждая секунда с Миной кажется благословением, особенно после всего, через что они прошли, и она не понимает, как кто-то настолько красивый и привлекательный может любить беспорядок, из которого она состоит.       — Я люблю тебя, — бормочет Мина, не отрывая от неё взгляда. — Ты всё, что я когда-либо хотела.       Наён вспоминает о кольце, спрятанном в ящике для носков, и улыбается.       — Я тоже тебя люблю, — шепчет она, а потом приподнимает пальцем подбородок Мины и целует её.       Поцелуй быстро углубляется, пока вновь начинает звучать припев. Наён чувствует себя подавленной. Всё то время, что они были на этой свадьбе, Мина почти не выходила из своих мыслей. Её прикосновения электризуют, поцелуи оставляют после себя жгучие следы, а прижимание её тела к своему напоминает Наён о том, насколько она живая. С тех пор как она встретила Мину, часть её верила, что она родилась просто для того, чтобы любить её. И если надо будет провести так всю оставшуюся жизнь, то не будет возражать.       Мина внезапно отстраняется, её глаза темнеют от вожделения, и Наён гонится за её губами.       — Подожди-подожди, — говорит младшая, тихонько посмеиваясь.       Наён стонет, когда чувствует, что её девушка решительно положила руку ей на грудь.       — В чём дело? — спрашивает она, желая только одного — продолжить.       В ответ младшая берёт оба наушника и осторожно снимает их. Затем она высвобождается из объятий Наён и кладёт наушники и телефон на прикроватный столик.       — Не хотелось бы портить хорошие наушники, — говорит она, ухмыляясь. Но вместо того чтобы вернуться в объятия Наён, она стоит у кровати, где свет лампы освещает её лицо тёплым оранжевым светом.       Это зрелище дезориентирует. Наён вспоминает, как три года назад они стояли друг напротив друга на свадьбе Чеён и Цзыюй, Мина со слезами на глазах и Наён с сердцем, зажатым в тиски. Она помнит печаль и горе на лице Мины, когда та спросила: "Почему ты так боишься ответить мне взаимностью?" Она помнит, как разбила себе сердце, когда ответила: "Потому что я не могу".       Через несколько секунд она снова обретает дар речи.       — Извини, — говорит она, морщась от того, как грубо звучит её собственный голос.       Мина хмурится, между её бровями появляется крошечная складка.       — За что же? — спрашивает она.       — За то, что причинила тебе боль много лет назад, — отвечает Наён, вздыхая, когда смущение исчезает из глаз её девушки. — Я знаю, что ты уже простила меня. Просто... эта свадьба напомнила мне о некоторых вещах.       Тишина.       — Я знаю, что ты чувствуешь, — говорит Мина через мгновение и раскрывает объятия, побуждая Наён упасть в них, что она и делает полсекунды спустя. — Свадьбы никогда не будут прежними, да?       Наён мычит у её плеча, прижимаясь ближе.       — Да, — соглашается она. — В последний раз, когда мы были на свадьбе, я разбила тебе сердце.       Мина ничего не говорит, лишь слушает. Наён рисует узоры на её спине, повторяя "Я люблю тебя" на Хангыле. Когда она чувствует, что Мина делает то же самое, её губы складываются в мягкую улыбку.       — Но, — тихо добавляет она, — я думаю, что эта свадьба стёрла все плохие воспоминания, связанные с нашей последней свадьбой.       — Слава богу, — замечает Мина, вызвав смех своей девушки, — я бы не хотела, чтобы ты думала о чём-то плохом на нашей свадьбе.       Наён замолкает, её сердце замирает в груди. Мина, должно быть, заметила, как напряглись её руки, потому что со смешком отстранилась.       — Я не давлю на тебя, — говорит она, улыбаясь так широко, что её серебряный зуб блестит, — я просто думала об этом. После того что случилось сегодня, трудно было этого не сделать.       Большая, возбуждённая и импульсивная часть Наён хочет схватить кольцо из ящика для носков и сделать предложение прямо тут, но она этого не делает. Несмотря на то что Чжихё сказала ей ранее о том, что идеального момента не существует, она снова откладывает это.       — Ты уже думала о нашей помолвке? — нахально спрашивает она, проводя большим пальцем по губам Мины. — Что у тебя на уме?       