Услышьте отверженных

      Я провела целый день в Опере, которая являлась моим домом. Моей работой здесь были танцы и песнопения в хоре. Не особо лестно для той, что всегда солировала, но и чего-то большего я не требовала. Сегодня мне удалось получить столько эмоций, сколько я никогда не испытывала, особенно, от работы моих коллег. Хотелось отдельно выделить Карлотту. Мне казалось, что многим на сцене она не нравилась, в моих воспоминаниях прошлой обладательнице этого тела она тоже не нравилась, но любой талантливый человек имеет право на то, чтобы задирать нос и просить похвалы, вести себя странно, а, насколько сильно он это делает, зависит от воспитания и ума. Пока что, по крайней мере, Карлотта казалась мне примером для подражания.       Тёмная ночь опустилась на Париж, в небе зажглись несколько огоньков звёзд, только закончился рабочий день — все побрели к своим гримеркам. Я, повторяя за ними, направилась к своей, которая, между прочим, недалеко от гримерной Карлотты. Мы шли по коридору вместе.       — Синьора, вы прекрасно сегодня пели, мне очень понравилось, — чтобы не идти в тишине, я решила подать голос.       — Неужели? — девушка недоверчиво покосилась на меня, я лишь кивнула, рассматривая ее пестрый грим, — я знаю, но польщена твоей похвалой, — я нахмурилась, отвернувшись от неё. Здесь для всех принято обращение на «вы», неужели она настолько меня не уважает, что решила таким образом оскорбить?       Мне боле нечего было сказать оперной диве, поэтому я ускорилась, сворачивая в коридор — в самом его конце моя гримерная. Почему бы мне не остаться там на всю ночь? Кристина оставалась там, чтобы заниматься музыкой, иногда случайно засыпала на диване, но никогда намеренно там не оставалась. Неужели она боялась слухов в Опере из-за того, что она спит (не одна?) в гримерной, а не в кровати со всеми?       Приоткрыв дверь своим ключом, что лежал в кармане платья, я закрыла ее и замкнула на этот же ключ. Я чувствовала усталость, но была счастлива — сегодняшний день не был особенно насыщенным, однако, я провела его за любимым делом — репетициями, в прошлом мне не позволяли отдаваться с головой музыке, я должна была пойти совершенно другим направлением.       «— Кристин, Кристин…», — от стен отразилось чьё-то мужское пение. На задворках сознания я отыскала нужное воспоминание — это Голос Ангела Музыки. Неужели это правда ангел? Я не была скептиком в этом вопросе, но и логического объяснения Голосу не нашла.       — Ангел? — я обратилась к нему, как Кристина обращалась раньше.       — Доброй ночи, моя дорогая Кристина, — казалось, Голос стоит прямо передо мной, но я его не вижу, может, он всё время был у меня в голове? — как вы себя чувствуете? Ангел волновался за вас, — мои щёки окрасились в розовый цвет. Было так приятно то, что очень многие за меня здесь пекутся… и этот прекрасный Ангел… Голос — один из моих хороших друзей, что за меня переживают.       Друзей ли? Может, это тот посланник, что должен подарить мне настоящую любовь?       — Не стоило волноваться за меня, — я посмотрела на себя в зеркало, слегка улыбаясь своему отражению, — вы, право, решили, что я заболела, раз «Фауста» отменили?       — Именно так. Что-то другое заставило вас не выйти на сцену? Мне казалось, мы плодотворно позанимались перед вашим запланированным триумфом, — Голос говорил расстроенно. Неужели он так опечалился тем, что не услышал меня вчера?       — Я чувствовала себя очень плохо, не физически… мне было так одиноко и грустно, что я запуталась, — я понимала, что мое оправдание звучало странно, но не страннее Голоса, говорящего со мной из стен… или все-таки моей головы?       — Ваш Ангел всегда чувствует себя одиноко, когда вас нет рядом, Кристин. Хотите остаться сегодня со мной? Ангел постарается улучшить ваше настроение и развеять грусть, — Голос, казалось, подошёл так близко, что я могла бы коснуться его своей рукой. Кто же говорит со мной? Эта загадочность так и будоражили мое сознание, что я была готова делать всё, что скажет мне этот таинственный Ангел.       — Я с радостью останусь со своим Ангелом! — я закусила нижнюю губу, раздумывая над своим предложением, которое хотела озвучить.       В моём мире мою музыку никто не воспринимал всерьёз, мало, кто хотел работать на износ, чтобы вложить душу в общий дуэт. Было невозможно найти поющего парня — один слишком слаб, чтобы петь серьезные произведения, второй — лгун, третий — смеётся над оперой, четвёртый — не видит смысла в музыке, а поёт ради славы. Ангел же всегда сам настаивал на их дуэте, так, может, стоит попросить его что-нибудь спеть со мной?       — Ангел, спойте со мной, пожалуйста, мне очень нравится петь с вами в дуэте.       — Вы не представляете, насколько делаете своего Ангела Музыки счастливым, когда говорите эти слова. Наденьте ремень, и мы можем начинать, — я на секунду опешила, а потом вспомнила, что ремень используется для дыхания.       Я затянула его у себя на животе, Ангел три раза постучал по стене, и мы запели. Наши голоса сопровождались аккомпанементом скрипки и фортепиано, понятия не имею, как я уснула, но во сне точно слышала прекрасную колыбельную.

