ПОПЫТКА

Полулёжа на кресле в счётном зале и закрыв глаза, Ясон смотрел в темноту. Он видел. Смутно и рваными образами, почти ничего не разобрать, отдельные лица, иногда знакомые, чаще нет. Видел Рики, башню Юпитер, строгих безволосых женщин, бескрайнюю пустыню с огромными песчаными дюнами — она прекрасна! — видел людей с глубокими синими глазами и себя... Больше ничего. Все видения обрывались огромным пожаром и не показывали ничего конкретного. Того, что он пытался увидеть и понять уже несколько месяцев. Ясон открыл глаза и вздохнул. Вставать не хотелось. Много часов он потратил на освоение азов знания школы Бене Гессерит, пытался овладеть внутренним зрением, сложными путями нашёл нужную информацию, но достижения пока не радовали. Хаотичные обрывки, которые не поддавались никакому анализу, — а ведь он планировал стать ментатом! Да, искусство наблюдать мельчайшие детали давалось ему легко, он всегда это отлично умел, но на данный момент этого было недостаточно. Ясон резко поднялся с ложемента. Он будет тренироваться ещё. Ему необходимо научиться. Он должен уметь обходиться без компьютера. *** — Ясон-сама, я достал пряность... — голос Катце тает в тёмном помещении кабинета, сам он тоже еле виден в тусклом свечении всего одной световой панели. Минк молча смотрит на своего помощника. Если он возьмёт эту отраву, назад пути не будет. Ещё можно отказаться, и всё останется как есть ... наверное. Или изменится незначительно, но блонди знает — его собственное будущее формируется в этот момент, сейчас. И он протягивает руку. Спайс... меланж... пряность... сколько у неё названий в этой вселенной? Что бы было без неё здесь, в мире, где всё подчинено только ей? В Империи нет ничего важнее, драгоценнее и дороже арракийского яда. Запах корицы. Да, всё так и должно быть. Катце смотрит на него с лёгким ужасом, он явно растерялся. Ясон видит это в темноте — не из-за хорошего зрения блонди, а потому, что уже может видеть, даже закрыв глаза. Однако этого мало. И меланж ему необходим. Минк уверен, что спайс даст необходимый толчок нейронам, поможет ему обходиться без помощи компьютеров. Запустит пока спящий механизм, который есть у людей-ментатов и которым в какой-то мере обладают все блонди — умением собирать информацию, анализировать и делать выводы. Лучше всех на этой планете. И возможно, ему удастся стать лучшим где-то ещё. Далеко отсюда. Ясон кладёт в рот небольшой кусочек вещества ярко-коричневого цвета с оранжевым оттенком, как те пески, что он видел в ранних своих видениях. Пески Дюны. Разжевал; на вкус ничего особенного, почти нейтрально, чуть-чуть пыльно. Почему-то он думал, что пряность ужасно горькая. Но нет, приятная неожиданность. «Ну, давай, покажи мне, чего я не знаю». Сначала темнота, а потом резкая, ярчайшая вспышка, такая, что закрытым глазам больно, и боль тут же перетекает в теменную область. Но ничего, терпимо. Зато теперь он ВИДИТ! Ясон расслабился и старался запоминать всё, что проносилось где-то там, далеко и в то же время рядом, кружилось на расстоянии вытянутой руки, приближалось к лицу, шептало на ухо, касалось волос, тела и опять уносилось. Странно, он не ожидал и никогда не слышал, чтобы видениям сопутствовали ещё и физические псевдореалии. Понятно, что всё это игра ума, и всё же.... Но пусть, это не мешает. Действие спайса заканчивается почти внезапно: он опять погружается в темноту, где слабыми отблесками мерцают длинные белые полосы, постепенно исчезающие в густой черноте. — Ясон-сама, вы в порядке?! — встревоженный голос Катце вплывает в сознание, окончательно возвращая Ясона в реальность настоящего. Настоящего, в котором он видел будущее! Он приходил в себя. Как странно. Всё вокруг видится ярко и очень чётко. Стоит посмотреть на любой предмет, и он словно заполняет всё вокруг, становясь центром мира, голова ясная и звонко-пустая, и в то же время в ней бьётся самое главное, то, что он хотел знать. Спайс оправдал надежды с первого раза и помог ему, помог окончательно открыть сознание и прозреть нечто большее, чем просто рваные образы. Говорят, что лучше всех видеть будущее могут женщины, мужчинам