Даже после перезагрузки я найду тебя

Тринити, как ему показалось, уснула довольно быстро. Том же долго лежал без сна, вглядываясь в темноту и размышляя. Происходящее казалось ему иллюзорным, но реальнее девушки, прижавшейся к его груди, он ничего не мог представить. Мужчина все больше убеждался, что в том забытом мире они были очень близки, и все меньше понимал, почему сейчас между ними такая пропасть – даже в данный момент, когда они напоминают двух влюбленных. Почему он чувствовал это? Том и сам не знал. Он был уверен, что Тринити что-то не договаривает. Но почему девушка, так страстно требовавшая его доверия, не может довериться в ответ? Том пристально посмотрел на ее лицо. Морщинка между бровями разгладилась, спутница вновь выглядела безмятежной. Мужчина едва сдержался, чтобы не нарисовать на ее скуле невидимую линию. Будить Тринити совсем не хотелось. Девушка беспокойно зашевелилась и разметалась по подушке, словно приснился плохой сон. Том лишь крепче сжал ее в объятьях. Разглядывая, мужчина не заметил, как, наконец, уснул сам.

***

Он был почти уверен, что пробуждение как в романтических фильмах им не грозит. Том даже ожидал, что Тринити утром в постели не окажется. Однако в этот раз ошибся – открыв глаза, он увидел лицо спящей девушки. Впервые за долгое время почувствовал что-то новое, сложно объяснимое, и даже сам себе улыбнулся. — Улыбаешься... Редко видела твою улыбку. Застигнутый врасплох, Том даже не сразу нашелся, что ответить. Тринити открыла глаза и сонно улыбнулась в ответ. — Редко? Я был слишком серьезным там?.. Девушка на мгновение задумалась. — Мне кажется, я не до конца тебя знала. Теперь я открываю тебя с новой стороны. Мужчина замолчал. Рядом с Тринити почему-то не хотелось лишних слов, словно тишина... она говорила сама за себя. Он чувствовал в девушке неизведанную глубину, по сравнению с которой болтовня казалась глупой и никчемной. Том всегда ругал себя за излишнюю сентиментальность и старался не придавать значения мелким деталям, из которых – как обычно считают девушки – складывалась романтика. Как только он поддавался этому, то сразу чувствовал себя слабым. Но ведь Тринити тоже сильная. Неужели они так и будут как два кусочка льда? — О чем ты думаешь, Нео? – девушка была совсем близко. Голубые глаза смотрели с каким-то светящимся покоем. — О тебе. Ответ вырвался быстрее, чем Том успел его обдумать. Может, так даже лучше. Так искренность выходит на первый план. Ему очень хотелось видеть в ней радость, чувствовать, что она идет ему навстречу, что ей тоже очень важны эти минутки, когда они принадлежат только друг другу... Но лицо девушки, как и всегда, было нечитаемым. — А я о тебе. Еще одна неожиданная реплика. Он ждал, что она будет уточнять, каковы же его мысли, будет пытаться выяснить его отношение к ней, но... Тому очень хотелось ее поцеловать - себе он уже признался. Но вместо этого на ум пришел вопрос, появившийся с самого начала истории. — Тринити, зачем ты пришла за мной? И вновь непонятно, удивлена ли она или уже давно ждала этого вопроса. — Потому что нам нужно вернуться домой... я должна забрать тебя домой. — На Зион? Кивок головы. Том не выдержал. Придвинулся вплотную и обнял Тринити. Так он уже не видел лицо девушки, зато намного лучше стал ее понимать. Том давно осознал, что тело Тринити говорит гораздо больше, чем мимика и даже слова. Девушка легко дернулась. Но как и прежде – не предприняла ни единой попытки отстраниться. — Хорошо, — Том перешел на шепот. — Чего же мы ждем? Как нам попасть на Зион? — А ты уже готов? — так же шепотом ответила Тринити, — ты правда готов все бросить? Всю свою жизнь здесь? — Жизнь здесь... — Том усмехнулся, — здесь я чувствую себя не в своей тарелке. И подозреваю, что «моя тарелка» - именно там, на мистическом Зионе, который я почти не помню. Повисла пауза, Тринити тяжело вздохнула. — Есть одна проблема, Нео. Я не знаю, как нам вернуться домой. Никто не знает. Том даже отстранился – настолько, насколько было нужно, чтобы видеть лицо девушки. Та совсем не шутила. Впрочем, она никогда не шутит. — Но как же так? Как ты тогда сюда попала? Тринити выглядела подавленной. — Когда машины забрали тебя, то одновременно с этим обрубили нам весь доступ в матрицу. Видимо, чтобы мы не пытались тебя искать. Конечно, мы пытались. Вот только... Тринити запнулась – было видно, что ей тяжело продолжать рассказ, словно факты причиняли ей боль. — Вот только мало кто верил, что мы сможем тебя вернуть. В конце концов опустил руки даже Морфеус. Когда все поняли, что ты не справился с машинами, то решили, что ты – не Избранный. Но я верю, Нео. Я всегда буду верить. Том не выдержал и сел на диван, потянув за собой девушку. — Но почему? — Просто поверь, что у меня есть на то причина. Мужчина поймал себя на том, что слишком крепко сжимает плечи Тринити. — Я искала способ вернуться в матрицу и отыскать тебя, — продолжала спутница, — искала даже тогда, когда поиски официально прекратились. И я нашла возможный вариант. Вот только... Все, абсолютно каждый человек в команде сказали мне, что если удастся подключиться к матрице, то на 99% я не смогу вернуться обратно. — И ты пошла?! Рискнула всем ради..?! — Как видишь, да. Я верю в тебя, Нео. Я верю тебе. В голове Тома фейерверком взорвалось осознание. Она или верный последователь своего вождя (какое тут слово можно еще подобрать?), или... любит его? Тому очень хотелось верить во второе. Он готов был задать тысячи вопросов. Или поцеловать ее. Или сделать и то, и другое. Но в этот же момент тишину прорезала трель телефонного звонка. Плечи под руками напряглись, превратившись в литое железо. Том больше не мог спокойно смотреть, как пугается этот стойкий оловянный солдатик. Он на секунду крепко прижал девушку к себе, а потом одним махом преодолел пространство между ними и телефоном. Аппарат продолжал звенеть. Инстинктивно Том уже понимал, что телефонные звонки - предвестники плохого. Но он по-прежнему не осознавал истинную причину. — Алло? Тихое шуршание. Секунда, две, три... — Мистер Андерсон? Рука Тринити накрыла пальцы мужчины и вынудила положить трубку. — Нео... Нам нужно уходить.

