Lady Wood.

После трех с половиной месяцев изнурительных тренировок тело нещадно болело. Тодороки был чертовски прав — тренер спуску не давал. К концу каждого дня мне казалось, что завтра я не смогу даже открыть глаза, но это было недостаточно хорошим оправданием, и с утра приходилось идти в зал и заново надрываться. Порой времени не хватало даже на легкий перекус, и Мина с Тору подкармливали меня протеиновыми коктейлями. О вафлях и сладких сиропах в кофе пришлось забыть, чтобы влезть в чертов латексный костюм. На очередной примерке очередного нового и улучшенного костюма я почувствовала себя глупо. Зелёный костюм. Это просто нечто. Он был слишком откровенным, слишком сильно облегал мое тело. — У Вас такая фишка, да? — обратилась я к Тору, когда та оценивающе рассматривала меня, — чем сексуальнее, тем лучше? — Отвлекающий маневр, — рассмеялась она, — зато злодеи будут смотреть тебе в декольте, а не драться. Наверное, не будь на съемках Мина и Тору, мне пришлось бы туго. Шиндо постоянно шатался вместе с Серо и Тодороки, не обращая на меня внимания, боясь лишний раз подойти. Что ж, я сама этого добивалась, не я ли просила его не разглашать тайну о том, что он мой брат. — Тебе идет, — улыбнулся Шото и щелкнул меня по носу. Я нахмурилась, — эй, ты меня сейчас поджаришь своим взглядом. — Булочка с корицей совсем распоясалась, — пробубнила себе под нос я, наслаждаясь тем, как округлились его глаза, а брови поползли вверх. Я потянулась за телефоном, чтобы сфотографировать эту смешную физиономию, но рука Тодороки перехватила мое запястье. — Не делай глупостей, куколка. А то никакого кофе не хватит, чтобы искупить вину. Его губы снова расплылись в улыбке, и я не смогла сдержать свою. Мина была права — стоит познакомиться поближе, и он в тебе души не чает. Ох, уж эти губы. — Изуку, Шото, доброе утро, — Йо улыбнулся и подошел к нам, — У Каминари и Мины Дни Рождения через пару дней. Каминари пригласил нас всех на вечеринку завтра. И там можно будет кушать бельгийские вафли, — Шиндо хитро улыбнулся и подмигнул мне. Шото с подозрением посмотрел на друга, после чего перевел взгляд на меня и хмыкнул, — Что? — Бельгийские вафли? — Да. Я на днях жаловалась Йо, что жить без них не могу, но мне не позволяют есть быстрые углеводы. Вот и мучаюсь. — Бедняжка, — саркастически закатил глаза Тодороки и поспешил к себе в трейлер. Йо расхохотался. — Что? Это из-за костюма? — Нет, это из-за Шоточки. Не думал, что такое бывает. — Что бывает? Тошинори, перестань говорить загадками! — Тошинори, ты что слепая? — я шикнула, чтобы он не смел называть меня по фамилии, — он так смотрит на тебя. Ты ему нравишься. — Да он же старше меня на четырнадцать лет. — Любви все возрасты покорны. И это не такая уж большая разница. Вылезай из этого безобразия. Я поговорю с костюмерами, чтобы тебе дали нормальный костюм, а не этот ужас. — Йо, ты просто космос, — я, не задумываясь, бросилась брату на шею и опрометчиво сказала, — я тебе уже говорила, как сильно люблю? На нашу беду рядом оказался Тодороки. Он кашлянул и, развернувшись на 180 градусов, поспешил удалиться. — Ну, теперь, кажется, лучше бы он знал, что ты моя маленькая сис, а не надумывал себе невесть чего. Я иду к костюмерам. Переодевайся и сходи пообедай. От тебя одни кости остались. Кое-как избавившись от костюма, я поспешила в кафетерий. Мина и Тору сидели за столиком, уткнувшись в свои телефоны, рядом сидел Тодороки и увлеченно рассказывал о чем-то, но, когда я подошла, резко замолчал. — Приятного всем аппетита. Здесь не занято? — Шото резко встал и покинул помещение, — что это с ним? — Какая-то роковая зеленоволосая красотка забрала его сердце, а потом обнималась с Шиндо, — Мина улыбнулась. — Насчет этого. Не знаю, как объяснить, но Йо… — Вы встречаетесь? Он не гей? — Боже, нет. Оба вопроса — нет. Он мой очень хороший друг. Мы знакомы… я знаю его с самого детства. Просто не хотела, чтобы по площадке пошли слухи, якобы он меня сюда протолкнул, пользуясь связями. Только и всего. — А Тодороки решил, что ты… ну… — Не продолжай. Пусть думает, как хочет, лишь бы слухи не пускал. Тору мило улыбнулась мне и спросила, понравился ли мне мой новый костюм. Я недоумевающе взглянула на нее, вспоминая о реакции моих коллег на зелёное «безобразие», как