ясновидение доступно крайне редко. Минк усмехнулся: узнай о его удачном опыте кто-нибудь из «доброжелателей» Амои, и к образу блонди добавится ещё одна нелепица! Планета, которая и так была отщепенцем и страшилкой для всех цивилизованных, добропорядочных граждан Империи. Заселённая наследниками Великого Восстания машин, теми, кто сумел убежать от разрушительного Джихада Слуг и затаиться на забытой всеми планете с очень скромными показателями. Амои стала домом для учёных и программистов, не захотевших скатиться обратно в средневековье, сумевших спасти научную мысль, развить и закрепить её, воссоздав уникальный искусственный интеллект. Суперкомпьютер «Лямбда 3000» был потомком Омниуса. И повёл себя ровно так же, как он, хотя создатели предполагали иное взаимодействие со своим детищем. Но случилось то, что случилось, и власть на Амои захватил ИскИн, как когда-то пару веков назад произошло в Синхронизированных мирах, и на Земле в том числе. Блонди обдумывал дальнейшие действия, время пришло. *** Катце смотрел на экран. Зрелище вызывало отвращение и было неприятным даже по меркам Амои. Хотя, скорее всего, сработало ещё и личное эстетическое восприятие. Парящий в воздухе на силовых подвесках неимоверно толстый мужчина с омерзительным лицом, покрытым волдырями с одной стороны, жадно рассматривал юного мальчишку, лежавшего на спине на огромной роскошной кровати. Тот испуганно таращился вверх и потихоньку пятился по гладкому покрывалу к изголовью. Толстяк отвратительно-радостно улыбался и, кажется, был готов спикировать на свою жертву. Катце отчётливо представил себе, как многокилограммовая туша наваливается на парнишку и душит его своим весом. Жирная похотливая человекосвинья. Если бы он мог, то вырубил бы к чертям видео, но надо было досмотреть. У Катце лежало на столе ещё несколько записей про разных людей Империи, и всех необходимо было изучить хотя бы и по таким обрывкам информации. Ясон сказал, что Катце должен составить свое мнение по каждому досье. Не то чтобы он совсем не знал этих людей — слышал, конечно, официальную информацию и слухи, которые долетали до Амои. Но теперь надо посмотреть прицельно и сделать собственные выводы. Толстяк на экране звался барон Владимир Харконнен и был главой Дома Харконненов. Сейчас он уже налетался, опустился на пол и стаскивал с себя блестящий халат, сверкая дорогими перстнями на каждом жирном пальце. Катце даже отвёл взгляд, настолько неприятное зрелище являл собой голый барон. Особенно в сравнении с идеальными телами блонди. Свисающие складки раскормленной туши совершенно скрывали признаки пола, и Катце плохо представлял себе, как этот боров планирует заниматься сексом. Мальчишка уже вцепился в резное изголовье кровати и с нарастающим ужасом смотрел на Харконнена. Катце его отлично понимал... Он вздохнул, закурил сигарету и продолжил всматриваться в монитор. «Важны все детали, Катце, даже то, что ты считаешь обычным и естественным», — инструктировал Ясон. Естественного в этой сцене было минимум. Огромная туша просто свалилась на мальчишку, тот жалобно заверещал. Ещё бы, его практически раздавили. Похотливые движения барона, кажется, ни к чему серьёзному не привели. Так, потёрся о молодое, гладкое тело, яростно рыча, и быстро кончил. Напоследок впился зубами в плечо жертвы, парень вскрикнул от боли, чем, видимо, разозлил или возбудил урода — тот оставил такую же отметину и на втором. Катце облегчённо вздохнул, но представление не закончилось — таймер видео показал ещё 10 минут до окончания. Тяжело вздохнув, Катце поставил на паузу, сходил умылся и обречённо продолжил просмотр. Во втором действии показали минет. Теперь Харконнен развалился на кровати, и парнишке, по крайне мере, было видно, к чему присасываться. Пришлось сидеть и смотреть, как во второй раз кончает жирный мерзавец. Без стимулятора точно не обошлось, Катце не сомневался. Наконец на экране замерцали полосы, запись оборвалась. Остальные файлы были куда более приятными. Ну, то есть после барона всё казалось таковым. Даже фантастически странные лягушачьи тела гильд-навигаторов уже не смогли удивить его. И