Мина игриво закатывает глаза.       — Мы уже обсуждали это раньше, — замечает она.       — Это было очень давно.       — Ты забыла о моей идеальной свадьбе, Наён-и? — Мина делает вид, что обиделась, но старшая только смеётся и качает головой.       — Конечно нет, — говорит она, стараясь, чтобы её лицо не выдало правды, хотя сердце болезненно колотится в груди, — но я хочу, чтобы ты описала всё ещё раз.       Мина стонет, выпячивая нижнюю губу. Наён наклоняется вперёд и нежно целует её в висок, как раз там, где её брови образовали складку. Её руки, которые были обернуты вокруг талии Мины, двигаются, чтобы коснуться маленького участка открытой кожи живота её девушки.       — Милая, пожалуйста! — тихо просит она, слыша, как Мина втягивает воздух.       — Я хочу, чтобы наша свадьба была в Японии, — бормочет Мина, прижимаясь к тёплой груди девушки. Наён опускает губы к кончику носа младшей. — Там есть пляж, на который нас водили родители, когда мы с Каем были маленькими. Я помню, как мы с ним строили песочные замки и сидели на плечах у отца, когда он входил в воду. Мама всегда оставалась на берегу, готовила нам закуски и говорила, чтобы мы пользовались солнцезащитным кремом.       Пока Мина говорит, Наён целует её в щеки — от кончика носа до левой щеки, потом в правую, а потом под нижнюю губу. Мина каждый раз вздрагивает. Момент кажется тяжёлым, но не таким тяжёлым, который давит на вас, а таким, который говорит вам, что в воздухе что-то есть, и вы должны ухватиться за это. Наён слышит, как её сердце колотится в барабанных перепонках, напоминая ей о жизни в её венах и о жизни, которую она хочет иметь с Миной в ближайшем будущем.       — Мы пригласим наших друзей и семью, — продолжает Мина, и её кожа покрывается мурашками, когда Наён поднимает пальцы и проводит ими по рукам. — Сана будет моей подружкой невесты, а твоими — Чон и Чжихё. Основной цветовой гаммой будет фиолетовый — твой любимый цвет. Он будет дополняться оттенками золота и белого.       Наён кивает, и теперь её губы скользят по шее Мины. Там, где сквозь кожу чувствуется пульс, она высовывает язык и нежно ласкает кожу. Это заставляет Мину подавить тихий стон в глубине горла в попытке оставаться спокойной под блуждающими прикосновениями своей девушки.       — А что ещё? — спрашивает Наён, изогнув губы в хитрой усмешке.       — Я хотела пригласить твою любимую певицу Айю спеть для нас, — говорит Мина. Наён делает паузу и поднимает глаза, удивлённо глядя на младшую. — Но, — продолжает она, — если это не получится, тогда мы найдем кое-что получше: группу. Они будут играть все наши любимые песни. Например, Lover Тейлор Свифт, понимаешь?       — Хм, — Наён снова целует Мину в шею. Достаточно мягко, чтобы можно было почувствовать, но и достаточно мягко, чтобы её девушка захотела большего. — А потом?       — На том же берегу есть старая церковь, — продолжает Мина, хватаясь руками за бицепс Наён. — Мы могли бы провести церемонию там. Она достаточно близко, чтобы мы могли слышать шум волн, разбивающихся о берег, и чувствовать запах соли.       — Ты любишь океан, — это не вопрос, а утверждение. Наён поднимает голову, обхватывает лицо Мины ладонями и прижимает их виски друг к другу. Она закрывает глаза и вдыхает мягкий аромат мыла, которым они обе пользовались ранее.       — Не так сильно, как я люблю тебя, — шепчет Мина.       Наён сталкивает их носы, удовлетворенно вздыхая.       — Как ты хочешь украсить церковь? — спрашивает она. Она чувствует тепло рук Мины на своей коже, обжигающее сквозь одежду. Медленно, но верно её сердцебиение замедляется. Первоначальный всплеск тревоги и волнения при упоминании о свадьбе исчез. Теперь Наён чувствует себя спокойно. Желание, боль и вожделение... но спокойствие.       — Просто, — отвечает Мина, наклоняясь вперёд, чтобы поймать губы Наён, но старшая каждый раз откидывается назад, — Наён-и. — в голосе младшей появляется намёк на разочарование, который застает их обеих врасплох.       