***

— Кто это был? Я слышал лишь мужской голос, – запыхавшись, спросил Том, когда они выскочили на улицу, едва успев собравшись. — Агенты. Из мягкой улыбчивой Тринити она в один миг превратилась в нерушимую скалу, и мужчина снова почувствовал, как девушка далека от него. «Мистер Андерсон, подождите.» Мужчины в черных костюмах и темных очках, слишком близко. Кажется, одного он уже видел... Да. Тот самый, встретившийся ему однажды на дороге. Как давно он ошивается рядом? Инстинкт самосохранения мужчины сработал даже быстрее, чем у Тринити. Он схватил девушку за руку и бросился вперед. Даже не стал тратить время, чтобы проверить, бегут ли агенты за ними. Он чувствовал, что бегут. В этот раз погоней управлял он, не Тринити, и Том намеренно завел их в плохо освещенный район, где небоскребы не позволяли пробиться солнцу, а грязные подворотни с кучей бомжей – на каждом шагу. Это и сыграло с ним плохую шутку – вбежав в очередной переулок, мужчина осознал, что впереди – тупик. Каменная стена. — Ты умеешь драться, Нео, — нет, Тринити сейчас не спрашивала, она утверждала. Обсудить эту тему им так и не удалось. Подоспели агенты, и завязалась потасовка. Нападавших было лишь трое. Странно (или нет, они знают больше, чем он?), но двое бросились к Тринити, а вот третий, уже знакомый – к Тому. К счастью, ему удалось сразу выбить пистолет из рук оппонента. В страхе краем глаза мужчина проследил за девушкой и понял – такую голыми руками не возьмешь. Справится. Прошло минуты три, прежде чем Том осознал, что важнее не нокаутировать соперника (бессмысленно, абсолютно бессмысленно!), а попытаться сбежать. Что мужчина и сделал, воспользовавшись своей изворотливостью. Ударив оппонентов Тринити со спины, он расчистил путь. Девушка не заставила себя ждать, и жертвы со всех ног бросились прочь.

