Топ один рок-команда Бикона

      - Я сразу выставлю ряд правил, которые обязательны к исполнению. – Джуниор упёр кулаки в стол, сделав грозный вид. С его более чем двухметровым ростом это получилось бы легко, но не испугался, у него рядом гора мышц пошире сидит. – Во-первых: никто не должен узнать, что ты фавн.       Это очень дерзкое и невежливое требование возмутило Эгрера, тем более что он хотел, чтобы это стало достоянием общественности. Но он не может просто сказать "нет".       - Обещаю, что кричать об этом не буду, но если кто-то спросит, то отвечу правду. – Хей тяжело посмотрел ему в глаза, но через секунду кивнул. Сам он не расист, но вот о всех его посетителях такого сказать нельзя.       - Во-вторых: играть будешь то, что популярно, мне ещё потери клиентов не хватало. Будешь петь что-то вроде этого. – Он махнул рукой на просто Джо, который крутил на своей башне песню группы "Миндаль". От перспективы петь бессмысленную попсу рот заполнил привкус блевотины, но свой путь к вершине надо с чего-то начинать.       - Ты же говорил, что денег с них получаешь мало, так какая разница?       - Деньги они всегда деньги, мало их или много. – Как лицемерно. Совсем недавно говорил, что даже толпы посетителей его не особо волнуют, а теперь что?       Джуниор задумался, явно сочиняя ещё правил. Но он или не придумал, как ещё нагадить Эгреру, или просто решил не наглеть. Наглость сейчас - опасная роскошь.       - Хей, а что думаешь про пиротехнику? – Эгрер залихватски ухмыльнулся.       - Нет! Ни в коем случае!       - Да ладно тебе, что за концерт без струй огня и пары бабахов? – он изобразил руками один такой "бабах". Но не слишком большой, чтобы Джуниор хотя бы подумал об этом.       - Нет. Какая тогда разница, ты мне клуб разнесёшь или твоя мать?       - Ты не прав. – Хей нахмурился, спорить он явно не собирался. – Но я понял и принял твою позицию, будь по-твоему.       - В Биконе отжигать будешь, а у меня тут закрытое пространство. Теперь оговорим плату.       - Эг. – Маджента потеребила его за рукав и жалостливо посмотрела в глаза. – Вы тут долго? Можно я потанцую? Ску-у-учно...       - Да, конечно, а Йорт сходит с тобой. – Уж лучше остаться без их ручного бандита, чем позволить какому-нибудь ублюдку подкатывать к этому невинному созданию.       Теперь поза Джуниора не такая забавная, а толпа его парней словно была готова в любой момент напасть. Даже если с большинством из них у Эгрера дружественные отношения - слово босса закон.       - Итак, деньги. – Напомнил Эгрер, пытаясь со всех сил подавить идиотскую улыбку, ведь Джуниор знал, что это показатель его нервозности. Сейчас нельзя давать слабины! – Сто льен за час?       - Ты думаешь, что вы будете играть тут всю ночь напролёт? – он удивлённо кивнул, ведь думал, что это очевидно. – Вот уж нет, мне такого счастья не нужно. Я открываюсь с одиннадцати, поёшь до полуночи и валишь, а в выходные даже не приходи.       - Но на выходных как-раз всегда толпа! И это всего один час!       - Да, я знаю. – Бандюган ухмыльнулся, а когда Эгрер собрался снова угрожать мамой, то спешно замахал руками. – Конечно, я понимаю, что это нужно компенсировать. Предлагаю пятьсот льен за один рабочий день.       - Я согласен. – Тут же согласился всемирно известный музыкант недалёкого будущего.       "Чёрт возьми! Главной целью являлся именно пиар, и сколько я напиарю за час в пустом клубе?!"       Но этим можно заняться позже, а вот такие лёгкие деньги найти гораздо труднее. На секунду Эгреру стало стыдно за собственную жадность, но он скинул всё на плохое воспитание. Жизнь среди воров не способствует росту добропорядочных граждан.       