Глава седьмая
1 февраля 2020 г., 09:00
Первый в списке Ланъя, господин Мэй из Цзянцзо.
Се Юй происходил из древнего рода и носил высокий титул державного хоу, однако даже на него этот факт произвел впечатление.
Выделяется среди людей подобно снегу,
Легким ароматом проходит излучины, взирая на реку.
Повсюду известно о путях героев Поднебесной.
Но Цзянцзо склонился перед господином Мэем. [1]
Эти стихи прочитал Шу Цитянь, глава северного братства Вспыльчивого дракона, когда впервые встретил Мэй Чансу девять лет назад.
В то время, спасаясь от убийства, клан Гунсун бежал в Цзянцзо, а Шу Цитянь, преследуя их, пересек реку. Недавно назначенный глава союза Цзянцзо, Мэй Чансу, лично вышел на берег, чтобы поприветствовать его. Двое мужчин, безоружных и без охраны, провели приватную беседу на вершине горы Хэ. Два дня спустя Шу Цитянь спустился с горы, чтобы вернуться на север, клан Гунсун был спасен, а слава союза Цзянцзо разнеслась по всему миру.
— Глава союза Цзянцзо всегда предпочитал держаться в тени, мало кто знает его в лицо… как же вы двое познакомились с ним? — спросил Се Юй после минутного раздумья.
— Дело в том, что старший брат… — пробормотал Се Би. Сяо Цзинжуй перебил его:
— Да, отец. Прошлой зимой я проезжал мимо горы Цинь и остановился отдохнуть в чайной. Так совпало, что брат Су сидел за соседним столом. Он смотрел на ветку цветущей сливы в моих руках, не отрывая глаз, и мне показалось, что она действительно пришлась ему по душе. Я без особых раздумий подарил ему цветы сливы, так мы и познакомились. С тех пор он часто присматривал за мной во время странствий. Брат Су слаб здоровьем. Пожилой лекарь Сюнь Чжэнь сказал, что ему следует покинуть Цзянцзо, оставить дела братства и сосредоточиться на выздоровлении. Потому я воспользовался возможностью и пригласил его в Цзиньлин… Как известно, слава брата Су слишком велика, потому он назвался Су Чжэ, чтобы спокойно отдохнуть.
— Так вот как все было… — кивнул Се Юй. — Неважно. Господин Су — наш дорогой гость. Вы двое должны хорошо позаботиться о нем.
Сяо Цзинжуй и Се Би послушно поклонились и медленно вышли.
Как только они покинули кабинет своего отца, Се Би принялся расспрашивать Сяо Цзинжуя. Наконец он узнал о драке Фэй Лю с главнокомандующим Мэном и удивленно фыркнул. Они вдвоем отправились в Снежный павильон, чтобы сообщить Мэй Чансу о том, что их отец теперь знает правду о его настоящей личности. Глава союза Цзянцзо едва заметно улыбнулся, но в остальном остался равнодушен.
На следующий день, рано утром, племянник императрицы, Янь Юйцзинь, пришел в резиденцию прекрасно разодетый и объявил:
— Брат Су уже должен был отдохнуть после долгой дороги, потому давайте сегодня все пойдем развлечемся.
Он вытащил Сяо Цзинжуя и Мэй Чансу на улицу, оставив дома обиженного Се Би, который был с головой поглощен делами.
Приближался турнир за руку княжны Нихуан, потому столица расцвела молодыми талантами со всех концов света. Все таверны и чайные были переполнены посетителями. Время от времени случались захватывающие представления, будто смельчаки брали право проведения первого отборочного раунда в свои руки. Обожающий развлечения Янь Юйцзинь находил все это крайне увлекательным и носился по городу в поисках зрелищ с того самого дня, как вернулся. Когда он привел с собой Сяо Цзинжуя и Мэй Чансу, он уже мог со знанием дела назвать таверны, в которых дрались чаще всего, и чайные, где проводили время мастера самого высокого уровня.
Они весь день наблюдали за драками, но так и не встретили опытных бойцов (конечно, настоящие мастера боевых искусств никогда бы присоединились к этому беспорядку). Янь Юйцзинь все еще находился в приподнятом настроении, однако Сяо Цзинжуй уже успел заскучать. Обычно он бы присоединился к веселью только ради удовольствия своего друга, но сегодня они пришли с Мэй Чансу. Заметив первые признаки усталости на лице брата Су, он немедленно отверг предложение Янь Юйцзиня посетить еще одну таверну.
— Почему нет? Там правда очень весело. Несколько дней назад я видел, как там в драке сошлись два человека: один с молотом-метеором, а другой с парными мечами. Первый не рассчитал силу удара, в итоге гиря прилетела ему же в лоб и он тут же потерял сознание. Я так от души посмеялся!
