Мафия

Гоголь — страх и ужас, которыми он пропитался полностью, а затем заставил всех это чувствовать. У тебя колени дрожат, руки онемели, посинев от испуга. Чувствуешь себя загнанным зверем, которому некуда бежать от хищника. Гоголь может и без причин устрашать тебя, подобно демону, который весь ад в строгих правилах и законах держит. У него аура разрывающая, сразу даёт понять, кому подчиняться. Ты любила его, но с этим и ненавидела, не понимая, чего точно чувствуешь. Невозможно питать к нему что-то одно, как и сам Николай, чувства к нему многогранны. — Я, может, разговариваю с тобой на непонятном языке? — ходит, медленно растягивая шаги, как и слова. Даже взгляд не нужен, чтобы понять его глубоко въевшуюся злость. — Нет, Николай, я всё понимаю, — говоришь одними и теми же фразами, боясь в следующий раз наступить на мину, взорвав все в округе. Руками что-то в карманах рыскает, пытаясь унять гнилое и разъедающее чувство в груди. Николай метать и рвать готов, но сперва отругает тебя. Ты для него безбашенная мазохистка, получающая удовольствие от каждого грубого действия. Сорт особенного наркотика, внутри оседаешь приятно, так, что хочется ещё и ещё тебя пробовать. К сожалению, у Николая уже передоз, поэтому вовсе и не боится идти глубже. Садится на кожаный диван, изведавая характерный и раздражающий звук. Ты на коленях стоишь перед ним, зная, что промахнулась конкретно. Тебе запрещено выходить из дома, если Николай не разрешил или не осведомлён об этом. Ты очень рисковая и бесстрашная, из-за этого думала уйти повеселиться, не видя нужды в том, чтобы сказать ему. Глупо, зная, что твой молодой человек крыса, управляющей за всем происходящим криминальном в городе. Конечно, врагов и дышащих в спину ублюдков много, а ты – слабое место, на которое легко и просто могут надавить, перекрыв ему кислород. — Знаешь, ты стала очень непослушной, — наклоняется к тебе, глазами вызывая животный страх. — Воспитательные меры никто не отменял, так? — Николай не ждёт твоего ответа, в виде слабого кивка головой. Сразу же хватается за горло, сдавливая весь кислород, что наружу выходит. Губы сами приоткрываются, впуская язык Гоголя, что лезет глубоко в глотку. Кусает, слюни размазывая вокруг губ. Зубами острыми, задевает десна, тем самым больно царапая. Ты даже не успеваешь среагировать, пытаясь тоже сыграть в эту игру. Забыла, что доминант тут Николай, пальцами теряется в твоих волосах, сжимая их. Жадно глотает воздух, специально языком проводя по нижней губе, будто твою сладость слизывая. Перестала смущаться, наслаждаясь его дикостью. — Хочу большего, — шепчешь, под нос хныкая. — Члена? — встаёт с насиженного места, возвышаясь над тобой и смотря сверху вниз. Ты так прекрасна, когда слушаешься его, будто в бреду шепча его имя. Глазами потемневшими смотришь, отвечая на его вопрос обычным и знакомым взглядом. Гладит по волосам, хватаясь за твоё запястье, которое укладывает на свой член. Бёдрами двигает слегка, чувствуя сильное напряжение внизу живота. Прекращает все манипуляции, с неким оскалом снимая с себя брюки с боксёрами. Член парня, будто твой личный фетиш, он красиво и хаотично изрисован венками пульсирующими. Головка набухла, виднеется вязкой жидкость, что стекает вниз по члену тонкой ниточкой. У тебя узел сильнее затягивается, становясь тяжёлым грузом, давящим сильнее с каждой секундой. — Возьми его полностью, — тембр голоса меняется, заставляя мышцы болезненно сжимается. Приоткрываешь рот, опаляя горячим дыханием головку, от чего даже кажется, что Николай мгновенно вздрогнул. Не даёт даже сделать лишнего движения, входя полностью. Рваные движения вызывают рвотный рефлекс, который ты сразу отгоняешь. Концентрируешь всё внимание на члене, что вбивается в твой рот. Не контролируешь изобилие слюней во рту, что не вызывали отвращение. Николая это сильнее разжигало, будто с цепи сорвался. За затылок сильнее насаживает на член, мощными бёдрами двигаясь, за которые руками цепляешься. Это не весь ваш предел, но у парня сегодня совсем другое настроение и желания. Такая узкая и тёплая, щечками делая вакуум, сильнее посасываешь, головку цепляя зубами. Руками по стволу проводишь, усиливая ощущения, в которых вы утопаете. У тебя между ног мокро настолько, что немного даже по бёдрам стекает. Николай шипит через стиснутые зубы. — Такая ты жадная, только не откуси. — ухмыляется, сильнее на нервы действует. Дразнит. Доводишь его умело до оргазма, пока внутри извергается спермой. Ты ненавидела вкус этой вязкой жидкости, но знаешь, как Николаю нравится, когда ты даже сперму глотаешь. Нарочно поднимаешь глаза, слизывая с губ остатки. Юноша приточную боль чувствует, упиваясь этими наслаждением. Ты для него кайф, хуже всех наркотиков. Подсел на тебя, вроде он подчиняет всех, тебя в том числе, но ощущение, что это ты дикого зверя приручила.