Затворник

      Маленький Ли Чжань рос в большой крестьянской семье. У него были братья, сестры и любящие родители. Мать и отец не могли уделять много времени детям, но старались дарить им любовь при любой возможности. Вот только Ли Чжань их беспокоил. Он был хорошим веселым ребенком, но иногда он вслушивался в то, что другие не слышат, и долго сидел без движения, а потом резко оглядывался, будто на чей-то неслышимый зов, после чего озирался по сторонам, пытаясь что-то или кого-то увидеть.       Родители решили отвести мальчика к шаманке, та почти полдня крутилась вокруг него с кристаллами, амулетами и травами. В итоге, шаманка перепугавшись, отослала семью прочь, сказав, что не будет помогать ребенку. Вокруг него вьются темные силы, с которыми она боится связываться. Тогда мать и отец, собрав последние деньги, повели А-Чжаня к астрологу. Ученый муж после составления гороскопа сказал, что мальчик родился под счастливой звездой, он не будет знать ни нужды, ни горя после того, как найдет свою любовь.       Время шло. Мальчик вырос крепким, хотя родителям редко удавалось впихнуть в него кусок мяса. Иногда друзья, такие же крестьянские дети, дразнили его кроличьим царем за то, что он все время возился со своим длинноухим питомцем.

***

      Старейшина И Лина в одиночестве возвращался домой из клана Лань в семнадцатую годовщину гибели Лань Ванцзи. Он увидел у входа в резиденцию простого крестьянского парня, который смотрел на него и широко улыбался.       — Уходи, я не беру учеников.       — Если ты так ненавидишь меня, то зачем все время звал, зачем каждый день просил, чтобы я посмотрел на тебя? Вэй У Сянь долго, потрясенно смотрел на парня, а потом сказал:       — Лааань Чжааааань.       — Теперь меня зовут Ли Чжань.

***

      На восемнадцатую годовщину смерти Лань Ванцзи Старейшина Илина не спустился со своей горы. Поговаривали, что его съели мертвецы. Лань Сичень поехал проверить. Он нашел Вэй У Сяня довольно быстро. Тот сидел под деревом, облокотившись на толстый ствол, и играл на флейте неизвестную мелодию. Рядом с ним сидел юноша, который не слишком хорошо подыгрывал флейте на гуцине. Когда мелодия закончилась, У Сянь что-то сказал, юноша покраснел, и они оба рассмеялись.       Лань Сичень долго стоял и смотрел на милую пасторальную сценку, а затем, тяжело вздохнул, повернулся и ушел. Мертвые должны оставаться мертвыми, а в этой жизни его А-Чжань, кажется, получил все о чем мечтал.