Хэй, Россия...

Россия зашёлся тихим хриплым кашлем, закрывая рот ладонью и опираясь второй рукой на мраморную поверхность раковины. "Чёртов Кёркленд, что ты мне подмешал?!" - В том, что это был именно Артур, Брагинский не сомневался - навряд ли кроме британца кто-то решился бы травить русского чем-то, да и в принципе какими-либо знаниями в области магии и всяких ведьмовских штучек могли похвастаться далеко не все страны, их можно было без проблем пересчитать по пальцам. Однако, из тех, кто всё же умел это делать, на собрании присутствовал только Артур, поэтому сомнения о личности отравителя не возникало. Хотя, подлить отраву в чашку Ивана мог практически кто угодно - ну, кроме Италии, естественно, тот бы не смог заставить себя это сделать, если бы знал, что это нанесёт какой-либо вред Северному Зверю, как иногда звали Ивана, - слишком уж опасается итальянец за свою шкуру, да и подставлять Людвига он навряд ли будет. Хотя Брагинский уже ни в чём не уверен, что уж там говорить. Когда приступ раздирающего грудную клетку кашля прекратился, Россия включил ледяную воду и плеснул немного себе в лицо, сдавленно выдыхая и прикрыв глаза. Часто-часто дышит, пытаясь восстановить сбитый ритм дыхания, что постепенно, да получалось - новый приступ кашля пока что не случился. В зале собрания раздавался тихий гул перешёптывающихся воплощений. Они были предупреждены о "плане" Артура, но это было сделано едва ли за полчаса до собрания, а кого-то предупредили уже на нём. Однако, никто из стран, абсолютно никто не сказал, что-либо против действий Артура. Кто-то либо согласился, к примеру небезызвестный Альфред Франклин Джонс, кто-то же предпочёл остаться в нейтралитете - взять того же Германию. А кто-то просто спал, но об этом история умалчивает. Однако, в момент, когда заметно побледневший Брагинский вышел из зала собрания, явно сдерживаясь, чтобы не ускорить шаг или не показать слабости, в душе многих стран проросли ростки сомнения. - Артур, а ты уверен, что это была хорошая идея? - Германия перевёл взгляд на Кёркленда, внимательно смотря на того, но Англия лишь кивнул, показывая, что полностью уверен в своих действиях и в том, что будет дальше. Ивану наконец стало немного лучше - по крайней мере, пропало режущее и давящее ощущение в груди и он смог наконец отдышаться. "Ну, не смертельно. И не то переживал, что уж там" - Брагинский выдохнул и, игнорируя любые правила приличия или чувство самосохранения, отпил немного воды, набрав ту в ладоши из-под крана, после умылся и выключил воду. "Хорошо, что никто не зашёл. Мм.. неловко было бы" - Россия тяжело вздохнул и наконец вышел из комнаты, направляясь обратно в зал заседаний, намереваясь пока что делать вид, что ничего не произошло, но после очерень серьёзно поговорить с Артуром. На шум открывшейся двери все страны едва ли не синхронно перевели взгляд в сторону звука, но многие тут же одёргнули себя, однако кто-то, как тот же Америка, так и не отвёл взгляд от русского. Брагинский чуть приподнял светлые брови, переведя взгляд на Альфреда, спокойно смерив того взглядом, в котором как обычно все эмоции и чувства были скрыты за толстой стеной льда, и вновь улыбнулся привычной дежурной и явно натянутой улыбкой. - Ты что-то хотел, Альфред?

"Почему американец пялится на меня, словно я резко решил жениться на Беларуси?"

Америка чуть не подавился колой, но тут же проглотил её, судорожно облизнул губы и чуть мотнул головой. - Нет, нет, что ты. Не хватало мне пялиться на каких-то русских! - Альфред хлопнул ладонью по столу, показывая своё возмущение тем, что русский даже смог подумать о таком. Брагинский приподнял бровь, но промолчал, проходя к своему месту и усаживаясь, предусмотрительно отодвинув чашку с отравленным кофе от себя.

"Но я не говорил, что он пялится на меня..."