Даже после перезагрузки я найду тебя

«Думай, Том. Думай!» Мужчина бессильно опустился на скамейку в небольшом скверике в нескольких кварталах от дома – как только осознал, что уже десять минут бежит куда глаза глядят. Погоня волновала его меньше всего. Да и кто может преследовать его? Самозванка, оставшаяся в квартире? Понемногу ситуация прояснялась. Когда они все еще были дома, рядом находилась Тринити, в этом у мужчины не было никаких сомнений. Значит, девушку схватили во время погони. Но в какой момент агенты успели ее подменить? А, впрочем, какая разница? В полный противовес ситуации, на улице стояла идеальная погода. В парке гуляли мамы с колясками, влюбленные пары... Том подставил лицо солнцу и зажмурился. «Здесь могли бы гулять и мы с Тринити». Могли бы. А вместо того, чтобы ее искать, он сидит здесь. «Думай, Том, куда они увезли ее?!» Теоретически – куда угодно. У них наверняка есть штаб. Судя по их презентабельному внешнему виду, они занимают высокие должности. Им не нужно прятаться и даже не нужно особого разрешения, чтобы посадить в тюрьму или стрелять на поражение... Наверняка они эти разрешения и раздают. От этих мыслей по коже пробежал холодок, и Том вскочил со скамейки. Однажды он потерял Тринити и нашел ее там, где они уже виделись. Вот только в квартире друга ее точно нет. А в заброшенном интернет-кафе... К счастью, Том запомнил путь. Выскочив на обочину, он почти сразу поймал такси и уверенно назвал адрес. Страха за себя не было. Вот только о том, что сейчас происходит с Тринити, он боялся даже думать.

***

Кафе, ожидаемо, было закрыто. Свет внутри не горел - никаких признаков жизни. Том растерянно смотрел на здание. Даже обстановка вокруг была неузнаваемой: солнечный свет заходящего солнца в контрасте с тем дождливым вечером сделал свое дело, и мужчина мог бы даже засомневаться, туда ли он пришел, если бы не знакомая табличка на входе. Он прошелся, оглядываясь по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Просто тихое заброшенное место, где редко встретишь случайного прохожего. Осознав, что он в тупике, Том уселся прямо на каменную мостовую. Нужно было придумать другой выход. На идее «вернуться домой и вытрясти голыми руками из самозванки все, что возможно» Том услышал посторонний, но до боли знакомый звук двигателя. Слишком близко. Быстроте реакции мужчины можно было позавидовать – одним рывком Том перебежал улицу и скрылся за мусорным баком, откуда открывался отличный обзор. Правда, он сам был довольно уязвим: пройди чуть дальше дороги, и все как на ладони. Ну, хотя бы есть куда бежать. «Фак! Да я из под земли тебя достану, урод», - пронеслось в голове у мужчины, к счастью, не вырвавшись наружу. Прямо к кафе подъехал уже знакомый ему агент, один из тех, кто дрался с Тринити. Подъехал на байке. На его байке. Видимо, слежки он не ожидал – даже не обернулся, своим ключом открыл дверь кафе, вошел вовнутрь и закрылся изнутри. А потом и вовсе задернул прозрачную дверь шторкой, оборвав все шансы контролировать ситуацию. Мужчина выждал еще две минуты, глубоко дыша и пытаясь успокоиться. Тринити там. Осталось вытащить ее и желательно отправить этих агентов на тот свет. Или куда там? Другую сторону матрицы? Он вышел из-за своего укрытия, еле сдержался, чтобы не потрогать железного коня (кто его знает, может у них там беззвучная сигнализация?), и решил обойти дом кругом. Здание типовое, где-то