Тепло твоих рук

Впервые утро наполнено новым смыслом. Лучи солнца пробиваются сквозь не до конца задернутые шторы, пробуждая меня ото сна. Рядом лежит Женя, уткнувшись своим носом в миллион подушек, и сладко спит, чему-то улыбаясь во сне. Удерживаю себя от того, чтобы не прикоснуться к её лицу, и лишь осторожно поправляю чуть сбившееся одеяло, плотнее укутывая её в него. – Люблю тебя, – тихо шепчу, оставляя невесомый поцелуй в волосы, и выскальзываю из постели, стараясь не потревожить её сон. Привожу себя в порядок, параллельно с этим понимая, что наши жизни теперь окончательно изменились и ничто не будет по-прежнему. Нам нужно будет объясниться перед её и моими родителями. Даже учитывая то, как Жанна ко мне относится, теперь я буду в другой роли. А роль… молодого человека дочери будет восприниматься совершенно по-другому. И Брайан. Он тоже имеет право узнать, что изменилось в наших жизнях. Автоматически достаю продукты, чтобы приготовить омлет, и не могу стереть со своего лица счастливой улыбки при воспоминаниях вчерашнего вечера. Спокойная и немного игривая Женя, заснувшая в моих объятиях во время просмотра какого-то фильма… Разве это не то, о чём я так долго мечтал? Разве это не та счастливая жизнь, о которой пишут в книгах? – Мой мужчина готовит мне завтрак, – она обнимает меня со спины, прерывая поток бесконечных мыслей. Откладываю нож в сторону и вытираю руки, осторожно поворачиваясь к ней. – Привет, красавица, – обхватываю осторожно за талию, оставляя легкий поцелуй на её носике. Теплая… – Ммм… Ты решил тут порадовать нас вкусным завтраком? – обнимает меня за шею, прижимая к себе, и ласково улыбается, отчего моё сердце совершенно тает. Это девочка и правда моя. Без всяких «но», без всяких условностей. Она правда сказала мне вчера «да». – Я соскучилась по тебе. Подхватываю её за талию, усаживая на пустой стол, и не сдерживаю себя, целуя её со всей страстью, на которую только способен. Женя не уступает мне, цепляясь за меня руками и обхватывая ногами за пояс, не давая мне опомниться и принять тот факт, что она теперь и правда моя. Краем мозга понимаю, что нам нельзя тревожить её ногу и… Я обещал себе, что не буду заходить далеко в наших отношениях. Юдзуру, тебе лучше прямо сейчас остановиться, пока ты хоть немного соображаешь. – Черт, Евгения, – пытаюсь восстановить свое дыхание, одновременно оставляя поцелуи на её оголенной шее и плечах. Она вся тихо постанывает, выгибаясь навстречу моим рукам, когда я осознаю, где мы находимся. На кухонном столе её родителей. Она – моя без 12 часов один день девушка. Она человек, которого я люблю последние много лет. – Доброе утро? – довольно хихикает, смотря на меня своими искрящимися от счастья глазами. Улыбается и поглаживает ладошкой по щеке, точно также пытаясь вернуть свой пульс в норму. – Очень доброе, – целую маленькую ручку и осторожно отпускаю её от себя, предварительно удостоверившись в том, что она не сидит на самом краю стола. Что же ты творишь со мной, Женя? Смотрю на неё и не могу отвести взгляда. Чувствую, как эмоции начинают захлестывать меня, и просто молча прижимаю её к своей груди, пытаясь успокоить своё бешено колотящееся сердце в груди. Любовь к ней разрывает меня изнутри. Мне кажется, что я сплю, что это просто слишком сладкий сон, а утром мне будет ещё больнее от осознания, что это все только фантазия. – Это не сон, – Женя гладит меня по спине, считывая мои мысли. – Это правда так, Юзу. *** – Это родители, – она смотрит на меня широко распахнутыми глазами как маленький нашкодивший котенок, прислушиваясь к звукам в коридоре. Прижимаю её к себе, оставляя легкий поцелуй на её виске, и успокаивающе поглаживаю по плечу. Мы вместе. – Не переживай, ты не одна. В гостиную входят её родители, окидывая взглядом пространство вокруг и останавливаясь на нас с Женей, сидящих тесно-тесно в обнимку так, что она практически полностью переместилась на мои колени. Любопытная ухмылка выдает Жанну с головой, которая посматривает на нас своим всевидящим взглядом, словно догадываясь, о чём мы ей сегодня, возможно, расскажем. Но в следующую минуту она видит гору лекарств на соседней тумбочке, и ухмылка сменяется испугом. – Женя? Юзу? – Мама, ты только не переживай, пожалуйста, я жива и практически полностью здорова! – Женя хлопает глазами, пытаясь сдержать вдруг подкатившие слезы, и я ободряюще поглаживаю ее по спине. – Я… Ну… Понимаешь… – Женя получила травму, – вздыхаю, переводя дыхание. Это не так просто, как может показаться со стороны: признаваться родителям любимой девушки, что во время их отсутствия она получила серьезную травму. Некоторое время мы обсуждаем схему лечения и все предписания врача, пока Женя молча сидит рядом, играясь с пальцами моей левой руки. Жанна периодически бросает на неё заинтересованный взгляд, но не задает никаких вопросов, позволяя мне рассказать обо всем, что произошло за эти пару дней: начиная, собственно, с травмы и заканчивая теми медикаментами, которые Женя сейчас принимает. – Поэтому… Ближайшие две недели Жене предписан домашний режим с минимумом