Пузырьки лимонада

      Бывают такие дни, когда с самого утра все не ладится. Дни, когда кофемашина ломается и начинает беспорядочно плеваться кипятком. Дни, когда Малышка умудряется срыгнуть, стоит полностью одетым взять ее на руки, чтобы попрощаться перед выходом на работу. Дни, когда пробка начинается от парковки у дома и заканчивается только у подъезда к компании. И, как вишенка на торте, лифт застревает, когда мысленно уже доехал до дома.       В такие дни особенно приятно добраться, наконец, до собственной квартиры, оставить за ее дверью все хлопоты и невзгоды и окунуться в свой привычный неидеально прекрасный мир.        - Усако, я дома, - переступив порог квартиры, я облегченно улыбнулся, увидев, как жена играет с дочкой на полу в гостиной. Из колонок, подключенных к ее телефону, неслась любимая в нашей семье детская песенка. Довольно глупая, если честно, но, едва заслышав ее, Малышка начинает широко улыбаться.       Усаги подхватила дочку на руки, поднялась с ней и подошла ко мне, чтобы поцеловать.        - Я вызвала ремонтника для кофемашины. Он придет с трех до пяти, - взяв меня за руку, Усако ласково сжала пальцы, улыбнулась, - И сегодня у нас пирог с ягодами. Я взяла рецепт теста из книги твоей мамы, а идею для начинки из журнала. Надеюсь, на этот раз, все получится.       История с пирогом – эпопея всей нашей недолгой пока супружеской жизни. Выросшая на потрясающей стряпне своей матери, моя Усако уверена – у каждой хозяйки должен быть фирменный рецепт пирога. Вначале, она честно пыталась освоить лимонный пирог своей мамы, потом взялась за рецепт сливового, который, если верить старым записям в дневниках матери, я обожал в детстве.       Каждый раз, что-то шло не так. То начинка окажется слишком кислой или наоборот приторно-сладкой. То просто вытекала из пирога, неаппетитно прижариваясь к форме для запекания. Или тесто окажется совсем не идеальным на взгляд моей богини домашнего очага. На мой вкус, все ее пироги были довольно вкусными. Но Усако это не устраивает. Как она говорит – она вышла за меня, чтобы создать счастливую, а не «довольно счастливую» семью. А в таком случае прекрасный пирог на столе жизненно необходим. Хотя бы раз в пару недель.       Теперь, она экспериментирует. Импровизированный «кастинг» на роль фирменного блюда уже прошли не меньше десяти разных рецептов. Усаги пробовала испечь пирог с яблоками, грушами, апельсинами, вишней, клубникой. Несколько несладких вариантов. Банановый и морковный торты. Но останавливаться на достигнутом точно не собирается.       Пройдя в кухню, Усако уложила дочку в специальное кресло для новорожденных. Когда мы его покупали, я был настроен скептически. Конструкция казалась ненадежной, да и сомневался, что дочка станет в нем лежать. Первые несколько недель своей жизни наша девочка вообще предпочитала находиться только на руках у кого-то из нас. В кроватку ее можно было положить только когда уверен, что она глубоко уснула. Те дни были не простыми, мы с Усако практически спали по очереди. Но все выровнялось. Теперь, Малышка вполне может полежать в коляске, в этом своем кресле или даже в кроватке, пока родители заняты своими делами.        - Держи, маленькая моя, - пристегнув дочку мягкими ремешками, Усако надела на ее ручки браслетики с пришитыми игрушками, - Мне нужно заняться пирогом, но потом я снова возьму тебя на ручки. Ты поешь и будешь спать. Договорились? Конечно, мы договорились. Ты ведь у меня такая молодец, все понимаешь.       Мне всегда нравилось наблюдать за тем, как Усаги говорит с нашей девочкой. Еще с тех пор, как Малышка не родилась. С тех пор, как мы еще даже не знали, что у нас родится девочка. Вот и сейчас я смотрел на них, остановившись у входа в кухню, не мог сдержать довольной улыбки. Рядом с моими девочками забывались все мелкие невзгоды этого дня. Рядом с ними я был счастлив.       