Топ один рок-команда Бикона

      - Приветствую на заседании профсоюза. – Торжественно произнесла Вайсс, усаживаясь на стул. Рен с Норой последовали её примеру.       Вскоре захрустели упаковки печенья, заварился чай, а по кружкам тихонько застучали ложки. Главным блюдом сегодня был небольшой шоколадный тортик с кремовыми цветами, гордо стоящий в центре стола.       - Как вы заметили, сегодня кое-кого из нас нет. С прискорбием сообщаю, что Эгрер Пелени~ – Вдруг в дверь постучали, и генеральный секретарь закатила глаза. – Ты специально стоял там и ждал, пока я скажу эти слова, чтобы снова "пафосно" войти?       - Видишь меня насквозь. – Усмехнулся Эгрер, проходя в пустой класс.       Вайсс сейчас точно не понимает зачем он сюда пришёл, ведь она считает, что профсоюз был создан для облегчения работы ордена. Ей невдомёк, что у этой организации совсем другие цели, от которых Эгрер отказываться не собирается...       Он уселся за стол и первым делом положил себе в тарелку кусочек торта. По сравнению с тем, что он обычно приносил на заседания ордена Подсидельщиков, это просто пища богов. И хотя порой у угощений был чересчур экзотичный вкус, но в целом, большая часть была выше всяких похвал.       Круто быть дочерью самого богатого человека на планете, который может давать на карманные расходы по нескольку миллионов льен. Хотя сама Вайсс утверждает, что дают ей не так много, как думают окружающие, но что по её меркам "не так много", то для Эгрера "охренеть какая куча бабла".       Когда каждый держал по чашке чая и набрал себе угощений по вкусу, Вайсс начала совещание.       - Нора, Рен, как продвигается ваша миссия?       - Отлично, сегодня мы как раз закончили! – тут же крикнула Нора, будто всю жизнь ждала эти слова.       Она сунула руку в сумку и вывалила перед ними толстую стопку бумаг, которая немедленно рассыпалась по всему столу. Навскидку тут было около ста листов, неумело разрисованных молотами, звёздами и серпами в разных пропорциях и цветах. Некоторые рисунки были настолько непонятны, что даже Нора это осознавала и оставила на них письменные разъяснения что и где находится.       Рен сидел рядом с ней абсолютно спокойный и безучастный, равнодушно смотря перед собой. Если он и приложил руку к этому делу, то только как регулятор, остановив свою подругу хотя бы на этом числе.       Вайсс, всё ещё не отошедшая от шока, аккуратно подцепила ногтями один листок, подняла перед глазами и повертела. Бумага была изрисована с обоих сторон, и на каждой стороне умещалось по пять или шесть рисунков.       Эгрер стал загибать пальцы, в тщетных попытках понять, сколько тут изображено гербов профсоюза. Тем временем генеральный секретарь всё-таки смогла побороть удивление и даже начать связно говорить.       - Нора, я вроде бы говорила не увлекаться...       - Просто меня так захватила идея, что я даже уснуть всё это время не могла.       Вайсс кивнула. В принципе удивляться тут нечему, этого и стоило ожидать от Норы. Она ведь как гиперактивный ребёнок, только повыше ростом и орудует огромным розовым молотом с сердечками. Было бы удивительно, если бы такая увлекающаяся личность не выложилась на полную.       - От ста до ста тридцати листов, – шептал сам себе Эгрер, производя в уме сложнейшие алгебраические вычисления, – помножить на пять-шесть рисунков с каждой стороны... получается...       Рен решил над ним сжалиться и сам сказал точное число:       - Тут тысяча пятьсот изображений.       - Охренеть...       - Эгрер, я бы попросила соблюдать рамки приличия на заседании. – Строго потребовала генеральный секретарь, тем не менее понимая его чувства.       - Прости... просто у меня слов нет. – Он упёр щёку о кулак и пустым взглядом посмотрел на весёлую рядовую. – Нора, зачем?       - Вайсс сказала сделать побольше экземпляров. Я и сделала.       - А я напомню, что ещё говорила не увлекаться. Но да ладно, тогда я выберу наш будущий герб... – она окинул взглядом заваленный рисунками стол, – но позже. А сейчас у меня есть важное объявление. Как вы знаете, скоро у нас практика в лесу Вечной осени, и я считаю это отличным шансом напроситься на похвалу от мисс Гудвич. Если мы покажем себя в высшей степени профессионально, то точно заслужим её одобрение.       - Сомневаюсь, что сбором древесного сока можно кого-то впечатлить. – Заметил Рен.       