Топ один рок-команда Бикона

      - Итак, что с Романом? – спросил Эгрер, найдя уединённое место на крыше одного из зданий Бикона.       - Ну... – протянула Мелани, круча в руке красное перо, – ты же хорошо знаешь Торчвика, да?       - О нет, я знал, что этот день когда-нибудь настанет! Скажите Джуниору, что я хоть и повздорил с семьёй, но я никакой информацией делиться не намерен. И точка!       Он уже собрался было сбросить вызов, но сёстры Мэлакайт панически замахали руками и начали наперебой что-то ему кричать.       - Ладно-ладно. – Сдался Эгрер, успокаивая близняшек. – Но скажите мне хотя бы одну причину, почему я должен сдать людей, которым едва ли жизнью не обязан?       - Никого сдавать не надо! – Заверила Мелани. – Куда ты гонишь, дай просто договорить. Короче - Торчвик мутит что-то тёмное, а Хей ненавидит чего-то не знать, и уж тем более когда что-то эдакое творится в его городе.       - Ты про участившиеся ограбления магазинов праха?       Милша отрицательно покачала головой.       - Если бы только это, Эг. Есть подозрения, что Торчвик в сговоре с~ – Её сестра толкнула её в бок.       - Хей будет беситься, если узнает, что тебе мы об этом болтаем. – Зашептала Мелани. – Короче, ты можешь навскидку сказать, что он задумал? Дела и правда тёмные, это не просто ограбления.       Эгреру очень не понравилось, что от него скрывают какую-то очень важную информацию про его приёмных родителей.       - Честно говоря, я даже не уверен, его ли это ограбления. Тут уж мне поверьте, Роман не действует настолько тупо. Прийти средь бела дня в магазин, грабануть его даже не побеспокоившись о свидетелях, а потом свалить на быкоглаве через весь город? И ладно, если бы это были отвлекающие манёвры для прикрытия налётов на крупные склады праха или типа того... но магазины? Грёбанные магазинчики? Это не его методы, скорее всего эти ограбления планирует кто-то другой. Ну, или Роман вдруг резко отупел, во что слабо вериться.       - Мысль интересная, но ошибочная. – Сказала Милша. – Торчвика не раз видели среди грабителей.       - Тогда без понятия, – почти честно ответил Эгрер, – обычно Роман не занимается такой мелочью. Но судя по тому, сколько магазинов он уже ограбил, ему нужны не деньги, а сам прах.       - Спасибо, Кэп, что бы мы без тебя делали? – с тонной сарказма ответила Мелани.       - Общественность в вечном долгу перед вами и вашим дедуктивным методом. – Вторила ей сестра.       - Да что вы вообще от меня хотите? Всё, что я знаю про эти ограбления, я узнал из новостей. Ваш босс торговец информацией, и если он ничего не знает, то я тем более. Хотя... – хитро протянул Эгрер, – вы-то как раз много чего про эти делишки знаете. Если вы со мной поделитесь деталями, я смогу догадаться, что Роман задумал. И для начала - колитесь с кем он в сговоре.       Мелани тяжело вздохнула и посмотрела на сестру. Та ответила ей тем же и слегка приподняла бровь. Они общались этим своим своим близняцким методом долгую минуту.       - Торчвик в сговоре с Белым клыком.       - Смешно. – Хмыкнул Эгрер. – А я встречаюсь с Вайсс Шни, прикиньте.       - Эг, – проникновенно начала Милша, – мы говорим правду. Может это неприятно осознавать, но Торчвик и правда работает с Белым клыком.       - Ты уж поверь нам. – Поддакнула Мелани. – Наши люди частенько видели твоего папку среди этих террорюг.       - Да что вы гоните!? – вдруг закричал Эгрер. – Роман и начал вдруг работать с этими маньяками?!       Он не поверил бы в это даже на секунду. Чтобы Торчвик был как-то замешан в общих делах с белоклыковцами? У него было золотое правило, обеспечивающее ему "преступную чистоту" как он любил выражаться: не иметь дел с наркобаронами, охотниками за органами и террористами. Это три, по его мнению, самые грязные стороны криминального мира, от которых он держал свой белоснежный костюм как можно дальше.       А Белый клык это не просто террористы - они прикрываются благими намерениями и являются самыми большими лицемерами и обманщиками на свете.       Когда Эгрер ещё жил в приюте и впервые услышал о том, что Белый клык оставил мирную борьбу и перешёл к решительным мерам, то обрадовался. Он подумал, что вот они! Те, кто всё изменит! Скоро всё станет хорошо!       И по началу всё было отлично. Белоклыковцы грабили богатеев, громили магазины в которых не обслуживали фавнов, вершили правосудие над коррупционерами и лживыми репортёрами, постоянно устраивали налёты на злосчастные шахты ПКШ, вызволяя рабочих практически из рабства. Это принесло плоды.       Но шло время и им дали отпор. Богачи построили себе неприступные замки, разрушения компенсировали ещё большим закабалением фавнов, а на улицы выпустили армию полицейских.       И тут в голову какому-то гению пришла мысль "Грабить эксплуататоров стало как-то сложно, а деньги на борьбу брать где-то надо. Значит - пора перейти на простой народ. Всё во имя высшего блага!"       Когда Эгрер это понял, то осознал, что кроме него о нём никто не позаботится. Полагаться на других опасно, это не принесёт ничего, кроме разочарования.       