Усако поцеловала дочку, выпрямилась и обернулась в мою сторону. Чуть покраснела, как бывает всегда, когда понимает: я наблюдаю за ней.        - Что такое? – она смущенно потеребила завязки на своих домашних пестрых брюках.        - Ничего. Просто люблю вас обеих, - Усако радостно улыбнулась в ответ на мои слова, нежно погладив пальчики на ножке Малышки, она подошла ко мне и обняла, крепко прижавшись к моей груди. Ощущение ее так близко было лучшим, что случилось со мной за этот день, - Знаешь, день сегодня… не мой. С самого утра. Но теперь, с тобой, все просто отлично.       Вместо ответа, Усако потянулась ко мне за поцелуем. Ужасно хотелось продлить его как можно дольше, но с некоторых пор у нас появилось вынужденное правило – все самое интересное происходит только после того, как ребенок накормлен. Пару раз молоко уже «убегало» и на кухонной полке заняла место небольшая банка со смесью – на всякий случай. Но Усаги ужасно переживает, когда приходится кормить дочку искусственно.       Еще раз, едва ощутимо, коснувшись моих губ своими, жена отстранилась. Она подошла к кухонной тумбе, придвинула к себе накрытую полотенцем миску с тестом, заглянув под ткань, довольно улыбнулась. Видимо, но этот раз, вид теста ее полностью устроил. Примяв пышную массу, она снова накрыла миску полотенцем, достала из посудомойки маленькую кастрюльку, а из морозилки пакет со смесью замороженных ягод.       Понаблюдав за женой несколько минут, я вытащил дочку из кресла и унес в спальню. Усаги сможет спокойно заниматься своим пирогом, а мы пока поваляемся. Мою душу в последние месяцы грела мысль о том, что дочке нравится лежать у меня на груди. Не знаю, так ли это на самом деле, но Малышка никогда не возражает против такого нашего общения. А возражать против того, что ей не нравится, она уже умеет.       Положив дочку в кокон, лежащий по центру нашей постели, я быстро сменил уличную одежду на домашнюю, лег рядом с Малышкой и пощекотал крохотную пяточку. Хотя дочь сильно вытянулась со дня своего появления на свет, все равно еще казалась крошечной. Трудно поверить, что кто-то настолько маленький может значить так много. Но каждый раз, как ее ручка охватывает мой палец, каждый раз, как она смотрит на меня такими же голубыми глазами, как у Усако, каждый раз, как улыбается мне своим беззубым ртом, меня накрывает волной непередаваемой нежности.       Малышка завозилась в коконе, явно демонстрируя свое недовольство нахождением в нем. Я забрал девочку, переложил ее на свою грудь. Сцепив пальчики на ткани моей домашней футболки, она приподняла голову, с минуту оглядывая мое лицо и окружающие нас предметы. Потом неуклюже ткнулась личиком в мою грудь, но снова упрямо приподняла голову.        - Молодец, скоро совсем научишься, - я погладил спинку дочки одной рукой, второй дотянулся до лежащей на тумбочке игрушки. У Малышки еще не режутся зубки, но Усако покупает для нее много игрушек-прорезывателей. Ей кажется, что так безопаснее. От такой игрушки точно ничего не отвалится, дочка не сможет ей подавиться, - Смотри, кто у нас здесь? Это енот. У енота большой пушистый хвост с полосками. Нравится? – все мои объяснения дочери были глубоко до лампочки. Но игрушка ей точно приглянулась, - Возьмешь? Бери, - осознанно или нет, Малышка схватилась пальчиками за голову силиконового енота, - Умница моя.       Едва слышно скрипнула дверь и через пару секунд на кровать рядом с нами запрыгнула Луна, сосредоточенно замяла передними лапами сбившееся мягкое покрывало. Белое с узором из тропических цветов и огромных попугаев. Усако купила его в самом начале лета, чтобы немного оживить спальню. Серые стены комнаты кажутся ей скучными, но к ремонту мы пока не готовы морально. Покраска стен это не то, чем хочется заниматься, когда у тебя на руках крохотный ребенок. Жена выходит из положения, часто меняя текстиль в квартире. Постельное белье и покрывало в спальне, наволочки и пледы на диване в гостиной. Даже цвет полотенец у нас зависит от сезона.       