Об этой практике Гудвич говорила им уже несколько раз, как и то, что ни на какие геройства можно не надеяться. Они не будут косить Гримм или проводить эвакуацию мирного населения, это даже не разведка. Просто всех первокурсников сбросят где-то в лесу Вечной осени, где они продырявят пару деревьев и соберут их сок. Он вроде как нужен для исследований миссис Пич, Эгрер пару раз видел эту учительницу, она будет преподавать им праховую алхимию на третьем и четвертом курсе.       - Стоит помнить, – хитро улыбнулась Вайсс, – что этот лес полон Гримм, и если мы~       - Нет-нет-нет-нет! – Эгрер уже понял, куда она клонит. – Я не собираюсь рисковать здоровьем и жизнью ради партии, ты уж прости.       - А что нам ещё остаётся? Бездумно делать, что велено и вести себя тихо? Когда у нас ещё будет такой шанс себя проявить?       - Я, конечно, знал, что ты та ещё бунтарка в душе, но не перегибай палку, пожалуйста. Мисс Гудвич неоднократно делала акцент на том, что ничем, кроме сбора сока нам заниматься нельзя. Я уверен, у нас будет более безопасные варианты в будущем.       - Безопасный не всегда значит эффективный.       - Как и опасный.       - Кто-то сказал опасность?! – Нора перегнулась через парту и чуть ли не легла между Вайсс и Эгрером. – Я готова любой опасности сломать колени.       Генеральный секретарь улыбнулась и её заместитель уже понял, что сейчас произойдёт. Он бы обиделся на такой грязный приём, если бы не знал, что тоже с радостью на него пойдёт.       - Предлагаю устроить голосование. – Вайсс расслабленно откинулась на спинку стула. Она уже понимала, что победила и остались лишь формальности. – Поднимите руку те, кто хочет найти на практике несколько сильных Гримм и хорошенько им накостылять. – Она специально сформулировала свой призыв таким образом, чтобы возбуждённая Нора отдалась на её волю с потрохами.       - Я! Я хочу! Взорвём их и разорвём! А потом наоборот и повторим!       - Воздержусь. – Сказал Рен.       - Полагаю, большинство голосов на моей стороне. – Генеральный секретарь сложила руки домиком и едва-едва сдерживала ухмылочку.       - Понял я, понял.       - В таком случае слушайте меня - сейчас я скажу, что вам делать...

***

      Студенты вывалились из быкоглава и, пока мисс Гудвич что-то говорила пилоту, поспешили сделать парочку селфи на фоне здешних красот. Эта земля будто впитала всю кровь, что когда-либо лилась на Ремнанте, настолько насыщенно-красный цвет обрела листва и даже трава. Есть легенда, что в этом самом месте Боги-близнецы когда-то повздорили и именно их кровь окрасила этот лес в такие цвета.              - Тут так краси-и-иво! – пропела Маджента разведя руки широко в стороны, будто решила объять весь мир. Она закружилась на месте и звонко засмеялась.       - И не говори. – Согласился Эгрер, поймав кленовый лист. – Хотя, слишком тут много красного, глаза режет. Щепотка жёлтого или рыжего не повредила бы.       - Я думал ты у нас модник, а не ландшафтный дизайнер. – Буркнул Йорт, расправляя затёкшие во время полёта плечи.       - Хороший вкус развивается ко всему сразу, а не к конкретным вещам. Цветовая гамма это важнейшая часть не только для одежды. – Пояснил Эгрер, похлопав себя по пиджаку. – Илль, оторвись от своего свитка и посмотри по сторонам!       - Вау. Это лес. Круто. – Безэмоционально сказал тот и продолжил рисовать свою похабщину. – Я никогда не видел лесов. Вот прям вообще. И на инициации не видел и раньше тоже.       На его глазу был фингал, который он тщательно замаскировал чёлкой, а на щеке красовалась гематома. Сейчас он выглядел ещё ничего, первое время после своего налёта на женскую душевую он вообще ходил с костылями. Если бы не Гудвич, то его бы точно линчевали. Хотя, Эгрер склонялся к мнению, что она тоже пару раз его ударила... стёком...       Сам Илльмонд до сих пор ходит с счастливым видом и пошлой полуулыбкой. Новая волна творчества поглотила его с головой, а травмы тела ничуть не волновали.       А тот забитый татуировками качок всё-таки составил тирлист девчонок, как его и просили. Вот только его предпочтения немного не вписались в окружающие стандарты: на первое место он поставил Руби, а на последнее главную красавицу первого курса - Янг.       Янг, кстати, его избила. Не то за низкую оценку её красоты, не то за смелость смотреть в сторону её пятнадцатилетней сестры, которая до сих пор ходит красная как рак.       