***

      «Я сидела на стуле в светлом кабинете. Солнечный свет из просторных окон слепил мне глаза, поэтому я щурилась. В моей голове звучал чей-то голос на французском языке, я не понимала девушку, что вторит мне одну и ту же фразу в голове: «Je ne peux pas vivre sans mon ange, ramène-moi! personne ne croit qu'il existe, mais je sais que c'est dans ma tête.»*       Можно сказать, что мое незнание французского в своем бывшем теле помогло мне, иначе бы после услышанного я вряд ли относилась к Ангелу, как к доброму и простодушному духу, что помогает мне. Я бы боялась его словно смерти, раз Кристина сходит с ума.       — Полина, расскажите подробнее, что вам говорит ваш Ангел? — я повернулась голову на звук, в дверях стоял мужчина, который говорил со мной. Кристина молчала, морщась от отвращения к нему. Ей не нравилось, что она была здесь. Интересно, что она уже успела натворить, за что ее отправили в диспансер?       — Виновата Полин! — кричала девушка, вырываясь, моя голова начала кружится, я прикрыла глаза, а очнулась уже в знакомом мне кубе.       — Кристина Даее, ваша душа удачно прижилась в этом теле. Вам понравилась новая жизнь? — мистер Н сидел на стуле, разглядывая меня сверху.       — Я мечтала о такой сказке, в которой вы меня поселили. Что значило то видение с моей бывшей жизнью? — я боялась, что он отправит меня обратно. Возможно, я сойду с ума, если потеряю возможность петь в театре и своих новых друзей.       — Хотел показать вам, чем заплатила душа настоящей Кристины за это путешествие, — он пожал плечами. Эти простые слова вызвали у меня страх, по спине распространилась пульсирующая боль, — как думаете, какая плата уготована вам?       — Не имеет значения, если это будет не смерть. Мне всё нравится, и я готова заплатить за эту жизнь всем, что у меня есть. Скажите только… прошу, с кем из людей в моей новой жизни я свяжу судьбу?       — Ты спрашиваешь у меня? — мистер Н усмехнулся, прикрыв глаза, — в вашей новой жизни, мадемуазель Даае, будет двое мужчин, и вы сможете выбрать. Вы хотите еще встречаться со мной здесь?       — При каждой нашей новой встрече я буду бояться отправиться в свой старый мир.       — Этого никогда не случится, — он покачал головой в разные стороны, — ваш ответ, Кристин?       — Я не против встречаться с вами, когда у меня будут появляться вопросы. Как вы меня услышите?       — Засыпает человек и зовет меня. Мистер Н всегда придет, если перед сном позвать. Искренне желай свиданья, будь само очарование, не груби и не дерзи, правду мне всю расскажи, — голос растворяется в моей голове, и я в страхе распахиваю глаза.»       — Дурной сон, — я тру глаза пальцами, чтобы прогнать сонливость и потягиваюсь на диване. Совсем не помню, как я нашла здесь одеяло и укрылась… я проверила дверь — закрыта. Никто ночью кроме Голоса меня не тревожил.       — Ангел, вы здесь? — в надежде, что я не одна, тихо спросила я, смотря в зеркало перед собой. В нём было мое отражение — немного заспанные глаза и растрепанные волосы, но это выглядело более, чем мило.       Ангел не отвечал. Может, мой Ангел все-таки действительно существует наяву, и мы сможем встретиться?       «Помню я папины сказки, долго я встречи ждала, но Ангел мой появился, и теперь он здесь! В комнате он поёт незримо, мне колыбельные песни. Я так хочу его увидеть, молю услышь, Ангел!»**,— я дивилась чистоте своего голоса, мне хотелось без умолку петь и учиться.       — Я здесь, моя маленькая Кристина, я услышал ваш зов и пришел, — на моих губах появилась улыбка, я подбежала к зеркалу, думая, что он находится за ним.       — Ангел! Это ведь вы накрыли меня одеялом сегодняшней ночью? Я помню колыбельную… — я с улыбкой рассматривала себя в отражении, надеясь рассмотреть там своего Ангела Музыки. Если я и дальше продолжу разговаривать с зеркалом, сама приму себя за сумасшедшую.       — Простите меня, я не смел касаться вас, но не мог видеть, как вы мерзнете, — Ангел будто подумал, что я хочу отсчитать его за это, но мне хотелось его обнять. В моей душе роились исключительно теплые чувства к этому неизвестному. Может, если это он меня укрыл… Ангел окажется человеком? А что, если под маской Ангела прячется Рауль? Красивый и богатый виконт в дополнении с божественным голосом и таинственным образом — это лучших подарок Небес… почему же тогда он прячется за образом Ангела?       — Вы лишь хотели спрятать меня от холода, спасибо! Ангел, прошу, откройте мне тайну: как я могу вас увидеть?       — После вашего триумфа я открою вам тайну.       — Триумфа? Где?       — В «Фаусте» сегодня роль Маргариты, моя дорогая, ваша, — я прижала ладонь ко рту. Как же так? Хористке… главную роль?       — Не удивляйтесь, Кристина, вам пора подарить немного своего прекрасного голоса публике.       — Ангел… вы волшебник! — я бегу к шкафу, выискивая там нужные вещи, что переодеться, — вы придете посмотреть на меня?       — Непременно. Я буду сидеть в пятой ложе на первом ряду. Смею покинуть вас, моя дорогая, подарите своему Ангелу удовольствие сегодня вечером!       — Спасибо… — я шепчу то в пустоту, Голос пропал, давая мне привести себя в порядок. Неужели это правда происходит на самом деле? Если Ангел — Рауль... это многое объясняет! Виконту позволено здесь всё, в его полномочиях поставить меня на главную роль.

