Везёт, как утопленницам, или как выжить в чужом мире

      Первые недели упорных тренировок проходили вполне сносно: растяжка, бег (было даже что-то по типу вышибал для развития реакции и выносливости) и другие физические упражнения — со всеми этими словами я была тесно знакома, и для меня не было трудно снова вернуться к активному образу жизни, в конце концов, ежедневная утренняя зарядка не прошла зря после такого отдыха. Хотя назвать это отдыхом довольно сложно.       А потом пришёл капец. Яркий, громкий, оранжево-красный и очень оптимистичный капец, который заставил меня пахать до изнеможения под его началом.

***

      — Я предлагаю тебе стать тсугуко.       — Кем-кем я стану? — смотрела с вылупленными глазами, пытаясь понять, что этот… Оптимист от меня хочет.       — Тсугуко, то есть моей преемницей или же ученицей как тебе удобней, — я уронила надкусанный персик, который держала в руке.       — Эм, — содержательно и информативно, — за какие заслуги мне… Это?       Что же, хочу сказать, что ответ: «ты очень быстро всё схватываешь, а ещё помогла завалить демона, не будучи охотником» меня не устроил.       И кто же это такой сплетник, что аж со скуки о моей скромной персоне заговорили? Потому что я уверена как минимум в трёх людях, которые знают об этом. Не удивлюсь, если все три персоны растрепали, потому что сейчас мне кажется, почти каждая собака знает про это.       Сколько я выслушивала советов, каким способом лучше всего убить демона, хоть их и существует всего лишь два или — на худой конец — что мне нужно было бы по-хорошему бежать оттуда не оглядываясь. Эти «замечательные» советы мне дали люди, которые вот наверняка же сука от балды пошли в истребители. Некоторые из них мне прямо-таки и сказали. Ну и, конечно же, я их всех послала, а как иначе?

***

      Ренгоку… Он наверняка тот ещё садист в душе, по-другому его охарактеризовать у меня никак не получалось. Ибо когда я услышала мои новые тренировки и получившуюся нагрузку оказалась в ауте. Конечно, чтобы разрядить атмосферу я сразу же, как только отошла от шока решила пошутить, будто он хочет от меня избавиться, а потом где-то прикопать.       Что же, мой прикол не оценили по достоинству, но теперь я знаю, что японцы не очень понимают, да и вообще плохо относятся к чёрному юмору, и что шутить так ни в коем случае не стоит.

***

      — Дуть в бутылку… То есть я всё правильно поняла? — нет, я предполагала, что он не совсем нормальный, но всё же. — Извините меня конечно, но Вы совсем?!       Совсем недавно гонял меня, а после совсем неожиданно объявил перерыв и куда-то ушёл. Через десять минут вернулся радостный и уже с какой-то флягой размером с полторалитровую пластиковую бутылку с водой.       — Девочка моя, я абсолютно серьёзен с тобой.       — Но это же прос…       — Дуй, — вот так просто меня заткнули, и оставалось лишь молча набирать в рот воздух и прислонять губы к горлянке.