Они пожали руки.       - А теперь признавайся, с чего такая щедрость?       - Пф, расчётливость, пацан, а не щедрость. В одиннадцать тут почти никого нет, значит из-за странных типов на сцене я никого не потеряю. А если не потеряю, значит они продолжат приносить мне деньги, а эта сумма точно больше пятиста льен.       А ещё, одна неуравновешенная и любвеобильная женщина обойдёт его клуб стороной и он продолжит своё существование, что для всех было очевидным и потому не нуждалось в озвучании.       - Неужели ты думаешь, что я тебе тут всех распугаю? Ты слишком низкого мнения о моих навыках. – Эгрер сложил руки на груди, спрятав за этим жестом порыв схватить со спины гитару. Если бы Малышка была на месте, он бы непременно показал как круто поёт и играет. Но пока он может просто раздражённо ворчать и ждать завтрашнего дня. Вот тогда-то желчный и мнительный Хей будет поражён!       - Напомню - у меня здесь клуб и твоя музыка никому не нужна. – Эти издевательские слова безжалостно прошлись по тонкой душе Эгрера, словно когти Гримм. Теперь, когда договор заключён, а руки пожаты, Джуниор может более явно демонстрировать свою мерзкую натуру.       Разозлённый и оскорблённый, Эгрер встал и практически выкрикнул следующие слова:       - Ты ещё всё увидишь! Я оживлю этот мёртвый час, и у тебя перед открытием будет стоять очередь, чтобы не пропустить ни одной моей песни! – он гордо развернулся и пошёл на выход, собираясь по пути перехватить свою стаю.       - Не забудь своего дрыща забрать! – Крикнул Джуниор вдогонку. Эгрер на секунду остановился и поспешно скорректировал свой путь. – И песни не твои! – оскорблённый музыкант стоически проигнорировал это замечание.       Когда он проходил мимо мордоворота Джуниора, стоящим около двери в туалет, то услышал от того смешок. Ехидный такой, почти издевательский. Терпение уже подходило к своему пределу, Эгрер развернулся на все сто восемьдесят градусов и зарычал на этого тупого бандита.       Он дёрнулся и шагнул назад. В его движениях не было большого страха, он отшатнулся словно от громкого звука, не пугающего, но неожиданного. Впрочем, через секунду этот идиот сделал вид будто ничего не было - ни смешка, ни его испуга.       Эгрер, довольный тем, какое впечатление оказало его фавн-наследие, зашагал дальше и сразу же закатил глаза.       Из одной кабинки явно доносились мантры для успокоения духа, души и разума, причём читали их таким дрожащим голосом, будто там же сидел гигантский Гримм. Ну, или сидящий там человек явно испытывает множество психических переживаний, связанных с его нелюдимостью, социофобией, а так-же страхом открытых и закрытых пространств.       Высоко занеся руку над дверью, Эгрер в последнюю секунду решил сжалится над своим другом и вместо планируемых громогласных ударов, которые отправили бы душу Илльмонда в иссекай-мир (или во что он там верит), решил легонько постучать. Костяшками пальцев, лишь бы он не помер там от неожиданности.       - В-И-И-И-И-И-И-И!!! – Девчачий визг оглушил Эгрера и он даже на секунду решил, что ошибся туалетом, но с чего бы какой-то девчонке так орать из-за простого стука?       - Да не ори ты!.. – он даже не успел закончить фразу, как у соседней кабинки вылетела дверь. Из неё выскочил тот самый мужик, в которого дважды врезался Илльмонд, одной рукой он держал спадающие брюки, а другой пьяно размахивал, мать его, боевой косой.       - Пандиты, пл-ИК-ять, клугом пандиты!..       Он явно был не то что в пьяном состоянии, он был просто в хламину! Краснющие глаза едва могли нацелится в одну точку, а полная потеря в пространстве, времени, и в собственных конечностях едва не закончили его пьяную историю самым распространённым путём - рожей об кафель. Эгрер не знал что делать, на него впервые в жизни кидался пьяный охотник с полуспущенными штанами и огромной косой.       