Наён хихикает, наслаждаясь толчком и рывком. Она чувствует, как Мина всё настойчивее прижимается к её телу. Знакомая боль начинает подниматься в её пупке, делая её горящей и неудовлетворённой. Но пока рано. Ей нужно услышать остальную часть идеальной свадьбы Мины, хотя она уже знает её наизусть. Держа её глаза закрытыми, она продолжает спрашивать:       — Что ещё ты хочешь?       Всё, что она получает, — это тишина. Наён открывает глаза и видит, что Мина наблюдает за ней из-под опущенных век. Проходит мгновение. Затем младшая наклоняется и захватывает её рот в медленный и томный поцелуй.       — Это не имеет значения, — говорит она одними губами. Когда Наён наклоняет голову в безмолвном вопросе, Мина уточняет, — не имеет значения, как будет выглядеть моя свадьба, пока я женюсь на тебе.       Наён чувствует, как у неё сжимается сердце. Одно дело, когда Мина показывает ей, что любит её каждым взглядом, каждым прикосновением и каждым поцелуем, и совсем другое, когда это говорят вслух. Слова повисают в воздухе между ними, и их вес даёт противоположный эффект тому, что чувствует Наён. Раньше она чувствовала бы себя испуганной, смущённой, даже недостойной. Но сейчас это именно то, что ей нужно услышать.       — Хорошо, я твоя, — бормочет она, медленно кивая. — Я здесь…       — ...я всегда была здесь, — заканчивает за неё Мина.       Когда они снова целуются, Наён не торопится. Они делают это медленно, неторопливо, словно изучающе. Она провела последние годы, запоминая изгибы и детали тела своей девушки: родинки на лице, мозоли на ладонях, шрамы на коже. Время от времени она находит что-то новое. Как синяк от удара Мины коленом под столом или крошечное родимое пятно, которое она не замечала поначалу. Наён очень гордится тем, что она первая во всём для Мины — первая девушка, первый поцелуй, первая возлюбленная. Даже если Наён не может предложить ей то же самое, остаётся надеяться, что они будут последними друг для друга.       Довольно скоро Наён чувствует, как Мина просовывает язык между её губами. Атмосфера быстро меняется. Блуждающие прикосновения сменились на новые, заряженные новообретенной целью — почувствовать то самое ощущение кожа-к-коже. Наён судорожно вздыхает и толкает Мину вперёд. Колени Мины ударились о матрас, заставив её сесть. Низкий рык вибрирует глубоко в груди Наён, когда она оседлывает свою девушку, отказываясь разъединить их губы даже на долю секунды.       Руки Мины движутся вверх по спине Наён, ногти почти болезненно впиваются в кожу. Затем она прячет их под рубашку, тепло её ладоней создает контраст с кондиционированным гостиничным номером. Разум Наён теперь затуманен желанием и жаждой. Каждый поцелуй, каждое прикосновение их тел друг к другу только подстегивают её.       Когда Наён чувствует, как ловкие пальцы Мины расстегивают её лифчик, она отстраняется с хитрой ухмылкой.       — Ну привет, — говорит она хриплым голосом. — Кое-кто возбуждён.       Мина в ответ выгибает бровь.       — Да ты ж и не жалуешься, — нахально бормочет она. Затем она нежно целует Наён под подбородком, прокладывая дорожку вниз по шее, в то время как её руки настойчиво тянут рубашку, отделяя их от этого благословенного контакта кожи-к-коже. Наён откидывает голову назад, полагаясь на поддержку Мины, которая осыпает поцелуями её губы. Пока Наён отвлекается, Мина успешно снимает рубашку и лифчик одним движением, оставляя свою девушку полуголой и будучи всё ещё оседланной её.       Тёплые руки Мины служат для Наён напоминанием о том, что она полуобнажена, а её девушка — нет. Пока Мина продолжает целовать её, она наклоняется вперёд и тянется за Миной, чтобы расстегнуть лифчик. Младшая в ответ кусает кожу на шее, сосёт и облизывает, пока не оставляет след.       — Сними, — грубо просит Наён, указывая на рубашку, которую её девушка сейчас не имеет права носить. Мина подчиняется, и через несколько секунд они обе остаются голыми по пояс.       