Golden boy

— Как вы отнесётесь к тому, чтобы я сходил поиграть в голбол? — прошептал Адриан, когда мсье Агрест закончил разговаривать по телефону со своими коллегами и подчинёнными, а Адриан тем временем продолжал ласкать его член. Интересно, что бы подумали его партнёры, когда узнали бы о том, как его подопечный занят выпрашиванием своих развлечений?! — Хм? — Меня пригласил бариста из кафе. Они проводят чемпионаты. Как раз в воскресенье вечером и вторник после обеда, когда вы обычно заняты в мастерской. Воскресенья для Адриана были всегда совершенно особенными днями. Когда мсье Агрест впервые ответил на «чувства» Адриана и они занялись любовью, он считал воскресенья самым волшебным днём на свете. Тогда мужчина уделял ему всё своё внимание, учил его быть чувственным и отзывчивым, показывал, что один мужчина может сделать другому. Счастье мсье Агреста было обязанностью Адриана. Уже спустя полгода воскресенья превратились для юноши в дни, когда стоило быть покорным. А игры с шёлковыми лентами, обездвиживанием и повязками на глазах воспринимались им, как некое разнообразие. В то время Адриан не подозревал, что в этих «играх» скрыт какой-то глубокий подтекст. Потом воскресенья стали днями, когда Адриан должен был делать всё возможное, чтобы мсье Агрест ложился спать полностью удовлетворённым. Для Адриана это стало самой большой ошибкой. А также заняло слишком мало времени, чтобы он начал осознавать, что годен он только на то, чтобы удовлетворять мсье Агреста по воскресеньям. — Я не против, Золотце. Но если ты будешь хорошо себя вести. Конечно, Адриан раздражён тем, что приходится выклянчивать такие простые вещи, как прогулки с друзьями, но в то же время, и обрадован: у него есть разрешение. Адриан Агрест видимо никогда так и не поймёт, что такого в этом полном подчинении, которое так восхищает других людей. Раньше он думал, что знает достаточно, но с каждым днём лишь продолжал испытывать чувство неудовлетворённости и разочарования. Лишь сейчас стало доходить, что Адриан просто желал угождать Габриэлю Агресту. О, как страстно этого жаждал. Но он именно так и воспитал своего подопечного. Так, чтобы Адриан всегда добивался хоть малейшей толики его внимания, даже если ради этого приходилось надевать нелепые костюмы, и стоять раком перед толпой его озабоченных друзей. И, конечно, это было не любовью. Это даже нельзя было назвать уважением. И смотря правде в лицо, признавал Адриан, его использовали. А теперь ему предстоит решать, что с этим всем делать.