В очередной попытке не упасть, мужик вонзил своё оружие в сантиметре от лица струхнувшего Эгрера, по рукоятку вбив то в дверцу, за которой уже начал орать Илльмонд.       - А-А-А-А-А-А-А!!! – ну, раз он кричит, значит жив и может быть даже в порядке.       Пьяница безуспешно дёргал свою косу, но он настолько ослаб от выпитого, что вообще чудом стоял, не говоря уже о хоть какой-то деятельности. Его красные пьяные глазки болтались из стороны в сторону, прямо как и их владелец. А ещё он, кажется, видел не одного Эгрера, а нескольких. В конце концов его так занесло, что он с громким стуком опёр свою поседевшую башку об дверь, начав еле разборчиво мямлить:       - Ну чё, ган-ИК-доны, на тевлочек товько и мошетле надап… напьт… напата… Тьфу, вы бонляли-ИК!       - Ни черта не понял, мужик! Успокойся, ты пьян! – Эгрер ляпнул первое, что пришло в голову, и уже успел пожалеть об этом. Никогда не стоит говорить пьяному и буянящему человеку со спецподготовкой, что он пьян.       - Я ТЛЕВЗ!! – он схватился за рукоять косы обеими руками и его брюки спали. Хотя это волновало Эгрера в последнюю очередь, ведь мужик со всей своей охотничьей дури дёрнул своё оружие и вырвал его вместе с дверью. В кабинке, сидя на полу, в паническом вопле рвал голосовые связки Илльмонд. Пьянчугу опять занесло, он запутался в ногах и на этот раз врезался в писсуар, расколов его на мелкие осколки и основательно промяв стену. Тут-же в его разъярённое лицо ударила тугая струя воды, повалив неадеквата на пол.       Вот это неудачник, его можно было бы даже пожалеть, если бы он не пытался их убить.       Эгрер не стал ждать, пока этот псих снова встанет. Схватив вопящего Илльмода, он кинулся на выход, но едва успел протянуть руку к двери, как та с пинка открылась и с нечеловеческой силой впечаталась в лицо. Он упал, держась за горящую морду и тихо заскулил, а не ожидавший препятствий гангстер запнулся об него и упал следом, как и несколько мордоворотов за ним.       - Пандиты! Пеги Эмплер, я их заед… задлел… грохну! – Мужик, шатаясь, встал. Без штанов и с огромной боевой косой он вызывал смешанные чувства - одинаково сильно хотелось и смеяться и бежать.       - Сука, да это Бранвен! В стельку! – да он видимо знаменитость. После этого крика гора тел панически заизвивалась и единым организмом вырвалась в зал, прихватив с собой Эгрера с Илльмондом. Тут уже была целая толпа бандитов Джуниора, как и он сам, а вот посетители уже убегали. Хотя были и те, кто с небольшим конвоем телохранителей неспешно шли, покуривая сигары - наверняка мафиозники какие.       - Баррикадируйте дверь! – крикнул хозяин клуба. Он попытался взять Эгрера за шиворот, но тот был на взводе и отскочил. – Что ты опять сделал? Почему ты и твоя больная семья так ненавидите мой клуб?!       - Это не я! Тот псих сам на меня кинулся! И он мне не семья, я первый раз его вижу!       - Эг! – сюда подбежали Йорт и Маджента. – Что происходит?       Пока Эгрер всем второпях рассказывал в чём собственно сыр-бор, бандиты брали мебель для баррикады из самого ближнего источника - женского туалета, до которого всего два шага. Они организованной шеренгой стояли на местах и передавали друг другу в руки снятые двери кабинок, зеркала и, под конец, уже унитазы с раковинами. Те, кому не хватило места в шеренге, снимали со стен пожарные топоры и раздавали остальным. Было чувство, будто у них такое далеко не в первый раз, а начальный испуг был просто из-за неожиданности.       