Winter wonderland

— Честно слово, Себастьян, появись уже где-нибудь одетым. Когда Даниэль это сказал, Аврора уловила такую усталость в голосе кронпринца, что ей даже стало жаль его. Хотя возможно, с точки зрения просто человека, он ждал от брата чего-то более волнительного и нового. Но время шло, а что-то во дворце не менялось. — Я защищал животных, — спокойно отозвался Себастьян. — Не был пьян, не кутил, поддержал акцию против жестокого обращения. Это же хорошо, Аврора, не так ли? Сейчас Аврора заметила, что на нее смотрели две пары глаз. Даниэль стоял около своего стола, Себастьян сидел в кресле напротив, а она сидела рядом с ним. И хоть они образовывали треугольник своими местами, Аврора вдруг почувствовала себя в центре. — Негативной реакции нет, скорее даже наоборот, — заговорила она, просматривая посты в интернете. — Я не думаю, что от этого будет много проблем. — Видишь? — довольно спросил Себастьян. — Все хорошо. — Ты мог поддержать акцию, не раздеваясь. И не садясь в клетку, — заговорил Даниэль, хоть и понимал всю бесполезность своих слов сейчас. — Мог. Но как же быть ближе к народу? И все такое. — Я теперь понимаю, почему правители раньше казнили своих родственников. — Ты на что намекаешь? — возмутился Себастьян. — Я согласен максимум на заточение. И то я слишком хорош, чтобы прятать меня от людей. Даниэль стоял молча, после слов брата он закрыл глаза, но через несколько секунд снова их открыл. У Авроры сложилось впечатление, что он надеялся на то, что все исчезнет после этого действия, но, увы, чуда не произошло. — Иди уже, — устало кинул Даниель, понимая, что продолжать тут особо нечего. — Ты тоже можешь идти, Аврора. Спасибо. Себастьян и Аврора поднялись со своих мест и направились к выходу из кабинета. Себастьян открыл дверь перед Авророй и жестом пропустил ее вперед. Они прошли вдвоем меньше метра и одновременно засмеялись из-за ситуации. Открыв утром первые снимки, когда акция началась, с принцем, чье тело было разрисовано боди-артом под тигра, в трусах с хвостом и тигриных ушах на голове, сидящим в клетке с людьми, одетыми в слонов, медведей и других животных, которые принимали обычно участие в цирковых представлениях, Аврора уже представила себе этот разговор в кабинете Даниэля. И к ее счастью, прошел он лучше, чем она ожидала. — Мне кажется или он стал реагировать спокойнее? — спросил Себастьян. — Это лучше для дворца, чем тусовки. Сейчас ты принц, поддерживающий хорошее дело. Пусть и довольно эксцентрично. В ином случае, пьяница, не знающий свою норму, да еще и попадающийся прессе. Себастьян многозначно хмыкнул, обдумывая эту мысль. — И еще, — продолжила Аврора, — зимний маскарад. Королева хочет, чтобы ты пригласил кого-то из списка кандидаток. Нужно определиться к концу недели или она сама выберет. Себастьян нахмурился этой перспективе и посмотрел на стену. Они как раз проходили по тому коридору, где висел портрет его матери. Год назад они говорили об этом списке. Себастьян встретился с парой девушек, но как-то все равно дело не продвинулось. Потом на время эта идея потеряла актуальность. Но в начале декабря королева снова вспомнила былое. Аврора почувствовала дежавю, услышав это, но ей оставалось лишь заверить, что она сделает все от нее зависящее. — Не понимаю я. У матушки уже есть внуки. Что за желание женить и меня? — смотря на портрет, спросил Себастьян. — Никто не говорит о свадьбе, — напомнила Аврора. — А то мы не понимаем, куда это идет, — ответил Себастьян, перевел взгляд с портрета матери на портрет отца. — Все мы будем висеть здесь вместе с женами, мужьями и детьми. Все ради этого. И не имеет значения, важно для нас это или нет. Аврора