В общем, того качка нарекли лоликонщиком и теперь он повсеместно осуждаем и погоняем, даже из клуба тяжёлой атлетики выгнали. И только Илльмонд вступился за его выбор.       Мисс Гудвич закончила свои дела и вышла из быкоглава, а студенты тут же бросились строиться в шеренгу. Профессор строго их выдрессировала ещё в Биконе и неоднократно повторила, что если кто-то что-то сделает не так, то будут трупы. Конечно же в переносном смысле, Гримм их тут вряд-ли сожрут, но вот она вполне может.       Поэтому, следуя её предписаниям, толпа подростков выстроилась в линию перед быкоглавом в ожидании финального брифинга.       Учительница прошлась вдоль шеренги, сгибая и разгибая свой стёк, параллельно заглянув каждому в глаза. От этого взгляда становилось дурно, мисс Гудвич явно относится к этой поездке как к чему-то, где непутёвые студенты могут серьёзно облажаться.       Оно и понятно, они ведь практически в тёмных землях. Тут до ближайшей железной дороги километров сто, а до поселений в несколько раз дальше. Поэтому ошибок лучше не допускать, а чтобы донести эту истину до всех и каждого, нужно её долго и по нескольку раз повторять.       - Мы здесь, чтобы собрать древесный сок. – Сказала она в десятый раз за сегодня. – Ни ради фотографий, ни ради пикников, ни ради чего-либо ещё, что не связано с нашей целью. Это понятно?       - Да, мэм! – единогласно ответила шеренга.       - Здесь вы можете столкнуться с Гримм. Если это произойдёт - разберитесь с угрозой. Если считаете, что не сможете справиться с имеющимися силами, отправьте сигнал со свитка, ближайшие ученики придут на помощь. Ни в коем случае не пренебрегайте этой возможностью, как и не игнорируйте сигнал "SOS", если он пришёл к вам. Это понятно?       Студенты вновь крикнули "да, мэм!" и продолжили делать вид, что внимательно слушают. Гудвич проводила этот же самый брифинг теми же словами ещё в Биконе, но повторение, как гласит древняя мудрость, мать учения. Такие вещи лучше закрепить, даже если слушать одно и тоже надоедает.       - Избегайте использования огненного праха, если вдруг по вашей вине случится пожар - тут же его потушите. Ещё один сожжённый лес нам не к чему. Мисс Тоти, вас это особенно касается, я бы попросила вас воздержаться от использования огнемёта. Вы меня поняли?       - Да, мэм! – Маджента отвела своё оружие за спину, но оно было слишком большим, чтобы её тело смогло его закрыть.       - Мисс Валькирия? – обратилась она к другой огнеопасной студентке.       - Да, мэм! – Нора проделала тот же трюк со своим молотом и потерпела неудачу по тем же причинам.       - Мисс Сяо-Лонг?       - Да, мэм! – Янг просто завела руки со своими наручами за спину, сохраняя невозмутимый вид.       - Славно. В таком случае за работу, через час собираемся здесь же. – Мисс Гудвич вернулась в быкоглав, предоставив их самим себе.       Студенты разобрали пустые банки и начали разделяться на группки, в основном по командам, и потихоньку разошлись в разные стороны. Далеко не каждое дерево имело сок, иначе можно было бы просто высосать ближайшую округу у зоны высадки, поэтому требовалось покрыть как можно большую часть леса.       Несмотря на неоднократные призывы не отвлекаться, некоторые студенты снова достали свитки и начали делать фотографии, а несколько сладких парочек уже упорхнули куда-то вглубь леса. Ведь что может быть романтичнее прогулки в вечно красном лесу, полном Гримм?       Но большинство просто подыскивало место, где можно разложить плед и устроить пикник: подальше от быкоглава со страшной Стальной леди, но при этом не слишком далеко друг от друга. Даже в таком расслабленном состоянии никто не забывал соблюдать минимальные нормы безопасности.       Эгрер тоже хотел бы устроить пикник в этом прекрасном месте, а уже потом собрать сок, но план Вайсс вынуждал его всё время передвигаться.       Она предполагала, что рядом с зоной высадки нет Гримм, так как скорее всего перед их прилётом здесь уже всё зачистили профессора. Это звучало логично, поэтому в её голову пришла "чудесная" мысль уйти как можно дальше и поискать неприятностей там. Он всё ещё был против этой затеи, может Вайсс и не боится Гримм, но вот Эгрер очень даже. Не то чтобы он страдал какой-то гриммофобией, просто он никогда не любил рисковать почём зря. Ведь на карте не стоит чья-либо жизнь, а просто шанс, всего-лишь шанс, покрасоваться перед мисс Гудвич.       