Рождественский календарь Наруто. И вот опять

Торговые центры одеваются в блестящие бело-рыжие гирлянды, звучат переливами бубенцов и яркими вывесками на плакатах. Выкатываются со складов забытые год назад тележки-столики, где в одном лишь богу известном порядке выставляются расписные игрушки и кустарные хвойные венки. Этому отводится особое место, центральное. В эти пару недель именно волшебство правит балом, пробуждая даже в заблудшем прохожем позабытый детский интерес. Косятся на снежинки из стекла взрослые, раскачиваются под потолком бумажные ажурные шары. И даже снегом, пускай и искусственным, рисуют на стеклах снеговиков вроде бы взрослые дяди и тети, жалея, что нельзя слепить столь же искусственный комок, чтобы размять уставшие от бумажек пальцы. Деревянный пышущий дымком паровозик, натужась, делает сотый круг вокруг величественной ели, одетой в убранства под стать. Алые банты и золотые бусы, шары с резными блёстками и остроконечная звезда под самым потолком. Выставляют свои прилавки и продавцы приятной глазу мелочи, привлекая уставший от пестроты брендов взгляд. Даже рябобокие мандарины выстраиваются стройными горками на радость другим. А какой вокруг витает запах? Даже свежий хлеб из пекарни пахнет иначе. А добавь немного корицы и цитрусовых нот, и захочется стянуть с рук перчатки, чтобы согреть пальцы о пухлый глиняный бок чашки с глинтвейном. И после, расстегнув пальто от пьянящей сказочной атмосферы, стоять под падающими хлопьями снега, вслушиваясь в хрусткие шаги Рождества… — Отлично, — со скепсисом прервал Саске. — Можно сказать, убедил. Застывший на полуслове Наруто вдруг широко улыбнулся и шагнул ближе к кассе, в ритм подходящей очереди, а после подтянул за собой тележку. Оттуда, словно коктейльные трубочки, торчали разноцветные рулоны праздничной упаковки. — Мы не напасемся столько подарков, — косясь на разномастные оттенки красного и золотого, синего и зеленого, заметил Саске. — А это уже не важно. Главное — дух Рождества и ат-мос-фе-ра! — Наруто особенно выделил последнее слово, а после попытался заглянуть в такое привычно бесстрастное лицо. — Или тебе все-таки повторить? Так вот… это самое торжество декораций, воздвигнутых на пьедестал и представленных на обозрение, на радость людям. Всего месяц триумфа, всеобщего восхищения и десятков и сотен тысяч снимков на мобильный телефон, попаданий в сториз и блоги…