Someone You Loved

A broken heart is all that's left I'm still fixing all the cracks Lost a couple of pieces when I carried it, carried it, carried it home Arcade — Duncan Laurence

Вокруг дома Джона и Мэри было тихо. Мэри спала, последняя стадия беременности сделала ее более уставшей, чем обычно. Джон сидел за столом и разгадывал кроссворд из газеты. Это был тихий воскресный день. Мэри и Джон закончили подготовку детской комнаты сегодня раньше и решили немного прогуляться. Идеальная концепция этого ленивого воскресенья, по мнению Джона. Пару недель до этого, Джон и Мэри стояли в аэропорту и наблюдали, как взлетает небольшой белый приватный самолет. Это даже не ощущалось безумным. Они сказали друг другу «прощай». Само слово вслух произнесено не было, но Джон знал что значит «кто знает». Он не вернется. Было больше похоже на то, что он собирается умереть на этой миссии в Восточной Европе. Так своему брату недвусмысленно дал понять старший Холмс. Кроме этого, было кое-что, что делало это прощание для Джона не таким мучительным. Возможно, потому что на этот раз у него было возможность сказать «прощай». Возможно, потому что их финальное прощание не было многословным. Возможно, потому что Джон чувствовал, что они еще не договорили, не теперь. Но было что-то еще. Надежда? Возможно. Желание? Свет в комнате загородила тень, и Джон посмотрел в окно. Там была большая черная машина, которую он сразу узнал. Джон увидел, как Майкрофт Холмс выходит из задней двери, и встал, чтобы открыть дверь. Он не хотел будить Мэри. Ранее Джон взял с Майкрофта соглашение, что тот будет докладывать ему новости о миссии в Восточной Европе раз в месяц. Ну как соглашение… Джон заставил его. Майкрофт не посчитал это хорошей идеей сперва. По его мнению, «лучше для Джона» было знать о текущей ситуации так мало, как только возможно. В конце концов, ему следует сосредоточиться на семье. Каким-то образом Майкрофт оказался почти прав. Джон знал, что в конечном итоге ему придется забыть о прежней жизни, но он не мог. Не сейчас. Интересное чувство посетило его. Что если это была единственная новость, которую он получит? Что если все кончено, и он уже мертв? Тогда надежда на его возвращение — не больше, чем иллюзия. Он быстро прогнал эти мысли прочь. Он не готов и не будет думать об этом сценарии. Джон протянул руку: — Майкрофт, — сказал он, коротко кивнув. — Джон, — поприветствовал его Майкрофт и пожал руку, — как Мэри? — В порядке, — ответил Джон коротко, — спит. Майкрофт кивнул, понимающе. — Я не займу много времени. Я здесь, чтобы сообщить новости. Джон не ответил. Он посмотрел на лицо Майкрофта, но на нем не было ни тени эмоции. Конечно, нет. Это Холмс. Оба брата были невероятно хороши в скрывании своих эмоций. Майкрофт прочистил горло. — Ситуация в восточной Европе кажется стабильной, пока. Наша система доложила о паре подозрительных активностей. Мы полагаем, что это сигнал, план и стратегия уже обсуждены, но пока не приведены в действие. Джон смотрел на него в ожидании более детальной информации. — Это все? — спросил он через пару секунд. Майкрофт кивнул и развернулся, чтобы вернуться в машину. — Что насчёт Шерлока? — Джон окликнул его.   Майкрофт остановился посреди тропинки, не поворачиваясь к Джону. Доктор тут же ощутил дискомфорт и тревогу. Это был нехороший сигнал. Через пару секунд Майкрофт повернулся: — Ничего. — Что значит ничего? — Джон подошел к нему, — где ваш брат, Майкрофт? Скажите мне. Сейчас же. — Я не могу. Джон был поражен на секунду. Он не смог прочитать выражение лица Майкрофта. Что тот имел ввиду? В какой-то момент он увидел тень боли скользнувшую по лицу, но всего лишь на секунду. После этого короткого момента, лицо Майкрофта приняло нейтральное, пустое выражение снова. Но Джон видел это, разве нет? — Я думал, у нас соглашение, Майкрофт, — Джон напомнил ему, стараясь контролировать свой голос настолько, насколько мог. Он не собирается показывать свое беспокойство перед Майкрофтом Холмсом. — Так и есть, — ответил Майкрофт резко. — Но я не могу сказать вам ничего о Шерлоке. Джон начал терять терпение. — И почему же? Это очередной из ваших планов, чтобы держать меня в неведении?   Майкрофт нахмурился и посмотрел на Джона сверху вниз. — Доктор Ватсон, я не могу сказать вам ничего о нем, потому что мы не знаем где он.

