Его жизнь. Часть 1. Фенрис

             «Биение духа». Фенрис вспыхивает тёмной энергией и хлещет противников волной духовной силы.              Лезвие посоха взметнулось в воздух. Не жалея сил, Кэйтлин опустила его на подставленный Фенрисом меч. Набалдашник оружия мага сверкнул красным, и от лезвия стало исходить ощутимое тепло, чей градус повышался с каждой секундой. Посыпавшиеся в разные стороны искры отразились в зелёных глазах. От мрачного и решительного вида эльфа Кэйтлин не смогла сдержать улыбки — свой удар она направила на Данариуса, но телохранитель оказался куда проворнее, чем она думала.       — И что это значит? — с презрением в голосе спросил Данариус, прячась за спиной Фенриса.       — А на что это похоже? — хмыкнула та.       Кэйтлин отскочила назад и прикрылась посохом, думая, что Фенрис начнёт наносить удары в ответ. Но без приказов хозяина он не сделал ни единого шага. Да и уже не успел…       В районе ворот раздался оглушительный взрыв. Разлетевшаяся каменная кладка осыпала часть города каменным дождём, нанося увечья не успевшим спрятаться в укрытия, а для некоторых это закончилось фатально — одной из магистресс снесло половину черепа, а её рабу переломало несколько костей.       Этот удар отвлёк Кэйтлин от Данариуса с телохранителем, в принципе, и их тоже. Выругавшись, она рванула к стене. Это не было в её планах…       — Хозяин? — Фенрис обернулся на Данариуса.       — К кораблю, — скомандовал тот.       Фенрис этому ничуть не удивился — храбрость и отзывчивость никогда не были у хозяина на первом месте (и на втором тоже). Кивнув, Фенрис сделал шаг в сторону порта, но тут же взвыло чувство опасности. Стремительно сделав несколько шагов, дабы закрыть собой хозяина, Фенрис выставил вперёд меч и тут же нанёс удар. Лезвие заскрежетало, встретившись с парными клинками вынырнувшей из невидимости кунари. Рогатая женщина выкрикнула на своём языке нечто похожее на боевой клич. Вот только Фенрису было не до него. Сделав пару выпадов, он вновь нанёс размашистый удар. Как только руки кунари ушли в сторону, он молниеносно подскочил к ней. Левая рука соскользнула с рукояти. Плотно сжатые пальцы благодаря перчаткам с лёгкостью пробили плоть. Вспыхнувшие метки придали сил. Сжавшиеся на хребте пальцы точно не почувствовали сопротивления, ломая его. Издав предсмертный хрип, женщина выронила своё оружие, а после с неприятным чавканьем соскользнула с руки Фенриса, заваливаясь к его ногам.       Данариус бы полюбовался своим телохранителем в бою, и как тот, несмотря на скорость, оставался изящным. Ни одного лишнего движения. Чувствовалось уверенность и желание угодить. От понимания, что волк оставался верным псом на привязи, губы сами растягивались в улыбке. Вот только от созерцания его отвлекла такая же женщина с кинжалами, от которой он спасся благодаря магическому барьеру — он мигнул, когда кинжалы врезались в него. Фенрис себя ждать не заставил. Поняв, что кунари отвлеклась на мага, рывком подскочил и, сжав меч в одной руке — слишком близко оказался к барьеру, из-за чего пришлось встать полубоком, — нанёс колющий удар, пронзая кунари насквозь. От идущей от Фенриса антимагической волны барьер начал дребезжать. Данариус даже испугался, что под таким напором он сейчас развалится. Но нет, Фенрис сразу отскочил к очередной разбойнице… трём, и щит остался на месте, и даже спас Данариуса от ряда стрел, пущенных в него.       Фенрис пытался понять, откуда их так много. Не могли же они успеть преодолеть расстояние от стены до середины города за считанные секунды. И ничего не приходило на ум, как-то, что где-то потайной туннель. И что атака планировалась не один день. И наверняка в городе шпион. А то и не один.       