его окрестил Шиндо. Но Тору говорила о новом костюме. Неужели Йо справился так быстро? Девушка протянула мне телефон, на экране был красивый, хотя и по-прежнему латексный, белый костюм с золотыми вставками, золотыми сапожками и поясом. — Вау. — Это только эскиз. Набросали на компьютере. Через пару дней сможешь оценить, как он будет смотреться на тебе. — Еще раз, вау. Я стала быстро поглощать свой салатик, пока и его у меня не отобрали, считая, что я должна жить на одной воде. Мина смеялась, когда я жадными глазами позарилась на ее булочку. С яблоком и корицей. — Я за нее сейчас убить готова. — Влезешь в костюм — дам булочку. Пока терпи. Заказав два Рафа с соленой карамелью, я направилась к Тодороки, чувствуя потребность объясниться с ним, но не застала его в трейлере. Зато нашла у выхода с площадки. Он на повышенных тонах обсуждал с очередной девушкой их расставание. Казалось, что его пассия никак не могла угомониться, а он то и дело называл ее «золотокопательницей» и «шлюхой». Я не стала вмешиваться. Кофе почти успел остыть, когда Шото вернулся к трейлеру и обнаружил меня, сидящую на ступеньках. — Да что же за наказание? — Я принесла тебе кофе. — Отдай его Йо. Уверен, он будет рад. — И почему, разреши поинтересоваться, ты так на меня взъелся? Вскочил в кафетерии, ничего не объяснил, убежал, теперь вот выгоняешь. Что я тебе сделала? — я вскочила на ноги и с вызовом посмотрела мужчине в глаза. Шото молча отодвинул меня с дороги, взял свой стакан и поспешил закрыться в своем вагончике. От бессилия я снова плюхнулась на ступеньки и нехило ударилась. — Боже, какая же ты неуклюжая, — раздался голос моего брата, — Идем, я приложу лед. Я послушно поплелась вслед за Шиндо в сторону больничного крыла. Он понимающе посмотрел на меня и покачал головой. — Меня он тоже избегает. На вечеринке завтра у тебя будет возможность поговорить с ним. Скажи ему правду. — Хорошо, Йо. Весь оставшийся день и вплоть до следующего вечера я не трогала Тодороки. Он был недоволен всем и вся, постоянно срывался на Мине и Тору за то, что те приняли мою сторону, отказался снимать сцену поцелуя, призывая Незу предложить Йо поцеловать меня. На это лишь получил недоумевающий взгляд и просьбу оставить свои капризы. Незу подозвал Шото к себе и потребовал объяснений. — Только слепой не заметит, как они тут милуются. Между ними такая химия, может лучше сделать ее девушкой Землетрясения? — Хороший актер, а чувства скрывать не умеешь. Не мне рассказывать о том, что там между ними происходит. Спроси Изуку. А теперь, — Незу созвал всех в павильоне и, махнув рукой, призвал к тишине, — езжайте по домам и собирайтесь. Вечеринка у Денки в девять. Он просил без подарков, но мы-то с вами хитрые. Я уже все организовал, сбросимся после праздников. Завтра у всех выходной. До встречи. *** Стилист Шиндо совершил настоящее чудо, превратив меня из гадкого утенка в прекрасного лебедя. Впервые я смотрела на себя в зеркало и не могла налюбоваться тем, что вижу там. Входя в огромный дом, я чувствовала некоторую нервозность. Все вокруг то и дело оглядывались на вновь прибывших и перешептывались между собой. Я не видела никого знакомого и мечтала, чтобы этот вечер, наконец, подошел к концу. Три раза обойдя территорию, я, наконец, заметила Йо и Тодороки в компании двух незнакомых мне девушек. Не захотев мешать, я вышла на улицу и прошла к бассейну, где собрались почти все актеры. Мина была в сопровождении мужчины, Тору о чем-то увлеченно беседовала с Миширау, а все остальные, за исключением Йо, поздравляли Каминари с праздником. Я подошла к мужчине и поздравила. Марк, как всегда, по-доброму улыбнулся мне, поблагодарил, и в ответ пожелал еще больше, чем я ему. Через некоторое время в зале было полно народу. Ожидая именинника, гости рассаживались по местам, официанты разливали напитки и разносили закуски. Мое место, по иронии судьбы, оказалось между Тодороки и Шиндо. — Добрый вечер, Изуку, превосходно выглядишь, — Шиндо поцеловал меня в щеку и приобнял за плечи. Я поблагодарила его и присела. — Добрый вечер, Шото. — И тебе того же. — Булочка с корицей на что-то дуется? — попыталась сломать лед я, но перестаралась. — Не смей меня так называть, Мидория, — его глаза блеснули недобрым огоньком. Я впервые увидела