Глава 22. Обвал
3 февраля 2020 г., 21:56
Сегодня Вика проснулась довольно поздно, учитывая, что чуть ли не всю ночью ей устроили нравоучительную беседу собственные братья. Матери они решили об этом не рассказывать, дабы не расстраивать по «пустякам». Кузнецова покорно слушала братьев, которые пытались «вдолбить» в голову, что её помощь не требуется. Ага, как же.
— Ты самый дорогой человек в моей жизни, и я не хочу тебя потерять, — произнес тогда Вадим, усаживаясь у колен своей сестренки, которая сидела с опущенной головой.
Он провел рукой по её волосам, заправляя выпавшие пряди из хвоста за уши. Поцеловав её в лоб, он заглянул в карие глаза, надеясь там отыскать понимание и признание поражения.
— Вадим, ты больше меня никогда не потеряешь, — девушка положила ладони на щеки брата, внимательно смотря в его глаза. — Но это отличный шанс. Я уже сбегала оттуда и смогу это сделать снова, — упрямилась брюнетка, пытаясь показать братьям, что она уже давно не маленькая девочка, какой они её помнили.
Уваров издал нервный рык, резко вставая со своего места, сбрасывая руки младшей сестры. Он ударил кулаком по двери шкафа, отчего даже Антон дернулся, сидящий в кресле. Выпустив пар, он вновь повернулся к родственникам, злобно сверкая глазами.
— Нет, ты её слышал? — спросил он у своего близнеца, указывая рукой на Кузнецову. — Я искал её девять лет, практически смирился с её смертью, ты хоть понимаешь, какого это? — теперь уже вопрос был обращен к Вике. — Мне не стирали память, и все эти годы я жил с пониманием, что у меня есть младшая сестра, которую я люблю больше жизни, и которая ничего не знает обо мне. И сейчас, найдя тебя, ты предлагаешь мне отправить тебя к тем, благодаря которым ты нас забыла. Ты хоть представляешь, что я пережил, что чувствовал? — последние слова прозвучали настолько громко, что хотелось закрыть уши и уткнуться в подушку.
Вике стало невыносимо стыдно за свое поведение. Она, правда, не представляла, какого было её семье все эти годы. Она спокойно жила в приемной семье, убедив себя, что от неё отказались. Она создала вокруг себя защитный купол в лице своих родителей и друзей. Она защитила себя от внешнего мира, спрятавшись от всех. Она росла счастливым ребенком, влюблялась, получала оценки, плакала, радовалась успехам и грустила из-за неудач, даже не подозревая, что в этом мире живы её настоящие родители, которые жили с мечтами о том, чтобы вновь увидеть дочь. Она даже не догадывалась, что у неё есть два старших брата, которые в шестнадцатилетнем возрасте своими глазами видели, как у их маленькой сестренки отнимают все воспоминания о них. Это не она была на их месте. Это они смотрели в стеклянные карие глаза, которые больше не узнавали их. А ведь в тот момент им так хотелось, чтобы она пару раз моргнула и вновь запрыгнула на руки старших братьев. Но этого не происходило, затем её увезли. Их разлучили.
Поднявшись со своего места, девушка подошла к старшему брату, обнимая того со спины и прижимаясь к ней щекой. Грудь Вадима часто вздымалась от нахлынувших эмоций, а руки непроизвольно сжимались в кулаки. Лицо раскраснелось от гнева, а серо-голубые глаза метали молнии. Казалось, что от его пронзительного взгляда загорится плед на кровати, который он так упорно гипнотизировал.
— Прости меня, — прошептала брюнетка, прикрывая глаза. — Я, правда, не подумала, — добавила она, сильнее прижимаясь к брату.
Уваров развернулся, вглядываясь в лицо сестры, пытаясь понять, врет она или говорит правду. Её карие глаза блестели, сдерживая слезы, которые так и норовились вытечь. Тихо вздохнув, мужчина прижал к себе девушку, гладя ту по волосам. Потихоньку его состояние начало приходить в норму.
— Я надеюсь, что мы закрыли эту тему, — произнес он, не выпуская Кузнецову из своих объятий.
Виктория открыла глаза и посмотрела за спину брата, сталкиваясь с взглядом его близнеца. Антон одобряюще закивал головой, давая понимать, что согласен с Вадимом.
— Закрыли, — прошептала девушка, сильнее прижимаясь к родному брату.