Над головой Фенриса пролетел большой огненный шар. Созданная Данариусом яростно рычащая стихия ударила по ряду вражеских лучников, заодно снеся хлипкое здание рядом. Чувствуя, как кожу обжигает всё сильнее из-за лириума, Фенрис поморщился. Всматривался в ряды кунари. За их спинами виднелась женщина, у которой на предплечье правой руки в специальном держателе стояла толстая книга. Фенрису это показалось странным. Однако… та выкрикнула, и кунари бросились в рассыпную.       Фенрис не стал выжидать, когда Данариус его окликнул, он вернулся. Озираясь по сторонам, Фенрис вёл хозяина в порт, где уже причалил «Синий дракон». Выскочившая перед ними кунари наотмашь ударила коротким мечом. Тихо рыкнув, Фенрис не стал уклоняться. Подавшись вперёд, он выставил руку в блоке, дёрнулся немного в сторону и, выронив меч, раздробил рёбра рукой. Мах двуручем был бы неудобен, поэтому он так и сделал. И не совсем поэтому…       Боль застилала глаза пеленой, а накрывающая разум агония мешала рационально мыслить. Он искал самые простые выходы из ситуации. Пусть они не всегда были правильными, но главное спасали.       Фенрис толкнул Данариуса в проход между домами, не заботясь, что тот грохнулся в пыль. Наплевал даже на то, что наверняка будет наказан за это. Он убрал его из-под удара разбойницы — уже начало складываться впечатление, что это одна и та же, и она каким-то образом множится. Конечно, она была не одна. По городу их уже разбежалось с полсотни. Они наводили суматоху, стараясь убивать магов, но не чурались прирезать и стражу, и слишком активных рабов.       Вливая силу в удар, Фенрис обрушил меч на подставленные в блок тонкие кинжалы. Ни блок, ни напряжённые руки, ни попытка уйти кунари не спасли. Мощь атаки была такой, что разбойница не смогла его сдержать. Лезвие, чиркнув по кривому рогу, наполовину вошло в шею, перерезая артерию. Орошая Фенриса, тугой струёй брызнула алая кровь. Багровые капли стекли по щеке и подбородку, предавая ему ещё более демонический вид.       Оттолкнув тело кунари, Фенрис подскочил ко всё ещё валяющемуся на полу хозяину, грубым рывком поставил его на ноги и толкнул перед собой. Данариус из-за такой наглости раба даже задохнулся от возмущения, но затих, уставившись на замаячившую толпу перед глазами. Пробраться к порту оказывалось сложным делом.       Резко развернувшись, Фенрис крепче сжал меч, принимая на него удар огромного топора. Держащий его кунари-воин был сосредоточен и немного озадачен. Он явно не ожидал, что уступающий размерами эльф сможет дать отпор. Фенрис не просто принял удар, он ещё и удерживал титаническое давление. Было видно, как напрягаются мышцы на руках кунари и как меняется выражение его изрисованного красным витааром лицо.       Хоть Фенрис и не особо его разглядывал, но почти никакой разницы с встреченными ранее тал-васготами не видел. Такие же огромные, рогатые, в основном светло-серокожие, с заострёнными ушами — они чем-то походили на эльфийские, но были в несколько раз меньше. И, конечно же, рогами — прямыми, кривыми, согнутыми в баранку, уходящие волнами назад или немного в сторону.       Фенрису было не до любования разнообразием рогов кунари — вражеский воин начал ослаблять давление, и Фенрис этим воспользовался, резко уведя топор в сторону, толкнул плечом. Кунари не сильно, но всё же пошатнулся. Не теряя времени, Фенрис тут же нанёс удар рукой в область сердца. Но не тут-то было — удивляя оппонента, воин отскочил в сторону. И сразу замахнулся своим топором.       Надеясь, что хозяина нет рядом, Фенрис и сам подался назад. Заводя руки за спину — сверху, — и делая практически круг. Клинок оставил после себя холодную серебристую световую полосу, грузно опустился на вражеское оружие, чуть не вбивая его в тротуар, оставляя глубокую яму, а следом и борозду. Демонстрируя акробатические пируэты, Фенрис сделал шаг по древку, пока кунари держал его в руках, оттолкнулся — в какой-то степени они сделали это синхронно, только воин от земли.       