борись или умри 2: обратно в декабрь

*** Вам когда-нибудь доводилось узнать новость, настолько невероятную и шокирующую, что появлялось ощущение нереальности? На какой-то короткий мир, могу поклясться, я поверила, что это безумный сон. Земля под ногами тряслась, небо тонуло в какой-то черной дыре, и вселенную затягивало в бездонную пучину. Вокруг была лишь пустота и ничего больше. Ослепительная тьма, от которой просто гудело в голове, да так громко, что можно было оглохнуть. И я успокаивала себя, что это должно быть сон. Весь мир кружился вокруг меня как в безумной карусели, и я мечтала лишь об одном – проснуться. Проснуться и прервать этот ночной кошмар, потому что он изрядно мне поднадоел. Но сон оказался явью, небо было на месте, а земля была так же у меня под ногами. И тряслась не она, а я. Чтобы удержаться на ватных ногах, мне пришлось опереться ладонями о мраморную плиту. На сером камне появились темные мокрые пятнышки. Кап-кап, слезы стекали по щекам и врезались в мрамор. Вот бы никогда не двигаться. Если вот так молчать, закрыв глаза, покажется, что рядом нет никого. Особенно, Смита. Над головой все так же было безоблачное синее небо, яркое солнце еще не покинуло зенит, и где-то в кронах деревьев щебетали птицы. Какой прекрасный день, такой теплый, такой светлый… Но, стоило открыть глаза, как становилось понятно, что я не сплю. Все сказанное Смитом - правда. И я не знала, что теперь со мной будет. - Дженни… Тяжелая рука Смита опустилась мне на плечо, и я отпрянула в отвращении, но кое-кто среагировал быстрее меня. В тот момент, когда я попыталась стряхнуть его руку, высокая фигура британца пронеслась как тень сбоку от меня, и вот он уже стоял между мной и Смитом, держа в своей крепкой руке запястье врага. Я ахнула, скорее от неожиданности, чем от испуга, настолько реакция Тома была молниеносной. Он ведь был так далеко от нас, и я даже не заметила его приближение. Никто из нас. Было видно, что для Смита это такой же сюрприз, как и для меня. - Не стоит, - я не узнала голос, но Смит стоял лицом ко мне и его губы не шелохнулись. Так значит, этот низкий, до неузнаваемости устрашающий был голос Тома? - Томас, не совершай ошибок, - Смит не был напуган, в отличие от меня, и продолжал говорить спокойно и даже снисходительно. - А ты не прикасайся к ней, - рука Тома все еще крепко сжимала запястье Смита. Они появились как из ниоткуда. Видно спрятались в тени деревьев, а теперь подошли так близко - на расстояние нескольких шагов, а их руки потянулись к кобурам под пиджаками. Смит махнул рукой, и они замерли в нерешительности, продолжая буравить спину Тома. Я не сомневалась, что они не побояться использовать оружие в общественном месте, и пока Смит того не пожелает, они не стронутся с места. Том не шелохнулся, даже заметив людей Смита неподалеку. Они буравили друг друга взглядами. Моя рука сама потянулась и легла на спину Тома, при этом я не отводила взгляда от наемников. - Том, отпусти его, - с удивлением, я заметила, что мой голос не дрожал, хотя внутри меня колотило как от озноба. Осторожно, медленно, рука Тома ослабила хватку, и наконец, выпустила Смита. Он не удержался от привычной для него ухмылки, и я не смогла подавить отвращение, росшее во мне день ото дня. Как этот ублюдок смеет еще и ухмыляться мне в лицо? - Должен сказать, я восхищаюсь вами, молодой человек, - Смит потер запястье, видно удивившись недюжинной силе актера. - Неужели, - прорычал Том, и я вновь не узнала его голос. - О, разумеется, - он рассмеялся, - только вы можете позаботиться о моей Дайан. - ОНА НЕ ВАША! Моя рука на спине Тома, не удержала его от порыва. Меня словно отшвырнуло назад. Теперь не я, а Том был импульсивным и яростным огнем. Когда я старалась сохранить благоразумие ради нашей безопасности, Том кидался с голой грудью в бой. Метафорически. На деле он не успел сделать и двух шагов, как один из людей Смита грубо оттолкнул меня, и схватил Тома в крепкие тиски. Я налетела на плиту с такой силой, что даже не сомневалась, что вскоре на моей ноге появится приличная гематома. Но эти мысли мелькнули в