Встретившись с Вайсс взглядом, та просто кивнула и пошла следом за своим лидером, которая с воодушевлением вела их глубже в лес. А вот команде Джунипер в этом плане не повезло, так как их сразу обезглавили.       - Погнали, Жонни, у меня есть для тебя особое задание. – Кардин панибратски обнял Жона за плечо и в наглую утащил прямо из под носа собственной команды. Его друзья безвольно смотрели ему в след, уже смирившись с подобным.       Эгрер тоже мог только вздыхать, смотря на это безобразие. Жон этому уроду только массаж ног не делает, и то, скорее всего, временно. Когда-нибудь Кардин дожмёт его до такого состояния, что тот просто сорвётся.       "Вот бы Кардин пропал в этом лесу. Заблудился и никогда не вернулся"       - Итак. – Эгрер обвёл взглядом свою стаю. – Йорт, ты приглядывай за Мадж, а ты, Илль, дай мне свиток.       - Тебе зачем? – он насторожился, как и всегда, когда речь заходит о его прелести.       - Я знаю, что как выдастся возможность ты сразу где-нибудь спрячешься и будешь рисовать. – Вожак вытянул руку. – Я не буду его взламывать и рыться в твоих файлах, и так ясно, что ничего хорошего я там не найду.       - Вот ты это сказал, и я сразу насторожился.       - Просто не выпускай меня из поля зрения и всё. – Эгрер усмехнулся. Он сказал ту фразу специально, ведь с Илльмонда станется и без свитка где-нибудь уснуть. А так он просто не посмеет отойти дальше чем на три шага, и ему придётся работать.       - Потом мы поделимся на пары и~ – Продолжил было командовать неофициальный лидер, как был перебит официальным.       - Дай мне покомандовать! Я тут лидерка, вообще-то.       - Кхм, прости. – На него недоумённо взглянули Илльмонд с Йортом. Они-то думали, что сейчас он начнёт с ней спорить, как делал всегда до этого. Такой неожиданный поворот выбил их из колеи.       - Давайте соберём как можно больше сока! – пропищала Маджента волнительным голосом. – Постараемся, ребята!       Эгрер глубоко вздохнул и посмотрел на неё тем самым взглядом, которым родители смотрят на непутёвых детей. Что и ожидалось от такой инфантильной личности: ни точных указаний, ни планов на случай нападения Гримм, только чистая уверенность. Вслепую ей довериться - значит обрести их всех на гибель в этом лесу.       Мадженте ещё рано становиться полноценным лидером. За ней нужен постоянный присмотр и контроль от кого-то более адекватного. Она как несмышлёный ребёнок, отвернёшься, а она уже суёт спицы в розетку. Не говоря уже о том, что на её плечах лежит огромный груз ответственности за их команду. По идее. Не то чтобы он её особо тревожил...       Дабы их стая ненароком не пропала в этом лесу, Эгрер решил задать парочку уточняющих вопросов:       - А куда мы пойдём? А поделимся мы на пары или будем ходить поодиночке? Куда складывать заполненные банки? Что делать, если кто-то потеряется или, не дай Боже, нападёт Гримм?       - Ходить будем все вместе. А банки понесёт Йорт.       - В чём? У него руки не лопаты, столько не унесёт.       - Э-э-э... – Маджента начала усиленный мозговой штурм. Эгрер не стал ей мешать, как, впрочем, и помогать. Пускай поймёт, как тяжело думать за остальных. – Ни у кого случаем нет пакета или типа того? – стая покачала головой, и размышления продолжились. – Может, кто-то будет бегать и складывать их у быкоглава?       - Ты нас спрашиваешь? Ты лидер, ты и решай.       - Тогда так и поступим. – Маджента уверенно сложила руки на груди и уже пошла на дело, как вдруг её обломил Эгрер.       - А ты всё продумала? Эти банки останутся без присмотра, мало ли какой ушлый студентишка захапает наше добро. Или ты предлагаешь оставить кого-то сторожем и лишиться пары рабочих рук?       - Ну Эг! Ты же сказал, что мне надо решать, вот я и решила!       - Мало решить, надо ещё подумать, куда приведёт твое решение. – Теперь уже он уверенно сложил руки на груди. В любом случае, если произойдёт что-то страшное, то стая тут же примчится именно к нему. – Я предлагаю, разделиться на пары, чтобы одновременно покрыть как можно большую площадь леса и при этом быть под прикрытием друг друга. А банки будем складывать в авоську, которую сплетёт Илль из... где Илль?       - Свалил, пока вы тут лясы точили. – Пояснил Йорт, вбивая колышек в ствол дерева. – Делайте дело, разборками в Биконе займётесь.       - Проклятье! Вот попадётся он мне на глаза, я ему покажу. Мадж, если ты хороший лидер, то должна сурово наказать Илля! Такое поведение не должно остаться безнаказанным. – Эгрер расстроился не столько из-за его побега и свалившейся на них дополнительной работы, сколько из-за лишения сильнейшего бойца в группе. Когда они столкнутся с Гримм, бой будет намного тяжелей.       В итоге Маджента повела их в лес, приказав держаться поближе. С банками она решила разобраться попозже, по её словам сначала их было бы неплохо заполнить, а уже потом думать. Эгрер осудил такой подход, обозвав его безответственным, и не упустил возможности сказать, что для хорошего лидера очень важно думать наперёд. Несмотря на его самые благие намерения, Маджента посмела возразить, но никаких достойных по его мнению аргументов найти не смогла.       Йорт слушал спорщиков краем уха и поражался упёртости одного и детской наивности другого. Ему вообще никто, кроме себя родного, не голова, и делает он только то, что хочет. И сейчас он хочет выпить банку с только что собранным древесным соком.       - Сладкий, зараза. – Улыбнулся он. – Надо протащить в Бикон пару банок, забарыжу старшакам за сотку другую.       Эгрер объяснил Мадженте, что хоть Йорт и может предсказать очень многое, но использовать его проявление по пустякам оскорбительно. Она в ответ заявила, что сам Эгрер так делает постоянно и что спросить о шансе столкновения с Гримм очень важно. Он ответил, что это другое и что она ничего не понимает.       Йорт выпил ещё одну банку сока.       - Плевать на деньги, всё сам выпью. Вкуснотища.       Маджента поставила неофициального лидера в известность, что если он посмеет спорить с ней дальше, то она его накажет. Эгрер возмутился, высокомерно сложил руки на груди и поинтересовался с чего ему вообще подчиняться. Взыграли старые привычки, что поделать...       Она ответила решительными мерами и постановила, что в качестве наказания запрещает Эгреру есть в течении шести лет. Тот обозвал это решение дискриминацией по национальному признаку и голодомором мистральцев, объявив импичмент. Йорт был призван как свидетель.       - Идите оба нахер.       Маджента возмутилась его грязной речью, а Эгрер аполитичностью и безразличием к будущему их команды. Поэтому Маджента воспользовалась своей властью официального лидера и запретила Йорту смотреть телевизор пять минут. Эгрер возмутился почему так мало, и она пояснила, что наказание должно быть соразмерно проступку. В ответ он воспользовался своей властью неофициального лидера и запретил Йорту смотреть телевизор шесть лет.       - Идите оба нахер. – Повторил он. – Я уже три банки успел выпить. Вы бы работали так много, как спорите.       Эгрер заявил, что не может работать в такой давящей атмосфере и что он уйдёт собирать сок к команде Джунипер. Маджента сказала тоже самое, но на секунду позже. Эгрер заявил, что дружит сразу с двумя членами их команды, с Жоном и Реном, а значит у его решения больше легитимности. Маджента ответила, что дружит аж с тремя членами их команды, с Жоном и Норой, которая считается за двух.       - Сука, вы можете просто заткнуться и собрать этот сраный сок?! Хорош мозги мне трахать, я уже не могу вас слушать.       - А ты на чьей стороне? – раздражённо спросил Эгрер.       - Уж точно не та твоей. А ты чё лыбу давишь? – Обратился он к повеселевшей Мадженте. – Ты ничуть не лучше этого кренделя. На посту лидера вы оба смотритесь одинаково хреново.       - Да что ты понимаешь! – хором крикнули официальный и неофициальный лидеры.       - В отличии от вас я понимаю, что если из-за нас задержится отлёт быкоглава, то мисс Гудвич засунет каждому по банке в жопу.       Это замечание заставило отложить спор до лучших времён. Какое-то время Маджента и Эгрер делали свою работу, просто стараясь находиться подальше или чтобы между ними был Йорт. Он был достаточно большим, чтобы закрывать их друг от друга.       Рутинная и монотонная работа вызывала только скуку. Вскоре действия дошли до автоматизма: подойти к дереву, вкрутить в ствол штопор, выкрутить, подставить под дырку банку. Если сока нет в течении десяти секунд или он течёт до неприличия редкими каплями - идти дальше. И так по кругу.       Сок шёл только из каждого пятого дерева, да и то не особо много, набиралось только с четверть банки. А вот Йорт собирал его так много, что не стесняясь выпивал всё до капли, чтобы с хирургической точностью обнаружить следующее "сочное" дерево и высосать его под ноль.       