Еще утром, когда я собирался на работу, кровать была накрыта пледом в крупных красно-белых клетках. Скорее всего, у моих девочек просто произошла небольшая «авария» и теперь прежний плед сушится в ванной.       Усако пришла к нам минут через двадцать. Вошла в спальню, привычно вытирая руки о висящее на плече полотенце. Недоуменно округлила глаза, взглянув на нашу спящую дочь.        - Ей пора есть, - Усако села рядом с нами на постель, погладила спинку дочки.        - Видимо, она не голодная. Иначе точно не уснула бы. Хотя, возможно, я просто ее достал своими лекциями о строении полосатых хвостиков енотов, - я пожал плечами, продолжая осторожно обнимать нашу Малышку.        - Лекции о енотах? Ну что же, это не худшее, что я могла представить, - она с шумом втянула воздух, прилегла рядом, бережно касаясь головки дочки.        - Спать хочешь? – я жалел о том, что не могу сейчас дотянуться и поцеловать ее. Тревожить дочку не хотелось. Усаги подняла ко мне лицо и кивнула.        - Хочу, но я только что пирог поставила в духовку, - она развернулась, чтобы посмотреть на часы, но сразу прильнула снова, - На ближайшие тридцать четыре минуты мое внимание принадлежит ему, - ее пальцы пробежали по моей руке, - Мамо-Тян, - она окликнула, привлекая мое внимание, но не продолжила, будто решалась на что-то.        - Что? – я повернул к ней голову, теперь мы могли смотреть в глаза друг другу.        - Я сегодня искала плед в шкафу и поняла, не знаю, почему раньше об этом не подумала. Здесь нет никаких новогодних украшений? Мне на глаза попадается куча твоих коробок. Аккуратно подписанных. Но нигде не было коробки «Праздники», «Рождество» или что-то подобное. Мне нужно о чем-то знать? Мы… мы не отмечаем Рождество и Новый год? – она бережно коснулась моей щеки.        - Я не отмечал Рождество и Новый год, Усако. Вернее, не отмечал дома. Казалось глупым развешивать украшения и ставить елку для себя одного. Но теперь, у меня есть ты. Есть она, - я снова погладил спинку дочки, - У меня самая лучшая семья в мире. И мы обязательно будем отмечать все праздники. Новый год, день рождения, день детей, день гор. Что там еще? Мы будем отмечать любые праздники.        - Угу, сказал человек, который в собственный день рождения не позволил жене не то что вечеринку устроить, даже торт испечь, - она нахмурилась, глядя на меня.        - Давай договоримся так: мы отмечаем любые праздники, кроме моего дня рождения, - не сдержавшись, я чуть нажал кончиком пальца на нос жены. Ей точно не стало веселее от моего действия. Пришлось и мне стать серьезнее, - Прости, Усако. Просто попытайся меня понять. Это не тот день, который мне хочется праздновать. Я уверен, когда-то, у меня было пять отличных дней рождения. Возможно, шестой тоже был прекрасным, до аварии. Мне достаточно. Эй, только не вздумай плакать. Хорошо?        - Это трудно, - Усако часто заморгала, прижала к глазам основания своих ладоней.        - Давай тогда лучше поговорим про Новый год. Какие украшения нам нужны и когда их нужно покупать?        - Точно не в середине сентября, - Усако попыталась улыбнуться, - Думаю, ты поймешь, что время пришло, когда все магазины окажутся заваленными елочными украшениями и игрушечными Санта Клаусами. Так и знай, я куплю самого уродливого. Понял? Он будет до тошноты милым, толстощеким и влажноглазым. Будет стоять в прихожей рядом со стойкой для зонтов, и Луна будет опрокидывать его каждую ночь.        - Кажется, ты все распланировала. Мне остается только смириться и стараться не угробить себя, споткнувшись о нашего гипотетического уродливого Санта Клауса, - мне все же удалось вызвать у нее не вымученную, а самую настоящую улыбку. Широкую, искреннюю.        - Ты уж постарайся, - она потянулась ко мне навстречу, чтобы поцеловать. Но именно этот момент выбрала наша кроха, чтобы проснуться и издать требовательный голодный крик.       Усако оказалась права. Даже такой далекий от праздничной суеты человек, как я, не мог не заметить заполнивших еще с октября все магазины тематических рождественских товаров. В любом случае, даже если бы я сам не обратил на это внимания, жена не дала бы мне пройти мимо.        - Что скажешь, Малышка? Какой будет ваша с папой первая елка? Серебро, золото? Возможно, красно-белая гамма? – мы уже битый час были в супермаркете. Обычно, закупка продуктов занимает у нас в разы меньше времени. Но в последние недели Усако останавливается у каждого стенда с праздничным декором, пристально изучает весь представленный ассортимент и берет в руки то одну, то другую вещицу, прикидывая, подходит ли она для нашего первого идеального Нового года.       Пронаблюдав за женой, занятой выбором комплекта елочных украшений, я перевел взгляд на нашу тележку с покупками. Кажется, всевозможных гирлянд, шариков и аромосвечей там гораздо больше, чем продуктов.       Но, совершенно точно, меня это скорее радует. Абсолютно определенно, меня это радует.        - Мамо-Тян, какие тебе нравятся? – она подошла ко мне, показала несколько коробок.        - А тебе?        - Не во мне дело. У меня было уже девятнадцать отличных елок. А теперь, я хочу украсить нашу первую елку. Ее первую, - она кивнула на лежащую в своей коляске дочку, - Я очень хочу, чтобы ты был счастлив, глядя на нее. Так что, пожалуйста, скажи мне, какие украшения тебе нравятся? – Усако настойчиво встряхнула коробками, которые держала в руках.        - Вот эти, - я забрал у нее из рук коробку с шариками, окрашенными в стальной цвет, положил их в тележку на наши покупки.        - Вот видишь, и совсем не сложно, - она поцеловала меня в щеку, убрала лишние коробки обратно на полку, - Теперь, нужно найти самый лучший рождественский венок на дверь, - Усако взялась за ручку коляски, - Я видела их на дальнем стенде.       Мы стали проводить в магазинах неприлично много времени. Но я не возражал. Для меня на самом деле было очень ценно и дорого знать – она старается ради меня. Первый Новый год нашей дочери это важно. Но Малышка ничего этого не запомнит. Разве что по фото и видео, которое мы снимем. Но это совсем не то. Гораздо важнее, что это наш первый совместный Новый год.       Год назад в это время мы готовились к свадьбе, но я сам вел себя как тормоз. Умудрился сбежать с семейного ужина в ее доме еще до того, как Икуко подала десерт. Отказался от предложения провести с Усаги и ее семьей выходные. У меня тогда действительно было много работы, но и срок сдачи проекта был еще довольно далеко. Я вполне мог бы успеть. Испугался. Теперь, уже и сам не понимаю, чего именно.       В этом году меня ожидали полноценные праздничные каникулы с семьей. И я на самом деле предвкушал эти дни. Предвкушал дни, проведенные только с Усаги и Малышкой, семейные обеды в доме ее родителей – моя теща действительно потрясающе готовит, наши встречи с друзьями и прогулки по принаряженным к празднику улицам родного района.       Но это все было впереди, а пока, Усако готовилась к праздникам. Не только, когда мы все вместе ходили в магазин, в когда гуляла с нашей дочкой, пока я на работе, когда ходила к своей матери, чтобы выпить чашку чая с любимым с детства пирогом. Почти каждый день, возвращаясь домой я замечал несколько новых вещиц. Казалось, она собралась украсить каждый уголок нашей квартиры.       