А на той стороне бесился охотник, кричал что-то про засаду и какую-то Эмплер. Видимо посттравматический синдром - это объясняет и его поведение и настолько пьяное состояние. Но всем было плевать что он там лапочет, всех намного больше занимало лезвие боевой косы, которое время от времени проходило сквозь баррикаду.       - Мадж, ты сможешь его успокоить? – спросил Эгрер, не надеясь на утвердительный ответ.       - А почему я?! – какая правильная реакция, жаль что она ведёт себя так очень редко.       - Потому что ты очень милая, и он, может быть, успокоится. Давай, не первый раз же! – Он начал толкать сопротивляющуюся девушку в сторону постепенно уменьшающейся баррикады, но его остановил Йорт.       - Погоди, может лучше свалить? – тихо сказал он на ухо, косясь в сторону командующего шеренгой Джуниора. Идея была очень заманчивой, в конце концов это клиент Хея и ему со всем этим разбираться. Руки уже пожаты, а все договора заключены, он не станет их нарушать и портить себе репутацию.       Эгрер развернулся, повернул Мадженту и теперь толкал её в противоположную сторону. Толкал - потому что она до сих пор сопротивлялась!       - Куда вы меня тащите?! Ему ведь нужно помочь!       - Мадж, давай не сейчас. – Прошипел Йорт, таща на плече читающего мантры Илльмонда. Судя по его дикому взгляду и обхватившим голову рукам, пытаться с ним сейчас говорить бесполезно. – Дёрнул же нас Тёмный припереться в эту дыру.       Если бы не два тормозящих фактора, они бы сорвались на бег, но даже так стая Эгрера всего лишь за пару секунд прошла половину пути.       - Куда пшли, б-ИК-диты?! – баррикады развалились на части будто что-то за ней взорвалось, а парни Джуниора разлетелись в стороны. Те, кому повезло больше, разбежались, оттаскивая своих поверженных товарищей.       Неожиданно Мадж на чём-то поскользнулась и грохнулась на пол, уводя всех за собой. И это было самым удачным обстоятельства за весь этот проклятый вечер! Потому что прямо над ними просвистела пуля, которая врезалась в стену и взорвалась синим пламенем.       А потом просто Джо достал свой праховый автомат и, включив вместо клубняка тяжёлый хард-метал-панк-дапстеп-рок, начал под крики вокалиста поливать охотника электрическими снарядами.       - ИК! Да мне даж не шкотно! – бестыжий пьяница прикрылся унитазом как щитом, но даже попадающие по нему пули ничего кроме синяков не оставили. Этим же унитазом он дубасил бандитов Джуниора. Свою косу он, видимо, забыл в туалете.       - Эй, Бранвен! – Хей взмахнул своей битой, которая по совместительству была ещё и гранатомётом. – Если не угомонишься, то больше не пущу тебя в свой клуб!       Дебошир бросил в него писсуар.       - Бранвен?! – вдруг воскликнул Йорт. – Он как-то связан с Рэйвен Бранвен?       - Не произноси это проклятое имя! – крикнул не только Эгрер, но и все гангстеры, что находились рядом.       - Забудь, Эг, никакого побега, этому типу надо вломить! – крикнул вакуоский киллер, восхитившись объёмом ауры этого мужика.       - Да стой ты, у тебя нет шансов против взрослого охотника!       - Я знаю! – что не так с этим больным?! Он же не любит проигрывать, но вечно лезет на таких вот силачей! А потом будет ещё неделю всей стае мозги парить своими тараканами. Чтобы взять такого зверя, нужно специальное оружие, тут даже праховый автомат Джо не так уж и много вреда доставляет.       Эгрер хотел ринуться за Йортом, но его чуть не сбил летящий бандит, который потерял свои крутые очки и теперь выглядел как напуганный обыватель. Он врезался в стену рядом с кнопкой пожарной тревоги и сполз на пол вниз головой. Своим хриплым голосом он проговорил:       - Кнопка... нажми её... или.... – его тихий голос было отчётливо слышно даже сквозь бессвязные крики из динамиков, крики бандитов и крики самого дебошира, но вот что за "или" мафиозник так и не договорил. Но было ясно, что всё будет плохо.       - Мадж, присмотри пока за Иллем. Того охотника ты потом успокоишь, ладно? – Девушка с улыбкой кивнула и обняла бледного Илльмонда, нашёптывая ему слова успокоения. Эгреру было очень страшно даже на секунду оставить этих двоих в такой ситуации без присмотра кого-то более адекватного, чем они сами, но проверить что за "или" он хотел ещё меньше.       Эгрер за один прыжок добрался до кнопки пожарной тревоги и вдавил её в стену, раздробив стекло и расплющив пластиковую коробочку. Вот только вместо тушащей пожар пены с потолка, стены то тут то там развернулись на сто восемьдесят градусов, и на них были навешаны реально опасные пушки.       У него появился закономерный вопрос - точно ли Джуниор торгует информацией, а не вооружением? Он с отвисшей челюсть наблюдал, как те бандиты, которые были ближе всего, побросали свои топоры и схватили эти смертоносные орудия. Нет-нет, Эгрер помогал головой и включил мозг - вся эта вакханалия, судя по всему, происходит далеко не в первый раз, и если бы Джуниор убивал каждого такого бузитёра, то давно бы сел за решётку. Значит там, как минимум, патроны с электрическим или ледяным прахом, а как максимум эти пушки стреляют какой-нибудь сетью под напряжением.       - Кроу! Извините! – Неожиданно, когда парни Джуниора уже были готовы вырвать победу из зубов этого Бранвена вместе челюстями, в клуб с извинительным криком ворвался какой-то слащавый блондин. Не совсем было понятно кого именно он просит о прощении, но через секунду он со скоростью молнии подбежал к бесштанному пьянчуге и уложил его лицом на разбитую плитку. Походя он оттолкнул Йорта, который проехал по полу несколько метров и ударился головой об стену. По его матерным выражениями было ясно, что с ним все в порядке.       Никто так и не успел сделать ни одного выстрела из того арсенала, что предоставила обычная пожарная кнопка. Блондин скорее всего тоже являлся охотником, ведь широко улыбнулся находясь под прицелом около двадцати пушек.       - Хей, Джуниор! – миролюбиво протянул он. Эгрер поморщился, он считал что только он догадался использовать эти имена таким каламбуром. Как оказалось, до такого додуматься было не так уж сложно. – Ты уж прости моего приятеля...       - Для тебя я не "Хей, Джуниор!", а мистер Шонг. – Гангстер залихватски забросил свою ракетницу на плечо, выглядя одновременно оскорблённо и гордо. Эгрер подумал, что не слишком солидно при серьёзном разговоре и дальше валяться на полу.       - Мадж, Илль, давайте вставайте. – Маджента никак не отреагировала на его слова, продолжая гладить шокированного социофоба.       Илльмонд немного раскачивался и смотрелся со стороны как кусок мрамора, настолько он окаменел и побледнел от переживаний. Шепча какой-то сектанский бред про жертвы разума и внутренний поток души, он пялился на носки своих сапог и ни на что не реагировал. Илльмонд всегда был несколько впечатлителен, от шока отходил долго и с истериками, иногда даже пытался драться и кусаться, а до встречи с Маджентой Эгрер даже не знал что с ним делать.       Но толи она имеет ту таинственную силу Моэ, о которой отказывается говорить сам Илльмонд, толи просто превосходно справляется с ролью психолога, но их пессимистичный художник, вечно безразличный ко всему кроме своих многочисленных фобий, чувствует себя рядом с ней умиротворённым.       - И кто заплатит за это? – Джуниор провёл рукой по разрушенному залу - разбитым стеклянным колоннам, сломанному оборудованию просто Джо и толстому слою стекла, покрывающего пол. Даже Эгреру поплохело, руки так и чесались устроить масштабную уборку.       Стонущие тела, начали скулить и охать громче, почувствовав, что именно этого от них ждёт Босс. Пока охотник проникался атмосферой постапокалипсиса и разрухи, кто-то сказал:       - Мои ноги, они сломаны... Что мне делать, брат?       - Молиться, брат, только молиться.       - Надеюсь Близнецы помогут нам выиграть суд у этого гадкого охотника и он заплатит компенсацию.       - Эм-м-м... – блондин растерянно посмотрел по сторонам и быстро затараторил, – Озпин за всё заплатит, только давайте без судов, пожалуйста.       Так как охотники являются элитой, то у них и прав больше, они могут творить многое, за что обычный человек заплатит штраф или даже сядет в тюрьму. Например из-за порчи имущества они могут вообще не беспокоиться, если преследуют преступника или Гримм, гражданам всё восстановит государство. Некоторые травмы обычным людям тоже могут простить. Да охотники вообще могут быть неприкосновенны, если ситуация была критическая, ведь они единственные, кто может бороться с Гримм за стенами.       Но сейчас, разумеется, ситуация критической не была, а за злоупотребление своей силой эту самую элиту сажают в не элитные тюрьмы.       - Брат, я чувствую как кости моих ног срастаются.       - Это Боги, брат, они услышали наши молитвы. – По залу пронеслись смешки, не слабо так успокоившие и блондина и три четверти стаи Эгрера. Только Йорт разочарованно зарычал, он надеялся на эпичную драку уже с двумя сильными врагами, а его так сильно обломали.       - Заткните этих клоунов! – Джуниор тоже был недоволен, но не из-за отсутствия драки, а из-за глупых шуток. – Озпин должен заплатить действительно много, если не хочет конфликта. Выйдем, поговорим.       Пьяный дебошир уже не сопротивлялся, видимо понял, что сорвался из-за флешбэка. Когда они вышли, то зал заполнили возгласы облегчения.       - Как часто у вас вообще случается... эм-м, – Эгрер невнятно покрутил рукой, показывая одновременно во все стороны и никуда, – такое? Мне тут просто работать скоро...       - Вообще, у нас тут часто охотники всё крушат. Но Озпин своих всегда кроет, так что они с боссом почти каждый месяц видятся. – Среди гангстеров послышался поражающий своим единогласием вздох и всякие матерные неприличные выражения.

***

      Эгрер в одиночестве стоял на балконе, с удовлетворением смотря на город. В этой однушке был лишь один плюс, который покрывал многие её минусы... да что мелочиться - вся квартира была одним жирным минусом, но вот какой был вид! Сто пятнадцатый этаж, давал фантастическую картину ночью, когда на улицах горел свет. Он просто развалился на перилах, вяло наблюдая за огоньками в окнах, за точками людей внизу, смотрел как ездят машины, как летают быкоглавы.       Это Эгрер ещё не в самом высоком доме живёт. Отсюда был прекрасно виден центр Вейла и его небоскрёбы, вершины которых всегда остаются сухими во время дождя, потому что ни одна туча не может подняться так высоко. Это шедевры человеческой мысли, без таких высоток в городе не могли бы жить десятки миллионов людей и их бы просто сожрали за стенами. В Мистрале таких не было, зато было много скал и гор, в которые ежедневно вгрызались ради получения небольшого кусочка жизненного пространства. Жизнь в таких туннелях не сахар, но это намного дешевле, чем строить небоскрёбы, так что совет Мистраля это особо не волновало.       - Раскисаешь, развалюха. – Эгрер хлопнул себя по щекам, бешенного их растерел, и, краснющий как помидор, продолжил наблюдать за городом.       