уловила горечь в голосе Себастьяна, даже безысходность и погладила его по плечу. Он вяло улыбнулся и вернул зрительный контакт с Авророй. — Ты на бал пойдешь с Фрэнком? — неожиданно спросил он. Аврора поняла, что Себастьян просто решил перевести тему, и не стала этому препятствовать. — Нет. Он будет на службе. А я одна. — Могу стать твоим кавалером, — улыбнулся Себастьян. — Заманчиво, но тебе надо выбрать из списка кандидаток, в котором, к счастью, меня нет. — А вот это обидно, — усмехнулся Себастьян. Аврора тепло улыбнулась и рассмеялась. Себастьян снова помрачнел, вернул взгляд портретам. Аврора хотела уйти, но что-то ей мешало. Она продолжала стоять рядом и тоже смотрела на представителей семьи Хемстридж. — Ты в порядке? — Да, просто… порой такое чувство, что… вся наша жизнь за нас расписана. Я выбираю пару себе на бал, как будто делаю заказ в интернет магазине. Это все… мерзко немного. Нет? — Аврора молчала. — Дэну повезло, конечно. Эллисон — прелесть. Но… сколько таких союзов? Я думаю, что это исключение, а не правило. — Снова взглянул на Аврору. — Но, кто много имеет, много и отдает, да? — более беззаботно продолжил Себастьян. — Такова наша королевская доля. — Помолчал. — Я тебя загрузил, да? — Нет. Но… я могу понять, о чем ты. Мой отец уже выбрал, кого бы хотел видеть своим зятем и… — развела руками. — И это не Фрэнк. — Это мой бывший. — Догадываюсь какой. Мы неплохо время проводили все вместе. Он ничего, — ответил Себастьян. — Но думаю, что Фрэнк больше тебе подходит. — Почему? — Рэймунд — наследник, виконт. Ему нужна не просто жена, а подходящая картинка рядом. Он и ищет это в первую очередь. Это всегда будет первостепенно. Делает ли его это плохим? Скорее нет, чем да. Просто у него такая жизнь. Да и... кому-то вроде тебя в таких отношениях будет проще, чем обычному человеку, хоть ты и живешь так, как живешь, все равно предпочитаешь находиться больше в тени. Или рассказывать о чем-то, несвязанном с тобой. А Фрэнк чем-то напоминает мне медведя. Такого большого, сильного, хмурого медведя, который укроет тебя в своей берлоге и защитит от всего, чего ты не хочешь иметь в своей жизни. Не будет сам пользоваться преимуществами, которые ему могут дать отношения с тобой. Я бы хотел иметь такую же возможность, если у меня завяжутся серьезные отношения. Аврора вспомнила Эллисон, когда та начала встречаться с Даниэлем. Вспомнила, как подругу рассматривали под микроскопом, узнавали о ее семье, друзьях, публиковали фотографии, чуть ли не со школьных времен. Вспомнила людей, которые пытались урвать свою минуту славы, от того что когда-то общались с Эллисон. Вспомнила несколько вечеров, когда Эллисон в слезах ей говорила, что устала от такого внимания. — Все-таки я тебя загрузил, — осознал Себастьян. Аврора молчала. — Давай, иди выпей чай. Лучше с Фрэнком. И не думай о том, что я наговорил тебе. Я буду в порядке. — Точно? — Обещаю. — Но если захочешь поговорить, то знаешь, где меня найти. — Спасибо, — с улыбкой сказал Себастьян.— Я тоже пойду. Эта краска для тела въелась в мою кожу. Я ее с обеда отмыть не могу. Устрою попытку номер два, — посетовал он, а потом театрально нахмурился, когда Аврора рассмеялась. Успокоившись, Аврора решила прислушаться к его словам и спуститься к Фрэнку, чтобы выпить чай. Через десять минут она была уже у него в кабинете с подносом в руках и улыбалась его удивлению от ее прихода. Фрэнк выглядел так, словно его застали врасплох, а он что-то поспешно прятал. — Привет. Я принесла чай, кофе и заварные пирожные с кухни. Ты же еще не пил кофе? — заговорила она, подходя к столу и делая вид, что ничего не заметила. Фрэнк молча взглянул на