***

      Я стою за кулисами среди кучи артистов. Многие недовольны моим пребыванием рядом с ними, например, Убальдо предпочел бы видеть рядом с собой Карлотту, нежели меня, серую мышку, что по воле случая заняла ее место.       Сегодня на репетиции произошел очень странный случай — декорация едва не убила солистку, а после мадам Жири учтиво предложила выслушать меня. Откуда ей было знать, что мне даёт уроки Ангел Музыки? Я не скрывала этого от Мэг, но она не могла рассказать своей маме об этом… или могла? Может, мадам тоже знакома с моим Ангелом?       — Мадемуазель, — Убальдо кивает мне в сторону сцены, я, не спеша, ступаю по древесине на сцене, звук от моих туфелек эхом разносится по театру, я начинаю петь.       «Так говорить, учтиво, вежливо, как он! Вельможа лишь умеет…» — я смотрю в пятую ложу, она занята мужчиной… там был Рауль. Неужели… мой Ангел — это и есть Рауль? А сейчас он решил открыться мне? Если нет? Я буду выглядеть глупо.       «Мой Бог! Сколько богатств! Какие жемчуга, уж не во сне ль я это вижу?» — я одариваю Рауля улыбкой, надеясь на то, что моя догадка верна, остается лишь вновь услышать его голос, только бы он пришел ко мне сегодня! Пришел бы! Тогда бы я точно разгадала загадку с таинственным Голосом.       Я прикрываю глаза, ария возносит меня выше Небес, я настолько прониклась своей ролью, что была не в силах противостоять чувствам, пылающим в груди.       «Ах, если б в миг такой, он был бы здесь со мной!» — пусть мой Ангел будет со мной сегодня. Рауль, это ведь ты?       «Маргарита, это не ты! Все было и пропало, но чудный миг настал!» — моя душа словно парит по залу, как и голос, что слышен в самых отдаленных уголках нашей Оперы.       «Королевой ты стала!» — я чувствую, как оркестр доигрывает концовку и без сил падаю в руки Фауста, которого играет Убальдо.