активности, занятия по специальной схеме и постоянный контроль её состояния ото всех нас. И обязательный рацион. – Девочка моя, – Жанна гладит её по здоровой ноге, тяжело вздыхая. – Почему вы сразу нам не позвонили? Я бы вернулась тут же бы, солнышко. – Нет, мама, не стоило, – Женя осторожно улыбается. – У меня для тебя есть еще одна новость. Бросает взгляд на меня, и я едва заметно киваю, поддерживая её своей улыбкой. Да, малышка, я всегда за любое твоё решение, чего бы оно мне не стоило. И взгляд твоего отца, тоже заметившего игру наших рук, далеко не успокаивает меня, но ради тебя я переживу даже то, если он сейчас схватит меня за футболку и выгонит из Канады. – В общем, – она осторожно берёт меня за руку и дарит счастливую улыбку, – мы теперь с Юзу вместе. Ну, не просто как друзья… – Мы теперь официально пара, – улыбаюсь ей и притягиваю в свои объятия, не желая с ней расставаться ни на секунду. – Вот. – Ты должен мне 20 долларов, – Жанна усмехается и протягивает руку к своему мужу. – Я тебе говорила, что они больше не смогут скрывать друг от друга свои чувства. – Мама! – Женя смотрит на неё с удивлением и легким смущением. – Что? Я ещё жду рассказа с подробностями о том, как все произошло, – она подмигивает мне и смеется. – Обедать хотите? – Спасибо, Жанна, но я буквально перед вашим приходом покормил Женю, поэтому откажусь. А вы знаете, что если кормить её, то она сама накормит меня, – улыбаюсь ей и поглаживаю плечо хихикающей Евгении. – Как же я за вас рада! – Жанна крепко обнимает нас двоих, прижимая к своей груди, и на несколько секунд задерживает в своих объятиях, оставив по быстрому поцелую у нас на висках. – Мои детки родные! – Спасибо вам, – нервно сглатываю и обнимаю её свободной рукой в ответ. – Аригато! *** – Я хочу мороженое, – Женя хихикает, смотря на вечерний город с моих колен. Она уговорила меня выбраться на крышу, чтобы подышать свежим воздухом перед сном и немного отвлечься от своей травмы, которая её начала снова беспокоить. Любуемся вечерним закатом, накрывающий город, и болтаем о том, что приходит на ум. – Ну, можем спуститься домой. Мне кажется, что я видел в холодильнике упаковку твоего любимого… – Хорошо, потом будем смотреть фильм – вот и покушаем, – довольно кивает и кладет голову мне на грудь, укутывая меня в своей плед. – Юзу… – Что, конфетка? – А когда ты понял, что я… ну, что я тебе нравлюсь? Замираю, не в силах произнести вслух ответ. Как мне тебе признаться, что я влюбился в ту самую маленькую девочку, которая пришла в нашу группу и покорила меня своими глазами, улыбкой и смехом? Как я могу признаться, что все эти годы прятал за ярлыком дружбы огромную любовь, которая день ото дня росла в моём сердце? – Мне кажется, что уже давным-давно, ¬– стараюсь как можно спокойнее улыбнуться и придумать, как незаметно отвлечь её от этой темы. – Тебе точно не холодно? – Точно! – приподнимает голову и смотрит в мои глаза, чуть прищурив свои. Два омута, в которых я снова тону. – Ты врешь. Я слышу, как стучит твоё сердце, как блестят твои глаза. Юзу, когда это произошло? На секунду прикрываю глаза, стараясь охладить свои мысли, но мне это не помогает. Я так устал все эти годы лгать тебе, моя родная, что просто не нахожу в себе сил сейчас придумать что-то правдоподобное. – В тот самый день, когда ты пришла в нашу группу. Она ахает, прикрывая рукой рот, и смотрит на меня широко распахнутыми глазами, пытаясь осознать то, в чём я только что признался. Да, Женя, для меня это любовь с первого взгляда. – И ты столько времени был рядом, не выдавая своих чувств? Ты был всегда… Ты… – Ты для меня самое светлое, что только может быть в жизни, Женя, – провожу рукой по её щеке, стирая дорожки слез. – Только ты и никто больше. *** – Знаешь, почему теперь смотреть фильмы намного приятнее? – тихо шепчу ей на ушко, пока она возится с пультом. – Почему же? – Потому что теперь я в любой момент, когда мне становится скучно, могу сделать так, – и осторожно касаюсь своими губами её, ласково и нежно обхватывая сладкие губки. Она выдыхает мне в рот, отбрасывая пульт куда-то в сторону, и всем телом льнёт ко мне. Усмехаюсь ей в губы и перетягиваю её на себя, осторожно придерживая за бедра. – Мне так намного больше нравится смотреть фильмы, – Женя счастливо улыбается и поглаживает меня по лицу своими теплыми ладошками. – Тебе точно сегодня надо ехать домой? – Малышка, теперь твои родители не будут… Хм… настолько спокойно относиться к нашим совместным ночёвкам, как было раньше, поэтому я хочу уважать их родительский дом. Да и ты не виделась с ними уже несколько дней. Некоторое время молча смотрим друг на друга, и я вижу в её глазах понимание моей правоты и нотку её личного эгоизма, говорящего о том, что она хочет, чтобы я был с ней рядом, а на остальное ей просто наплевать. – Спасибо тебе за то, что ты есть, – благоразумие одерживает верх, и она лишь крепче прижимается ко мне, удобно устраиваясь на груди. Некоторое время мы так и лежим, пока она, под действием лекарств, не засыпает, а я на некоторое время ещё остаюсь сторожить её сон. Я тебя люблю.