— Юйцзинь, брат Су устал, — спокойно напомнил ему Сяо Цзинжуй.
— А? — Янь Юйцзинь стукнул самого себя, увидев бледное лицо Мэй Чансу. — Какой я неосмотрительный! Брат Су нездоров и, конечно, не может за нами угнаться. Тогда почему бы нам не отдохнуть прямо здесь? Еда здесь неплоха. Может, мне заказать для тебя несколько местных блюд, брат Су?
— Мы перекусили не более двух часов назад, откуда в нас место для большего количества еды? — Мэй Чансу откинулся на спинку стула. Хоть он и выглядел усталым, но все еще был полон сил. — Давайте посидим немного, а потом разойдемся по домам. Мы вышли погулять и развлечься, но не стоит доходить до крайностей. Да и Цзинжую лучше вернуться домой, чтобы поужинать со своей семьей.
— И правда, Сяо Цзинжуй — послушный ребенок, — одобрительно сказал Янь Юйцзинь. — В отличие от меня. Моему отцу совершенно безразлично, когда я вернусь домой…
Хоть Янь Юйцзинь говорил беззаботно, Мэй Чансу почувствовал намек на одиночество в его словах и повернулся, бросив на него глубокий взгляд. Сяо Цзинжуй слишком хорошо знал своего друга и ничего не заметил, вместо этого подозвав слугу взмахом руки и приказав нанять опрятный паланкин.
Когда паланкин прибыл к входу в таверну, они распрощались. Янь Юйцзинь продолжил гулять по городу, а Сяо Цзинжуй вместе с Мэй Чансу отправились обратно в резиденцию хоу Нина.
Только они ступили на землю перед поместьем, как заметивший их издали слуга побежал внутрь, чтобы сообщить об их возвращении. Се Би поспешил выйти и поприветствовать их.
— Почему вас так долго не было? — крикнул он, едва увидел этих двоих. — Кое-кто хочет вас видеть, они уже заждались!
В ответ на эти жалобы Сяо Цзинжуй первым делом спросил:
— И кто же хочет нас видеть?
Мэй Чансу замедлил шаг, на краткий миг намек на нерешительность появился в его облике, однако затем к нему тут же вернулось спокойствие.
Се Би бросил несколько оценивающих взглядов на наряды этих двоих и поспешно сказал:
— Довольно сносно, вам не нужно переодеваться. Быстрее, пойдемте за мной. Императрица, матушка и княжна Нихуан желают вас видеть.
Сяо Цзинжуй ошеломленно замер. Три женщины, о которых говорил Се Би, считались самыми почитаемыми и могущественными в Великой Лян. Императрица, мать всей империи, царствовала над Внутренним Дворцом. Старшая принцесса Лиян была младшей сестрой императора и супругой хоу Нина. Княжна Нихуан хоть и занимала более низкое положение, но командовала стотысячной кавалерией на южной границе. Редко кому доводилось видеть даже одну из них, не говоря уже о том, чтобы все трое ждали в одном месте. Можно было с уверенностью сказать, что никто прежде не удостаивался такого обращения.
— Ты что замер? — Се Би подтолкнул брата. — Ничего страшного, если ты не хочешь идти, они все равно главным образом хотят встретиться с братом Су.
— Ты понимаешь, что говоришь? — Сяо Цзинжуй с несчастным видом посмотрел на Се Би. — Ты был слишком болтливым, проговорился о поединке между Фэй Лю и главнокомандующим Мэном, тем самым пробудив их любопытство, ведь так? Ты уже забыл, что брат Су здесь, чтобы отдохнуть и поправить здоровье, а не чтобы развлекать всю знать Цзиньлина? Если он окажется в центре внимания, разве сможет он наслаждаться покоем?
Се Би пристыдился, услышав упрек, и смущенно извинился:
— Это моя вина. Я случайно проговорился, когда развлекал гостей с матушкой. Пожалуйста, прости меня, брат Су.
— Нет-нет, — ответил Мэй Чансу без особой интонации. — Мне стоит поблагодарить второго молодого господина Се за то, что он потрудился представить меня знати. Кто знает, возможно, во время этой встречи императрица щедро вознаградит меня от имени Его Высочества принца Юя.
Примечания:
[1] Именно такой вариант этих стихов взят из одноименной дорамы в переводе фансаб-дуэта ЛАРЧИК.
[2] Случайно или по замыслу автора, но иероглиф «Мэй» — 梅 (méi) — в имени Мэй Чансу означает «дикая (кислая) слива».
[3] Молот-метеор — лю син чуй (流星錘 liúxīng chuí) — китайское гасило. Представляет собой металлический ударный груз, закрепленный на веревке длиной около 4,5 метров. Согласно китайской легенде, лю син чуй изобрел мастер, которому однажды пришлось отбиться от разбойников с помощью кошелька с монетами, который он носил на веревке.