****

Джон резко проснулся, сердце подскочило в груди. Он сделал рваный вдох, стараясь немного успокоиться. Сон не был сюрпризом для него, учитывая вчерашнюю встречу с Антеей. Остаток дня, он старался не позволять мыслям задерживаться в голове слишком долго. Было слишком тяжело думать о смерти друга. Думать о предстоящих похоронах, если они будут, снова. Думать о том, что ему нужно будет сказать, если... нет когда, когда его попросят о речи. Думать, стоит ли ему вообще посещать похороны. Но, конечно, его подсознание предало его ночью. Он посмотрел на будильник и решил встать и пойти прогуляться рано утром по отвесным скалам, чтобы проветрить голову перед работой. Клиника Гарольда Роада была расположена в старой усадьбе в конце одной из главных дорог деревни. Здание было открыто в 1920 году и с тех пор служило основным рабочим местом в Фэирлайт. Джон работал с четырьмя коллегами. Ему нравилась эта работа. Поначалу потребовалось время на то, чтобы приспособиться к специфическим методам, которые были необходимы, когда работаешь в такой маленькой деревушке, но, в конце концов, теперь он знал своих пациентов, а они знали его. Он не был занят постоянно, как мог бы, но это мало волновало. У него была возможность делать то, в чем он хорош, а это и была цель работы здесь. Когда Джон вошел в хирургию этим утром, его тепло поприветствовала ассистентка. — Доброе утро, доктор Ватсон, как прошли выходные? — спросила она и слегка улыбнулась. — Привет, Холли. Довольно неплохо, спасибо, — он ответил и постарался подавить зевок. Она усмехнулась: — Выглядите, как будто не спали несколько ночей. Хотите немного кофе? Прежде, чем он успел ответить, Холли встала и вышла за дверь приемной. Довольно скоро она вернулась с кружкой горячего кофе, из которой исходил пар, и протянула Джону. — Мм, спасибо, — поблагодарил он, — какой график на сегодня? Холли посмотрела на экран компьютера. — Посещения до 12, после этого 2 приема на дому. Мистер Миллер звонил сегодня и спрашивал, не могли бы вы осмотреть Стефана еще раз. Его кашель стал хуже. И у миссис Кеннард снова защемило спину. О, и кое-кто уже ждет вас, но у него нет записи. Я сказала ему, что сначала нужно записаться, но он сказал, что не возражает подождать. Он сидит в приемной, — она дала Джону листик с расписанием. Джон нахмурился, смотря на график. — Тогда ему придется ждать долго, насколько я вижу. Отправьте его домой, Холли, и запишите на прием на завтра. После этого он ушел в кабинет, готовый начать рабочий день. Это было насыщенное утро. Доктор принял пять пациентов с простудой, двух с головной болью, одного с неприятным растяжением, пациента с глубоким порезом в ноге, и трех пациентов нуждающихся в осмотре. К концу посещений, ему определенно была нужна вторая чашка кофе и 15 минут перерыва. Джон как раз шел на кухню, когда зазвонил приемник. — Доктор Ватсон, — начала Холли, — здесь остался еще один пациент. Мужчина, о котором я говорила утром, не ушел. Извините, — добавила он, услышав вздох Джона. — Я просто хотел кружку кофе и 15 минут перерыва, — пробормотал он, — хорошо, пусть заходит. Спустя секунду в дверь постучали. — Войдите, — ответил Джон, не отрывая глаз от экрана компьютера, — подождите минутку, присядьте. — Так вот где теперь работает знаменитый доктор Ватсон. Как типично. Джон поднял взгляд и застыл. Здесь, прямо посреди его кабинета, стоял Майкрофт Холмс.