- Умру ли я сегодня? Я решу сам

***

— Чёрт, — громко выругивается Пак, мгновенно задыхаясь и оседая на корточки. — Сука, Чон, ты сказал, что без лифта пешком нормально будет, — шипит парень, а затем замолкает, оглядываясь по сторонам. Вполне себе старенький десятиэтажный дом. Пошарпанные стены, покрытые слоем древней плесени, казалось, что именно благодаря ей этот дом ещё стоит. Клочки мятых чеков, окурков, упаковок из-под быстрорастворимой лапши и старые газеты. В самом углу стояли стопки пыльных книг, уложенные слишком уж аккуратно. Рядом с ними ютилось красное вельветовое кресло, было видно, что оно прожило довольно долго, и странно, что оно сохранилось довольно неплохим в такой сырости. Это точно не Питер? Тогда какого чёрта тут так пахнет сыростью, нескончаемым дождём и непреодолимой грустью. По голове, словно бейсбольной битой, ударяет запах свежей краски. Чёрт возьми. Чимин поднимает ногу, чтобы рассмотреть свою подошву. — Отлично! — огрызается Пак, заставляя себя силой отсчитывать в уме десять секунд. Один…два…три… Да к чёрту! Эти ботинки обошлись ему в триста долларов, и теперь о них можно забыть. Давно он не был в таких бедных местах. — Чувствуешь запашок? — не вовремя подаёт голос Чон, моментально игнорируя недовольный взгляд в свою сторону. Он уже чувствует, как у его друга загорается бомбящая задница. Осталось поднести спичку. — Мы сто пудов на месте, — невпопад выдаёт парень, решая не трогать весьма вспыльчивую натуру, ведь этот парень всегда с собой носит пистолет. Чимин выпрямляется, театрально закатывая глаза. Он рукой слегка отталкивает Чонгука, чтобы тот отошёл от двери, и резко, довольно грозно начинает стучать. Сию же секунду брюнет подскакивает на месте, моментально начиная поправлять на себе помятую белую майку, снимая завязанное вокруг бёдер худи и поспешно надевая его. Он впопыхах достаёт свой телефон, мельком смотрится в экран и поправляет выпавшую прядь волос. — Что ты делаешь? — в голосе Пака слышно непонимание и открытый интерес к происходящему. Он выгибает бровь, прищуривая глаза. — Боишься, что королева не заценит твой утренний прикид? — Завали, — вылетает не подумав, на автомате. — Перестань умничать и лучше скажи мне, ты уверен, что он ещё не спит? — говорит Чонгук, засовывая руки в карманы огромного чёрного худи. — Разбудим. Они стучали двадцать минут, пока за дверью не послышалось тихое шарканье домашних тапок. Уж слишком тут хорошая акустика. Послышался сонный голос: — Я не работаю по воскресеньям. Пиздуйте, — промямлил парень, а затем Чимин и Чонгук услышали громкий зевок из-за двери. — Пиздуйте-пиздуйте, мне не нужны пылесосы. — Открывай, чёрт возьми! — повышает голос Пак, с силой ударяя ногой входную дверь, из-за чего та издаёт странный звук, похожий то ли на китовое мычание, то ли на бурчание в животе. Многострадальная чуть ли не слетела с петель, но всё же устояла под напором нетерпеливого парня. — Какого чёрта, блять…- мямлит парень за дверью. Это заставило его проснуться и всё-таки посмотреть в глазок. — Открывай, иначе я вынесу эту дверь к чертям собачьим. Моментально слышится щелчок открытого замка. Дверь распахивается, и пред двумя парами глаз появляется помятое существо. У парнишки были ярко красные волосы, собранные в непонятный растрёпанный хвост. Он стоял в весьма расслабленной позе, помятая футболка собралась на кромке домашних штанов, оголяя живот. Из его квартиры несло плесенью. — И что вам нужно? — промямлил парень, моментально зевая и заставляя Пака поморщиться от запаха перегара изо рта. — Пак Чимин собственной персоной прямо у меня на пороге, какая честь, — он мгновенно просыпается, делает элегантный реверанс, слегка приседая перед двумя молодыми мужчинами, делая взмах воображаемой шляпой. Его язык немного заплетается, и от этого он слегка шепелявит. Пак кидает беглый взгляд на Чона, и, честное слово, лучше бы не смотрел, ведь тот весь светится, глядя на свой идеал. В глазах можно увидеть маленькие светящиеся звёздочки. Чимин морщит нос. Повисла недолгая тишина. Эти двое уже пожирают друг друга глазами несколько минут, даже не пытаясь прервать контакт глаз. Чимину хочется блевать, спасибо. Он отворачивается к лестнице. — Привет, — смущённо выпаливает Чонгук. — Салют! — приветствует Тэ, цепляясь взглядом моментально за чужую персону. Чону жарко. Ему всегда казалось, что тот видит людей буквально насквозь, расчленяя на маленькие кусочки. Ну или можно допустить, что он просто ходячий рентген, который видит всех без одежды. И то, и то Чонгука устраивало, о чём говорил его взгляд. — Мне нужен этот мудак, — не выдерживает Чимин. Он нетерпеливо тыкает распечатанным фото с камер видеонаблюдения прям в лицо Тэхёну, заставляя его обратить внимание именно на него. — Он мне угрожал, сможешь найти его? — Э, — парень морщит брови и прищуривается, тупо разглядывая фото перед собой несколько минут. На его лице меняется абсолютно разный спектр эмоций: начиная от глупого выражения, которое спрашивает «чо?» до «какого хуя?». — И? Так ты сможешь? — давит Пак, уже теряя всё терпение. — Тут и искать никого не нужно… Я его знаю лично. Повисла тишина. Все трое моментально поменялись в лице и ненадолго зависли в таком состоянии. Было слышно, как кто-то открыл входную дверь подъезда, и как за окном гудят автомобили. Солнечный свет куда-то моментально исчез с прокуренного коридора. Атмосфера вокруг и так была мрачной, но сейчас это почему-то ощущалось острее. Чимин почувствовал, будто бы его окатили холодной водой, после чего по его телу пробежались крупные мурашки. Все трое несколько раз переглянулись между собой, и рука Пака рефлекторно легла на спрятанный сбоку ствол. — Я скажу тебе всего лишь имя, дальше сам, — прерывает гробовую тишину красноволосый парень, и поднимая глаза на черный, как смоль, взгляд Пака, продолжает: — Для начала руки от ствола убери, кретин, — замечает он, смахивая прядь волос со своего лба. — Тот, кого ты ищешь, — Мин Юнги. Тэхён захлопывает дверь, закрывая её на все существующие замки. Парень тяжело выдыхает, прижимаясь лбом к холодной железной двери. И угораздило же его связаться с дружком Пака. Он с силой ударяет кулаком по куску плоского металла. Слышится громкой скрежет, и парень отскакивает назад, спотыкаясь о свои же кроссовки. Удерживает равновесие и неторопливо направляется в сторону кухни, чтобы подойти к окну, тихонько отодвигая двумя пальцами полупрозрачную тюль. Ким выуживает их кармана потрёпанный телефон, наизусть набирая номер. Слышится всего пара гудков, а затем короткое «Да, Тэ.» — Юн, тебя тут ищут.