Фенрис несколько поглаживающим движением провёл по рукояти меча. Буквально врезавшись в широкий торс кунари, он, держась за клинок, вонзил его в правое лёгкое. Кунари зашёлся лающим кашлем, а изо рта хлынула кровь, следом и из раны, когда Фенрис выдернул меч. Отпихнув тело в сторону, Фенрис, как и несколько стражников города, преградили дорогу кунари.       — За спинами! — рыкнул Данариус, но Фенрис не сообразил, что тот имеет в виду. — За спинами воинов саирбаз!       Фенрису пришлось выпрямиться, но даже это не помогло ему разглядеть за более рослыми кунари мага. Не способствовала этому и идущая немного под наклоном дорога. Даже странно, что Данариус смог его как-то рассмотреть. Осмотревшись по сторонам и заметив лучников, Фенрис не терпящим возражения голосом выпалил:       — Прикройте! — и со всех ног кинулся на подступающих кунари.       — Куда ты, идиот?! — взревел Данариус, опасаясь, что его ценное вложение канет в лету.       Но Фенрис знал, что делал. Знать знал, но не до конца был уверен, что это сработает. Сила внутри отзывалась. Она рвалась наружу. Жаждала не просто помочь, а уничтожить любое вставшее на пути препятствие. Что или кто бы это ни был.       Кунари на эльфа смотрели с ничего не выражающими лицами. Для них он не был помехой. Что жалкий раб может сделать против верных религии Кун? Для них — ничего. Даже то, что многие увидели, как их собрат пал в схватке с этим эльфом, не насторожило.       У Фенриса была одна цель: добраться до первых рядов, и, если удастся, то прорваться сквозь них и отбежать насколько получится — в идеале бы на десяток шагов. Просто добраться до первого ряда — это минимум. Пока делал несколько шагов, стремительно сокращая расстояние, а заодно и мечась из стороны в сторону, уходя из-под копий, придумал, что нужно делать. Примерно. Он не совсем понимал, как сможет уклониться от стрелы или метко брошенного копья, но в эту сторону мозг по какой-то причине мыслить отказался.       Прибегая к силам клейм, Фенрис присел и что есть сил оттолкнулся. Благодаря меткам прыжок получился идеальным. Отбил пару копий мечом. Приземляясь, не вышло уклониться от клинка, и тот оцарапал бок, разрезая плоть и чиркая по кости. На боль в ране Фенрис не обратил внимания. Он сделал что хотел. Пытаясь уклоняться от атак, прошёл ещё чуть-чуть и…       Рык Фенриса был похож на рёв раненого зверя. В самом начале он был тихим, но быстро перерос в более громкий. Окутавшая его белая дымка мощным потоком ринулась в разные стороны кругом. Неготовые к такому кунари ничего не смогли сделать. Волна духовной магии оглушала, разрывала на части, калечила и ранила. Её мощь была такой, что поверить сложно. Словно она скапливалась внутри хрупкого эльфа, готовясь вырваться наружу только в определённый момент, когда другого выхода бы и не было. Вот как сейчас, когда её обладатель был окружён плотным кольцом врагов. Плотным настолько, что и не вырваться. И неважно, что он сам себя вогнал в это.       Отчаяние и боль, желание угодить и не пасть в немилость хозяина, страх, что охватывал разум, толкали Фенриса на необдуманные поступки.       Данариус был и в ужасе, и в восторге. Второе в большей степени. Лириумные Призраки были редкими творениями. Они блистали уникальными навыками, которые между «призраками» были различны, даже если узор идентичен. Но то, что его личный «призрак» окажется настолько силён, он даже не предполагал. И тут же возникал вопрос: почему он скрывал эту силу до этого момента? Если так подумать, то духовная магия давалась ему с трудом, знания, что вливались с ритуалом и лириумом, всплывали нехотя. Но… Данариус был восхищён! Он столько лет потратил на изучение лириумных меток, и, как оказалось, этот вид магии не до конца раскрыт.       