девушку, поправил пиджак и отодвинул свой стул, чтобы встать. — Нет еще, — ответил Фрэнк. — Или ты занят? — спросила Аврора, остановившись посередине пути. — Все в порядке. Проходи, — заверил Фрэнк. — Для тебя я всегда найду время, — продолжил он и подвинул второй стул ближе к Авроре. — Приятно слышать, — довольно произнесла Аврора. — Спасибо. Слова Себастьяна застряли у нее в голове, не выходили, напоминали о себе. Пусть она и не принцесса, и не могла стать следующим правителем, в маленькой стране вроде их, в столице даже ее отношения вызовут интерес, как минимум, в нескольких блогах, которые посвящены аристократичной жизни. И сейчас она поняла, что на месте Эллисон вполне мог оказаться Фрэнк. И если сейчас им удавалось избежать лишнего внимания, то, как долго это будет продолжаться? Вечно прятаться не выйдет даже им. — Все в порядке? — обеспокоенно спросил Фрэнк. Аврора поняла, что так и застыла с заварочным чайником, но поспешила улыбнуться. Фрэнк уже поставил перед ней обычную домашнюю чашку среднего размера, которую хранил в кабинете как раз для таких случаев после жалоб Авроры на то, что во дворце принято пить из фарфоровых малышек, которые больше для вида, чем для желания нормально выпить чай. — Да, нормально. Себастьян меня волнует, — заговорила Аврора, начала наливать чай. — Обычно он более веселый перед Рождеством. Он любит это время, а сейчас… что-то с ним происходит. Аврора закончила с чаем, подняла голову и заметила, что Фрэнк снова поправлял пиджак, но, заметив ее взгляд, потянулся за кофе. — Голые фото, побеги от телохранителей, тигры… — начал перечислять Фрэнк. От упоминания тигра Аврора не смогла сдержать улыбку. — Как по мне — это уже становится традицией. Ярмарка в городе, день рождения принцессы Шарлотты и полуголые фото принца Себастьяна перед Рождеством. В этом году разнообразие в виде маскарада и тигров. Аврора села, потянулась за чашкой, Фрэнк тоже взял кофе. Аврора почувствовала, что от этого разговора ей стало лучше. — Я буду присматривать за ним, если тебе станет спокойнее, — серьезнее продолжил Фрэнк. — Спасибо. Станет. — Ужин у меня еще в силе? — Разумеется. Я люблю ужины в твоей берлоге, — немного растягивая слова, произнесла Аврора. — Моей берлоге? — удивленно спросил Фрэнк. — Не обращай внимания. Я слишком много времени провела сегодня с Себастьяном, который еще, видимо, не отошел от темы животных, — ответила Аврора и сделала глоток чая. — Знаешь, даже уточнять не буду, — ответил Фрэнк и потянулся за пирожным. — Если, конечно, сама не хочешь что-то рассказать. Аврора замотала головой, давая понять, что не хотела, и тоже потянулась за пирожным. Ей просто хотелось выпить чай в компании мужчины, чувства к которому Себастьяну удалось описать довольно точно, и поговорить о чем-то более приятном прежде, чем она вернется в маскараду и акции в защиту животных. — А как твой день проходит? — спросила Аврора. — Что-то интересное? Волнующее? Лицо Фрэнка странно изменилось от вопроса, но буквально на пару секунд. Аврора невольно подумала, что происходило что-то немного странное, но решила ничего не говорить, а посмотреть еще. — Как обычно, — просто ответил Фрэнк. Аврора бы удовлетворилась ответом, но прекрасно понимала, что под это слово в замке чаще всего подразумевались какие-нибудь глупые случаи или дурацкие ситуации на грани абсурда. И в подтверждение ее мысли, Фрэнк начал свой рассказ о снегопаде, бившим все рекорды и его подчиненных, которые оказались не совсем готовы к подобной стихии. Где-то на середине рассказа Аврора поняла, что мысли о странности в поведении Фрэнка стали отходить на второй план, давая больше пространства ощущению тепла и уюта.