И теперь ему говорят, что Роман как-то связан с этими уродами. И не просто связан, а работает сообща! Торчвик не святой, но даже он бы не опустился до такого. Да и сам Белый клык, который из оплота расовой солидарности превратился в рассадник человеконенавистников, вряд ли бы пошёл на этот союз. Особенно учитывая, что Торчвика многие принимают за расиста из-за его скверного чувства юмора...       - Вы же понимаете, что говорите какой-то бред?       - Вот что имел ввиду Хей, когда говорил о собачей верности... – проворчала Мелани.       - Вообще-то волчья. – Оскорблённо поправил Эгрер. – Волчья верность своей стае, и в этом нет совершенно ничего плохого.       - Никто не говорит, что это плохо, это просто не даёт тебе понять ситуацию целиком. – Примирительно ответила Милша.       - Всё я понимаю! Роман как всегда обвёл вокруг пальца весь, мать его, Ремнант, а вы и рады повестись. Хей там в маразм впал что-ли, раз всерьёз воспринимает такое?       - Если ты не веришь нам, то хотя бы себе поверишь?       - Что ты имеешь в виду?       - Как гласит древняя мудрость, – Мелани начала парадировать его хриплый голос, – лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.       - Через неделю в порт прибудет крупная партия праха. – Продолжила за неё сестра. – Думаю, Торчвик не упустит такой возможности.       Эгрер со вздохом кивнул. Он не верил, что это правда, но не проверить просто не мог.       - Спасибо хотя бы за то, что не стали тайком из меня информацию вытягивать.       Сёстры Мэлакайт слегка поморщились и переглянулись, словно им было за что-то стыдно.       - Не стоит думать, будто мы вдруг прониклись к тебе такой симпатией, что не стали бы обманывать. – Тихо сказала Милша. – Хей нам всё равно дороже.       Это прозвучало слегка грубовато, но зато честно. Она всегда была намного более открытой, чем её сестра. Мелани на эту исповедь только закатила глаза.       - Тут просто вопрос такой, что только напролом можно идти. Мы передадим Хею, что тебе нужно подумать. Пока, Эг. Надеюсь, мы ещё поболтаем в менее... деловой обстановке.       Свиток погас и Эгрер поплёлся обратно на арену, задумчиво почёсывая щёку.       "Торчвик и Белый клык, значит..."       Он ни на миг не сомневался, что это всё какая-то уловка Романа. Вот только зачем ему марать свою репутацию добропорядочного вора связью с террористами, хоть и мнимой? Какую цель он преследует? Зачем ему столько праха?       С каждой минутой вопросов становилось всё больше, а ответов нет. Пусть Эгрер и провёл несколько насыщенных лет под опекой Романа, но каким местом этот криминальный гений выдумывает свои поехавшие планы так и не понял. Любая задумка Торчвика максимально выпендрёжна, неадекватна и эффективна, поэтому пытаться понять его замыслы так же бесполезно, как замыслы Мадженты.       От этого сравнения Эгрера передёрнуло.       В любом случае, всё, что ему сейчас остаётся - ждать.

***

      Это был самый обычный день в Биконе. Никаких предпосылок к чему-то "эдакому" не было и в помине.       Кое-как отучившись первые две пары, весь Бикон собрался в столовой на обед. Команда Маджести как всегда села рядом с Джунипер, а те в свою очередь подсели к Рубин. Как и всегда Йорт с Илльмондом были против этой идеи, но Маджента как всегда воспользовалась правом командовать. Эгрер, кстати, тоже был против, потому-что когда они собираются все вместе, то его тянет чихать, а из носа текут сопли.       Он только недавно начал подозревать, что что-то тут неладно...       Но кое-что кардинально было не так. Вещь настолько обыденная, что на неё уже никто не обращал внимания. Настолько типичная, что никто не сомневался в том, что сегодня всё будет как вчера, позавчера и позапозавчера. Если бы кого-нибудь прямо сейчас спросили, что же тут не так, то этот кто-то даже не понял бы вопроса.       А дело было в том, что у Эгрера сегодня не было аппетита. Совсем. Он только и делал, что смотрел на свои два подноса с едой, но не смел к ним прикоснуться.       Ложка одиноко лежала рядом с тарелкой борща, картофельное пюре уже остыло и начало твердеть, масло в манной каше растаяло и тонкой плёнкой растеклось по её поверхности, какао в четырёх кружках осело, батон хлеба перестал источать запах свежей выпечки...       Жона до сих пор чествовали за его невероятную победу над Кардином, и никто не видел этого ужасного различия с рутинной повседневностью. Только один человек, который знал Эгрера достаточно давно, чтобы понять всю серьёзность ситуации, заметил аномальное поведение своего друга.       - С тобой всё хорошо? – тихо спросил Илльмонд. – Ты сегодня всю ночь не спал.       - А? Да, задумался просто.       - Ясно... – У него никогда не получалось разговаривать с людьми. Поэтому он навсегда останется одиноким хикканом-извращенцем. – А... о чём думаешь? Если не секрет, конечно.       - О многом.       - Понятно... – Илльмонд неловко огляделся, стараясь сделать вид, будто он только-что ни с кем не разговаривал. – И как?       - Никак. – Раздражённо ответил Эгрер. Он ни разу не соврал, когда сказал, что задумался. – Отстань, а. Мешаешь.       - Ладно.       Когда раздражитель пропал, Эгрер смог вернуться к своим тяжёлым мыслям.       Сегодня он и правда почти не спал, каждую минуту заново прокручивая тот разговор с сёстрами Мэлакайт. То, что они ему рассказали, было несусветным бредом, но почему-то у него не получалось просто взять и перестать об этом думать.       