***

Впервые в жизни после того прозрения, Адриан так сильно ждал воскресенья, даже если это означало, что он должен приложить ещё больше усилий, чтобы удовлетворить опекуна. Но зато потом у него будет свободное время, которое он потратит на себя. Разве могло быть иначе? Прежде чем отпустить его на игру, мсье Агрест как следует развлекается, тем самым наказывая его за то, что тот хочет провести время с другими. И поэтому у Адриана такая странная походка. Он смущался, когда кто-то задерживал на нём долгий взгляд. Понимают ли они в чём причина? Юноша приехал в парк раньше на двадцать минут. Но даже так Лука уже ждал его. А, может быть, просто гулял. И, конечно же, Лука заметил его первым. Он закричал во всё горло и махнул рукой. — Хей, Адриан! Рад, что ты всё-таки смог прийти! Иди сюда! И только потом Адриан понял, что Лука тоже не один. Вокруг него полно молодых парней и девушек. Юноша нервно улыбнулся, потому что, несмотря на свою карьеру моделью, совсем не привык находиться в окружении большого числа ровесников. Собственно, поэтому и не знал как себя правильно вести. Его выдрессировали безвольной игрушкой. — Адриан, познакомься с Кимом — он наш капитан, — Лука кивнул на высокого долговязого парня с атлетической фигурой. А затем, наклонившись ближе, заговорщицким шёпотом продолжил: — хоть он и идиот, но встречается с моей сестрой, поэтому я должен хорошо к нему относиться, а не то Джулека меня прибьёт. Но Ким всё равно услышал и добродушно взъерошил волосы Луке. — Приятно познакомиться, Адриан, — протянул тот руку, — ты правда новичок? Адриан смутился, но пожал крепкую и сильную ладонь. Ким выглядел настоящим профессионалом. А ещё почему-то немного странно смотрел на Адриана. Как будто хотел спросить: ты выглядишь педиковато, ты случайно не гей? Адриан опасался того, что его новые знакомые узнают о нём правду и не захотят с ним даже общаться. — Я, да. Мой… опекун приверженец традиционных занятий. Поэтому я могу сыграть вам симфонию Баха или составить спарринг на шпагах, но… голбол. До недавнего времени я и не знал, что в такое играют. Боюсь, что я даже не помощник вам. Ким рассмеялся и показал на брюнетку с хвостиками, стоящую чуть поодаль. — Видишь Маринетт? Она не умеет ни ловить мяч, ни бросать, но мы всё равно ни на кого её не променяем. Адриан задержал на девушке взгляд. Она не кажется сногсшибательной красоткой, у неё иссиня-чёрные, отливающие синевой волосы, слегка суженные глаза и открытая, дразнящая улыбка. — О чём вы там болтаете, неудачники? — смеясь, крикнула Маринетт, помахав Адриану рукой. От неё так и веяло теплом и оптимизмом, что Адриан не смог не улыбнуться ей в ответ. — О твоей груди, конечно, сладкая, — также со смехом отвечает ей Ким, уворачиваясь от её неуклюжего броска мячом, переливающегося мелодичным звоном, который всё равно не долетает до них, поворачивая в сторону. Маринетт в ответ надула губы, демонстративно поправила грудь и отвернулась. Адриан краснеет за неё. А меж тем парни продолжают обсуждать что-то связанное с грудями, телами и симпатичными попками. Для Адриана это был настоящий целый мир. Мир, свободный от предрассудков. Мир, где есть нормальная жизнь, где люди никогда не бывают в клубах для избранных, где не занимаются сексом, используя верёвки, зажимы и плётки, где есть первые влюблённости, разочарования и радости. И Адриан, попав в этот мир, чувствует, что хочет остаться здесь надолго. Хоть он никогда и не играл в голбол, был приятно удивлён, что координация у него не так плоха, как ему казалось. Адриан оказывается благодаря своим занятиям фехтованию и музыкой умел услышать правильное направление мяча, а также поймать его и бросить своей команде. После пробной игры Лука сказал, что завидует его грации, а также то, что не каждому новичку такое под силам. До того, как самому выйти на поле, Адриан большую часть времени провёл за тем, что наблюдал за Лукой, его движениями, слушал его голос. И благодарил бога за то, что в этой игре игрокам завязывают глаза, иначе Лука точно увидел бы, что он пялится на него. И, конечно же, у него не хватило смелости попросить Луку научить его играть. К тому же был уверен, что мсье Агресту не понравится то, что его воспитанник проявил желание сблизиться с компанией незнакомых парней и девушек. Перед началом игры Лука познакомил его со всеми друзьями. Помимо Маринетт и Кима, тут были Нино со своей девушкой Альей — лучшей подругой Маринетт, маленькая, но не такая уж хрупкая Аликс, умник Макс — лучший друг Кима, и наивная блондинка Роуз. Все они были такими разные, но такими дружными. — Что-то не так? — тихо переспросил Адриан у пристально смотрящей на него Маринетт, когда они начали складывать инвентарь. Перед игрой девушка точно также не сводила с него глаз. От этого Адриан нервничал ещё больше. Вдруг она заметила его странности? — А? Нет, всё в порядке. Прости, если покажусь тебе странной, — Маринетт, взяла Адриана в руку, — но ты случайно не снимался в рекламе? Просто ты так похож на одного... ммм... парня. — Может быть это я, — наивно пожал плечами Адриан. — Твоя фамилия Агрест? — в лоб переспросила Маринетт, ещё крепче сжав его руку. Адриан кивнул. — О, боже мой! — запрыгала она на месте. — Не могу поверить, что я играла вместе с Адрианом Агрестом, сыном известного дизайнера Габриэля Агреста, и супер секси моделью! Ущипните меня, иначе я не поверю, что это реальность! — Эм, можешь потише? — неловко замялся Адриан, не желая, чтобы об этом узнали другие. Он ведь так и не назвал никому своей фамилии. Но Маринетт уже было не остановить. Она всё тараторила и тараторила, рассказывала, что тоже учится на дизайнера, восхищена работами его «отца» (знала бы какой из мсье Агреста отец), обожает фотосессии Адриана (а правда что ты был на Карибском море в прошлый сезон?) и просто самая преданная фанатка. Совершенно понятно, что их бурным диалогом, вернее монологом, заинтересовались другие. Адриану ещё повезло, что никто не обратил на его слова об опекуне внимания. Иначе больших вопросов было бы не избежать. Правда, отреагировали все по-разному. Но никто как Маринетт. Алья назвала её гипервозбуждённой натурой. Конечно, больше всего Адриана интересовала реакция Луки, но он отошёл подальше и добродушно улыбался, глядя как Адриана расспрашивают о его жизни (правда сам он мог сказать лишь крохотную долю правды).

