Тепло твоих рук

Наше утро начинается с громкого скандала, от которого звенит в ушах и хочется лезть на стенку. – Женя, ты понимаешь, что тебе нельзя передвигаться? Тебе нужно держать ногу в покое, а для этого необходимо находиться в своей кровати, – я пытаюсь убедить несносную девчонку в том, о чём нам вчера рассказывал доктор, но что она так упорно пытается игнорировать. – Я не хочу, чтобы ты усугубила свою травму. Тебе прописан покой в течение двух первых недель, после которых можно будет лишь постепенно приступать к тренировкам. Женя, ты же не маленький ребенок… – Юдзуру, когда ты уже поймешь, что я не маленькая девочка, за которой нужно следить, не отрывая глаз? Почему ты не даешь себе привыкнуть к мысли, что у меня может быть своя голова на плечах? В Жениных глазах отражается вся её печаль и попытка донести до меня то, что я так усиленно отгоняю от себя: образ взрослой девушки, способной принимать самостоятельные решения, делать выбор. Девушки, способной быть любимой и любить. Но не меня. – Да потому что каждый раз, когда я это осознаю, я вижу, что ты взрослая девушка, – осторожно присаживаюсь на край дивана, на котором она удобно устроилась среди подушек, – я вижу, что ты стала другой: уже не такой милой и наивной, которая покорила меня столько лет назад на нашем катке. Я вижу, что ты хочешь быть свободной, а мне от этого больно. – Юдзуру, есть вещи, которые не меняются. И это мои чувства к тебе, – она сжимает своими пальчиками мою руку, выразительно смотря в глаза. – Но я правда изменилась, я теперь не просто та самая Женя, которая всегда была рядом. Я хочу, чтобы во мне видели не только верную подругу, но и девушку. Не выдерживаю её взгляда и опускаю глаза вниз, чувствуя, как гулко стучит моё сердце. Я хочу, чтобы она была счастлива. И я знаю, что я не тот, кого она хотела бы видеть рядом с собой до самого конца жизни. Мне важно, чтобы Женя улыбалась и наслаждалась тем, что у неё есть вокруг. Она – чемпионка. И не только Олимпийских игр. – Мне надо отъехать на пару часов в Крикет, я приготовил тебе еду, все необходимое рядом с тобой, – наклоняюсь и оставляю легкий поцелуй на её худых пальчиках. – Я скоро буду. Не скучай. Её печальный взгляд мне вслед заставляет сердце сжаться от невысказанных чувств. Эта любовь сжигает меня изнутри. *** Вернувшись в её квартиру, встречаюсь лишь со звенящей тишиной и отсутствием моей упрямой бестии в комнате. Она снова куда-то сбежала, наплевав на сотни запретов и просьб внимательнее относиться к собственному здоровью. Я знаю, куда она направляется в такие моменты, когда хочет остаться наедине с самой собой. Выбираюсь на крышу, пытаясь усмирить собственные мысли и не позволить своему внутреннему демону снова вырваться наружу и наговорить всяких глупостей, на которые я способен. Она стоит, опираясь на массивные перила, и наблюдает за опускающейся на город ночью. – Ты почему сбежала? Чувствую привычное тепло в груди, когда она прижимается спиной ко мне. Прикасаюсь губами к её волосам, притягивая её ещё ближе к себе. Моя маленькая девочка, потерявшаяся в этом мире взрослых. – Мне надо было побыть одной немного, обдумать всё… Она всхлипывает, вытираясь невидимые до этого момента мною слезы, но не отодвигается, позволяя мне разделить её боль. Я знаю, что её сейчас тревожит: приближающийся сезон, травма, необходимость защищать титулы, моё неприятие того, что она выросла… Она меняется, и вместе с ней меняется ее восприятие мира. Я вижу, что Женя постепенно начинает по-другому смотреть на мир, видя его сквозь призму не розовых очков юности, а постепенно принимая, что мир не делится исключительно на белое и черное, и что основной цвет этого всего – серый. – Женечка, солнышко моё, всё будет хорошо, я тебе обещаю. Мы с тобой полечимся, восстановимся, а потом начнём снова тренироваться. Я буду обязательно рядом, слышишь? Я не оставлю тебя одну с травмой, – переворачивая её в своих руках так, чтобы видеть её покрасневшие глаза с той искренней чистотой и надеждой, которые дарят мне самому опору под ногами и надежду, что со мной тоже все будет хорошо. – Ты обещаешь? – она поднимает на меня свои заплаканные глаза в поисках ответа, который поможет ей удержаться на плаву. Я не могу её разочаровать. – Обещаю тебе, малыш, всё будет именно так, как я тебе говорю. Я воспроизводил в голове этот момент тысячу раз, но до сих пор не могу вспомнить, как наши лица оказались так близко. Все те столько лет сдерживаемые чувства вырываются наружу, когда я едва уловимо прикасаюсь к её губам. В ответ чувствую её удивленный вдох и несмелый ответ на поцелуй. Холодные ручки ложатся мне на плечи, когда я придвигаю её к себе несколько ближе, не желая отпускать из своих объятий. Она осторожно приоткрывает свои губы, позволяя мне наконец-то ощутить то, о чём я столько лет мечтал и даже боялся себе вообразить. Её тепло окутывает меня с ног до головы, а своим дыханием она вдыхает в меня словно новую жизнь. Нежность. – Женя, я… – пытаюсь найти себе оправдание и успокоить бешено колотящееся сердце в ожидании её реакции, но она так тепло и смущенно улыбается мне в ответ, что испуг оставляет меня, а на его смену приходит удивление и какой-то детский восторг. Она не злится? – Я думала, что ты никогда этого не сделаешь, – Женя тихо хихикает и смотрит на меня с вызовом. – Сколько лет мне ещё надо было тебя доводить до сумасшествия, чтобы ты меня поцеловал? – Чертовка моя, – притягиваю её к себе и снова пропадаю в плене её губ и рук, уже чуть смелее касаясь её тонкой талии и не стесняясь наслаждаться её вкусом. Она так идеально подходит к моему телу, прижимаясь как можно теснее, худенькими ручками обхватывая меня за шею и стремясь стать ещё ближе. Её чуть неумелые действия заставляют меня по-мужски возликовать от понимания, что это моя девочка. – Женечка… – касаюсь губами её лба, не в силах оторваться от неё. Она замирает на моей груди, постепенно восстанавливая чуть сбившееся дыхание и успокаивая бешено бьющееся сердце. – Ты правда на меня не сердишься? – За что? – она удивленно взирает на меня, хлопая глазами. – За вот это, – не могу сдержаться и снова припадаю к её губам, ощущая как она с таким же рвением отвечает мне, зарываясь тоненькими пальчиками в волосы и прижимаясь всем своим телом к моему. Мозг просто взрывается от этих чувств, кожа воспаляется, кровь бешено скачет по венам. Я люблю её. – Нам правда нужно вернуться домой, пока ты не замерзла, – силой отрываю себя от её губ, подхватывая девушку на руки. Она смущенно улыбается и лишь крепче прижимается ко мне, пока я несу её к лифту, а затем в уютную квартирку. И лишь добравшись до её спальни, осторожно опускаю девушку на кровать, как самую драгоценную вещь на свете. – Ты собираешься уходить от меня? – Женя испуганно смотрит на меня, хлопая своими большими глазами. – Как ты могла такое подумать? – чуть хмурюсь, скидывая с себя вещи и выкладывая телефон на её тумбочку. – Мне кажется, нам стоит серьёзно поговорить. – Звучит заманчиво, – она напряженно смеётся и устраивается в изголовье кровати, нервно играясь с мягкой игрушкой. Осторожно присаживаюсь рядом с ней, наблюдая за действиями её рук. Вот она осторожно крутит игрушку в двух руках, а потом одной из них пытается перекрестить ей руки, второй поддерживая за тоненькие ножки. – Для меня это не игра, – прерываю затянувшуюся паузу, бросая взгляд на её напуганное