Ведьмак школы Паука

Музыка: OST The Witcher 3 - Silver for Monsters

      — Эй, Паркер! Я придумал тебе костюм на Хэллоуин! — чуть ли не трясясь от нетерпения, крикнул Флэш с задней парты.       — Если это не костюм пениса, то с меня кофе, — чтобы ответить Питер даже не удосужился подняться с парты, на которой лежал в полудрёме. Судя по наступившей тишине — кофе останется при нём.       — Дай угадаю, вы с Недом сделаете парный костюм в тематике Звёздных войн? — раздался насмешливый голос Мишель над ухом. — Хан Соло и Чуи?       — Ты что, посмотрела фильмы? — подскочил он в удивлении, едва не ударившись о склонившуюся над ним девушку.       — Нет, для общего развития почитала основной сюжет на Вики.       — А… понятно. Вообще мы подумывали о Корде и Падме.       — Но вы же не похожи! — выпалила Джонс, не заметив ловушки в его хитрых глазах. — Да и, тем более, вы же парни...       — О, мы как-то не подумали. Спасибо за совет.       — Ага.       — Если серьёзно, я не планировал приходить.       — Понятно, — поджав губы, Мишель вернулась обратно за парту, тем более что урок вот-вот начнётся.       В этот момент в кабинет ленивой походкой вошёл Харрингтон, держа в руке подарочный конверт:       — Директор решил устроить конкурс, — в его голосе сквозила всеобъемлющая усталость, граничащая с предрешённостью для всего сущего. — Автор лучшего Хэллоуинского костюма получит два билета на выставку Куинджи. Вдруг это кому-то интересно.       По классу раздался разочарованный вздох. Питер же уставился на Мишель и, когда та обратила на него внимание, заманчиво стрельнул глазами. Но, осознав, что только что сделал, быстро отвернулся, уткнувшись в стол.       ***       Едва оказавшись за воротами школы, Паркер открыл приватную группу в мессенджере на предмет новых заказов: аллигатор в канализации; ведьма из Флэтбуша, очевидно, вудуистка; призрак, ворующий почту из ящика — словом, ничего интересного. Впрочем, ночное объявление от обеспокоенного жителя всё-таки привлекло его внимание: нападение вампира. По словам очевидца на шее жертвы осталось несколько круглых кровоточащих ранок.       Наскоро заскочив домой и, сменив школьную одежду на что-то более демонстративно-неприметное, Питер ещё раз уточнил адрес нападения и направился в ближайшую больницу. Дежурный встретил его равнодушным взглядом.       — К вам вчера поступила девушка с характерными ранениями на шее.       — Ну?       — В каком она состоянии? — он даже не надеялся, что пострадавшая находится в сознании, вопрос был, скорее, тактичным способом узнать, не следует ли ему направляться прямиком в морг?       — А вы, собственно, кто? — ушёл от ответа врач, с подозрением осматривая парня с натянутым на глаза капюшоном.       Устало вздохнув, Питер расстегнул толстовку, демонстрируя прикрепленный изнутри медальон в форме паука, с выгравированным на обратной стороне уникальным номером.       — И чо?       Ведьмак уже хотел было спросить что-то про “цеховой знак”, но к ним тут же подлетел ещё один врач, с бородкой, сквозь которую уже пробивалась седина:       — Извините его, он ещё неопытный, — сверкнул он глазами на новичка. — Вы, вероятно, хотите увидеть пациентку? Пойдёмте, всё расскажу по пути.       Коротко кивнув, юноша последовал за провожатым.       — Поступила сегодня, во втором часу ночи. С большой кровопотерей. Сделали экстренное переливание…       — Коагулянты использовали? — удостоверился ведьмак.       — Да, — доктор обернулся, с немым восхищением посмотрев на парня. — Пришлось вколоть лошадиную дозу. Но она стабильна. Правда, без сознания.       — Раны на шее?       — Сейчас сами всё увидите, — открыв дверь палаты, он жестом показал, что можно входить. — Я оставлю вас. Если будут вопросы, то найдите меня в приёмной.       Помещение было тесным и тёмным, но хотя бы не душным. Выключатель находился справа, аккурат на уровне пояса. Проигнорировав его, Питер снял глазные линзы. На короткое время всё потемнело, пока восемь зрачков адаптировались к уровню освещения.       