не такое он видел в подвалах Гардиан, в лаборатории Танагуры. Человеческое природное уродство барона ударило по нервам куда сильнее. Гладко обритые женщины, строгие, с лицами-масками, тоже не произвели сильного впечатления. Катце казалось, что они играют какой-то спектакль, понятный только им самим, и скорее всего, так и было. Адепты Бене Гессерит умели напустить туману в свои действия. Хотя планы их были просты и незатейливы, с точки зрения Катце — получить столько власти, сколько смогут унести. Зачем при этом брить волосы, было совершенно непонятно. Хотя справедливости ради, не все они были безволосы. Последняя порция информации касалась ментатов — несколько очень коротких видео, в основном только лица этих необычных людей. Но про них Катце уже всё знал. Когда-то он сам компилировал подобный доклад для Ясона... Очередная сигарета унесла его в воспоминания годичной давности. Минк только-только вернул Рики в Эос, и почти сразу после этого посыпались неприятности с непредсказуемым монгрелом. Но Минка это, кажется, уже не беспокоило, он сделал выводы и выбрал путь. Для себя и для Рики. И планомерно следовал ему. А Катце пришлось, как обычно, таскать из огня всё, что нужно блонди. Для начала он смотался несколько раз в центр Империи, добывая сведения про орден Бене Гессерит и их практики. Сколько денег было на это угрохано! Работать приходилось не то что за троих, а за всю Амои. Информация стоила дорого, но ещё дороже стоила сама проклятая пряность. Катце, конечно, и сам прочитал всё, что добыл про орден. В одном месте говорилось, что природные способности можно усилить с помощью спайса. Ещё бы. Больше ничем, только проклятой пылью с проклятой Дюны! Ясон, разумеется, приказал купить немного. А как купить? Ведь нельзя просто прийти в магазин и попросить взвесить пару граммов меланжи. Катце до сих пор с содроганием вспоминал, сколько времени, сил, нервов, здоровья и денег он угрохал на подставных лиц, на саму пряность и как потом заметал следы по всей Империи, добираясь домой. Но больше всего он расстраивался из-за свойств рагонова наркотика. Он вызывал привыкание, и практически мгновенное. Катце очень надеялся, что Ясон воздержится, что пряность ему нужна на самый крайний случай. Но, как это всегда бывает с блонди, надеяться на лучшее не приходилось. На его глазах Ясон сам ступил на эту дорогу... Катце поёжился и, чтобы отвлечься, переключился на мониторы наружного наблюдения. Надо прийти в себя, насколько это возможно, потому что последние месяцы не давали передышки. Жизнь, казалось, уплотнилась в маленький твёрдый шар от бильярда и бешено неслась, чуть подпрыгивая на ухабах, которые на такой скорости и заметить-то было непросто. *** Ясон уже около часа сидел в полной темноте, прислушиваясь к ощущениям. Действие спайса прошло, всё вроде бы осталось как прежде. Но не совсем. Иногда в сознании отдавали эхом, проносились увиденные под воздействием наркотика образы, они исчезали, а на их место приходило лёгкое беспокойство и самое главное — неуверенность. И это совершенно чуждое чувство очень смущало Минка. Для него оно было абсолютно непривычным, ненужным, нехарактерным и пугающим. Новым. Странно, что подобные ощущения возникают сейчас, ведь в самый первый раз, наоборот, всё было предельно чётко, ясно и понятно. Как думалось блонди, это потому, что будущее многовариантно. И скорее всего, подсознание не нашло пока тот путь, который устроит его полностью, или постоянные изменения в инфосфере отражаются в этих своеобразных трансляциях. Ну что же, тогда придётся пробовать ещё. Ясон не планировал постоянно использовать спайс. После того, как он чётко осознает, что ждёт его впереди, ему не нужен будет стимулятор. Минк никогда бы не обратился к нему, но просто не мог сделать то же самое с помощью машинных расчетов: Юпитер тут же узнал бы о его намерениях, что было недопустимо. А ментальная практика необходима и для дальнейшей жизни, и вообще полезна. Чем больше он будет практиковаться, тем легче ему будет адаптироваться во внешнем мире и найти себе работу. Ясон усмехнулся: блонди ищет работу. Пусть так. Он готов.