голове лишь тенью. Том со всей силы вырывался из цепких рук парня, который был размером со скалу. Удивительно, как быстро испарился страх и жалость к самой себе в тот момент, уступив место лишь слепой ярости. Много раз я думала, что повзрослела и стала более умной, расчетливой и сдержанной. Но в тот момент, картина того, как безжалостная рука сжимала горло Тома, и он краснел от боли и злости, не в силах противостоять, свела меня с ума. Я вновь стала Дайан, выгнав из остатков сознания безвольную и слабую Дженни, и бросилась на противника. - Отпусти его, сейчас же! – закричала я. Это было странно, и даже почти приятно, то, как мое тело, будто само знало, что делать. Точнее, помнило. Рука со всей силы двинула в ребро под бок парню, но видимо, мой удар был ему как перышком по дереву. Он еще не успел отреагировать, как второй охранник уже схватил меня за шею. Я резко вырвалась, развернулась и дала кулаком в горло. Да, меня часто недооценивают, держать надо было крепче! А теперь, он, задыхаясь, корчился на четвереньках. И Тому хватило тех секунд, выигранных мною, чтобы вырваться из тисков парня, который явно не ожидал от меня такого удара в почки, и… - ДОВОЛЬНО, - Смит не кричал, а голос его был даже скорее уставшим и раздраженным, чем злым, будто мы все лишь надоедливые дети, но при этом звучал он грозно, что все, включая Тома и меня, замерли на месте. – Вы, двое, - он посмотрел на своих людей, - прочь. Продолжая буравить меня ненавидящим взглядом, мужчина, держась за горло, медленно ретировался, а второй – следом за ним. Том медленно подошел ко мне и обхватил меня за плечи. Боль в ноге пронзила все тело, и я бы упала от бессилия, если бы не его поддержка. Молча, не говоря ни слова, он взял мое лицо в ладони и вгляделся в глаза. Ему не понадобилось задавать вопрос вслух, чтобы я его услышала и кивнула в ответ. Со мной все в порядке, Том. Но в голубых глазах все еще плескалось беспокойство. Лишь когда двое мужчин пропали из виду, а сердце в груди забилось в ровном ритме, Смит заговорил. - Простите, они порой бывают несдержанны. Впрочем, как и вы, пожалуй, - Смит невесело усмехнулся и перевел взгляд с Тома на меня. – Надеюсь, ты не сильно пострадала. Я смахнула прядь волос с лица, пытаясь спрятать сильную боль в ноге от его колючего пристального взгляда. - Ты о произошедшем только что или шестнадцать лет назад? По его виду нельзя было понять, как он воспринял мои слова. Я отпустила руки Тома и повернулась к Смиту. - Когда ты говорил, что пообещал моему отцу… - Позаботиться о тебе? Да… да, это так. – он вытащил из кармана электронную сигарету и закурил. - Когда? - Перед его смертью. Я не сдержала горькой усмешки. - Ты врешь, мой отец умер у меня на глазах, в машине. Еще до приезда скорой… - Это не так, Дженни… Его смогли реанимировать в больнице, но он умер в ту же ночь. Но его травмы были смертельны, - он покачал головой, - его было не спасти… Как было бы проще, если бы вокруг бушевал ураган или лил ледяной дождь. Ведь так я бы чувствовала, что внешний мир соответствует внутреннему. Но как в насмешку, в небе палило яркое солнце, и я чувствовала сильнейшее отвращение ко всему вокруг, оттого что все такое теплое и счастливое. Мне хотелось выключить солнце, чтобы холод пронзил все вокруг, а не только меня. Я чувствовала надвигающуюся истерику, и могла только злиться. На всё и всех. - Я успел застать его, - Смит вертел в руках сигарету, а глаза его стали стеклянными, будто он был не здесь, на кладбище, а там, в далеком прошлом. – Он просил меня присмотреть за тобой. Он знал, что не доживет до утра. Колючие глаза неожиданно поднялись и посмотрели на меня в упор. Впервые за все время я увидела в них нескрываемое сожаление. - Я пообещал ему, и не сдержал своего слова. Дженни, я был так эгоистичен! Перекинул тебя на своего заместителя, но даже не сказал кто ты мне! Не хотел, чтобы кто-то мог воспользоваться моим слабым местом. - Так я – твое слабое место?! – выплюнула я. Тома сзади всего трясло от негодования, но он сдерживался. - Да! – Смит отвернулся, вглядываясь вдаль, будто собираясь с