Подойдя к девушке, он взял её за подбородок и осторожно повернул голову в сторону, обнажая бледную шею, буквально облепленную пластырями, по пять штук слева и справа. Отклеив один, ведьмак обнаружил под ним ровную круглую ранку чуть меньше подушечки пальца взрослого человека, словно её атаковали мурены или огромные пиявки. Примерившись, для верности, раскрытой ладонью к повреждениям, он недовольно скривился — каждый укус почти идеально оказывался под одним из пальцев. Лучше бы это были мурены. Косяк диких мурен в нью-йоркской подворотне. Тогда дело ограничивалось бы вызовом службы по контролю за животными.       Тяжело вздохнув, он откинул одеяло, полностью обнажая её. Пялиться на голую девушку без сознания — не самая приятная часть его работы (впрочем, и не самая плохая, учитывая, что она жива). Осмотрев тело на предмет кровоподтёков, ушибов, следов когтей, он с облегчением прикрыл её обратно. Одежда лежала на столике в углу: местами грязная (вероятно, от падения на мокрый асфальт), местами затёртая, но целая. Значит, всё-таки кровосос был не высшего порядка. Те редко ограничиваются удовлетворением только лишь жажды крови.       Ещё раз оглядевшись, чтобы не упустить ничего важного, он вышел из палаты и, быстрым шагом преодолев приёмную, коротко кивнул врачу на прощание. Пора было готовить костюм к Хэллоуину — всё равно раньше, чем через пару дней насытившийся кровосос не вылезет из логова.       ***       Тётя Мэй с удивлением смотрела на Питера, прихорашивающегося перед зеркалом. Вместо привычно-русых (разумеется, окрашенных) волос на его макушке во все стороны торчали седые, словно у старика, вихры. Глаза, впервые на долгое время оставшиеся без защиты линз, теперь по-настоящему пугали. Вместо клетчатых рубашек и джинс парень был облачён в плотную кожаную куртку с заклёпками, под которой виднелся жилет с вшитыми кобурами для оружия. Из-под распахнутой одежды торчали рукояти двух пистолетов: чёрного и серебристого цвета. Но Мэй знала, что за спиной располагалась ещё пара. На ногах — свободные армейские штаны серо-камуфляжного цвета, укреплённые вкладками на бёдрах, и чёрные берцы с высокой шнуровкой.       Единственным отличием от привычного образа ведьмака сегодня было лишь то, что открыто носимые пистолеты были заменены муляжами, кроме того пришлось отказаться от небольшого набора ножей, умело скрытых под одеждой.       — Ты уверен? — тётя не скрывала своего беспокойства.       — Ага, когда, если не сегодня?       — Но тебя могут раскрыть…       — Посмотри на меня, разве я похож на настоящего ведьмака? — Питер повернулся к ней, разведя руки в стороны.       — Да.       — Эм… спасибо. Просто, наверное, это единственный день в году, когда я могу побыть собой без страха и осуждения с их стороны.       “Их”. Мэй давно замечала эту отстраненность в его словах. Он уже не ощущал себя полноценной частью общества. Маленький мальчик, столкнувшийся с людским презрением. Питер никогда не был самым юным из ведьмаков. Не был самым талантливым или одиозным, но какая разница, если в “их” глазах все они выродки и чудовища?       А был ли он когда-то частью этого общества? Оторванный от родителей с первых лет по “праву неожиданности”, Питер воспитывался под надзором таких же презираемых ведьмаков. И всё же, несмотря на всю ненависть к ним, они пытались прививать ученикам базовые человеческие ценности: сострадание, отзывчивость, гуманность. Любовь. Но можно ли стать “человеком” в чужих глазах, вернувшись сюда лишь в четырнадцать лет? Тем более, когда по всем каналам только и говорят, что о “Белом волке” — террористической угрозе в лице ведьмаков.       — Если ты, уверен, то проведи этот вечер как следует, — она могла быть не согласна с ним, но и мешать не собиралась.       — Хорошо, постараюсь, — тёплая, по-детски счастливая улыбка коснулась его странных глаз.       ***       Едва войдя в зал, опоздавший Питер сильно пожалел о своём решении. Оно оказалось явно необдуманным. Что может быть более провокационным, чем прийти на торжество, посвящённое нежити, где половина участников вырядились в костюмы вампиров, вурдалаков, мумий и прочих упырей — в образе ведьмака?       К счастью, первой, кого он встретил, оказалась Мишель. В строгом чёрном костюме, с выпрямленными волосами, зализанными гелем назад.       — Привет! Крутой костюм. Тебе идёт, — воспользовался замешательством девушки Питер. Ему показалось, или она действительно приоткрыла от удивления рот?       — Привет. Ага, а главное, никто не может догадаться, чей это образ.       — Ну… дашь подсказку? У тебя есть мечта?       — Ладно, зачёт. Твой костюмчик тоже неплох.       — Спасибо.       В это время к ним подскочил Флэш, издалека не разобравший, кто это только что пришёл. На нём был стереотипный костюм Дракулы, но плащ с алым подкладом был явно недешёвым. А горбинка на носу придавала лёгкое сходство с графом из восточной Европы.       — Паркер?!       — Привет, Флэш.       — Ты, может быть, и вырядился ведьмаком, но победитель тут я. Ты же знаешь, чтобы убить Дракулу, нужен кол, а я его что-то не вижу.       — Поверь — у него есть кол, — выпалила разозлившаяся Мишель.       — Э-э-э, ладно, — Томпсон, явно сбитый с толку, поспешил ретироваться, не желая участвовать в разговоре.       — Это было странно, — Питер был сбит с толку не меньше.       — Да.       — Двусмысленно.       — Угу.       — Но спасибо.       — Пожалуйста, неудачник.       Каждый из них всё ещё пытался осмыслить произошедшее, но взгляды толпы постепенно переключались на, без сомнения, шикарный костюм Питера. Нужно было срочно затеряться.       — Тебе принести пунш?       — Да, спасибо.       Разливая по стаканчикам напиток, он буквально спиной чувствовал прикованное к нему внимание. Ещё бы — главный ботан и задрот школы напялил кожанку и армейские штаны. Но, что самое удивительное, ему чертовски шло. Без сомнений.       Неожиданно значок на внутренней стороне куртки задрожал. Дело плохо. Шум вечеринки и свет должны были бы отпугнуть любого городского монстра, если только не…       Осознание молнией прошило разум: если только он не облажался. Пара дней отдыха от кровососа? Крайне вероятно. Вот только свежеобращённые упыри ещё не умеют сдерживать свою жажду крови, и потому, вероятно, выходят на охоту каждую ночь. А что такое страх света и шума, когда тобой движет голод?       От мыслей его отвлёк чудовищный рёв со стороны школьных ворот. На короткий миг все затихли, а потом, решив, что это чей-то розыгрыш, дружно засмеялись. Но Питер слышал всё. Шкрябанье когтей по стене. Утробное рычание.       Бросив стаканы на пол, он рванул в темноту школьных коридоров. Даже не заметив, была ли дверь на автобусную стоянку открытой или он просто вышиб её плечом, ведьмак выскочил на безлюдную площадку. Не теряя времени даром, он выхватил из-за спины пистолет и сделал два выстрела в воздух. Это должно привлечь обезумевшего монстра. Чем громче звук, тем крупнее добыча! Впрочем, полицию это тоже привлечёт. Даже быстрее, чем ему хотелось бы. Но сейчас главное разобраться с вампиром.       Меньше чем через минуту на стене, у самой крыши, показался тёмный силуэт. Секунда — его заметили. Развернувшись, Питер перемахнул через забор и ринулся в глубь дворов, уводя тварь от людей. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что она следует за ним. Он чувствовал. Чувствовал ритмичные удары по асфальту. Чувствовал, что она скоро нагонит его.       Длинный переулок заканчивался тупиком. Немного замедлившись, дав охотнице почувствовать вкус победы, он в последний момент нырнул в сторону, отчего упырь, не успев затормозить, попросту впечатался в стенку. Раздался выстрел. Ещё один. А затем ещё и ещё. Питер буквально изрешетил тело — награда всё покроет.       Когда стихли последние конвульсии, ведьмак подошёл к телу и внимательно осмотрел: молодой парень, лет двадцати, подушечки на пальцах больше походят на присоски. Быстро сфотографировав отличительные признаки монстра, Питер сделал ещё один общий снимок со своим значком на переднем плане, открыл временный чат, прикрепил фото и вбил координаты, где можно найти останки.       Телефон короткой вибрацией уведомил о поступлении денег на счёт. Но всё-таки кругленькая сумма вызвала меньшую радость, чем хотелось бы. Вечер был испорчен. Возвращаться не было никакого смысла. А кто-то, возможно, заметит, что Питер Паркер трусливо сбежал, едва кто-то зарычал на улице.       Раздался запоздалый визг полицейских сирен. Телефон вновь требовал внимания: сообщение от Мишель. Фотография и короткая подпись. “Ты успел покрасоваться перед жюри, прежде чем свалить. И я великодушно согласилась передать тебе твой приз. За это ты ведёшь меня на выставку. P.S: С тебя пунш”, — на смазанном снимке красовался пригласительный на двух человек.