А ещё он отказался рассказывать, что говорит ему его проявление. Из вредности.       Эгрер уже решил, что забьёт на приказ генерального секретаря. Если ей так хочется убиться об какого-нибудь условного смертолова, то пускай, а он и так лишился двух третей боевой мощи своей команды. Илльмонд где-то спрятался, а Мадженте запретили использовать огнемёт, так что теперь это просто не самая удобная шипованная дубинка.       Но где-то через полчаса монотонного дырявенья деревьев жестокий рок сам его нашёл. У каждого члена команды Маджести агрессивно загудел свиток, показывая, что один из студентов зовёт на помощь.       Это был Кардин.       С одной стороны - ну и пускай его загрызут, такого засранца не жалко. Но с другой - это неправильно и жестоко. Пусть он хулиган, расист и просто мерзкий тип, но смерть точно не должна быть искуплением его грехов. Если бы каждого мудака убивали за то, что он мудак, то минимум треть населения Ремнанта бы давно пошла под нож.       Маджента с Йортом тоже недолюбливали Кардина, но уже засобирались бежать на помощь.       В любом случае, глубоким рассуждениям о карме и смысле человеческой жизни поставило точку сообщение от Вайсс «Живо беги сюда!»       - Мля-я... – Она написала "сюда", будто уже там и сражается с Гримм. Значит отмазаться уже точно не получиться. За секунду он нагнал и обогнал свою стаю. – Догоняйте!       Бежать было не слишком далеко, уже через полминуты он услышал рёв и звук разрываемой земли.       Пробежав сквозь красные кусты, Эгрер выпрыгнул на полянку с воинственным боевым кличем, который благодаря его фавн-наследию получился через-чур боевым. Не успев даже как следует оглядеться, он получил пулю в лоб, а через секунду его упавшее тело вморозилось в землю.       - Вы чё творите!? – Крикнул он уже не так воинственно. На лбу набухла шишка.       - Ой, Эг, прости! – крикнула подбежавшая Пирра, которая в него и выстрелила. – Ты так зарычал, что я подумала, что это ещё одна урса.       "Будь проклят мой сраный голос"       Гигантская туша урсы позади чемпионки уже таяла в воздухе, а рядом с ней стояла Вайсс, направляя свою рапиру прямо на Эгрера.       - И что это такое было? – спросила она, опустив оружие. В её голосе так и сквозило довольно низкое отношение к интеллекту собеседника. – Ты хотел напугать Гримм? Поздравляю, ты напугал нас.       - Да-да, я понял, простите. Разморозь меня.       - Думаю, тебе будет полезно вот так полежать.       - Эй, ты чего, обиделась что ли? Это не смешно, мне очень холодно! Ты меня сама сюда позвала, а теперь так и оставишь?!       - Ой, разорался... – Вайсс всё-таки соизволила взмахнуть рапирой и наколдовать красную руну прямо под телом Эгрера. Стало жарко, огненный прах быстро разморозил льдину. – Я жду благодарности.       - Вообще-то это ты извиниться должна, ты ведь меня и заморозила. Ну так в чём сыр-бор? – быстро спросил он, пока эта перепалка не переросла в полноценную ссору. Ему и Мадженты на сегодня хватило.       - На нас напал урса. Огромный. – Объяснил помятый Жон, поднявшись с земли. За ним следом встал ещё более побитый Кардин, на его броне виднелось несколько вмятин и какая-то жижа.       - Я его убила! – самодовольно заявила Вайсс. – Но до сих пор не услышала хотя бы банальное "спасибо".       - Спасибо Вайсс, без тебя мы бы скорее всего умерли. – От всего сердца поблагодарил Жон.       Кардин же только раздражённо буркнул что-то невнятное и просто ушёл. Его излюбленная жертва проводила его обречённым взглядом, словно готовясь к смерти.       - Жон мог бы сам справиться. – Вдруг заметила Пирра, вернувшись к прерванному неожиданным гостем разговору. – Его меч метил точно в шею, и если бы ты его не оттолкнула, он отсёк бы урсе голову.       - Ты правда в это веришь? Он с мечом как с кочергой обращается, а урса уже замахнулся лапой. Я ему жизнь спасла, лучше бы спасибо сказала!       - Спасибо. – В голосе Пирры не чувствовалось ни грамма благодарности. Впервые Эгрер видел, как она злится на кого-то кроме Кардина, и ему стало страшно. И за себя и за Вайсс. – Но Жон правда бы попал, я видела куда был нацелен его меч. Хороший удар, Жон.       Стоящий рядом блондин неуклюже почесал затылок.       - Вайсс права, скорее всего я бы промахнулся. Я просто бил, куда видел.       - Не в обиду Жону, – сразу заметил Эгрер, – но он и правда не особо мечом умеет драться, так что... – после этих слов он вдруг столкнулся со странным на что-то намекающим взглядом со стороны чемпионки.       