Как раз в тот момент, когда Наён собирается толкнуть Мину на кровати, младшая хватает её за запястье и меняет их позиции. Наён ничего не остаётся, кроме как лежать на спине, глядя в тёмные, похотливые глаза своей девушки. Каждый раз когда Мина берет инициативу на себя, это всегда заводит её, и она чувствует знакомое тепло, собирающееся прямо в её пупке. Это заставляет её бедра дёргаться в предвкушении.       — Ты не позволила мне отплатить тебе тем же, — бормочет Мина, наклоняясь и продолжая путь от шеи Наён вниз по груди.       — А?       — Ванная, — мягко напоминает Мина. Наён вспоминает, как два дня назад она прижала Мину к кафелю в ванной и впилась в неё пальцами. Но изображение быстро выбрасывается из окна, когда она чувствует, как Мина сжимает её бёдра, рот теперь обводит круги по всей груди, а язык высовывается, чтобы обернуться вокруг её дерзких сосков. Это ощущение электризует. Сердце Наён продолжает колотиться, достаточно быстро, она уверена, что Мина чувствует его на своих губах. Она выгибает спину, вцепившись кулаками в простыни, а пальцы Мины опускаются вниз и терпеливо похлопывают по её шортам.       На этот раз Мина говорит:       — Сними.       Наён подчиняется, жадно выгибая спину и позволяя Мине стянуть шорты с её ног. Вскоре за ними следует её нижнее белье. Теперь она обнажена, лежит на спине, а её девушка поклоняется её телу, как грешница, ищущая искупления у подножия Креста. Мина тёплая и мягкая, её прикосновения нежны, а взгляд полон такого благоговения, что у Наён сжимается сердце. Голос в глубине её мыслей шепчет, что она не заслуживает такой любви и преданности, но он быстро вытесняется из её сознания, когда Мина возвращается к поцелуям её груди, пальцы касаются её сосков и заставляют Наён подавить стон в глубине её горла.       Через несколько секунд Наён приходит в голову, что её руки бесполезно сжимают простыни. Она подносит их к плечам Мины, подталкивая её вперёд и крепко сжимая. Мина глубоко вздыхает от силы её хватки, но не останавливается. Слава богу, она этого не делает, потому что тогда Наён не сможет справиться с этим. Когда младшая поворачивается так, что оказывается между ног Наён, их взгляды встречаются.       — Привет, — говорит Наён, поднимая руку и проводя пальцами по взъерошенным волосам Мины. Она знает, что её девушка чувствует жар между ног и как это болезненно для неё, потому что щеки Мины покраснели, а глаза значительно потемнели.       — Привет, — отвечает Мина, широко улыбаясь ей.       — Я люблю тебя, — шепчет Наён, сближая их лица и снова соединяя губы.       Мина не отвечает. Не потому, что она не чувствует того же самого, а потому, что она хочет показать Наён, как сильно она действительно любит её. Когда их губы смыкаются, и дыхание Наён наконец выравнивается, после того как она была осыпана поцелуями от младшей, правая рука Мины соскальзывает вниз по боку Наён и касается её бедра.       Это как удар током — чувствовать тепло руки Мины на своей прохладной коже. Но они не перестают целоваться. Когда пальцы Мины проходят между их соединёнными телами, всё, что делает Наён, — глубокий вздыхает у её губ и закрывает глаза. Всё её тело напрягается, когда она чувствует, как пальцы Мины касаются её центра. Она хочет этого так сильно, что кажется, будто её разум вот-вот взорвётся.       Медленное нарастание начинает действовать ей на нервы. Поэтому, собрав столько терпения, сколько она может, что не так уж много в этой ситуации, она поднимает одну ногу и обхватывает ею талию Мины, давая её руке необходимое пространство, чтобы привести Наён к освобождению, в котором она отчаянно нуждается. Мина издает удивлённый, но довольный звук, который Наён жадно проглатывает с новыми поцелуями, обвивая руками её шею, притягивая ближе.       Большой палец Мины прижимается к её клитору, и Наён приходится сдержать стон. Она отстраняется от поцелуя и утыкается лицом ей в шею. Наконец Мина понимает намёк и начинает двигаться сквозь тепло, ожидающее её в центре Наён. Когда её большой палец трётся о комок, а остальные пальцы размазывают влагу, скопившуюся в складках Наён, Мина нежна. Другой рукой она держит голову Наён, прижимая их друг к другу. Наён уверена, что Мина чувствует, как её сердце колотится в грудной клетке, когда её пальцы наконец погружаются внутрь.       