Чем бы Эгрер не занялся, его мысли неуклонно текли к будоражащей мозг теме "правда ли Торчвик работает с Белым Клыком?". И хотя он почти полностью был уверен, что нет, но коварная мысль "а вдруг" не давала ему покоя.       Эгрер обдумывал это с совершенно разных сторон.       Он представлял себя независимым и беспристрастным критиком, который вдруг услышал эту новость прямо на улице или в автобусе. Критик пришёл к выводу, что это просто бредни и что людям совсем уже обсуждать нечего.       Эгрер надевал личину журналиста, к которому пришли с этой новостью и предложили сделать из неё сенсацию. Журналист пришёл к выводу, что такая идиотская сенсация разрушит ему всю карьеру.       Следующим был крупный босс мафии, которому шестёрка только что доложил, будто Торчвик работает с Белым клыком. Босс пришёл к выводу, что честного вора просто пытаются оболгать или подставить.       Под конец он представлял себя полицейским, которому начальство приказало устроить засаду в доках на Торчвика и белоклыковцев. Полицейский пришёл к выводу, что сперва надо рассказать этот анекдот своим коллегам.       Как ни посмотри на эту информацию, но звучит она как полный бред. Эгрер очень хотел просто выбросить это из своей головы, но у него не получалось. И теперь он будет страдать ещё шесть дней восемь часов и тринадцать минут, пока Торчвик не заявится в порт за партией праха.       Эгрер решил, что это обязательно надо увидеть собственными глазами. Тогда всё встанет на свои места.       Осталось только дождаться.       Но почти сто шестьдесят часов без ответов... он бы не выдержал такой пытки. Уже на следующий день, кое-как переждав бессонную ночь, он хотел написать маме что-то вроде "Вы работаете с Белым клыком?", но остановился. Конечно, Эгрер страстно желает получить ответы, но вот так прямо ей написать не мог. Он ушёл из их небольшой семьи и не имел права спрашивать о чём-то таком.       Эгрер начал искать уединения и часто пропускал уроки. Он сбегал в Вейл и подолгу сидел в порту, не то в пустой надежде вдруг встретиться с отцом, не то желая найти следы подготовки к грядущему ограблению.       Но каждый раз возвращался в Бикон всё мрачнее. Время в одиночестве явно не шло ему на пользу, и его команда не могла этого не заметить. Однажды его подловили вечером, как раз когда он вернулся после прогулки по докам.       - Говорю ещё раз, я просто гуляю.       - Ты уже третий день ничего не ешь. – Сказал Илльмонд. – И каждый вечер куда-то от нас сбегаешь.       - А ещё ворочаешься по ночам, спать невозможно. – Дополнил Йорт. Его это тоже волновало, хоть он и не подавал виду.       - Мне просто надо немного отдохнуть, ладно? Подальше от... всего.       - Я поняла. – Кивнула Маджента. – В таком случае завтра мы пойдём гулять в Вейл все вместе!       - Мадж, что в словах "мне надо отдохнуть от всего" тебе не ясно? Под термином "всё" подразумеваетесь вы тоже.       - Тебе надо не отдохнуть, а развеяться. – Возразила она, важно подняв палец. – А в компании это сделать легче. Тем более праздник же! Надо прогуляться по городу.       Эгрер долго пытался спорить, но всё-таки махнул рукой. К тому же, какой-то извилиной он понимал, что отвлечься и правда нужно. Не то такими темпами он не переживёт эту неделю - спятит раньше.

***

      По всему городу развесили флаги всех четырёх королевств: скрещённые топоры Вейла, три опущенных меча Вакуо, щит с факелом Атласа и лампу Мистраля.       Указом Мадженты вся стая отправилась в город, чтобы проникнуться настроением грядущего праздника и отринуть все тяжёлые мысли. Вот только всё омрачал один факт - у неё совсем не было плана, и они просто ходили по улицам. Стая уже успела заскучать, но сама Маджента была в восторге и отрывалась на полную катушку.       Она с интересом подбегала к каждому иностранцу, обходила его по кругу, принюхивалась и, не обращая внимания на их паникующих вид, тянула руку. За всё это время её осмелились пожать лишь двое таких же чудиков. Простые обыватели едва ли не бежали от странной девушки с разноцветными волосами и огнемётом за спиной. Она даже противогаз надела! По её словам - чтобы показать решимость своей команды занять первое место на турнире Вайтала. Как будто и так не ясно, что победит команда Пирры...       - Давайте сделаем хоть что-то. – Простонал Илльмонд. Их лидер забрала у него свиток, что тоже было здравой идеей, и теперь тот страдал от непереносимой скуки. Внешний мир ему был совсем неинтересен. – Вон там мороженщик, давайте сходим.       - Илль куда-то нас зовёт? – Поражённо спросил Эгрер. – Что-то где-то сдохло? На нас падает луна?       - А ты сам хочешь дальше болтаться по улицам и домогаться до прохожих? – он кивнул в сторону Мадженты, которая напугала двух детей. Они спрятались за матерью, но та и сама была бы рада кем-то прикрыться. – Если так продолжится, скоро сюда вызовут полицию.       - Её надо остановить. – Кивнул Йорт.       - Ты согласился с Иллем?! Боги, да на нас реально падает луна!       - Эг, сука, от твоих попыток вести себя как всегда меня щас вырвет. Кончай этот цирк, тебе не положено в нём выступать.       - Ха-ха. – Эгрер саркастично похлопал в ладоши и раздражённо проворчал. – Смешная шутка про волков. Ха-ха. Щас помру.       - Вот это мой Эг, которого я знаю. – Йорт хлопнул его по спине. – Чувствуешь злость - матери всех вокруг, херли сдерживаться и притворяться?       - Я ради Мадж стараюсь. Пусть думает, что её задумка удалась.       Эгрер согласился на эту прогулку только ради того, чтобы от него наконец отвалили. Даже здесь он почти каждую секунду продумывал в голове точный план того, как будет действовать при той или иной непредвиденной ситуации в порту. Когда наступит час Икс, он будет готов.       И разумеется, его очень бесило, что собственная стая не понимает простого слова "отвяньте" и отвлекает от этого важного дела.       Сейчас он чувствовал себя даже хуже чем во время переосмысления своей борьбы с Маджентой. Тогда он смог сдержаться и не ударить её, но сейчас его терпение было как ломкий лёд - треснет от простого ветерка.       - Эй, Мадж! Хочешь мороженку? – крикнул Эгрер.       - Да! – Это было просто, даже слишком.       Она отстала от детей с предложением поиграть с её огнемётом и воздушной походкой попрыгала к ним. Даже сквозь противогаз отчётливо ощущалась её улыбка от уха до уха. Покорно подойдя к Эгреру, её тут же обступили со всех сторон и взяли в боевое построение. Но Маджента осталась слепа к такому неудобному происшествию. Её переполняло счастье и ничего, кроме этого счастья, её не интересовало и интересовать не могло.       - Чему ты вообще так рада? – спросил Эгрер, уводя её подальше от людей. – В смысле, ты и так по умолчанию на подъёме, но сейчас это уже раздражает.       - Ну так праздник же! Надо веселиться. – Сказала она таким покровительственным тоном, будто это само собой разумеющейся факт, который стыдно не знать.       - До праздника ещё почти месяц, сейчас только подготовка.       - Правда?! – Маджента в шоке уставилась на него. – А я думала... На прошлый Вайтал я праздновала, когда эти ленточки с картинками развесили. То есть я не правильно праздновала?       - Эти ленточки называются флагами. – Поведал ей Илльмонд. – Ну и да, ты отмечала не в тот день.       Это стало сильным ударом для Мадженты, будто вся её прошлая жизнь в миг обесценилась. Она замерла посередине дороги, сквозь окуляры её противогаза виднелись широко раскрытые глаза. Но Маджента не была бы Маджентой, если бы суровые откровения жизни могли её сломить. Уже через пару секунд она вернулась в норму и поскакала дальше.       Фургон мороженщика одиноко стоял у обочины, никто не хотел покупать мороженое осенью. Внутри сидел скучающий мужик рабочего телосложения с бычьими рогами.       От нечего делать, он наматывал свои усы на палец и морщился от боли, когда натягивал их слишком сильно. Однако, заметив их приближение, мужик ойкнул и быстро спрятался в свой фургон, через секунду снова показавшись в окошке. Он протянул им четыре вафельных печеньки.       - Охотникам бесплатно.       - Ого, дядь, ну и сервис. – Одобрительно закивал Эгрер. – С таким бизнес-планом далеко пойдёшь.       - Обанкротится. – Не согласился Йорт, передав свою вафлю засиявшей Мадженте. – На всех охотников не напасёшься.       - Ну дык, ко мне не все идут. – Начал оправдываться мороженщик, хитро им подмигнув. – А те, кто пришёл, обязательно покупают что-нибудь ещё.       - Ну хитрец, аж из принципа ничего брать не хочу. – Фальшиво рассмеялся Эгрер, но Маджента вдруг ни с того ни с сего схватила его за ухо и потянула вниз.       - Нет, хочешь. – Сказала она, сняв противогаз. – Ты обещал мороженку.       - Отпусти, дура, я пошутил! Будет мороженка, будет!       - Мне три ванильных. – Тихо шепнул Илльмонд, одев капюшон и спрятавшись за широкой спиной Йорта. Бедный хиккан не смог набраться смелости и сказать это лично.       - А жопа не слипнется? – пробурчал вакуоский революционер в бегах.       - Мозгу надо много сладкого для эффективной работы.       - Плевать. Три ванили и это, в форме цветка. – Он тыкнул пальцем в стенд, где красовался весь ассортимент этого фургона.       - Мне шоколадный рожок. – Сказал Эгрер, достав кошелёк. – Мадж, а ты что будешь?       - Мне вот это красное.       - Любишь арбузы? – доброжелательно спросил мороженщик, снова спрятавшись у себя.       - Нет, просто эта мороженка похожа на стейк с кровью. – Внутри что-то упало и разбилось. Эгрер прекрасно понимал, какой диссонанс должно быть испытал бедняга. Не каждый день слышишь такое от миловидной девушки, даже если за её спиной огнемёт, а на шее болтается противогаз.       - Вот. – Мороженщик потирал лоб, но ему удалось удержать профессиональную улыбку. На его голове болталась чашка, прицепившаяся ручкой за рог, но мороженщик её не заметил. Или сделал вид, что так и было задумано.       - Спасибо. – Эгрер протянул деньги, но мужчина вдруг замер.       Мимо промчалась полицейская машина с включённой сиреной. Он напряжённо следил за ней и расслабился лишь когда та свернула за угол.       - Фух, всё-таки не у нас. – Вздохнул Мороженщик, давая сдачу. – У нас тут на улице три ограбления уже случилось. Всё боюсь, что и меня обнесут.       - Дядь, магазины праха грабят, а не мороженщиков. Никому не сдалась твоя касса.       - Экий ты парень. Совсем не знаешь ведь, как у нас всё устроено.       - Это я-то не знаю? – Усмехнулся Эгрер. – Ну так просвети.       - Пока полиция разбирается с кражами праха, всякие хулиганы под шумок грабят честных людей. Брата моего обворовали на той неделе, коллегу по цеху избили, а ещё тут шпана с ножами по вечерам ходит и кидается на всякого встречного.       - А ведь правда. – Вынужденно согласился Эгрер. Он уже и забыл как это всё работает в преступном мире, что несомненно считал добрым знаком - чем меньше в нём от преступника, тем больше музыканта. – И всё это прямо перед праздником... У Торчвика совсем нет чувства такта.       - Вор, что с него взять. – Важно кивнул мужик и кружка на его роге сделала три оборота. – Как бы он не рядился, а гнилую душонку за одёжкой не спрячешь. Суть то она всегда в делах, а ничего кроме злодейств он не делал!       Эгрер решил промолчать, хоть и был резко против такой характеристики своего приёмного отца. Он просто увёл стаю на лавочку, подальше от этого места.       - И ничего он не злодей... – Бурчал Эгрер под нос, кусая вафельный рожок. Если бы Роман был настолько плохим, то не помог бы ему, не одел и не накормил, не взял бы с собой. – Он просто гадкий, но не злодей...       С самого начала его знакомство со своими приёмными родителями было странным. Торчвик и Нео были не местными, что становилось ясно по их опрятному виду и щурящимся глазам, которым было мало редких едва работающих уличных фонарей. Им точно нужен был проводник по тёмным туннелям мистральской фавелы, и никто не подойдёт на эту роль лучше, чем ребёнок, который везде шныряет, всё видит и всё слушает. Да и платить такому почти ничего не надо, пары горячих обедов и конфеты будет достаточно.       Именно так Эгрер и сказал обескураженному Роману, который бросил ему один жалкий льен, похвалил за творческий подход к попрошайничеству и пошёл дальше.       Но Эгрер не отстал и продолжал допытываться до будущего всемирно известного криминального гения, задумав того обмануть и обворовать. Но Торчвик вдруг взмахнул руками и признался, что у него нет денег ни на обеды, ни на конфеты, и что последний льен отдал ему только что. Эгрер не поверил и в шутку предложил ему отдать шляпу за свои услуги, а тот неожиданно взял и согласился.       То ли из жалости, то ли из-за доброжелательного отношения к нему Нео, но Эгрер передумал их обманывать и решил просто взять и помочь. Да и что с них взять, с таких же нищих, как он? Так началось их сотрудничество.       Когда мелкий воришка сделал всё что от него требовалось: показал секретные места, нужных людей, рассказал кого лучше не злить и кто падок на лесть, то собирался просто уйти. Ловить тут явно было нечего. Но Роман вдруг пообещал, что обязательно выкупит свою шляпу обратно за очень большие деньги, если он подождёт несколько дней и сохранит её в чистоте.       Расставаться с таким клёвым аксессуаром было больно, он никак не ожидал, что те два чудика смогут раздобыть денег так быстро. Тем более, что Эгрер уже привык играться с обновкой: уважительно снимать после своих музыкальных выступлений перед другими приютскими, подбрасывать в воздух и ловить, крутить на указательном пальце...       - Ты выглядишь грустным. О чём думаешь? – вдруг спросила Маджента.       - Да так... о прошлом. – Потеряно ответил Эгрер. – Всё так сильно изменилось. Я учусь в Биконе, ни в чем не нуждаюсь, строю грандиозные и вполне осуществимые планы на будущее, но я всё время тоскую по старым временам. А ведь если задуматься, мне не о чём грустить.       - Может раньше всё было проще?       - Хм... а ведь правда. – Кивнул он на её меткое замечание. – Тогда я просто плыл по течению. В каком-то смысле так и правда проще жить. Никаких мыслей о карьере или музыке, просто пытайся свести концы с концами.       - Прямо как скот. – Сказал Йорт, откусив от своего мороженного половину. – Не поверю, что ты мог так жить.       - Честно говоря, я почти не помню как жил до того, как отец открыл мне ауру. Воспоминания такие блеклые. Только пара моментов отчётливо отпечатались в моей голове.       Вопрос Торчвика "Ты хочешь сдохнуть в этом месте как крыса или попытаешься хоть что-то изменить?" и его улыбка, когда Эгрер ответил "А вы?"       Тогда Роман рассмеялся, а после со всей серьёзностью сказал, что если Эгрер станет бесполезен, то его сразу бросят где-нибудь на улице. До него не сразу дошло, что это было приглашение.       И лишь через несколько лет он узнал, что это стандартная схема для поиска верных последователей. Вытащить со дна ребёнка, обеспечить всем необходимым, вырастить в строгости именно таким, каким тебе надо. Доверие и верность - вот главная валюта криминального мира. А кто будет более верен, чем обязанный тебе по гроб жизни мальчишка, который вырос с идей, что за всё это нужно отплатить? И как отплатить за жизнь в сытости, кроме как абсолютной верностью?       Возможно именно это осознание стало отправной точкой того пути, который привёл Эгрера к побегу. Хотя, это ничуть не умаляет его долг перед Романом.       - Я тоже своё детство плохо помню. – Радостно заявила Маджента, болтая ногами. – Наверное, потому-что оно было жутко скучным.       - У тебя и скучное детство? – недоверчиво усмехнулся Йорт.       - У меня с рождения была редкая болезнь и я до шестнадцати лет пролежала в больнице. – Объяснила она и все сразу же сделали неловкое выражение лица. Да и сама Маджента больше не фонтанировала счастьем как раньше. – Кстати, как раз про болезнь я всё помню очень хорошо: и лечение, и симптомы, и даже почему палаты красят в зелёный. Психологи считают, что он успокаивает. Наверное, я просто перечитала книг по медицине, тогда кроме этого мне не чем было заняться.       - А что за болезнь? – спросил Эгрер через секунду тишины. Он не хотел, чтобы она считала, будто из-за неё все вдруг потеряли праздничное настроение. Маджента ведь так старается.       - Да так, ты вряд-ли о ней слышал. Ничего опасного.       - Из-за неопасных болезней не лежат в больнице всю жизнь. – Заметил Илльмонд, который воспринял эту информацию намного ближе к сердцу.       - Ничего опасного, – повторила она. – просто мешает жить. Я вылечилась, если вас это волнует. В шестнадцать у меня открылась аура и она сделала всё вместо лекарств. Через полгода меня выписали.       - Аура не открывается по пустякам сама по себе, – сказал Йорт, сложив руки на груди, – только если грозит смертельная опасность.       Маджента просто пожала плечами и не стала как-то объясняться. А он решил не давить.       - Целых шестнадцать лет провести в четырёх стенах... – пробурчал Илльмонд, который больше всех знал, какого это. Вот только его изоляция была добровольной и не настолько продолжительной.       - Ну, каждый день ко мне приходили родственники, приносили цветы и конфеты, так что мне не было одиноко. Правда, со временем их становилось всё меньше и в какой-то момент меня продолжили навещать только родители и младший брат. Но врачи всегда были со мной! – Позитивно заключила Маджента.       - Тебя хоть на улицу пускали?       - Конечно. Даже больше - специально для меня построили свою больницу с садом, фонтаном и игровой зоной.       Стая недоумённо переглянулась. Маджента сказала это таким само собой разумеющимся тоном, будто каждого нуждающегося при необходимости обеспечивают чем-то похожим. Было не ясно, очередная ли это выдумка или просто преувеличение.       - Это же очень дорого. У тебя что, родители миллиардеры? – усмехнулся Эгрер.       - Да. – Ответила она, не моргнув и глазом. – Ещё до моего рождения мама выиграла миллион в лотерее, а папа основал на них компанию электроники. Сейчас "Электроприборы Тоти" занимают лидирующее место в мире по производству компьютеров, свитков и чипов для военной техники.       Стая снова переглянулась и тут же полезла в свитки, чтобы проверить эту информацию. К их ужасу такая компания действительно существовала, и своим богатством уступала лишь ПКШ.       А фотография её владельцев, супружеской четы Тоти, не оставляла сомнений - они точно родители Мадженты. Семейное сходство налицо, не говоря уже о том, что у женщины на фото разноцветные волосы. Фавн-наследие бабочки, которое передалось их дочери, не иначе.       Но было кое-что ещё. То, что повергло в шок настолько сильно, что мороженое успело растаять и стечь на асфальт.       Маджента - наследница "Электроприборов Тоти".       Когда-то в её руках окажутся производственные мощности, которые снабжают электроникой почти весь известный свет. Когда-то она войдёт в топ-три богатейших предпринимателей мира. Когда-то к ней перейдёт ответственность за тысячи рабочих мест. И почти не возникало сомнений - она всё испортит.       В сети было полно слухов про таинственную наследницу конгломерата Тоти, о которой не было никаких точных данных и которую никто никогда не видел. Лишь смазанное фото десятилетней девочки с разноцветными волосами, которая выглядывала из окна, давало людям понять, что Маджента не выдумка и реально существует.       - Охренеть, ну ты везунчик. – Сказал шокированный Йорт, хлопнув Эгрера по спине. – Это получается, ты дружишь с наследницами двух богатейших семей в мире.       - Тебя волнует именно это?! – завопил Эгрер, который был удивлён на несколько порядков больше. – Мадж... она же будущая миллиардерша!       - Чё ты так орёшь? Первый раз будто такое видишь.       - Вайсс это Вайсс, а Мадж это Мадж! Ты реально не замечаешь разницы? Этого не может быть! То есть, вспомни как мы впервые встретились с Мадж - она шла одна ночью под дождём...       - Я люблю гулять под дождём. – Её замечание осталась незамеченным.       - ...по улицам Вейла и если бы мы случайно с ней не столкнулись, она бы померла с голода. Вспомни! Вспомни, как она смотрела на меня и на мой бич-пакет. Что дочь миллиардера делала в таком месте, в такое время и в таком состоянии?       - Я просто хочу поиграть с братом. – Объяснение Мадженты ничуть не добавило ясности и вызвало у Эгрера только болезненный стон. Она будто просто сказала первые всплывшие в голове слова.       - А можно поподробнее? И желательно с самого начала.       - Меня тогда как-раз выписали из больницы и мы с братом постоянно во что-то играли. Крестики-нолики, домино, шашки, прятки, покер, в рулетку пару раз, пока нас не застукала мама. Она забрала у нас револьвер и пообещала вернуть, когда кто-то из нас станет охотником. Ну и раз у меня уже была открыта аура, то я решила пойти в Бикон~       - Постой-постой, слишком быстро! – Эгрер закрыл Мадженте рот и попытался понять происходящее. Вышло не очень, с каждой секундой вопросы плодились всё быстрее, грозясь раздавить под собственным весом его хрупкий рассудок. У него и так в голове мало места осталось после размышлений о связи Романа и белоклыковцев, а тут ещё такое. – Для начала: вы играли в ту самую рулетку с револьвером? Притом аура была только у тебя?       - Угу. – Промычала она.       - Я херею с вашей смелости. – Уважительно кивнул Йорт, подняв своё растаявшее мороженное как бокал во время тоста. – Забудь о том, что я говорил раньше. Ты достойный лидер, не то, что некоторые, и я горжусь тем, что следую за тобой.       - Думай, о чём говоришь, балда. – Илльмонд стукнул его по ноге. – А если бы она пострадала? Её брат вообще мог умереть!       - Вот именно поэтому она и достойна вести нас.       Эгрер проигнорировал их разговор и попытался сформировать свой следующий вопрос.       - А твой брат... он тоже?.. – неопределённый взмах в сторону её волос, – бабочка?       - Угу.       - Ладно, это всё объясняет. И ты правда решила поступить в Бикон, чтобы мама вернула тебе пистолет? – Маджента аккуратно взяла его ладонь и убрала со своего лица. Эгрер не сопротивлялся.       - Револьвер. – Поправила она, после чего вернула руку на место.       - Так да или нет!?       - Угу.       - А твои родители? Они вообще знают, где ты?! – Маджента снова убрала его ладонь.       - Конечно, я же не сбегала из дома. Я сразу сказала маме, что пойду учиться в Бикон, и она даже сделала мне бутербродов в дорогу.       - Тогда почему ты шла ночью под дождём голодная и даже нигде не остановилась на ночь? Потеряла деньги с едой?       - Угу.       - Но почему ты жила с нами в жалкой однушке и ела бичпакеты? Только не говори, что забыла, что ты наследница многомиллиардной компании.       - Эг, как можно забыть что-то настолько важное?       - Ты бы могла. Вполне в твоём стиле.       Маджента пожала плечами, она и сама не знала ответ. Может просто захотела попробовать бедняцкую жизнь на вкус, причём буквально, поэтому и не позвонила своей семье. Гадать тут бессмысленно, это же Маджента.       Но о чём гадать точно не приходится, так это о том, что данное откровение ничего не изменит. Маджента всё так же останется для них безответственной чудачкой, верной подругой и их лидеркой. Несмотря на то, что она будущая миллиардерша...       - Почему ты не говорила об этом раньше? – спросил Илльмонд, который всегда с особой ревностью собирал малейшие знания о своей "вайфу", как он говорит. Вот только вбить в экстранет её имя, видимо, так и не додумался.       - Повода не было. Это так важно?       - Ни капли. – Пожал плечами Йорт. – Но историю про рулетку могла бы и рассказать, едрить тя в корень.       - Так, я почти уверена, что это какое-то вакуоское ругательство. – Сказала Маджента, неуверенно потянувшись к уху их ручного великана. Тот резво отсел подальше.       А тем временем Эгрер пытался переварить это откровение. На самом деле эта история ничего не объяснила. Разве что теперь понятно, что она слегка сумасшедшая как раз из-за долгого одиночества и что привязалась к ним так сильно тоже из-за него. Они её первые друзья.       - Как мало мы о тебе знаем. – Покачал он головой.       - Да вы сами не лучше. – Ответила Маджента. – Все свои проблемы вы постоянно сдерживаете в себе. А надо доверять остальным! Мы же команда, помогать друг другу наша прямая обязанность.       - Именно! – подхватил Эгрер. – Сколько нервов я бы мог сохранить, если бы вы почаще мне говорили о своих тревогах. Вы-ж знаете, что я всегда готов помочь вам~       - Эг, я тебя тоже имела ввиду.       - А? Я вам не доверяю? Да ничего подобного!       - Тогда почему ты всё время куда-то сбегаешь и постоянно огрызаешься?       Эгрер промолчал, он не хотел говорить им о возможной связи своего отца с Белым клыком. Тем более Маджента даже не знает, кто именно его отец. Такое откровение может плохо сказаться на ней, она и так с трудом приняла то, что они с Йортом бывшие преступники.       - Вот видишь? До настоящей команды нам ещё очень далеко. Мы не можем довериться друг другу полностью, какие-то тайны до сих пор стоят между нами. Ты никогда не говоришь о своих проблемах, чтобы не беспокоить других, Илль просто не хочет, чтобы к нему лезли, а Йорт не доверяет никому, кроме себя. Только у меня нет от вас никаких секретов. Нам надо больше друг другу доверять.       Верные слова, но их никто не воспринял всерьёз. Саму Мадженту никто никогда не воспринимал всерьёз. Даже когда она получила значок лидера и стала слегка ответственней, для них она всё тот же неразумный ребёнок, который постоянно творит всякие безумства.       Может ли она сказать что-нибудь стоящее?       - Мы и так доверяем друг другу слишком многое. – Проворчал Йорт.       - Мадж, некоторые проблемы слишком личные. – Поддакнул Илльмонд. – И они называются "личными", потому-что их надо решать самому. Не надо брать пример с Эга и лезть, куда не просят.       - У вас что ни проблема, то личное. – Маджента надулась и сложила руки на груди. Эгрер тоже обиделся.       - Это когда я лез куда не просят?       - Смеёшься? Не, ты щас реально это ляпнул? – риторически спросил Йорт. – Ты постоянно приставал ко мне со своей "дружбой", вёл эти свои разговоры по душам и всё время чё-то вынюхивал.       