И тут стало понятно - магнитокинез. Её проявление. Она хотела помочь Жону и обставить всё так, будто он самостоятельно одолел урсу. Но Вайсс всё испортила, поэтому они сейчас и переругиваются.       Порой Эгрер забывал, что он не единственный, кто пытается помочь Жону поднять самооценку. Просто Пирра действует намного более незаметно и хитро.       - Он намного лучше владеет мечом, чем раньше. – С нажимом сказала Пирра.       - Боюсь, что ноль бесполезно умножать. – В ответ съязвила Вайсс.       - Не говори так, Жон не ноль!       В это время из кустов выбежали Маджента с Йортом.       - Где рубилово!? – заорал разгорячённый вакуоский гангстер. Заметив тающую тушу урсы, он разочарованно пнул подвернувшийся под ногу камень. – Блять, на минуту не успели!       - А ну не ругайся!       Их появление заставило Вайсс с Пиррой прекратить ссору. Они не хотели, чтобы это видел кто-то посторонний.       Жон бросил ещё один долгий взгляд в сторону ушедшего Кардина, словно хотел побежать за ним. Но через секунду он тяжело вздохнул и со слабой улыбкой сказал:       - Пирра, вернёмся к нашей команде.       - Да. – Улыбнулась она в ответ.       Эгрера не покидало ощущение, будто он пришёл на экзамен, не посетив до этого ни единого урока. Он ничего не понимал и просто смотрел им в след.

*Пятнадцать минут назад*

      Возможно, Жон сейчас стоит перед самым важным выбором в своей жизни.       Он понял, что что-то готовится ещё тогда, когда Кардин попросил его поймать целую коробку рапировых ос. Вернее не попросил, это слишком дружелюбное слово, Кардин приказал наловить ему коробку огромных злобных летающих насекомых с жалом в несколько сантиметров, потому-что его не жалко. В конце концов, их не просто так называют "рапировыми".       Жон знал, что скоро они пойдут в лес вечной осени за древесным соком. Так же он читал учебники по биологии за средние классы и знал, что рапировые осы любят сладкое. Сложить два и два было легко. Кардин задумал гадость и оставалось только гадать, кто станет его жертвой.       Гадать пришлось недолго.       - Чего ты медлишь, Жончик? – его мучитель, положил руку на плечо. – Давай, сделай это. Ты же не хочешь, чтобы о твоём маленьком секрете узнала Гудвич?       Эта угроза уже потеряла былую остроту и она подействовала бы лучше, если бы Кардин не использовал её при любом случае. Однако легче от этого не становилось, только наоборот - Жон ненавидел себя за то, что вот уже который день послушно делает всё, как только слышит эти слова. Словно кодовая фраза, которая пробуждает спящего агента из шпионского фильма. Словно чит, который берёт НПС под полный контроль.       Он смотрел на незамечающую его Вайсс. Она всегда о чём-то размышляла, ни на секунду не оставляя свой мозг без дела, и редко обращала внимания на окружающий мир. Жону очень нравилась эта её черта, особенно когда Вайсс задумчиво жуёт губу или ходит из стороны в сторону. Когда она ведёт себя так отстранённо, то крылья с нимбом сами собой рисуются за её спиной.       Даже в Лесу вечной осени, бесспорно очень опасном месте, она предпочитала быть подальше от своей команды. Янг с Руби были видны где-то в отдалении, всё ещё держа друг друга в поле зрения. Блейк была ещё дальше.       - Да чего ты ссышь, весь кайф обламываешь. – Дов взял его за голову и толкнул поближе к кустам, которые разделяли их с Вайсс.       Этот тип всегда был нетерпелив в том, что касается "розыгрышей", словно у него маниакальная зависимость шутить над другими. Это именно он додумался наловить рапировых ос и натравить их на кого-то с помощью сладостей, а Кардин сразу же указал, кто станет целью.       Но в защиту Дова стоит сказать, что придуманные им шутки обычно не такие жестокие, а в чём-то даже очаровательные. Только рядом со своим лидером, его воображение становится настолько болезненным.       Может быть, в другой команде он стал бы душой компании. Весельчак с которым никогда не скучно, хоть временами он и перебарщивает. Но вышло, что вышло.       - Ты жалеешь эту зазнайку? – Роль злодея в их пьесе приносила Кардину извращённое удовольствие. – У этой ботанки в башке ничего кроме уроков и оценок. У неё даже друзей нет.       А вот Жону нравилась эта её черта. Вайсс была эдакой сказочной принцессой в башне, но только без башни. С работой дракона она, кстати, тоже сама неплохо справлялась...       - Да он уже обосрался. – Усмехнулся Ларк. Пожалуй, он даже страшнее Кардина, тот хотя бы играет в друга, а этот и не пытается. Его злопамятству нет равных, он до сих пор припоминает тот толчок у оружейных шкафчиков, когда Жон ещё пытался сопротивляться.       Это только в книгах главный герой может пафосно превозмогать, но Жон был простым человеком. Да - у него теперь открыта аура, да - он учится в самой престижной академии охотников, и да - он лидер команды. Но он не умел обращаться со своими новыми способностями, в Бикон поступил незаслуженно, а его команда состоит из таких сильных людей, что любой из них мог бы победить его не напрягаясь.       В душе Жон всё тот же парнишка, который смотрит телевизор и восторгается прекрасному образу охотника. Идеалу. Храброму, сильному, непоколебимому, самоотверженному. Герою, способному сломить оковы судьбы или что там ему уготовил сценарист.       Реальность разочаровывала. Он был так низко, как не был никогда в своей жизни, любой здесь мог с лёгкостью его унизить. У Жона нет ни навыков, ни силы, ни хотя бы проявления.       Он чужой в Биконе.       И только сейчас, стоя перед сложнейшим выбором в жизни, эта мысль стала очевидна. Ему тут не место. Ему тут не рады. Он не нужен в Биконе, любой здесь намного лучше него. Даже Кардин и его команда имеют куда больше шансов стать достойными охотниками и заслужить славу.       Когда Жон ещё жил дома в Анселе, то часто читал комиксы про супергероев, воображая себя среди них. В одной из этих историй был герой, чей молот не мог поднять никто, кроме него самого. Для всех остальных он весил как целая гора.       Так вот, эта банка ещё тяжелее чем тот неподъёмный молот.       Но Жон держит её всего одной рукой. Он ей замахнулся.       Делай что велено и какое-то время ты ещё будешь учиться в Биконе, на шаг приблизишься к мечте. А не сделаешь и твоя жизнь будет разрушена.       Если бросить эту банку в Вайсс, то ей никто не успеет помочь, ведь следом полетит коробка с рапировыми осами. Перед тем, как на крики прибежит хоть кто-то, её уже сильно искусают.       Опухоли на руках зачесались. Жон знал как больно жалят эти летающие машины смерти, которые не являются Гримм только по какой-то досадной ошибке Создателей.       Быть героем трудно. Где-то краем сознания Жон это понимал, но и то не полностью. Все трудности, которые по его мнению испытывал герой - это сильные противники. Злодеи. Кардины, Ларки, Довы, Расселы, каждый герой встречал сопротивление. Без него герой не герой.       Но настоящий герой не тот, кто побеждает Гримм, безумных учёных или диктаторов, а тот, кто побеждает зло внутри самого себя. Трусость, гнев, отчаянье, слабости, искушения. Это тоже популярный сюжет в современной культуре, битва со своим тёмным Я.       Банка с древесным соком в руке отягощала руку.       Смотреть на тяжёлые моральные выборы героев по ту сторону экрана увлекательно. Они решают судьбы людей, городов, целых миров. А Жон не может решить собственную.       Но на самом деле выбор есть всегда. И сейчас он таков: пойти на поводу своей трусости или воспротивится.       И если Жон уже понял, что в Биконе ему не место, то мог бы хотя бы уйти красиво...       На душе сразу стало легко. Он развернулся и посмотрел Кардину в глаза. Тот ухмыльнулся, считая, что держит всё под контролем.       - Ну? Нам долго ждать?       - А не пойти ли тебе нахрен, козёл?! – банка с соком полетела в мучителя и разбилась о его нагрудник.       Жон был готов терпеть унижения, но принимать участие в унижении других не собирался категорически. Может он и не испытывал к Вайсс настолько же глубоких чувств, как герой романа, но вот так поступить с ней он бы никогда не смог. Уж точно не по указке Кардина.       Это правильный выбор, который разрушит его жизнь. Но Жон хотя бы проживёт её с достоинством. Он никогда не станет охотником, но будет героем. Маленьким, но героем.       - Ох, зря ты это. – Кардин угрожающе приблизился, пока его подпевалы окружали свою жертву как стая шакалов.       Жон достал меч. Он собирался драться серьёзно.       - Ой, посмотрите! – Дов тыкнул пальцем в Жона и начал свою клоунаду. – У него оружие, что же нам делать?! Он ведь с лёгкостью нас нашинкует, разбегаемся!       Остальные рассмеялись, разве что парень с ирокезом закатил глаза.       И всем было невдомёк, что к ним уже крадётся настоящий хищник.