Наён стонет, не в силах сдержаться. Она чувствует, как дрожат её бедра, когда Мина медленно входит и выходит. Это так приятно, что у неё кружится голова, и всё, о чём она может думать — это Мина — Мина, неуверенно дышащая рядом с ней, Мина, использующая другую руку, чтобы держать её, Мина, исследующая её сердцевину, как будто они делают это в первый раз, когда они делали это уже так много раз. Наён чувствует, что не может дышать. Она откидывает голову на подушку, когда Мина ускоряет ритм. На этот раз Мина сдвигается, приподнимая верхнюю часть тела, чтобы лучше держать руку. Этого изменения положения достаточно, чтобы за веками Наён появились звезды.       — Чёрт, — выдыхает она, открывая глаза и обнаруживая Мину, возвышающуюся над ней, нахмурившую брови и прикусившую нижнюю губу.       Мина не останавливается. Всё еще держа пальцы внутри Наён, она садится и другой рукой обхватывает грудь девушки, касаясь большим пальцем чувствительных сосков. Наён поднимает одну руку и закрывает ею глаза, решив, что лучше сосредоточиться на растущем удовольствии в углублении своего пупка. Всё её тело горячее и напряжённое, как будто она держит себя в руках, прежде чем неизбежно растает в лужу.       — Наён-и, — зовёт Мина, задыхаясь, — посмотри на меня.       Наён не двигается.       — Наён-и.       На этот раз Мина перестает ласкать её грудь и отводит руку Наён от её глаз. Затем она переплетает их пальцы вместе. Наён встречает выжидающий взгляд Мины. То, что она видит в этих потемневших глазах, — это смесь решимости и любви. Наён вскрикивает, когда Мина, если это вообще возможно, ускоряет ритм. Но она не сводит с неё глаз.       Пришедший оргазм застаёт её врасплох. Это похоже на полёт, её сердце колотится в грудной клетке, когда Мина уносит её в место выше небес. Тёплый узел в углублении её пупка сжимается полностью, и она выгибает спину, когда знакомые и горячие волны удовольствия захлестывают её. Она сжимает пальцы Мины, как те, что находятся внутри неё, так и те, что она держит в руке.       Потом всё заканчивается, и Наён чувствует себя так, словно только что пробежала тысячу миль. Ей требуется несколько секунд, чтобы выровнять дыхание и остановить бешеное сердцебиение. Она даёт своему телу отдохнуть, хотя больше всего на свете хочет отплатить ей тем же...       Мина отдёргивает руку и вытирает её о простыни. Затем она сворачивается калачиком на боку Наён, лёжа на животе и наблюдая, как та переводит дыхание.       — Хорошо? — спрашивает Мина, бесстыдно ухмыляясь.       — Лучше, — бормочет Наён, внезапно почувствовав, что у него пересохло в горле. — Дай мне секунду—       Мина успокаивает её мягким поцелуем.       — Всё в порядке, — бормочет она, хватая одеяло в ногах кровати и набрасывая его на обнаженные тела. — Я просто хотела отплатить за услугу, оказанную тобой два дня назад.       — Ты уверена? — Наён переворачивается на бок, так что они оказываются лицом друг к другу, и делает глубокий вдох—       — Да, — Мина проводит пальцами по лицу девушки, её взгляд тёплый и нежный. — Не сомневаюсь.       Тут же Наён осознает, как сильно она любит Мину и как сильно Мина любит её. Несмотря на её многочисленные недостатки и безрассудные ошибки, они всё ещё вместе. Так было всегда, так будет и дальше. А когда они врозь, это самое худшее в мире. Она думает об их отношениях — как они начались и как они не закончились, хотя было так много моментов, когда она чувствовала, что Мина заслуживает лучшего. И всё же вот она здесь, смотрит на Наён так, словно это всё, чего она когда-либо хотела. Впервые Наён не сомневается в этом взгляде.       В конце концов, три года — долгий срок.       Но внезапно кажется, что этого недостаточно. Она хочет большего. Она хочет вечности. Глядя на Мину прямо сейчас, Наён наконец понимает, что Чжихё имела в виду под идеальным моментом.       Наён не сводит глаз с Мины и шепчет:       — Выходи за меня.

