Вечер накануне Ивана Купала

Николай Васильевич Гоголь

      1831 год. 20 мая ... Тогда мы встретились впервые.       Но до этого, ещё В 29 году я почти добился нашего знакомства... по приезде в Петербург, не успев даже разобрать сумки, а лишь скинув их в комнате, я, движимый желанием увидеть человека, коим восхищался и о котором грезил ещё со школьной скамьи, сразу бросился к квартире Александра Сергеевича, явился без всякого приглашения. Не удивительно, что тогда он спал, ведь всю предыдущую ночь играл в карты.       О, кто бы знал, с какими криками и страданиями рушился его идеальный образ в моём сознании... Я даже был влюблён в этот дивный образ, что чувствовал я из его произведений, а дополняли который многочисленные газетные статьи. Я был влюблён в писателя, что окружён светом мысли, что, как и я, душой и сердцем поглощён своими трудами.       Увы. Мой мир трещал по швам. Он выл и горевал. Писатель не таков. Он не фанатик и не одухотворённое светило. Он тот, коими рисовались мне всё остальные, кроме него. Гуляка, выпивоха и заядлый дуэлянт .       Два года я не мог смириться с этой мыслью, но и перестать думать о нём тоже не мог. Ведь чудо его мысли всё ещё тут, у меня на книжной полке. Оно всё то же, неизменное и также, как и раньше, озаряет меня своим величием.       Александр Сергеевич... вы лишили меня сна на долгие недели, вы изменили моё мировоззрение... но всё ещё вы властвуете в моих мыслях, о, великий мой учитель.       Я долго ждал встречи, но никак не ожидал, что первое наше общение будет настолько неожиданным и прекрасным. И вот, двадцатое мая. При виде Александра у меня перехватило дыхание. В компании Сергея Соболевского приехал он собственной персоной. Оба были с чернильно чёрными зонтами на плечах, что удивило всех, находящихся в этот момент в зале и оба невероятно горды и чопорны. Моя муза, моё личное литературное светило внезапно оказался здесь, на даче у Плетнёва!       Мир в одно мгновение встал с ног на голову, а потом с головы снова на ноги, к слову, уже не особо хорошо меня держащие. Кажется, я начинаю понимать зачем им зонты. Будь у меня сейчас зонт, я бы мог опереться на него с видом "Важный господин на вечернем променаде", да и, безусловно, чувствовал бы себя увереннее, а то ей богу, как 10-ти летний, хотя мне уже все 22! В тот день мы разговаривали от силы две минуты, но за это время Александр сказал так много... он выразил положительное отношение к моим работам, подал идею сразу для двух будущих книг, подарил громадное вдохновение, детскую радость и улыбку на несколько дней вперёд. Летом я приехал в Павловское, что соседствовало с Царским селом, и где невероятно часто мог я видеть его идеальный образ, что таился в моём сознании все эти долгие-долгие годы.       Мы смогли наконец общаться. Вечерами, гуляя по парку мы нередко встречались и, непременно затевали разговор. Часто говорили и о моих работах, иногда о наработках Александра Сергеевича. В общем, восторг захлёстывал меня дикими неудержимыми волнами. Вот вспоминаю как сейчас, идём мы с Александром по аллее и тут он говорит...