Фенрису было откровенно плевать, что у Данариуса появилось желание начать новые эксперименты над рабом — наложить новый рисунок на имеющийся. Теперь он соображал, как не грохнуться без сознания, ибо перед глазами не просто плыло или накрывало пеленой, а реально потемнело так, точно он сомкнул веки. Он уже не видел, как выживших кунари добивали подскочившие на помощь стражники. Не видел и того, как тела падали точно подкошенные. Было не до брызжущей во все стороны крови, выпадающих внутренностей, дерьма и всего остального. И, тем более, как при начале волны, некоторых откинуло, будто массивные кунари-мужчины ничего не весили. Фенрис просто пытался удержать разум на плаву.       Издав хриплый стон, Фенрис, держась за меч, медленно опустился на одно колено, опираясь на него локтем второй руки. Низко опустив голову, он жадно и судорожно глотал воздух. Странное ощущение объятых огнём лёгких было сродни ощущениям долгого нахождения под водой. Сразу становилось понятно, что выносливость была практически на нуле. Иначе бы точно грохнулся без сознания. В таком случае непонятно, на кого уповать — хозяин сам же его не потащит.       — Выпей! — Кто-то насильно сунул Фенрису в рот бутыль, и по языку потекла прохладная вязковатая водица.       Фенрис пытался сосредоточиться на зелье и сделать глоток, чтобы не подавиться, но потуги именно этим и закончились. А некто, озираясь по сторонам, тихо выругался на эльфа, вцепился в его волосы и, задрав голову сильнее вылил остатки.       — Да глотай же ты, а не выплёвывай! — в сердцах выкрикнул стражник.       Превозмогая себя, Фенрис сделал, как велели. Зелье, приятной прохладой, потекло по пищеводу. А вместе с тем, оно придало и сил. Перед глазами постепенно всё начало проясняться. Тело не тряслось от усталости и боли, но второе никуда не делось. Как только стражник вылил в него содержимое бутылька, откинул ставшую не нужной стекляшку в сторону и рванул помогать защищать город.       В сражение подключился саирбаз. Тут и там мелькали неприятные глазу молнии. Точно змеи, они выискивали добычу, пронзая её тысячами мелких лезвий. Имперцы и сами в ответ закидывали врагов заклинаниями.       От всего этого Фенрис себя чувствовал пирогом в печи. Жар как от вражеской, так и союзной магии охватывал его тело, — по нему уже текли не только капли крови кунари, но и пот. В боку саднило, что затрудняло более резкие движения. Фенрис несмотря на то, что выносливость была в какой-то степени восстановлена, даже не пытался прибегать к меткам. Охваченные усталостью и огнём разум и тело молили об отдыхе и передышке. Но на это времени не было.       Отталкивая попавшегося на пути стражника, Фенрис со всех ног мчался к начавшему колдовать саирбазу. Между когтистых рук мага заискрились очередные молнии. Фенрис наивно подумал, что у него есть время, пока тот заканчивает заклинание, и он успеет до него добраться. Но тут оказалось несколько сложнее. Резко оборвав заклинание, маг швырнул в него клубок молний. И Фенрису, хотел он или нет, пришлось активировать клейма.       Плотно сжав зубы, Фенрис зарычал от боли. Тело пронзило сотни молний. Силы иссякали, как вытекающая между пальцев вода. И их не хватало, чтобы сдвинуться с места. Вражеская магия обездвиживала, грозясь разодрать на куски.       Боль — это сила. Используй её правильно.       Несколько неглубоких порезов, появившихся на теле из-за разрядов тока, открыли в Фенрисе второе дыхание. Хищником он уставился на отскочившего и вновь спрятавшегося за спинами воинов саирбаза. Откинув меч, чтобы не мешался, Фенрис ринулся на «стену» из кунари. Но теперь он был не один и воины со щитами его прикрыли и даже сделали проход, чтобы устойчивый к магии эльф добрался-таки до саирбаза. А тот уже снова принялся создавать молнии.       От очередного шара из молнии Фенрис успел уклониться. Маг, на котором были цепи и оковы, чем-то напоминал раба. Фенрис, резко выдохнув, сделал рывок, и когтистая перчатка разодрала одеяния из плотной кожи. Пальцы сжались на сердце. Саирбаз, захрипев, упал к его ногам. И вроде бы, всё закончилось, как стало ясно, что это только начало.