здесь должна быть пожарная лестница, ведущая на верхний этаж. Интернет-кафе – на первом, значит, в логово врага он сразу не попадет. А вот и она. Том подтянулся и аккуратно, стараясь не производить лишних звуков, двинулся наверх. Адреналин зашкаливал, появился страх. Как нельзя вспомнилось, что он с детства боится высоты (черт, Том, здесь всего три этажа!). Но мысль о том, что Тринити может быть гораздо хуже, чем ему, буквально дала пинка, и он через пару минут оказался перед дверью на чердак. Раз, два, три... Том выдохнул и толкнул дверь. Открыто. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы разобраться в планировке: офис предыдущей работы находился в подобном здании, и мужчина сразу понял, как само кафе расположено относительно подсобки, где они с Тринити разговаривали в день знакомства. Тринити. Где же ты?.. Он прислонился к двери подсобки, прислушиваясь. Тишина. Что ж, пора рисковать. Том толкнул дверь, и – о чудо! – она тоже оказалась открытой. Видимо, агенты совсем не ожидали незваных гостей. Что ж, тем хуже для них. Подсобка оказалась пуста, зато Том, наконец, понял, где находятся враги. Плохая звукоизоляция оказалась подарком судьбы. —... я так и знал, что тебе нельзя доверить даже самую простую миссию. Слишком знакомый голос. — Я запрограммировал ее по инструкции. Ни единой ошибки. Видимо, он распознал ее по каким-то деталям. — Что ты сделал с ней? — Включил самоуничтожение. Больше она помочь бы не смогла. Том на всякий случай спрятался за диван, переваривая услышанное. Итак, они уже знают, что программа раскрыта. Теперь наверняка будут искать его. — Операция три-один-ноль-ноль-семь-пять. Запускаем. Послышалась какая-то возня, и следом - тяжелые шаги прямо у входа в подсобку. Выход был один – кафе, куда и рванул мужчина. «Держать!» - послышался твердый голос, едва он закрыл за собой дверь. Сердце Тома ушло в пятки – неужели его все-таки заметили? Он подбежал к выходу, отдернул штору и… не успел выбраться наружу, как увидел бегущую Тринити. А следом за ней – агентов. Прежде чем мужчина осознал, что он в безопасности, чего не скажешь о девушке, беглянка стремительно запрыгнула на его байк. Двигатель взревел, Тринити на бешеной скорости умчалась вдаль. Никогда в жизни Том еще так не радовался, когда его байком пользовался кто-то другой. Агенты замешкались – голосов не слышно, но их ярость можно было прочитать и по мимике – и устремились в том же направлении, что и девушка. Том глубоко вздохнул. Герой из него никудышный, но хотя бы не попался. Выждав несколько минут, он вышел на улицу. Агентов не было и на горизонте. Оставалось только гадать, поймали они машину или воспользовались чем-то другим, но, по крайней мере, пришло чувство относительного спокойствия. Если девушка выбралась из самого логова врага, то от погони уйдет. Должна уйти. «Думай как Тринити. Куда теперь? Где она решит со мной встретиться, когда наше убежище вскрыто?» В прежнюю квартиру она не пойдет – опасно. Наверняка агенты установили там слежку. «У меня дома она так и не побывала и даже не знает, где он», - горько усмехнулся мужчина. Туда он и сам бы не пошел. Все так же опасно и вдобавок мерзко – как будто тот бездушный клон забрался глубоко в душу тогда, когда Том был максимально беззащитен. Еще и плюнул. По факту так оно и есть. Но куда же тогда… Когда его осенило, часы показывали семь вечера. Есть время выпить кофе.