эту его сторону и предпочла отвернуться и не подливать масла в огонь. Через некоторое время, должно быть, осознав свою неправоту, Шото положил свою ладонь мне на руку, — Извини, я погорячился. Прекрасно выглядишь, куколка. — Спасибо. Ты тоже хорошо выглядишь. Этот костюм тебе явно к лицу. Но даже больше к лицу твои короткие уложенные волосы, — я улыбнулась, давая понять, что не злюсь на него. Я взяла бокал и потянулась к Шото, чтобы чокнуться, но Йо перехватил мою руку, отобрал шампанское и строго посмотрел мне в глаза. Тодороки недоумевающе взглянул на лучшего друга и, заочно чокнувшись с моим бокалом, сделал глоток. Шампанское смочило его губы, от чего они стали еще более сексуальными. Я сглотнула. — Нравлюсь тебе, куколка? Я закусила губу и снова потянулась за бокалом, пока Йо отвлекся на Серо. В этот раз брат закатил глаза, прошептал что-то вроде «черт с тобой, пей» и отвернулся. Тодороки потянулся, чтобы выпить на брудершафт. Я ухмыльнулась и приняла вызов. — У нас в Европе есть традиция. Скрепить дружбу поцелуем, когда пьешь на брудершафт, — Шото хитро улыбнулся и подмигнул мне, осушил свой бокал и поднял глаза на меня в ожидании ответа. Я последовала его примеру, после чего впилась ему в губы. Алкоголь ударил в голову, и мне было все равно, что подумают окружающие. Мужчина не позволил мне углубить поцелуй и через некоторое время оторвался от моих губ все так же лукаво поглядывая на меня. Тодороки вдруг рассмеялся, и я, повернувшись к Йо, поняла причину веселья. Мой брат смотрел на меня ошалелыми глазами, не в силах сказать хоть слово. — Шиндочка, ты расстроился? — Не стоило тебе пить, Изуку. Ты ведь сама знаешь, что ты с алкоголем не дружишь. Сиди теперь смирно и жди, пока протрезвеешь. А ты, — Йо обратился к Шото, — держи себя в руках. Не хватало еще ловить вас по разным углам. Оставшееся время мы провели спокойно и без происшествий. Вечеринка подходила к концу, когда Незу вызвался поздравить Денки с днем рождения и подарить ему скромный подарок от киностудии и коллег по цеху. Не знаю, что на меня нашло, но я не сводила взгляда с Шото, изучая каждый миллиметр его необыкновенно красивого лица. Он взял меня за руку и попросил подарить ему танец. Музыка уже закончилась, а Шото по-прежнему кружил меня в объятиях. Я положила руки ему на плечи и прижалась к груди, он обвивал своими крепкими руками мою талию. Ближе к утру все разошлись. Тодороки вызвал такси и собирался прощаться. — Я не хочу тебя отпускать, — во мне все еще говорил алкоголь, и я совершенно не соображала, что несу, но в этот момент все казалось правильным. — Увидимся на работе, куколка, — он согнулся и украл легкий поцелуй с моих губ, но я обвила руками его шею и углубила поцелуй, распаляя в нем желание, — меня ждет машина. Если ты не хочешь, чтобы я остался спать здесь на коврике, то ты должна меня отпустить, — он рассмеялся. Последние несколько дней были напряженными из-за его обиды на меня и Шиндо. И этот приятный смех снова разбудил бабочек в моем животе. — Тогда я еду с тобой, — глаза Шото округлились. Не теряя ни секунды, он взял меня за руку и повел к машине. Внутри было тепло и уютно, играла приятная музыка. Шото назвал адрес и, прижав меня к своей мощной груди, крепко обнял. Он не отпускал меня вплоть до конца пути. Выйдя из машины, подхватил меня на руки и понес в сторону своего дома. Консьерж открыл перед нами двери и понимающе улыбнулся. Тодороки нажал коленом на кнопку вызова лифта и, зайдя внутрь, наконец, поставил меня на ноги. Только теперь я почувствовала, как устала от пятнадцатисантиметровых шпилек. Мужчина привлек меня к себе, опустился на колени и аккуратно снял с моих ножек туфли. Поднявшись, он нежно поцеловал меня. Не знаю, как, но поцелуй перерос в страстную борьбу. Он зарылся руками в моих волосах и притянул меня ближе, а я впилась ногтями в его шею и плечо, оставляя там красные полумесяцы. Он приподнял меня, сжал сквозь тонкую ткань мою попку и прижал к стене лифта. В ответ на его действия я обвила его мощный торс ногами и закусила его нижнюю губу. Лифт прозвенел и остановился. Не разрывая поцелуй ни на секунду, Шото понес меня к двери в свою квартиру. Спиной он прижал меня к холодному металлу и, не глядя, по памяти открыл замок. В квартире пахло яблоками.