мыслями. – У меня… у меня много врагов, Дженни. Я не хотел, чтобы кто-то из них прознал о тебе. Возможно, ты не помнишь, но когда ты была маленькой, я частенько сидел с тобой. Ты называла меня дядей… - Заткнись! – мне было невыносимо тошно слушать это. - Ты вправе винить меня, вправе ненавидеть! – он вновь повернулся ко мне. – Но не было и дня за эти шестнадцать лет, чтобы я не винил себя. - И мне должно стать от этого легче?! - В нескольких футах от нас появилась пожилая парочка, которые с негодованием следили за этой сценой. - Дайан, - Том предостерегающе положил мне руку на плечо. Но я была не готова закончить разговор. - Зачем ты вернулся?! Если для того, чтобы загладить ошибки, прости – слишком поздно. Пожалуйста, возвращайся в свой ад! – проорала я. - Я больше не уйду, Дженни. Знаю, ты этого не хочешь, но я намерен исполнить обещание, данное твоему отцу и совершить правосудие. - Да кем ты возомнил себя?! – мне хотелось материться, вслух и совсем не по-женски. – Верховным судьей? БОГОМ?! Истерика вырвалась. Это почувствовали мы все: я, Том, Смит и пожилая парочка. Том не дожидаясь моего согласия, взял меня за плечи и повел прочь. От ярости переполнявшей меня долгое время, я обессилела, что не смогла сопротивляться. - Я не уйду, Дженни! Я докажу тебе, что твое место рядом со мной! Тут не выдержал Том. Рядом не было никого, чтобы его сдержать, а я была не в счет. В два шага преодолев разделявшее их расстояние, он врезал ему впечатляющим хуком справа в нос. Хрустнула кость, и Смит, с трудом устояв на ногах, выплюнул кровь. Пожилая парочка ахнула и поспешила прочь. - Не смей приближаться к ней, ты, ублюдок! – прошипел Том. Я нечасто видела его таким, и это его состояние чертовски пугало. Неожиданный звук удивил нас обоих – Смит рассмеялся. - Да, Томас, вы не перестаете меня удивлять. – он улыбнулся окровавленной улыбкой. – Может, и вы надумаете поменять профессию? Буду рад. Не слушая его больше, Том вернулся ко мне и протянул мне руку. Но я помедлила. Было одно дело, которое я не успела решить. Самое важное. Важнее всех. - Ты мне должен! – громко сказала я, не желая подходить ближе. Смит замер, гадкая усмешка соскользнула с лица. - Да? - Ты должен мне. За все, что ты сделал, - я посмотрела прямо на него. Его колючие глаза больше не задевали меня. - Чего ты хочешь? – он вновь сплюнул и выпрямился. - Отпусти моих друзей. Из Рая. Если они захотят уволиться, отпусти их. Прекрати запугивать и угрожать их семьям. Он устало помотал головой. - Я не могу, они слишком много знают, к тому же местные жители их хорошо знают, и могут заподозрить неладное, если… - Ты. Мне. Должен! – отчеканила я, и Смит заткнулся. – Это меньшее, что ты можешь сделать для меня, за все то, что уже натворил. И ты сделаешь это. Он долго смотрел на меня, и как обычно, я не могла понять значение этого взгляда. Это было уважение? Или насмешка? Или злость? Кто знал, и вряд ли бы мы поняли это, если бы он не открыл рот после долгого молчания. - Ты права, - тихо и медленно проговорил он, а я не узнавала его голос. - Хорошо, я отпущу твоих друзей и их близких. Ты абсолютно права, я тебе должен. Я взяла Тома за руку и мы поковыляли с ним прочь. Я чувствовала взгляд Смита на своей спине. - Ты очень похожа на мать, Дженни, - сказал он мне вдогонку, почти печально и очень тихо, но я расслышала. Остановившись, я обернулась к нему. - Меня зовут Дайан. Дженни давно мертва. Ты убил ее. *** Гнев и ненависть самые разрушительные чувства в мире. Они убивают твою душу, губят нервные клетки, высасывают жизненные силы оставляя место лишь черной густой пустоте. От нее хотелось рыдать навзрыд и орать что есть мочи. Меня начинало тошнить от самой себя, так как в тот момент во мне не было ничего кроме этой разрушительной ненависти. Мы в один миг доехали до дома Престонов, в тишине. Том пару раз пытался начать разговор, но было видно, что произошедшее так же оставило след на нем, как и на мне. Краем глаза, я видела, как сильно он сжимал руль, и несколько раз отворачивался к боковому окну, испуская тяжелый и злой вздох. Пару раз Том встряхивал