Realety Blue - Сборник Историй...

      Когда друзья друзей встречаются, это вызывает самые разные восприятия и эмоции у окружающих, их и тебя, людей.       Кто-то может порадоваться за них, кто-то может начать вставлять палки в колеса, кто-то может отговаривать от подобной глупости, поливая каждую из сторон грязью, из-за личной неприязни или еще какой из причин, либо же могут просто промолчать и жить дальше, будто ничего не случилось.       Со всякими много чего случалось, а вот когда у названного брата одной не безызвестной модели был день варенья, вечеринка удалась, как раз таки, что надо. За одним исключением, не все смогли ее посетить.       А вот приближенные — да.       Еще и удачно совпало, что альбом группы Чернокрылых, стал собирать чарты, что не могло не радовать, а это тоже какой-никакой повод для повышения градуса.       Пока, Леон бухал там в чьей-то компании, на улице серого ноября уже во всю лежал снежок и было довольно прохладно. А вот, скачущие и немного непонятные отношения Элиота и Тони, все не прекращали напоминать о себе. — Я же тебе сказал, не мешай эту гадость… — вздохнул брюнет, который вообще-то был более известен в подобных кругах, как кутер, который, бывает не просыхает недели на пролет. Правда, в этот раз, почему-то не просыхал его любовник, что Даркнесса несколько удивило. Леона давно перестал брать алкоголь и он с трезвиниками, ушел в зал, посмотреть какой-нибудь фильмец, что напоминало ему студенческие годы, в одном из летних лагерей, где они кучками сидели на кроватках-нарах и смотрели в один-единственный ноутбук. Эх, ностальгия. — А я хочу напиться… — буркнул русый, а Тони тяжело вздохнул, отчасти понимая это поведение любовника, но так же он понимал, что вдоволь побухать ему далеко не судьба. — Вот чертила… когда мы с тобой успели поменяться местами? — выдохнул он, когда желудок Нарейна все-таки гремучую смесь не выдержал и ребята распрощались с хозяином вечеринки. — И куда мы? — выдохнул русый, чуть ли не наваливаясь на своего парня и едва не падая. Благо, вовремя за всем этим успел уследить, рыжий братец, который подхватил Элиота с другой стороны. — Действительно, — слегка недовольно выдохнул Рич, подбирая русого всякий раз, как только тот падал. — К Олегу, — фыркнул модель, — он здесь поблизости живет, еще двести метров… Рич посмотрел на модель слегка недовольно, а после выдохнул, поправил руку братца на плече и они двинулись далее.       Стоило им пересечь улицу, как парни заметили отъезжающее такси от дома. Причем данное такси, узнал Тони, судя по тому как недобро он прищурился в его сторону. — Он был не один? — заломил бровь с легкой усмешкой рыжий. Тони довольно пронзительно на того посмотрел, а после спихнул русого на Рича, прошел к двери и нажал на звонок. Около двух минут они ожидали, прежде чем входная дверь открылась. Навстречу вышел им парень, чуть старше Тони с короткими русыми волосами приподнятыми в стилизованную прическу и осмотрев частную компанию, помолчал с минутку, а после закрыл дверь. — Что? — опешил Андре глянув на Тони. Брюнет немного недовольно дернул глазом, а после решил, что русому спросонья просто показалось, злобно оскалился в жуткой улыбке, и, казалось, что модель вот-вот злорадно захихикает, а волосы примут форму рожек. — Оле-е-е-ежа! — Уйди, зараза! — послышалось за дверью. — А… то есть ты меня узнал… — конопатый рванул ручку на себя, тем самым открыв дверь в наглую, и втащился вместе с Элиотом и Андре внутрь, вновь спихнул Эл-а на рыжего, схватив своего личного фотографа за вороты майки, а после приобнял вроде бы за плечи, но потом оказалось, что он сжимает в локте его шею, сильно прижимая парня к себе. — Привет, мой сла-а-адкий, — пропел довольно яростно модель, отчего даже Эл с Андре, слегка протрезвели и переглянулись такому нестандартному приветствию, — как я тебя давно не видел… спасибо, что впустил и позволишь воспользоваться ванной и переночевать Эл-у тут. Гостевые комнаты у тебя все-равно есть… А еще… Они отвернулись и Тони оттащил приятеля к лестнице, недовольно зашипев тому в ухо. — Только не говори мне, что ты опять пытался найти Дрейку, новую маму или няньку… отец года… — Ты… ты как?.. — прохрипел тот, пытаясь вырваться, но Тони сжал суставы еще сильнее. — Я ж слепой, да? Не мог не заметить ОЧЕНЬ ЖЕЛТОЕ ТАКСИ ОДНОЙ ИЗВЕСТНОЙ КОМПАНИИ, ЧТО ОТЪЕЗЖАЛО МИНУТОЙ РАНЕЕ от твоего дома, нэ? Русый на такое ярое «дружелюбие» не нашел чего ответить, а Тони закончил. — Если у Дрейка, сложится детство как у меня… — взяв кориша за волосы, брюнет повернул его голову к себе и посмотрел прямо в земки, — знаешь, что я с тобой сделаю?.. В ответ показалось лишь судорожное мотание головой. — Иди, ставь чайник… — улыбнулся широко, но жутко Даркнесс и отпустив Олега, перехватил у рыжего своего парня и потащил его в ванну. Олег вышел из комнаты и отправился готовить чай. Андре тяжело вздохнул и посмотрел в сторону кухни. — Кажется, здесь я больше не нужен… — прежде чем отправиться на выход Тони вылез из-за двери в ванную и сказал. — Куда собрался? Ты здесь остаешься ночевать. — Зачем? — не понял рыжий, недовольно уставившись на модель. — Затем, что я присматриваю за Эл-ом и у меня нет времени, чтобы выпинывать из этого дома потенциальных мам… И он закрыл дверь. Андре непонятливо уставился на дверь в ванную, а после посмотрел в сторону кухни, из которой показался и сам молодой папаша. Рич тяжело вздохнул и прикрыл глаза.