Брюнетка сладко потянулась, откидывая одеяло. Приняв водные процедуры, она накинула на себя черные джинсы и белую футболку. Расчесав волосы, девушка поняла, что завтрак она благополучно проспала. Поэтому любезно одолжив у Володи булочку с маком, Кузнецова вышла во двор, присаживаясь на ступеньки на заднем дворе. Доев лакомство, она так и осталась сидеть, всматриваясь в лес. Легкий ветер трепал длинные волосы и приятно ласкал кожу лица.
— Вот ты где, — девушка вздрогнула, когда рядом с ней опустилась её лучшая подруга. — Я хотела с тобой поговорить, — Вика внимательно рассмотрела лицо брюнетки, которая была явно чем-то недовольна. — Скажи мне, ты вообще нормальный человек? Как можно было додуматься пойти к этим фашистам? — зло спросила Старкова, складывая руки на груди. — Вадим мне все рассказал.
Виктория устало застонала, опуская голову на колени. Ей хватило нравоучений от братьев, поэтому выслушивать подругу по этому поводу хотелось меньше всего. Ей до сих пор казалось, что в голове звенел громкий голос старшего брата. Естественно, Вика понимала братьев, их беспокойство, поэтому идею с обменом пока что пришлось отложить на неопределенный срок.
— Подожди, — загадочно протянула Кузнецова, поднимая голову и поворачиваясь к Даше. — Вадим сказал тебе? — спросила брюнетка, замечая, как на щеках подруги начал появляться румянец, а глаза забегали в разные стороны. — С каких это пор Вы так близки, что ты даже обращаешься к нему без отчества? — насмешливо спросила девушка, повторяя жест одноклассницы и складывая руки на груди.
Казалось, что Старкова покраснела до самых кончиков ушей. Она осознала, что раскололась, упомянув о старшем брате Виктории. Неловко почесав затылок, она медленно поднялась со своего места.
— Знаешь, я вспомнила, что обещала помочь Маше на кухне. Мне пора, увидимся позже, — прощебетала Дарья, быстрым шагом направляясь к школе.
— Вадиму передавай привет, — хихикнула брюнетка, окончательно вгоняя свою подругу в краску.
Она почему-то была уверена, что Старкова направляется именно к нему, ведь Кузнецова отчетливо видела Марию, которая на другом конце двора развешивала свежее, только что постиранное, белье.
Просидев так еще несколько минут, девушка тоже направилась к школе. Зайдя в холл, она замерла на месте. Она отчетливо видела Авдеева и Павленко, которые вышли из библиотеки. Их одежда была в пыли, а на лбу выступили испарины пота. Взгляд Вики приковался к кучерявому парню, которого по обе стороны держали его друзья. Глаза парня были плотно сомкнуты, а от виска до самого подбородка стекала струйка крови, смешиваясь с грязью и потом.
Рядом с ними маячила Лариса Андреевна, которая приказала ребятам отнести пострадавшего в её кабинет. Сорвавшись с места, Вика собиралась попасть туда же, но крепкие руки, прижавшие к себе, не дали этого сделать. Повернувшись, она столкнулась с взглядом Виктора Николаевича, который выглядел не лучшим образом. Рядом с ними появились друзья девушки.
— Что случилось? Что с ним? — тараторила брюнетка, указывая рукой на дверь медицинского кабинета.
— В подземелье случился обвал, благо, что он оказался в самом начале, мы смогли его сразу откопать, — тяжело дыша, произнес Андрей, вытирая лицо футболкой. — Нужно срочно укрепить стены, — добавил он, поднимая взгляд на своего дядю.
— С ним все будет хорошо? — с надеждой спросила Кузнецова, поворачиваясь лицом к бывшему учителю русского языка и литературы.
— Не переживай, все будет хорошо. Ребят, идите отдыхать, а потом навестите Артема, — Поляков пару раз закашлял от пыли, что покрыла его тело, и направился вверх по лестнице.
Ребята переглянулись между собой, направляясь в свою комнату и оставляя подругу в одиночестве. В голове засела мысль, что она могла потерять его. Он мог погибнуть под этими завалами. И все из-за чего? Из-за чертовых фашистов, которые оккупировали школу, не давая им даже необходимых инструментов.
Проведя рукой по волосам, Вика опустила на кожаный диван, ожидая Ларису Андреевну, которая расскажет о состоянии Калинина. Она хотела быть первой, кто узнает новости о нем. Ей хотелось ворваться в кабинет и увидеть все своими глазами, но ей не хотелось мешать Одинцовой. Поэтому она покорно сидела, ожидая непонятно чего. И это ожидание было невыносимым.