правой рукой, и до меня не сразу дошло, что от удара пострадал не только нос Смита. Подъехав к дому и хлопнув входной дверью, я опрометью бросилась на кухню за льдом. - Карл? Кэрол? Вы дома? – крикнула я, набирая в полотенце кубики льда. Странно, но обычно в доме не было так тихо. Не работало привычное радио, под которое Кэрол всегда готовила обед. Так как сегодня была суббота, то и Карл должен был быть дома, но телевизора я тоже не слышала. Я остановилась с кульком льда в руке и прислушалась. В гостиной были слышны приглушенные голоса. Спустя пару секунд, на кухне появился Том. - Дайан, тебе нужно… - он запнулся и оглянулся назад. Мне совершенно не понравился его голос. Неужели произошедшего на сегодня не достаточно? Неужели случилось что-то еще? Нет, я слишком устала. Теряясь в догадках, я прошествовала в гостиную, по пути вручив Тому лед. В комнате к моему огромному удивлению были Карл, Кэрол и мужчина со значком на ремне. - Дайан Престон? – незнакомец встал и протянул мне руку. – Детектив Ромеро. Молодой, пожалуй слишком молодой для должности детектива. На нем была гражданская одежда, однако на ремне блестел значок NYPD (ред. New York City Police Department), а из-под куртки явно торчала кобура. Детектив был ростом примерно с Тома, черты лица выдавали в нем латиноамериканца, впрочем, как и фамилия. Черные кучерявые волосы и смуглая кожа – он был довольно красив, но единственное о чем я могла думать, это о том, является ли детектив пешкой в играх Смита? Я бы совершенно не удивилась, если бы оказалось, что он работает на него. Но причина его прихода оставалась загадкой для меня. Возможно, он расследовал дело по самоубийству Николь, но как мне сказал Карл, то дело было уже закрыто. Значит, остается… - У вас найдется пара минут ответить на вопросы? Карие глаза казались довольно добрыми, но я редко позволяла себе проникаться доверием к малознакомым людям. - Что-то случилось, детектив? – я пожала его руку. Она оказалась сухой и теплой. - Я бы предпочел задать вам вопросы наедине. Позволите? – он посмотрел на Престонов и Тома. Последний заметно напрягся. Карл и Кэрол тоже не спешили вставать со своих мест. - По какому поводу вы пришли? Вы так и не ответили, - Карл явно играл на правах хозяина дома. Он смотрел на детектива с нескрываемым подозрением, расположившись на диване максимально комфортно, будто у него и мысли не было встать с места. - Что ж, - детектив Ромеро решил смириться с тем, что никто не захотел оставить нас наедине, и приступить к делу. Поковырявшись в сумке, он вытащил папку. – Вчера в портовом округе был найден автомобиль, который числился как угнанный. В багажнике машины был найден труп. Я вздрогнула, даже не от самого слова «труп», а от того как Кэрол подпрыгнула на диване. Сама я даже не успела осознать значение этого слова. Нет-нет, не может быть. Буквально, месяц назад все было прекрасно, а теперь жизнь идет кувырком. Будто я вернулась туда, в ту жизнь, и сейчас переживаю временную петлю. Наверно, мне все это снится. Потому что, не может быть так, ведь это какая-то насмешка, жестокая шутка. Мысли вертелись у меня в голове бешеной каруселью, и преобладала одна – не верю. - Постойте, труп? – я встряхнула головой. – Что? Кто… постойте… - соберись, Дайан. Не дай этому дню тебя угробить окончательно. Но, похоже, все к этому и шло, вопреки моим желаниям. Нет, нет, нет. Истерический смех стремился вырваться наружу. Что за бред… - Как это относится к Дайан? – прогремел Карл. Он весь покраснел, а ноздри раздулись так широко, будто он вот-вот собирался начать дымиться. - Возможно, вы узнаете его? – он вытянул из папки большую фотографию, четкую и очень яркую. Кэрол ахнула и вскочила с дивана. Я бы тоже хотела убежать как она, если бы меня не пригвоздило к месту от фотографии. Я, определенно, узнала человека, хоть картина и была ужасающей. Это была не фотография человека, а именно трупа. Залежалого, кожа местами почернела, а глаза его стали почти бесцветными. Но я все равно узнала его. Это был, не кто иной, как Малкольм. Лысая голова, разбитый нос, это был определенно