***

— Нео, куда дальше? Тринити остановилась лишь тогда, когда ощущение погони почти сошло на нет. К тому моменту Том уже успел подумать не только о том, как спасти свою шкуру, но и мысленно оценить потрясающую физическую форму девушки. Черт, она ведь почти не запыхалась! — Сюда. Через квартал мой дом. Я хорошо знаком с этим районом. Ну, почти хорошо, — Том вспомнил о конфузе с тупиком и западней. — Что ж... Ты говорила, что они в курсе о том, где находится моя квартира, но теперь они знают и о нашем временном пристанище. Нам нечего терять и в общем-то больше некуда идти. Квартира встретила духотой и чувством безопасности. Том невольно вздохнул с облегчением – знают агенты об этом месте или нет, дом всегда будет его крепостью. Тринити уверенно прошла в комнату и села за компьютерный стол. — Да, это именно тот компьютер, который ты взломала, - усмехнулся Том, наблюдая за девушкой. — Я заберу деньги, и мы можем продолжить наш побег. Снимем номер в отеле и выиграем еще немного безопасной жизни. — Не нужно, Нео. Агенты не придут сюда, иначе они бы уже были здесь. Тринити, как и всегда, источала надежность. Ей хотелось верить. Ей верилось. — Ты думаешь? — Том сел на краешек низкого дивана, совсем близко к ней. Его не оставляло беспокойство. Неужели противники так быстро сдались? — Да. Нам стоит быть начеку, потому что они обязательно вернутся. Но не сейчас. На сегодня мы пока в безопасности. Девушка выглядела относительно расслабленной. А ведь ей наверняка виднее? — Хорошо. Тогда я сделаю нам кофе. Тринити последовала за ним на кухню и села за стол, наблюдая за хлопочущим мужчиной. Тому нравилось ее внимание. Он чувствовал – после той ночи (да и утра) откровений что-то изменилось. Мужчина потянулся за чашкой с верхней полки и в тот же момент ощутил, как ледяные руки обвивают его за талию. А вот это было довольно неожиданно. Бросив чашку на стол, он резко развернулся и... было непонятно, кто кого поцеловал. Они словно столкнулись губами на единой скорости и жадно впились друг в друга, вложив в этот поцелуй все накопившееся ожидание. Тома повело, у него почти закружилась голова, он вцепился в Тринити, не желая ослаблять хватку. Может быть, на ее руках останутся синяки – но пусть уж лучше это будут синяки любви, чем борьбы за жизнь. Прошла, наверное, минута, а может быть, доли секунд или часы? Тринити отстранилась первая, томно улыбнулась и вернулась на свое место, а Том был не в силах проанализировать, что он сейчас ощущал: счастье? Безумие? Страх? «Да какой же тут страх?!» Он поставил чашку ароматного напитка перед девушкой, сел на рядом стоящий стул и с полуулыбкой заглянул в ее глаза. — Знаешь, о чем я сейчас подумал? — О чем же? — О том, что ты здесь. В моей квартире. Мог ли я предположить такое месяцем раньше? «Она помнит. Она запоминает все, что я говорил.» — Да, это здорово, — промурлыкала Тринити, и Том почувствовал разочарование. Неужели она совсем не придала этому значение? Но ведь здесь действительно уже несколько лет не было ни одной девушки, и он бы не привел сюда никого другого, просто Тринити... Тринити он впустил уже почти во все закрытые двери. И этот шаг был очень важен для него. — Томми, ты чем-то расстроен? — девушка погладила его по плечу. «Томми. Господи, как это мерзко звучит, всегда, и просил же никогда меня так не называть больше...» — подумал он. Стоп. Мужчина внимательно посмотрел на девушку. Та скромно улыбалась и ожидала ответа. «Но ведь это не Сэнди. Какая, к черту, Сэнди? Но только она называла меня так. Тринити – никогда. Тринити вообще не использовала имя Том, для нее я Н...» Мужчина вскочил со стула и отошел к окну, внимательно глядя на спутницу. — Милый, что случилось? — она тоже поднялась и уже почти шагнула к нему. — Ты не Тринити. Девушка застыла на месте и неестественно засмеялась. — Как же не Тринити? Кем же я еще могу быть? — Не подходи ко мне! Повисло молчание. — Если ты хочешь доказать обратное... — Том двинулся на девушку, сокращая расстояние между ними, — ответь мне на один вопрос. Был ли наш поцелуй при первой встрече здесь, несколько дней назад, неожиданным для тебя? Он навис над ней, как над своей жертвой, вглядываясь в ее глаза. — Н-нет... Я рассчитывала на него, я верила, что ты вспомнишь про нашу любовь, и ты оправдал мои ожидания! — дрожащим голосом произнесла... что угодно, но не Тринити. Чертова программа! Том с силой оттолкнул искусственный разум в столь важном для него теле и на предельной скорости выбежал на улицу. Плана действий не было. В голове молоточком стучал один вопрос – где моя Тринити?