***

К девяти часам мужчина изрядно накачался кофе и уже подумывал выпить что-нибудь покрепче, чтобы хоть немного успокоиться. Страх, что Тринити не придет, только усиливался. «А вдруг ее снова поймали?» «А вдруг она не подумает прийти именно сюда и ждет меня в другом месте?» «А вдруг…» «Да сколько можно, Том?» - обозлился он сам на себя. В клубе, как и в прошлый раз, было многолюдно. Куча каких-то фриков, едва трезвые бармены… Том с радостью отметил, что их тот самый столик был свободен. Ему почему-то казалось очень важным, чтобы все было так же, как и несколько дней назад. Черт возьми, прошло всего несколько дней, а по ощущениям – как будто целая вечность. Он взял выпить – два стакана с виски, в порцию Тринити побольше льда, чтобы дольше оставался холодным – и приземлился на уже изрядно потрепанный диван. Столик был идеальным выбором – немного в отдалении, но не настолько, чтобы выделяться. Второй стакан молчаливо намекал всем, что мужчина ждет компанию и не слишком настроен на новые знакомства. Хотя заинтересованные взгляды он, несомненно, ловил. Десять вечера. Виски Тома уже закончился, а лед в стакане Тринити почти растаял. Беспокойство нарастало, и мужчина сходил за еще одной порцией алкоголя. Хотя пьянеть ему не хотелось – кто его знает, каким будет остаток вечера, нужно оставаться в идеальной форме. А он уже почти поверил в некую связь и взаимопонимание. Опять эта ванильная ересь у него в голове! 22:25. Еще пять минут, и нужно возвращаться в чертово кафе – она, наверное, снова там… На часах было ровно двадцать девять минут, когда он физически почувствовал, что кто-то подошел к нему слишком близко со спины. — Как хорошо, что ты здесь. «Как хорошо, что ТЫ здесь!» - Тому захотелось прокричать это на весь клуб, но вместо этого он вскочил со стула и обвил девушку руками. — Ты в порядке? Я знаю, что тебя схватили и ты смогла сбежать. Они ничего тебе не сделали? — Не переживай, все хорошо. Не успели, — выдохнула она. — Прости, но я должен проверить… — прошептал он ей на ухо, не выпуская из объятий. — Конечно. Мы встретились с тобой в интернет-кафе, куда ты приехал сам, у тебя есть друг, который сейчас не в городе и ты не водишь женщин к себе домой. «Все так и есть. Она все помнит, я не ошибся тогда», — подумал Том, и на его душе потеплело. — Да… — мужчине очень не хотелось ее отпускать , он уже давно понял, что капитулировал. — Моя очередь, Нео. Какой факт рассказывала тебе я? – Тринити мягко отстранила его и заглянула в глаза. — В детстве ты любила играть в войнушку. — Хорошо… Нам нужно уходить. В этом районе особенно небезопасно. Она уже направилась было к выходу, но Том ее удержал. — Постой, Тринити. Пять минут ничего не изменят. Давай выпьем. На удивление, девушка не стала возражать и опустилась рядом на диван. Только сейчас Том заметил, какой уставшей она выглядит. — Мне нужно многое тебе рассказать, Нео. — На этот раз мне тоже. Они молча сделали по паре глотков. Мужчину буквально разрывало на части, но он молчал. Не сейчас. Не здесь. If you don't catch me now, I can't stop falling down… Среди бесконечного шума монотонно гремящей музыки вдруг заиграла лиричная мелодия. Том, следуя порыву, встал и протянул руку Тринити. Ее глаза расширились в удивлении, но она поднялась вслед за ним. Они медленно двигались в такт музыке, голова девушки почти лежала на плече Тома, а он осторожно, словно хрупкую статуэтку, поддерживал ее за талию. В этом танце было что-то наивное и милое – как будто в мире, полном борьбы и зла, они ушли в подполье, чтобы ухватить хоть капельку нормальной жизни. Как только музыка сменилась чем-то более ритмичным и быстрым, они на полшага отступили друг от друга, улыбаясь. — Спасибо, Нео. — Вот теперь мы можем идти, — тихо засмеялся он. Том снова взял ее за руку – небольшое помещение было битком заполнено людьми, потерять друг друга проще простого. Старательно расчищая путь к выходу и ведя девушку за собой, его заклинило на одной мысли. Мысли, что стоит только отпустить Тринити, потерять ее из поля зрения – и он уже не будет уверен, что рядом с ним не фейк, а настоящая не страдает где-то в ловушке врага… Он резко остановился и развернулся к девушке. Та, едва не налетев на мужчину, непонимающе посмотрела на него. Том тепло улыбнулся, притянул Тринити к себе и невесомо коснулся ее губ. Сработал эффект неожиданности – она не сразу поняла, что происходит, и ответила лишь спустя секунды три. Это был совсем другой поцелуй. Нежный, медленный, скромный… Он был почти полной противоположностью тому недоразумению с Тринити-программой. И снова ее запах – свежесть, цветы, которыми не надышаться. У самозванки его не было в помине, но он был тогда слишком взбудоражен, чтобы обратить на это внимание. Том крепко сжимал ладони девушки и неотрывно следил за каждым ее движением, когда их губы разомкнулись. Тринити опустила глаза. Ее ресницы подрагивали. — Сейчас я уверен, что это ты, и никто не посмеет украсть тебя из моих рук. А еще я больше не мог ждать. Не мог упустить этот шанс. Потому что я даже не знаю, что нас ждет прямо за дверями этого помещения, — почти коснувшись губами ее уха, проговорил Том. Он перестал слышать гремящую музыку. Казалось, в эту минуту весь мир сконцентрировался в точке под их ногами. Тринити подняла голову – и ему показалось, что он никогда не видел такой улыбки. Она обвила его руками и вновь вовлекла его в поцелуй. Сама. Он сквозь футболку чувствовал тепло ее рук, и невольно вспомнил ледяные объятья самозванки. Это то, что машинам никогда не подделать. Они не знают Тринити – лишь он понял, что за холодным внешним видом кроется горячее сердце. Кажется, именно в эту минуту его перестали волновать все земные проблемы, потому что главную они только что решили. Уже на пороге клуба Тринити замешкалась и оглянулась назад. — Нео, я только сейчас поняла... стена... — Да. Та самая, где ты меня когда-то нашла. Все повторяется.