лицо. – То, что я сделал – это не развлечение или что-то ещё такое. Это мои настоящие чувства. Это то, что я правда хотел сделать. – Я тоже ответила не просто так, – её щечки чуть краснеют, выдавая смущение и привычное для меня её недовольство тем, что не она руководит этой ситуацией. – Я не хочу и не буду давить на тебя, заставляя стать моей девушкой… – А ты предлагаешь это? – она прерывает меня, откладывая несчастную игрушку в сторону. – Мне казалось, что это само собой подразумевалось, – посылаю её игривую усмешку, беря её руку в свою. – Я не из тех мужчин, кто целует просто так. – Мне напомнить сейчас твою биографию? – Женя выразительно поигрывает бровями, смущая на этот раз уже меня. Она же ведь и вправду знает обо мне всё, ровно как и я о ней. – Или мне тебе стоит напомнить несколько глав этой истории? – В моей истории на первом месте всегда была только ты, – придвигаюсь ещё ближе, касаясь свободной рукой её щеки. – И я искренне хочу называть тебя своей девушкой. – Поцелуй меня, – она тихо шепчет, вся ластясь к моей руке. – Это да? – чуть нависаю над ней, упираясь руками по обе стороны от её бедер, не смея прикоснуться к ней еще ближе. Ожидание сведет меня с ума, если она сама не сотворит этого со мной раньше. – Навсегда, – и мягко захватывает мои губы в плен своего рта, руками притягивая за шею ещё ближе. Мне хочется молиться всем Богам, благодаря их за то, что они подарили мне знакомство с ней, а теперь и её нежность. Быть рядом, держать её в своих объятиях, а теперь иметь возможность прикоснуться не только по-дружески… Не об этом ли я мечтал столько лет? Несколько часов мы проводим, нежась в её постели и наслаждаясь обществом друг друга. Нам не нужны громкие слова и пламенные речи, потому что за все эти годы мы научились понимать друг друга. Чувствовать ровно так, как чувствуют друг друга самые близкие люди. Впрочем, таковыми мы и являемся. Мы позволяем себе побыть в тишине, наслаждаясь лишь поцелуями, которые с каждым разом становятся все более дерзкими и пропитанными обоюдной страстью. Я ощущаю её гладкую кожу под своими руками, осторожно пробираясь к ребрам. Женя выгибается мне навстречу, совсем не стесняясь свои громких стонов, которые только поощряют меня к действию. Голова совершенно выключается, когда я ощущаю, как она скользит руками по моим плечам, через футболку царапая острыми ноготками. – Ммм… – она громко стонет, когда я задеваю кончиками пальцев край её бюстгальтера. И только тогда до меня доходит, что я вытворяю. – Твою ж… – отстраняюсь, быстро убирая руки из-под её кофты и пытаясь прийти в себя. – Вот теперь точно прости. Мне не стоило так далеко заходить. – Тебе не стоило так быстро отстраняться, – они сдавленно шепчет, уткнувшись лицом в подушку. Усмехаюсь, поглаживая её по спине и чувствуя то дикое напряжение, сковавшее всё мое тело. Она нужна мне как кислород. Я не понимаю, как я раньше жил без неё. – Нам нужно ложиться спать, потому что завтра приедут твои родители, которым мне придётся объяснять очень много информации, – оставляю легкий поцелуй на её виске, поглаживая осторожно поясницу. Держи руки на безопасном расстоянии, Юдзуру, это правда необходимо. – Но сначала тебе нужно в душ, переодеться в пижамку и выпить лекарства. – Ой, нет, – она хнычет, прижимаясь к моей груди. – Можно лекарства ты выпьешь за меня, а? – Нет, потому что ты же хочешь поправиться, чтобы потом поехать со мной в отпуск? – заглядываю ей в глаза и, получив утвердительный кивок, слезаю с постели и под её протяжный стон отправляюсь на кухню за порцией вечерних лекарств. Но мои мысли все ещё в том моменте, когда я впервые прикоснулся к её губам. Я теперь не просто проклят, я отдал ей свою душу.