он. Но было кое-что новенькое. Сквозь запекшуюся и почерневшую кровь на лбу ясно можно было прочесть вырезанное острым предметом слово «rapist» (ред. «насильник»). Я не могла поверить своим глазам. Как будто, что-то очень тяжелое упало мне на голову, и я отключилась. Но меня напугал скорее не вид залежавшегося трупа, а надпись на лбу мужчины. Это мог сделать только один человек, и я точно знала, кто это. Но увидеть это… это слово на лбу Малкольма. Сердце подскочила куда-то к горлу, и затрепыхалось там, словно запертая птица в клетке. Нет, это перебор. Меня затошнило. А в голове вертелись только слова Смита; «я совершу правосудие». Неужели, это оно и было? - Господи Иисусе, - Карл побагровел еще сильнее и отпихнул фото обратно детективу. – Предупреждать надо о таком. - Прошу прощения. Вы узнали человека? – он обратился ко мне. Что мне надо было ответить? Я не знала. Я все еще не доверяла ему, но было бы странно, если бы он, работая на Смита, пришел расследовать дело, связанное с ним. Нет, здесь была какая-то нестыковка. Я решила, отвечать честно, но при этом не говорить всей правды. - Да, он заходил пару раз в кафе, где я работаю. Том бросил на меня предостерегающий взгляд. - Боже, неужели это было обязательно, показывать девочке такие картины? – завыла Кэрол и отбежала к окну, вытирая со лба пот салфеткой. Детектив Ромеро не обратил на нее внимания, сосредоточившись на мне. - Вы знакомы с ним? Я дернула плечом, как можно более убедительно. - Знаю, что его зовут Малкольм. Вроде работает на моего босса. Было странно называть Смита боссом. Как будто я вернулась вновь в ту жизнь, когда я косвенно относилась к его людям. Я заметила, как Том нахмурился, сидя рядом со мной. Ему тоже не понравилась моя формулировка. Детектив кивнул, будто согласившись с какой-то теорией, которая была в его голове. - Все равно, не понимаю, как это относится к Дайан? – пропыхтел Карл. - Вот как. Я в курсе, что вы поменяли имя, - он посмотрел на меня в упор, - Дженнифер Грейс Хэйли. Я изучил ваше дело. - ЧТО?! – прогремел Карл и вскочил с дивана. - Прошу вас, мистер Престон, - детектив и бровью не повел, - успокойтесь. - Эти дела в закрытом доступе, вы не могли просматривать их без согласия сторон. - Если речь идет об убийстве, разрешения не нужно. Лишь ордер. И он у меня имеется. Карла будто оглушило. Он упал обратно на диван. Кажется, его только что нокаутировали. - О каком убийстве вы говорите? – подал голос Том. на сей раз детектив выглядел удивленным, то ли из-за вопроса, то ли из-за того, кто к нему обращается. Вместо ответа он вытянул вторую фотографию из папки и я приготовилась к очередному ужасающему зрелищу. Оно оказалось еще хуже первого. Лишь взглянув на фото, меня замутило с новой силой. Все что я видела – это кровь. Много крови, среди которой даже не было видно лица. - Боже, кто это… - я зажала рот рукой, будто чувствовала смрад гниющей плоти сквозь фото. - Его долго не могли опознать, однако помогли его шрамы на лбу, которые соответствуют предсмертным вырезам на лбу Малкольма. Нет. Я повернула голову обратно к фотографии. Это же… Нет. Не может быть. Кровь в жилах застыла, а сердце на полсекунды замерло на месте и забилось с новой скорость. Нет, не верю. Сквозь тонны пролитой и застывшей крови было трудно что-либо разглядеть, да и не особо хотелось приглядываться. Но… нет, это полный бред. Рука сама потянулась к Тому и обхватила его ладонь. Я понимала, что если не почувствую его руку в своей, меня унесет в этот водоворот воспоминаний, ужаса и боли. Нет… Этого просто не может быть. Но если может, то на фото был… Я уже не слышала, что говорили Карл и детектив. В ушах оглушительно загудело, а весь мир сосредоточился в данный момент на небольшой яркой фотографии, окрашенной в багровые цвета. На фото был никто иной как насильник. Тот, на ком я собственнолично вырезала корявые буквы «rapist» ножом около восьми лет назад. Это был он. И он был мертв. А в голове вертелось лишь одно. Одна фраза, сказанная мне немного ранее, но я только сейчас поняла по-настоящему ее смысл. «Я совершу правосудие».