…

      (Сначала Мине кажется, что она видит сон.       — Выходи за меня, — говорит Наён хриплым голосом, полным надежды и любви.       Сердце Мины разрывается. Она не думает, что правильно расслышала её в первый раз, но Наён всё ещё выжидающе смотрит на неё.       — Это взаправду? — спрашивает она так тихо, что сама даже не слышит.       Наён кивает.       — Да, это правда.       В течение всей этой свадьбы она слушала, как её друзья обсуждают предложения, свадьбы и подружек невесты, но никак не ожидала, что это произойдёт и с ней в ближайшее время. После свадьбы Саны и Чжихё и предложения Чонён Момо она не думала, что Наён планирует следовать по пути её друзей.       Часть её была довольна, ожидая того, что Наён сделает ей предложение. В конце концов, хорошие вещи приходят к тем, кто ждёт. Но иногда ты даже не осознаёшь, что хочешь чего-то настолько сильно, пока это не будет предложено тебе прямо здесь и сейчас. Вот что она чувствует сейчас, наблюдая, как глаза Наён тревожно мерцают от длительного молчания. Она хочет этого. Она хочет Наён. Она хочет её так сильно, что не может себе представить, чтобы кто-то ещё попросил её выйти за него...       — Спроси меня ещё раз, — бормочет она, чувствуя, что часть её мозга перестала работать. Ей нужно услышать это снова. Просто чтобы убедиться.       Наён пытается сесть.       — У меня есть кольцо, — говорит она ей вместо этого, — и я всё это спланировала заранее. В моей голове это было так: я должна была отвести тебя на пляж, где мы могли бы прогуляться по берегу. Когда село бы солнце, я опустилась бы на одно колено и попросила бы тебя стать моей женой. Но потом Чеён и Чжихё сказали мне, что я не должна беспокоиться о том, чтобы найти идеальный момент, или волноваться, если ты пожалеешь о том, что сказала мне "да". Поэтому я всё откладывала и откладывала, с тех пор как мы сюда приехали. Тогда Чонён сказала мне, что она тоже хочет сделать предложение Момо, и это заставило меня подумать, что я действительно хочу попросить тебя тоже, но—       — Наён, — Мина тоже садится и берёт девушку за руку. — Дыши.       Наён смотрит на неё широко раскрытыми и ранимыми глазами. Затем она кивает и делает глубокий вдох.       — Прости, — бормочет она, — просто ты заслуживаешь всего, и я хочу дать тебе всё.       От этих слов Мине становится тепло во всём теле. Пока она пытается придумать адекватный ответ, Наён воспринимает её молчание как знак продолжать:       — Просто... ты любовь всей моей жизни, Мина-я. Я люблю тебя, и нет никого другого, с кем я хотела бы провести остаток своей жизни, кроме тебя—       — Так спроси меня, — мягко перебивает Мина, не в силах сдержать широкой улыбки. — Спроси ещё раз.       Наступает пауза.       Наён закрывает глаза и делает глубокий вдох. Когда она открывает их снова, их глубины чисты. Она знает, чего хочет, и хочет Мину. Осознание этого давит на сознание Мины, но это не бремя. Это только напоминает ей, что она тоже хочет Наён.       Отныне и навсегда.       — Мюи Мина, — начинает Наён, протягивая руку и беря обе её ладони в свои, — ты выйдешь за меня?       Мина кивает, чувствуя, как слёзы щиплют ей глаза. Ей кажется, что она на седьмом небе от счастья. Она так счастлива, что даже не может сказать самое важное слово в своей жизни, чтобы не задохнуться.       — Да, — с трудом выговаривает она, смеясь, когда Наён театрально вздыхает с облегчением. — Неужели ты всерьёз думала, что я скажу "нет"?       Позже, когда Наён наконец надевает кольцо с бриллиантом ей на палец, она всё ещё думает, что это сон. Мина смотрит на него с удивлением, думая, что это самая красивая вещь в мире. Потом она поднимает глаза и видит, что Наён смотрит на неё с таким почтением, что ей снова становится тепло.       Что ж — это вторая по красоте вещь в мире.       — Наён-и, — шепчет она, наклоняясь к ней, — ты это серьёзно?       — Что ты имеешь в виду?       — Что я заслуживаю всего?       Наён кивает, встречаясь с ней взглядом.       — Конечно, так и есть.       — Хорошо, — Мина наклоняется вперёд и крепко целует свою невесту. Когда поцелуй заканчивается, она протягивает руку и кладёт пальцы на шею Наён, прижимая её к себе. Затем она шепчет, — потому что это ты — ты всё. Ты всегда была для меня всем.)

...

конец