***

— Чувствуешь это? Чувствуешь? — тяжёлый голос сверху, заставил Адриана дрожать, пока опекун трахал его до изнеможения. Адриан думал, что всё в порядке, они уладили все недопонимания, и был даже благодарен мсье Агресту, что тот разрешает ему играть с новыми друзьями. Потому что за несколько недель тот не произнёс и слова против. Но однажды просто швырнул его на кровать, и с силой развёл ноги. А затем использовал все возможные способы, чтобы он, Адриан, умолял его о внимании мужчины. Когда такое случалось, Адриан себя ненавидел, ведь он терял контроль, отдавался и сладко стонал под крепким красивым мужским телом, которое помимо боли могло дарить и удовольствие. Много удовольствия. — Твои дружки, увлекающиеся пивом и сигаретами могут дать тебе такое, Золотце? — зло произнёс мужчина и вынул свой обмякший член. Из разработанной дырки вытекла тоненькая струйка спермы. Его руки продолжали сжимать плечи Адриана, пока юноша пытался отдышаться. Нижняя часть тела онемела, а соски — излюбленное место мсье Агреста горели огнём. — Могут ли они делать то, что делаю я?! Дать тебе то, что даю я?! — Нет, сэр, — пересохшими губами шепчет Адриан и вскрикивает, когда член заменяют несколько пальцев. Они начинают быстро поглаживать простату, и Адриан вновь на пределе, ёрзает, прикусив губу. — Нет, они не могут. Пожалуйста, прекратите. Я больше не выдержу! Адриан продолжает извиваться на пальцах мсье Агреста, пока из его собственного обмякшего члена вытекают капли спермы. Он чувствует, что больше не в состоянии вынести этого. — Ну что же, — самодовольно ответил мужчина, лениво продолжая свои фрикции, — ты стал куда более вынослив. Может быть, мне стоит сказать твоим друзьям спасибо? Соски Адриана больно трутся о простыни. Он тихо смеётся в подушку, после третьего подряд оргазма кружится голова. В комнате стоит удушающий запах спермы. — Я скажу им об этом, сэр, — тихо шепчет юноша, носом утыкаясь в подушку. Пальцы покидают натруженный анус, мсье Агрест напоследок с силой хлопает его ладонью по ягодицам, и, запахнув халат, подходит к двери. — Никто не сможет позаботиться о тебе так же, как я, Эм… Золотце. Не забудь, что через час у тебя уроки китайского. Адриан даже не вздрогнул, когда услышал хлопок двери. Всё, что он мог, это лежать почти сломанной куклой на кровати и жалеть себя.