***

На улице не было байка – видимо, Тринити добралась сюда иным образом. Группа пьяных студентов нестройным хором выводила песню прямо у порога клуба. Кажется, чисто… — Тринити. Идем. Они быстрым шагом пересекли улицу и двинулись по уже знакомому маршруту. Попутку ловить не рискнули – поймали такси, добравшись до магистрали. Забравшись на заднее сидение, Том назвал свой домашний адрес. Тринити не задала ни единого вопроса. Она лишь прижалась к мужчине, положив голову ему на плечо. Уже стояла глубокая ночь, и он наблюдал за яркими огоньками витрин. Ему удивительным образом импонировала немногословность Тринити. Ее присутствие говорило о гораздо большем. Шагая по лестнице и прислушиваясь к шагам девушки за спиной, он отчего-то очень волновался. Не знал, в каком состоянии его квартира после прихода агентов. Не знал, насколько вообще велик риск возвращаться сюда. А больше всего волновался, потому что пришел не один. И хотя визит самозванки был своеобразной репетицией, он все равно волновался. Это первая девушка, с которой он хотел остаться здесь на неопределенный срок. Еще вчера Том копался в себе, не верил, как в такой кратчайший срок можно влюбиться, но сегодня он уже все понял. Не кратчайший. Все правильно, так, как и должно быть. Конечно, Тринити еще лучше его осознавала хрупкость их спокойствия. Но бросила короткий взгляд на мужчину – взгляд, полный доверия - и первая переступила порог. С щелчком захлопнувшейся двери на все окружающее будто поставили заглушку. Часы не тикали. Пол не скрипел. Одежда упала на пол абсолютно бесшумно. Руки Тринити, путавшиеся в его ремне, расстегнули его без звона пряжки. И даже первый стон девушки, вырвавшийся, когда Том покрывал поцелуями ее шею, спускаясь все ниже, казалось, отпечатался на сетчатке его глаз, но не на слуху. А когда он, наконец, овладел ей, то не мог даже чуть-чуть ослабить хватку, боясь, что делает ей больно. Боясь, что если отпустит, то снова потеряет ее. Боясь, что она вновь полетит с крыши того чертова здания, из последних сил пуская в обидчика последние патроны. Боясь, что она истечет кровью у него на глазах, пусть он этого и не увидит… Зрение никогда не было их языком любви, как и слух. Пальцы впечатались в кожу Тринити. Пока он чувствует ее, пока тепло ее тела согревает его, он не боится.

***

— Почему ты не рассказала мне все сразу, Тринити? Они умиротворенно лежали на узкой кровати, прижавшись друг к другу. Ложе было совсем не приспособлено для двоих – но, им, конечно же, было удивительно удобно. Не спалось. Тринити слегка повременила с ответом. — А стоило ли? Все сложилось так, как и должно быть. Том усмехнулся про себя. Когда-то ее ответы были весьма конкретны. Впрочем, об отношениях они почти никогда не говорили. — Да, наверное, ты права. А знаешь, ты и тогда мне не рассказала, хотя могла. — О чем ты? – Тринити легла на бок, развернувшись к нему лицом. — Тогда, в машине, когда мы ехали к Пифии. Рассказала бы о том предсказании. Я бы наверняка связал понятия «влюбиться в Избранного» и «все думают, что Избранный – это я» - засмеялся Том. Тринити широко распахнула глаза. — Ты вспомнил и это! — К счастью, да. А еще наши отношения раскрыла твой двойник – признала, что у нас с тобой была любовь. Кстати, да, меня пытались обмануть, выдав программу за тебя. Я, конечно, не перепутаю тебя ни с кем, - улыбнулся мужчина. — Я знаю, я очень переживала за тебя, боялась, что она застанет тебя врасплох… Они снова замолчали, и Том слушал биение ее сердца. Тук, тук, тук… Сколько красивых слов придумано про эти моменты, сколько поэты воспевали возвышенную любовь, а в голове одна весьма обыденная мысль: можно слушать это каждый день? — Я люблю тебя, Тринити. Вот так легко и просто. Гармонично, вовремя, искренне и, самое главное – уверенно. Том еще никогда не был так уверен в своих словах. — Я люблю тебя, Нео, — услышал он в ответ, и девушка утянула его в медленный и долгий поцелуй. Он крепко прижался к ней, закрыв глаза.