Она не только покупала украшения, но и делала их сама. В ход шло все – мотки шерсти и палочки корицы, бумага, картон, какие-то палочки, найденные в парке на прогуле, ленты и даже аккуратно срезанные апельсиновые корки. Занимаясь вечерами, когда Малышка уже спала, а я был занят работой, своим рукоделием под аккомпанемент старой романтической комедии, Усако выглядела такой счастливой, что я не решался потревожить ее.        - Смотри, по-моему, симпатично получилось, - опершись бедром об угол моего компьютерного стола, Усаги протянула в раскрытых ладонях с десяток небольших звезд, обмотанных цветными нитками.        - Красиво. Из чего ты их сделала? – отъехав в кресле от стола, я притянул жену к себе на колени. Она прильнула щекой к моему плечу, довольно прищурилась.        - Из проволоки. А нитки у мамы забрала. У нее много осталось после того, как она одеяло для Малышки вязала. Ленточки для петелек от приглашений на нашу свадьбу. Я уговорила девочек отдать мне их карточки. Для нас это большая память, чем для них. Можно сказать – игрушки с историей получились. Я подумала – нам нужны такие. Значимые, - она смущенно потупилась, ковырнула кончиком пальца ткань на моей футболке.        - Очень нужны, Усако, - не сдержав порыва затопившей меня нежности, я прижался губами ко лбу жены, обнял ее крепче.        - А еще, нам нужна елка, - напомнила Усаги, задвигая полку с клавиатурой на ее законное место. Новый рабочий проект занимал у меня много времени, и жена радовалась каждой моей передышке. Каждой возможности отвлечь меня и побыть вместе хотя бы несколько минут.        - Надеюсь, нам подойдет искусственная? – если бы она захотела, я заморочился бы и на настоящую, поехал на рынок, где ими торгуют, связался со службой, которая вывозит отжившие свое деревья после праздников. Просто казалось, что такая возня убивает все праздничное настроение. Хотя – я мало что понимаю в этом абстрактном понятии. Для моего настроения, как оказалось, необходимо наличие двух факторов. Только чтобы Усако и наша дочка были рядом и были в порядке.        - Мамо-Тян, - я не сразу понял, что жена смотрит на меня тревожно, обеспокоенно, - Ты меня слушаешь? Ты, как будто, не здесь.        - Я здесь, Усако. Задумался немного. Повтори, пожалуйста.        - Я сказала, что нам подойдет искусственная. Настоящую жалко, - она пожала плечами, обезоруживающе улыбнулась.        - Хорошо. Раз так… - я удобнее устроил жену у себя на коленях, снова выдвинул клавиатуру, но только затем, чтобы свернуть свою работу и открыть сайт интернет магазина. Обычно, мы заказываем оттуда подгузники и одноразовые пеленки со скидкой. Но раздел товаров для малышей далеко не единственный. Вбил запрос в поиске и откинулся в кресле, придерживая жену за талию, чтобы не соскользнула с моих коленей, - Выбирай.        - Любую? – уточнила Усако, кладя ладонь на мышку.        - В пределах разумного, - движением ладоней я чуть сместил бедра Усако. Сейчас не хотелось превратить уютный совместный выбор символа праздника в предварительные ласки, а если бы она продолжила ерзать на мне – тем бы все и кончилось, - И пусть она будет просто елкой, а не одной из этих неоновых пародий.        - В смысле? – жена отвлеклась от пролистывания страницы, чуть обернулась ко мне.        - Мне не хочется, чтобы в нашей квартире завелся ядовито-розовый монстр, - поясняя, я отвлекся на экранчик видео няни. Малышка завозилась в своей кроватке, приподнялась на вытянутых руках, но тут же снова упала на свое любимое одеяльце, развернула голову в другую сторону, выплюнула соску и снова затихла.        - Пойду, проверю ее, - Усако вместе со мной пронаблюдала за дочкой, нехотя поднялась с моих колен и прошла в спальню. Пока ее не было, я сам пролистнул страницу вверх-вниз, изучая ассортимент фальшивых деревьев. Жена вернулась через пару минут, - Спит, - ласково шепнула она, останавливаясь рядом со мной и зарываясь пальцами в мои волосы, - Она такая хорошенькая, совсем, как ты.        - За что ты так с ребенком? – я криво усмехнулся. Отрицать то, что Малышка внешне похожа на меня – бессмысленно. Но я уверен, что свое обаяние дочка никак не могла унаследовать от меня.        - Не спорь, мне виднее, - Усако похлопала меня по плечу, призывая отодвинуться, снова села ко мне на колени, - Выбрал что-нибудь?        - Не то чтобы, - снова обхватить ее талию, ощутить хорошо знакомые тепло и приятную тяжесть было невероятно приятно. Раскрыв одну из фотографий, чтобы подробнее рассмотреть елку, Усако потянулась за моей кружкой с остатками кофе. Сделала глоток, скривилась, - Гадость какая. Как ты это пьешь? Горько ведь!        - Я люблю крепкий, - вернув себе кружку, одним глотком допил остатки напитка, - Хочешь, сделаю тебе какао?        - А горячий шоколад можно? – Усако обезоруживающе улыбнулась мне.        - Можно, - улыбнувшись в ответ, я коснулся ее плеча поцелуем. Не удержавшись, легонько шлепнул по бедру, вынуждая подняться и выпустить меня.       Пока готовил шоколад для нее и кофе для себя, слышал негромкий голос жены. Усаги разговаривала то ли сама с собой, то ли с нашей кошкой.        - Нашла что-нибудь? – я поставил рядом с женой ее кружку, - Очень горячий, - предупредил, придвигая ближе одно из кресел и устраиваясь в нем со своим кофе. Кошка тут же прыгнула с дивана на мой подлокотник, громким мяуканьем требуя немедленного внимания.        - Не знаю, мне хочется, чтобы она была пушистой. Совсем, как настоящая, - Усако свернула очередную ссылку, развернула следующее изображение.        - Усако, а когда ты в последний раз видела настоящую елку? Такими, - я кивнул на изображение на мониторе, - они бывают только после обработки добрым десятком удобрений, селекции, а то и искусственного формирования.        - Сделай мне одолжение, - Усако подъехала ближе ко мне в компьютерном кресле, развернулась, уперев вытянутые руки в сидение меж своих раздвинутых бедер, и подалась вперед, - Не умничай, Мамо-Тян, - она быстро подалась вперед и ее губы на мгновение коснулись кончика моего носа.        - Я постараюсь, - задержав ее, прижался к губам поцелуем. Устоять было невозможно. Усаги красива всегда, но когда она сердится – хотя бы немного – становится еще красивее.       Выбор затянулся. Одни елки казались Усако красивыми, но оказывались слишком низкими или наоборот – высокими. Подходящие по высоте могли занять своим диаметром половину нашей гостиной. Пришлось достать из инструментов рулетку и замерить угол, куда мы готовы были установить дерево. Угол оказался не так велик, как хотелось бы. А диаметр окружности, к сожалению, был указан далеко не у всех моделей.       Наконец, мы нашли то, что искали. Прекрасная елка полутораметровой высоты, достаточно пушистая, чтобы удовлетворить желания Усако и достаточно компактная, чтобы не перекрывать нам проход в ванную и детскую.       Наш заказ доставили через три дня. Хоть до праздника и оставалось еще почти две недели, Усако настояла, чтобы собрали мы ее этим же вечером. Жена устроилась на полу вместе с дочкой, дала ей игрушки, а сама занялась распутыванием гирлянды, с улыбкой поглядывая на то, как я вожусь с елкой. Работа оказалась монотонной, и всей сложности было, что правильно вставить ветки в пазы. Но Усако смотрела на меня так, будто я делаю что-то на самом деле очень значимое.       Когда закончил и принялся обматывать пластиковые ветки распутанной женой гирляндой, она поднялась на ноги, взяла на руки дочку и поцеловала пухлую детскую щечку.        - Смотри, Малышка, какую красивую елочку папа для нас собрал. Твоя самая первая елка. Тебе нравится? – судя по всему, елка интересовала Малышку гораздо меньше, чем Луна, игравшая с бахромой пледа, брошенного на диванный подлокотник. Вот за кошкой дочка наблюдала с огромным удовольствием. Опустив взгляд, Усако тоже пронаблюдала за игрой домашней любимицы, снова обратилась к дочери, - Эх, ты. Луна у нас каждый день. А елка – нет, - снова поцеловав дочку, она прижала к своей щеке младенческую голову, с наслаждением втянула сладковатый детский запах, - Ладно, если ты хочешь, смотри на Луну. А я папе помогу, - Усаги уложила Малышку в подаренный нам Зойсайтом шезлонг, пристегнула ее мягкими ремешками, - Я надеялась, Малышка будет больше заинтересована, - призналась Усако, помогая мне закончить очередной виток гирлянды вокруг нашего дерева.        - Слишком мала еще. Пока что Луна интереснее – пушистая, вертится, мяукает. Совсем, как одна из ее игрушек. А елка что? Для Малышки – просто зеленое пятно, как мой пиджак, например. Подожди, вот нарядим, зажжем гирлянду, и Чибиуса глаз от нее не оторвет. Да, чудо мое? – я присел на корточки рядом с дочкой, быстро поднес к губам ее ладошку. Поцеловал нежную детскую ручку и с силой дунул на пальчики, вызывая у нее смех. С тех пор, как она впервые рассмеялась в полный голос, это мой самый любимый звук в мире.       Украшение елки заняло у нас около часа. Не знаю, годится ли эта елка для статьи в каком-нибудь дизайнерском журнале, но мне она показалась гораздо лучше, чем многочисленные задекорированные профессионалами символы праздников, заполонившие в последние недели магазины, торговые центры и даже холл нашей компании.       Сев, наконец, на диван и осмотрев готовую, горящую теплыми желтыми огоньками-снежинками елку, я не смог сдержать улыбки. С появлением здесь Усаги, квартира перестала быть просто местом для сна и хранения вещей, она стала на самом деле домом. Будто почувствовав, что думаю о ней, жена с ногами забралась на диван рядом со мной. Обняла, поцеловала в щеку и тоже посмотрела на елку.        - Отлично вышло, - она улыбнулась, довольная результатом нашей общей работы, - И ей нравится, - она перевела взгляд на дочку, которая теперь не отводила взгляда от поблескивающих на елке игрушек в форме конфет. Усако купила этот набор последним и, отчего-то мне казалось, что именно он нравился моей жене больше всего.        - Кажется, когда она подрастет, я просто разорюсь на детском стоматологе, - уже привычно, я поглаживал жену по голове. Когда она рядом, просто невозможно не прикасаться, не обнимать, - Смотри, как за конфетой следит. Того и гляди – облизнется.        - Она не знает, что такое конфета, Мамо-Тян. И я надеюсь, что еще хотя бы года три не узнает, - Усако взъерошила мои волосы, ласково улыбнулась.        - А что такое? Конкуренции боишься? – не успел я договорить, как Усако с размаха ударила меня по голове подушкой, обиженно надула нижнюю губу, скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась.        - Усако, - я обхватил жену за талию, но она только развернулась еще немного в сторону, - Усако… - знал, что на самом деле она только изображает обиду, но это не значит, что прощение достанется мне просто. К счастью, я уже многое знал о своей жене. Например, что она боится щекотки. Пальцами правой руки легко пробежал по ее спине, пощекотал острые лопатки. Жена повела плечами, пытаясь сбросить мои руки, издала первый нервный смешок. Останавливаться я не собирался.        - Пора ее купать, - Усако вымученно улыбнулась, приподнимая голову с моего плеча и глядя на часы-заставку, перемещающиеся по монитору компьютера. Пока щекотали друг друга, в какой-то момент упали с дивана, да так и остались лежать на полу. Только дочку вытащили из шезлонга, и теперь Малышка привычно лежала у меня на груди, сосредоточенно обсасывая свой кулачок, - Тебе теперь неделю запрещено меня щекотать. Живот до сих пор от смеха болит, - пожаловалась жена, садясь, придерживая свой бок.        - Прости, я увлекся. От тебя очень трудно оторваться, - крепче прижимая к себе дочку, я поднялся на ноги, - Любым трудом готов искупить свою вину.        - Искупай ее, - попросила Усако, погладив дочку по голове, - а я пока чай себе заварю.       Через час, когда Чибиуса уже спала, наряженная в свою новую пижамку с узорами из панд в колпачках рождественских эльфов, Усаги снова обняла меня.        - Пока она спит, мы можем закончить украшения.        - Я думал, мы уже закончили, - мой взгляд сам собой метнулся к елке. Я просто представить не мог, что еще на нее можно добавить.        - Любимый мой, - очень нежно, но с каким-то сожалением в голосе прошептала Усако, весело улыбнулась, - Елка – это самое важное, но далеко не единственное украшение.       Нам потребовался еще ни один вечер, чтобы украсить нашу квартиру так, как Усаги это видела в своем воображении. Гостиная, спальня, детская… праздник будто заполнял каждый уголок нашего дома. Усако даже держатель для полотенец в ванной умудрилась обмотать мишурой и закрепить на нем пару забавных елочек, которые сама вырезала из плотной ткани и украсила клеем с блестками. Пользоваться держателем по прямому назначению стало невозможно, но каждый раз заходя в ванную, я не мог не улыбнуться. Она смогла, она сделала наш первый общий Новый год совершенно идеальным.       В сам праздничный вечер, мы поздно вернулись из ресторана, где ужинали с родителями Усако и ее братом. Шикнув на раскричавшуюся кошку, жена быстро направилась в кухню, чтобы накормить ее. Чуть покачивая дочку, я прошел с ней в спальню, опустил в кроватку, как мог бережно расстегнул молнию на комбинезоне. Кажется, я действовал куда осторожнее, чем спецназовские саперы из сериала, который смотрим с Усако. Практически не дыша, вытащил ручки дочки из рукавов, стащил штанины с ножек. Аккуратно перекатив ребенка, убрал из кроватки ее уличный комбинезон.        - Все хорошо? – Усако появилась на пороге спальни, победно улыбнувшись жене, я показал ей снятую с Малышки одежду.        - Укрыть ее? – с сомнением уточнил, глядя на первое настоящее платье дочки. Усако купила для этого вечера очень сезонное бордовое платьице из плотной ткани с набивным рисунком из снежинок.        - Не надо. Ей будет жарко, - Усако протянула руку мне навстречу, - Иди сюда.       Скинув пиджак на спинку кровати, я вышел в гостиную, Усаги достала из-под елки одну из коробок в яркой обертке с огромным бантом, смущенно протянула мне.        - С Новым годом, родной. Ты прости, у меня получилось не очень красиво, но очень не хотелось делать тебе подарок за твои же деньги, - она пожала плечами, будто ей действительно есть за что передо мной извиняться.       Кажется, я никогда так не торопился, срывая упаковку с подарка. Внутри коробки обнаружился белый шарф. Она явно связала его сама, но когда только успела?        - Ты не представляешь, сколько всего можно сделать, пока ребенок спит на прогулке, - Усако снова смущенно пожала плечами, - Тебе, хоть немного, нравится?       Я быстро накинул шарф на свою шею. Возможно, он был коротковат, возможно, кое-где торчали петли. Но, кого это волнует?        - Мне очень нравится, Усако, - взяв ее руки в свои, я поднес их к губам, коснулся благодарным поцелуем пальчиков, создавших этот подарок для меня, - Спасибо тебе, любовь моя, - не знаю, понимала ли она, что я благодарю сейчас не за шарф, вернее не только за шарф, - Даже не знаю теперь, достоин ли мой подарок, - не выпуская ее руки, я наклонился, забрал из-под елки свой подарок и протянул жене.        - Что это? – она смотрела на меня с таким любопытством, что невозможно было не улыбнуться в ответ.        - Открой, - просто предложил я, очень надеясь, что кулон ей понравится. Я купил его там же, где кольцо, подаренное ей на помолвку. В ювелирном магазине, у дверей которого мы когда-то впервые встретились.