Цветущий Яд

Когда Соник впервые увидел Шедоу, он решил, что это кому-то захотелось над ним постебаться и сделать ещё более несчастную на него пародию. В первый раз. Когда они встретились в следующий, Соник понял, что ошибался. Шедоу был не просто несчастен, он был одинок. Соник знал ощущение гложущей пустоты и парализующего страха, запирающего тело в свои оковы. Понимал, что такое беспомощность, бесполезность. В конце концов, он был таким. В какой-то степени. Сонику было всё равно на окружающий его мир. Шедоу его ненавидел. В этом они были совершенно различны. Соник думал так не особо долго. Они оба были теми ещё кретинами. Один — наполовину мегаломаньяк, желающий избавиться от всего живого; второй — чёртов пофигист, которому попросту наплевать на мнение любимого существа. Ну чем не придурки, а? Соник ненавидел это. Он хотел соскрести с себя кожу, пустить шарф на тонкие ниточки, а остальное сжечь и больше не появляться. Клеймо грубого дурака налипло на него, как репейник, только вот такое уже не снимешь. Чужие взгляды, полные недоумения и отвращения преследовали его постоянно. Но что поделаешь, вот он — тщеславный герой, не обделённый вниманием, хоть и извращённым. Хотя кому внимание обращать? Все в его деревушке были и оставались придурками. Чем-то низким. Впрочем, Сонику было плевать. — Я не понимаю, как ты ещё здесь не издох. Шедоу был другим. Он стал для Соника эдаким заморским фруктом, диковинкой, мрачной и независимой. Он пах дождём и печалью, таинственной, скрытой от чужих глаз. Саркастичный, злобный, колючий — Шедоу был таким и не скрывал ничего. Ха. Соник действительно идиот. Порой, когда они ночевали в старой землянке, Соник слышал скрип когтей и тихий плач; он вставал, тяжело вздыхал и шаркающими шагами шёл во вторую комнату, где находил своего соперника, сжавшегося в комок и бормотавшего бред чистой воды. Тогда Соник наливал воду из кулера, садился перед Шедоу и заставлял того пить. Потом он обнимал его и шептал бессмысленное «всё будет хорошо», а Шедоу, видимо, слушал его и успокаивался. Потом Соник отпускал его. И до утра они не говорили ни слова, сидя за столом и потягивая кофе. Они ни разу об этом не заговорили. Да и не надо им было. Соник и так понимал всё. Без. Слов. ...но всё-таки они не осознавали, насколько похожи.