Эгрер хотел было сказать, что это другое, но Илльмонд начал говорить раньше.       - Согласен. Эг, ты будто считаешь, что мы не можем сделать что-то сами. Хотя как раз в наших проблемах именно мы разбираемся лучше всего.       - Если бы любой вопрос можно было бы решить в одиночку, то не нужна была бы ни дружба ни вообще хоть какое-то общество. Зачем людям объединяться, если каждый может решить что угодно и так? Со стороны выход всегда видно лучше.       - Со стороны легче судить. – Не согласился Йорт. – Как раз из-за твоей доставучести я терпеть не мог твоё лидерство. Тёмная эпоха в истории нашей группы.       - Ну, может я немного навязчивый, но намерения-то у меня самые чистые! И не надо так преувеличивать, я просто очень дружелюбный.       - Я бы назвал тебя не дружелюбным, а помешанным на дружбе. Дружба то, дружба это, как важно защищать друзей и всё в том же духе. Бесит.       - Ага. – Снова поддакнул Илльмонд. Их нынешнее единомыслие уже начало пугать. – Может, тебе раньше просто друзей не хватало, вот ты за нас так и цепляешься?       Эгрер не считал свою дружелюбность чем-то плохим. Такого уж его главное качество, лежащее в основе личности. Открытая аура помножила его во много раз и получилось то, что получилось.       - Я интроверт, ты пойми. – Снова заговорил Илльмонд. – Мне не нужно так много друзей, мне хватает вас троих. Это ты без толпы знакомых зачахнешь, а я и один могу жить, сам с собой.       - Да что ты такое говоришь? Никто не может прожить всю жизнь в одиночку~       - И вообще - нам надо не доверять друг другу больше, а верить друг в друга. Ты нам не веришь, Эг. Ты думаешь, что без тебя мы обязательно напортачим или сделаем всё не так. Или ты считаешь, что мы только и ждём, когда же наш рыцарь придёт и спасёт нас? Мы и без твоей помощи можем что-то делать.       - Не можете, потому-что вас и так всё устраивает! Йорт с радостью вообще ушёл бы от нас, а ты постоянно держишь всё в себе и я боюсь, что это может вылиться во что-то страшное. Я просто пытаюсь сберечь нашу команду!       - Страшное? Ты боишься, что я снова попробую спрыгнуть с моста? – Эгрер осторожно кивнул и Илльмонд рассмеялся. Вся его язвительность вдруг куда-то пропала. – У меня уже давно нет таких мыслей, Эг. С тех пор, как подружился с тобой.       - Что-то я сомневаюсь, что мое общество настолько чудодейственное.       - Не твоё общество, а время. Ты всегда что-то делаешь и во что-то влипаешь, рядом с тобой происходят всякие интересные вещи. Некогда думать о тяжёлом. К тому же я увидел много других людей, у которых проблемы пострашней моих. И при этом они не спешат уходить из жизни.       - Еба-ать. – Протянул Йорт. – Я, конечно, знал, что ты слегка пришибленный, но что-б настоко? С моста, говоришь, прыгал?       - Постойте! – вдруг крикнула Маджента, которая даже не обратила внимания на ругательство. – Ты правда пытался сделать... это? – она провела большим пальцем себе по шее и высунула язык.       - Да, пытался. Но я решил эту проблему, причём решил самостоятельно. – Илльмонд сделал особый акцент на последнем слове и снова обратился к Эгреру. – Верь в нас.       - Я бы верил, если бы вы хоть что-то делали. Но вас, как я и сказал, всё и так устраивает. Взять хотя бы Пирру~       - С Пиррой я тоже могу сам разобраться. Это только наша с ней проблема. Скорее даже только моя.       - Тогда сделай хотя бы один шаг в этом направлении. Потому-что всё это время ты от неё просто прятался. Вылези уже из своей скорлупы! Или ты думаешь, мне заняться больше нечем, кроме как за вами подтирать?       - Может и есть чем, – взял слово Йорт, – но "подтирать за нами" как раз твоё любимое занятие. И мы об этом не просим, если ты не в курсах.       - Ну конечно не просите! Вы неплохо себя чувствуете и в обосранных штанах, а мне рядом с такими неприятно находиться, между прочим.       - Думаешь, придумал до хрена красивую аналогию и теперь прав? У меня тоже одна такая есть - иди нахуй.       Эгрер подскочил и взял Йорта за грудки. Тот смотрел на него с молчаливым вызовом, он был готов задуматься о чужой правоте, только если перед этим его побить. И драка бы точно случилась, если бы не тихая просьба Мадженты:       - Пожалуйста, хватит ссориться. Мы должны были сблизиться ещё сильнее, а не это всё... Давайте вернёмся в Бикон.       Никто не хотел уходить на такой ноте. Эгрер медленно сел на место и через несколько секунд гнетущей тишины решил извиниться.       - Простите. Наверное я и правда чересчур навязчивый, раз вы оба так говорите. И за срыв простите, просто я на нервах. – Никто ему не ответил, но каким-то чувством он понял, что они не обижались и приняли извинения. – Наверное, мне лучше перестать так приглядывать за вами...       - И мы ценим это. – За обоих ответил Илльмонд. – Верь в нас.       Прогулка прошла совсем не так, как Маджента того хотела. Эгрер всё так же продолжал в одиночестве сбегать в порт, Илльмонд искоса смотрел за победами Пирры на арене, а Йорт пропадал в клубе. На первый взгляд ничего между ними не изменилось, но на самом деле они стали чуточку ближе. Настолько чуточку, что заметила это только она.       Но это было лучше, чем ничего.