Но на этот раз без лишних грустных мыслей, сегодня он должен праздновать, а не тосковать по прошлому - очередная галочка стоит в его блокноте, на этот раз напротив пункта "начать пиар-компанию". Следующим пунктом значится "сыграть на широкую публику песню собственного сочинения" и это будет по-настоящему сложно. Ни песни, ни понятие того, как к этой широкой публике подобраться у Эгрера не было.       Была надежда на клуб Джуниора, но его правила такого не позволят, к тому же придётся немного подождать, пока там наведут порядок. Хей пообещал сделать это за пару дней, разрушения были не особо обширны, а Бикон выплатил целый миллион льен компенсации.       Из потока медленнотекущих мыслей Эгрера вывел едва слышный скрип позади. Он почти уснул, облокотившись на хрупкие перила, которые вот-вот разменяют пятый десяток лет. Пожалуй не слишком безопасно так на них лежать...       Протерев глаза и подставив лицо холодному ветру, Эгрер окончательно пришёл в себя.       - Ты чё, спишь? – Йорт грубо отодвинул своего вожака в сторону, освобождая немного места для себя. Этот балкон точно не был предназначен для двух персон, и им тут было немного тесно. Но что намного важнее - теперь здесь было не так умиротворённо. Несколько секунд Йорт тупо смотрел в сторону вейловских высоток, не замечая той красоты, которую видел Эгрер. Он или пытался имитировать своего вожака или просто не знал с чего начать разговор.       Поговорить он точно хотел, это было видно по его нервному переминанию с ноги на ногу и потным ладоням, которые он скрывал в карманах домашних шорт. Йорт не любит разговоры, он любит вмазать своей проблеме, хорошенько её унизить и с чувством глубочайшего достоинства идти бить следующую. Но, как сказал тогда директор Озпин - сила не решает всех проблем.       - Тебя опять выбесил Илль, да? – поинтересовался Эгрер, чтобы помочь своему другу начать этот разговор. К сожалению, он будет не о планах на заработки и не об их музыкальной карьере.       - Угу. Мадж, его уже с ложечки кормит, а он все контуженного корчит, кретин ленивый. – Йорт так и не посмотрел на своего вожака, его взгляд прилип к летящему вдали быкоглаву. Эгрер смотрел в ту же сторону.       - Завтра он будет как новенький, дай ему только отоспаться и он даже не вспомнит об этом. – Ненадолго они замолчали. Отдалённый вой полицейской сирены, отражающийся от многоэтажек, достиг их ушей, словно издеваясь над мягкотелостью одного и смущением другого.       - Короче! – Эгрера схватили за плечо и резко развернули. Йорт выглядел подавленным, но одновременно решительным. – В Биконе я не буду в команде со слабаками. Я не буду с вами.       Эти слова... Эгрер наивно надеялся, что сможет изменить его решение за те полгода с момента их знакомства. Уже тогда Йорт, получше узнав их небольшую стаю, состоящую на тот момент только из Эгрера и Илльмонда, захотел найти себе друзей посильнее. Он демонстративно не подчинялся лидеру, всё время ссорился с Илльмондом и всегда казался чужим в их коллективе. После принятия Мадженты все стало ещё хуже.       Сила это то, что волнует его в первую очередь, всё остальное вторично и не имеет смысла. Слабые люди не могут защитить то, что им дорого, как и дружбу. Поэтому он всегда избегал общения со слабаками. Для него они просто не существуют. Даже Илльмонд, который легко способен победить его один на один, не стал для него авторитетом, ведь был слаб характером и очень труслив.       Когда Эгрер помог Йорту подделать документы в Бикон, то не стал требовать ничего взамен, ни денег, ни услуг. А он, хоть и вырос в преступном Вакуо, но его родители успели вбить ему в голову понятия чести. Он до сих пор считал себя обязанным и везде сопровождал своего нового вожака, хоть и не признавал за ним никакой власти над собой. До сих пор...       - Как хочешь – Спокойно ответил Эгрер, глядя на светлые улицы. Он не хотел видеть его лица, но примерно знал что там будет - борьба между собственными амбициями и чувством непогашенного долга.       Практически в любой ситуации Йорту напоминали, что он ничего не должен, ведь Эгрер хотел только дружбы с ним, а дружба не строится на взаимной выгоде. Она строится на доверии и приятном времяпрепровождении. В Мистральской фавеле тоже было тяжело, но именно чувство локтя своих друзей помогало ему жить. Йорт же вынес совсем другие уроки из своей жизни.       - Хватит. Срал я на твои высокоморальные принципы. Просто скажи мне что сделать, что угодно, и мы наконец разбежимся.       - Я помог тебе просто так и не стану удерживать в моей стае или что-то требовать. Но если ты так хочешь - стань сильнее, вернись в Вакуо и закончи там свои дела. Ты же этого хотел?       - Ты думаешь, что я тупой?! Почему тебе так трудно забрать долг? Просто возьми его!       Эгрер ничего не мог у него взять, он не имел морального права на это, а Йорт страстно желал, чтобы его освободили от долга, которым он сам себя обязал. Это безвыходная ситуация, и чтобы разрешить её, кто-то должен предать свои принципы. И раз Йорт решил покинуть их, значит он не выдержал первый.       - Я знаю, – Эгрер не мог не сдержать своей нервной улыбки, – мы сейчас находимся в подвешенном состоянии...       - Мы всё наше знакомство в нём находимся, чтоб тебя Гримм сожрали. – Грубо перебил Йорт. Он отпустил своего вожака и перестал каменной скалой нависать над ним. – Знаешь что? Если бы ты реально считал меня другом, то уже давно перестал мучить.       - Не говори так! Я реально считаю тебя другом!       - Ну так докажи на деле, сволочь! Я тебе всегда буду полезен, поэтому ты меня не отпускаешь, ты пользуешься моими принципами!       Эгрер в шоке отступил на шаг и упёрся о ржавые перила. Его друг... думает что Эгрер пользуется им как вещью.       - Н-но это же не т-так... мы ведь друзья...       - Мне не нужны слова. – Он говорил со старой, затаившейся злобой. Он думал, что им пользуются с самого начала.       - Если т-ты хочешь доказательств, – Эгрер сглотнул вязкую слюну, отчаянно думая что он должен ему сказать, – если ты хочешь доказательств, то получишь их.       - Когда?       - Сейчас объясню. Вот как ты оплатить мне за помощь - я приказываю тебе, в уплату долга, оставшийся до Бикона месяц и дальше жить с нами. За это время я попробую тебя убедить в том, что не использую тебя. В конце срока ты решишь, будешь ли ты учиться с нами или вступишь в другую команду. – Эгрер сказал это торжественно, вложив весь свой природный оптимизм и жажду доказать свою честность.       Но Йорт лишь устало протёр глаза, такой жест слабости от него практически невозможно увидеть.       - Я уже все решил, Эг... а нахер всё, я согласен. Просто притворюсь самому себе, что это меня устраивает. У меня уже нет сил на эту срань.       Он устало посмотрел в глаза улыбающемуся Эгреру, после чего махнул рукой и вернулся в квартиру. И в тот же миг эта старательно поддерживаемая улыбка изломилась и трансформировалась в нечто ужасно-нервозное.       - Эх, мне же хватит месяца, чтобы убедить его в моей искренности? – спросил он у немногочисленных звёзд, которым хватило яркости пробиться через пелену городского света. Они, разумеется, не ответили.       Ну и ладно, не особо-то Эгрер ждал от них разговора по душам. Так он и стоял на балконе сто пятнадцатого этажа, смотрел как живут люди, как ездят машины...