***

      Кажется, уже год прошел. Зима в самом разгаре, люди готовятся к праздникам, кто-то закупается подарками и украшениями для дома, кто-то украшает вместе с семьей, а кто-то вообще старается, почему-то избежать этого праздника.       Где уже в выше-упомянутом доме сие мероприятие и происходило, на сей раз. Русый скривился, посмотрел на рыжего музыканта в своем доме и на то, как счастливо возился с гирляндами и игрушками его пятилетний рыжий сыночек. Причем, почему-то Андре, Дрейк был видеть рад больше, чем некоторых подруг своего отца. Наверное, рыжие — рыжих издалека чуют. — Зачем? — выдохнул недовольно Олег, прижавшись плечом к косяку. — Как зачем? — сурово уставился Андре на того, — Ты хочешь сына праздника лишить? Ты хочешь, чтобы я тебя выпорол? Взял гирлянду, стал украшать елку! — Вы с Тони сговорились, что ли? — вздохнул русый, почесав в затылке, но вышел к Андре и своему сыну, посмотрев на последнего и почувствовав то самое умиление, которое испытываешь глядя на любых детей. — Пап, дафай эту! — натянул большую белую гирлянду мальчик, подняв ее над головой. Андре мягко улыбнулся и взяв ее, стал мерить. — А что… годится. Короткими тогда украсим стены… остальным подоконники и комнату Дрейка. — Мы замучаемся… — скривился Олег. — Цыц… — сказали хором рыжие заговорщики и выстрелили в того взглядом.       Хотя и возились они довольно долго, чуть ли не до самой ночи, но это было и правда продуктивно, забавно, в какой-то степени весело и так ностальгично, когда Олег со своей семьей этим занимался дома… прежде чем уехать в другую страну. После ужина, когда Дрейка понесли в его комнату и опустили на кровать, Андре остановился на ее пороге, приложившись плечом к двери и наклонил голову в бок. Он приглушил свет и зажег гирлянды. Выглядело волшебно. У малютки-рыжика даже заблестели глаза. И он протянул восхищенно: — О-о… — а потом зевнул и забравшись под одеяло, спросил у отца. — А Андвре еще придеть к нам, пап? Олег посмотрел в сторону Рича, что слегка прищурился наклонив голову в бок сильнее, и слабо улыбнувшись, протянул. — Наверное, если все сложится, можешь звать его — мамой. Рыжий нервно усмехнулся расслышав это, а Олег поцеловав сына в лоб, пожелал тому спокойной ночи, а Андре дважды нажал на какую-то кнопку в пультике гирлянды и дождавшись русого, выпустил того и сказав про таймер, прикрыл дверь.

***

— Мамой? — недовольно уточнил у русого Рич. — А что? Что-то не устраивает? — хитро усмехнулся фотограф Даркнесса. — По моему, в этой роли больше видно, тебя… — Разве? — усмехнулся тот, когда они спустились и русый достал вино и штопор, — Мне кажется, не я так по матерински пекся о благополучии и досуге Дрейка, как ты… так рассуждают лишь мамочки. Андре вредно перехватил у него бутылку со штопором и сам открыл, недовольно глянув. — Ты и впрямь — отец года. Что плохого в том, чтобы дать ребенку нормальное детство? Русый не ответил, опустив глаза и глянув в сторону. — Наверное, то, что это сложно в одиночку. — Ага… — протянул саркастично Рич, — то есть, это все-таки я — мамочка, постоянно ноющая из-за тягостей бытия. Да? Они недовольно переглянулись и рыжий, достав фужеры, разлил вино по бокалам, а после отошел к выключателю и погасил свет. Гирлянды в полу-мраке стали мерцать с новой силой, лишь ярче. Он отпил из бокала и вернулся к незатейливому отцу, поддев того под бок. — Прекращай страдать фигней, пока я не потащил тебя к Дэну на терапию. — Пф… он нас выпрет… — Разве? — взглянул на русого Рич. — Да… он же против того, чтобы у вас были именно такие отношения… ну, кроме Элиота… — Какие — «такие»? — не понял ударник Чернокрылых и солист Лисьих Хвостов. — Ну… как у нас… — замялся фотограф. — А какие у нас? — наклонился сильнее к тому рыжий. Пауза была в этот момент достаточно длинной, прежде чем Олег понял, что творит и отстранился от рыжего тут же запив вполне удачный поцелуй вином. Рич тяжело вздохнул и посмотрел в сторону. — Вот это сентиментальность… — он тоже запил этот жест. — И не говори… — уже тише добавил русый.