***

      Я никогда не чувствовала большей свободы в душе, чем сейчас. Не многие люди по-настоящему понимают, что такое свобода. Думают, что свобода — это, когда сам по себе и тебя ничто не держит, ты можешь идти куда угодно, когда захочешь. Свобода — это, когда ты поёшь так, что весь зал рыдает и видит, как твоя душа возносится на Небеса, где ей и положено быть в такие моменты. Твой персонаж умирает и отпускает тебя, а ты падаешь без чувств, отдавая ему все свои силы для того, чтобы его дух смог отправиться выше облаков.       — Крошка Лотти, — я открываю глаза и вижу перед собой лицо Рауля. Если это лицо моего Ангела Музыки, я готова любоваться им вечно, — крошка Лотти спрашивала, что же я больше всего люблю? И отвечала: кукол или туфли…       — Пикники на чердаке! — радостно прошептала я, улыбаясь Ангелу. Он пришел ко мне в гримерную, это он… но почему же голос Рауля не похож на голос Ангела?       — Мы рассказывали друг другу страшные истории… — Рауль проводит рукой по моей щеке, я смущенно улыбаюсь и приподнимаюсь, садясь на диване.       — Папа играл на скрипке, и нам всю ночь напролет… — я начала петь, — «Ангел Музыки сладко песни поет, Ангел музыки сладко песни поет…». Я всё помню, Рауль! — я обняла его, а вместе с тем услышала, как от стен отразился вздох. Я обнимаю не того?       — Ты прекрасна, Лотти, я всегда вспоминал о тебе, пока был в экспедиции, — я задумалась, вспоминая, как в детстве он рассказывал бывшей владелице моего тела, что он будет моряком. Всё-таки стал им.       — Рауль, когда мой отец умер… он послал мне Ангела Музыки, представляешь? — я улыбалась, надеясь, что несмотря на несоответствие в голосе, Рауль окажется тем самым, но он лишь рассмеялся. На моем лице отразилось непонимание и разочарование. Я обнимала не того. Кто же тогда мой гений? Мой маэстро, вы обманули меня?       — Да, конечно, — он встал с пола и пошел к выходу, — я велю подать экипаж, собирайся, крошка Лотти! — Рауль вновь усмехнулся.       — Нет, Рауль, Лотти никуда не поедет, — девушка слегка рассмеялась с того, что повторила обращение к себе в третьем лице, как это делал Ангел. Смотря в зеркало, ей показалось, что ей ответили смешком, скорее всего, правда просто показалось…       — Ох, крошка Лотти, ты ничуть не изменилась, не задерживайся, — он захлопнул дверь, не услышав мое протестующее: «Рауль, нет!».       — Кто этот мальчишка? — я вздрогнула, услышав Голос позади себя. Нет, этим Голосом был не Рауль. Я ошиблась.       — Мой Ангел, он всего лишь друг из детства, признаться, я по ошибке подумала, что это были вы, простите мне мою глупость… — я расстроенно опустила голову, рассматривая свои босые ноги.       — Вам ни к чему винить себя. Расскажите подробнее об этом юноше, — он не просил, Ангел требовал. Начиная рассказывать всё в сухих подробностях, я заметила, что он спрашивает не из любопытства, он ревнует.       — Мой Ангел, неужели вам интересно слушать про человека, который остался для меня в прошлом? — я была готова поклясться, что он торжествующе ухмыльнулся, — вы обещали мне открыться сегодня… и прийти на моё выступление. Мой Ангел, вы меня обманули?       Ответа долго не было. Всё стихло.       Я смотрела в зеркало, мне казалось, что внутри него кто-то стоит, кто-то кроме меня… это был человек! Высокий человек в костюме и белой маске, скрывающей все его лицо, даже губы, единственными отверстиями в этой маске были отверстия на глазах. Кто, черт бы меня побрал, Ангел Музыки? Что скрывается за этой маской?       — «Судьбой ты прикована ко мне, иди же к своему Ангелу Музыки», — он протянул мне руку через зеркало. Я, завороженная, медленной поступью пошла к нему. Он пел, пел так, как не пел никто и никогда. Его голос звучал внутри меня, заставляя меня повиноваться.       — «Музыки Ангел, ты мой венец славы! Музыки Ангел, открой мне все тайны, кто же ты, мой Ангел?» — я вторила ему в ответ и, коснувшись его руки в черной перчатке, была затянута в зеркало. До меня доносился чей-то крик за спиной, но я не хотела его слышать — для меня существовал только он — мой Ангел Музыки, скрывшийся под маской тайны.