***

      Вообще, Кёджуро нормальный парень, если не обращать внимание на его порой громкий голос и неугасимый оптимизм, который меня уже начинает порядком раздражать. Он, по сути, очень хороший человек и был бы золотым, если бы так не гонял меня несколько месяцев. Для меня это довольно существенный недостаток, который перечёркивает все его плюсы. Мозоли, пот, усталость, горящие лёгкие, а также отсыхающие руки — всё это сопровождало меня вместе с желанием сдохнуть и забрать оптимиста с собой.       — Рина, девочка моя, можешь на меня злиться сколько хочешь, но это для твоего же блага, — когда предложение начиналось с таких поучительных слов, я закатывала глаза, подпирала рукой голову, кивая, как болванчик, и ждала окончания лекции. Господи, как это похоже на родителей: «хватит дуться, для тебя же стараюсь!»       — Я на вас не злюсь, просто иногда недолюбливаю.       — А я не прошу, чтобы меня любили. Думаешь, я тебя нагружаю, чтобы поиздеваться? Уверяю, у меня нет к тебе никакой неприязни, — я нахмурила брови.       — Вы сами только что признались, что нагружаете меня.       — Скоро Финальный отбор, тебе нужно хорошо к нему подготовиться, — да, да, я прекрасно всё поняла и уже мысленно перефразировала: «я не хочу, чтобы ты сдохла из-за того, что я тебя туда отправил».       — Не думаю, что за несколько месяцев можно всему научиться.       — Потому что это и правда невозможно, — на это я лишь фыркнула, но парень решил меня проигнорировать, — Да, у тебя хорошая физическая подготовка и выносливость, могу тебя за это похвалить. Но этого всё равно мало. Я делаю всё, чтобы ты пришла живой и, надеюсь, здоровой. Финальный отбор проводится лишь несколько раз в год. Мы не можем ждать следующего, неизвестно, что произойдёт в будущем.       — Не каркайте, — я выставила руки в примирительном жесте. — Да не волнуйтесь так, не помру я.       В итоге, когда наступил этот знаменательный день, «Сенсей» мне всучил в руки лёгкий клинок и пинком проводил на недельку выживания.       Несмотря на то, что мы пришли рано, и объявление о начале ещё не прозвучало, на место встречи уже потихоньку подтягивались люди, которых посчитав, получалось около двадцати. Не понимаю, если столько людей пришло заранее, то о каком недостатке охотников они говорили?       — Вы сказали, что с каждым годом истребителей становится всё меньше и меньше, но слова разительно отличаются от того, что я вижу.       — Рина, охотники на демонов погибают каждый день и не факт, что по одному. Да и на самом отборе выживают лишь несколько человек и то не всегда, — после данного ответа я почувствовала себя идиоткой. Ну конечно, могла бы и сама до этого додуматься. Хотя ко мне пришло озарение:       — То есть, вы меня посылаете на верную смерть?       — Что ты, с тобой ничего не случится. Уверяю, ты вернёшься живой и здоровой, — и вот опять эта улыбка, только мне-то совсем не весело.       Я заметалась глазами в поисках выхода. А выхода не было: ухватив меня наверняка для надежности за рукав, Кёджуро вдохновенно вещал, сыпля словами и японскими терминами так быстро, что понять значение оных я даже не пыталась.       Иногда казалось, что они с Шинобу составили бы прекрасную пару.       — … и запомни: главное — дыхание. Дыши правильно, чтобы вдохнуть как можно больше воздуха, клинком замахивайся под правильным углом, иначе может и треснуть … — мой мозг уже привычно отключился от вдохновенного спича, и я, кивая словам Ренгоку, словно в такт неизвестной мелодии, принялась рассеянно разглядывать всё вокруг.       — Ты запомнила?       Лишь отвернувшись, я решила не отвечать. Он меня раздражал с каждой минутой всё больше, и, боюсь, что могу просто не выдержать и наговорить ему гадостей. Но времени на дальнейшее общение с мужчиной уже не было: столпу надо было уходить, и я была искренне этому рада.       Ночью здесь становится очень красиво, можно сказать, что это место приобретает своё, особенное очарование среди красных столбов, стоящих по краям у входа и около двух детей, связывающие их друг с другом китайские фонарики, натянутые на леску или верёвку. Знаю, что это по-детски, но их сияние заставляет чувствовать себя в безопасности. Этого не испортит даже холод, гуляющий по этой горе, несмотря на то, что уже весна. Хотя очень грустно осознавать то, что мы появились здесь зимой в конце декабря и пробыли здесь столь много времени, никак не понимая, как и зачем мы оказались в нарисованном мире.       — Понасажали же столько вистерий… — как-то читала, что их используют для украшения в ландшафтном дизайне, но что-то подсказывает, что они здесь выполняют другое предназначение.       — А ты не знала? Глициния отпугивает демонов и в этом месте цветёт круглый год, — мимо проходивший человек решил сжалиться надо мной и поделился информацией.       — Да-а-а? Спасибо огромное! — парень лишь хмыкнул и махнул рукой, я же, не желая терять время, поскакала к деревцу.       В моей голове тут же родилась идея, которая по тупости и идиотизму не уступает отметке в десять баллов. Конечно, надеяться сильно не стоит, да и вообще не уверена, что это сработает, но так у меня будет хоть небольшая надежда и уверенность, что я смогу всё это пережить.       И вот, делая нервный вздох, дрожащими руками рву гроздьями фиолетовые цветки. Открыть сумку-мешок особого труда не составило, ровно как и засунуть туда больше половины награбленного. Другую часть распихиваю по внутренним карманам толстовки, джинс, чуть-чуть внутрь кроссовок и в конце вплетаю в косу пару цветков так, чтобы они были незаметны, для завершения сего ритуала луплю себя этими гроздьями, чтобы запах глицинии стойко впитался в одежду и кожу.       Далее шла напутственная речь, и все мы были предоставлены сами себе. Ну, точнее сказать я одна, потому что другие уже стартанули в этот хренов лес, лишь я стала, как говорится, аутсайдером. Хотя ничего плохого тут нет, ведь чем дольше я туда не захожу, тем меньше времени там проведу. В задаче же было сказано прожить неделю, а насчёт того, чтобы убивать людоедов, не было сказано ни словечка!       Глубоко в лес я заходить не решилась, и наверно поэтому или из-за того, что размахивала веткой глицинии, или я просто удачливая, но факт остаётся фактом — почти никто по мою душу не приходил. За все семь дней мимо пробегали максимум три девчонки, пять парней.       — Твою мать, отстаньте от меня, я не вкусная!       А сейчас меня гоняют по кругу два каннибала и орут, как же от меня несёт вистерией. Как там было? Отпугивает демонов? Что ж, наглое враньё и ничего больше!       Внезапно из-за поворота прямо на меня выбегает парень, который как раз-таки и подсказал мне лайфхак с глицинией. Ну, я ясное дело не останавливаюсь, а впиваюсь ему в руку своими ногтями и тяну следом за собой. Через пару секунд картина меняется таким образом, что первой наперегонки бегу не я, а этот пацан, в то время, как тащат уже меня. Понятное дело, сколько бегу я, а сколько он.       — От чего бежим? — парень с невинным видом спрашивает об этом, даже не догадываясь: от чего можно бежать в лесу полным людоедов.       — Башку назад поверни и увидишь, — он послушался моего совета и с таким же недоумением снова смотрит на меня.       — Вопрос всё тот же: от чего бежим? Просто отруби им головы — проблема решена, — это было сказано с таким пренебрежением, что я уже собиралась ответить чуть ли не матом, но удержалась.       — Шибко умный? Иди и сам попробуй, я не могу двоих сразу!       — Тогда отцепись от меня, — я выполнила его просьбу, решив согласиться на такой расклад событий.       Он не порхал, как бабочка, не жалил, как пчела, нет. Брюнет не стал как-то выделываться, принял серьёзный вид и двинулся в сторону нападающих. Сначала замахнувшись, он отрубил одному из них руки, а со следующим замахом демон лишился одной ноги, от чего он, покачнувшись, рухнул навзничь. Размахивая клинком, что со стороны выглядело, словно это не стоит никаких усилий, что однозначно не так, он срубил голову одному из людоедов.       Я смотрю, никого не трогаю и понимаю, что на одного людоеда стало меньше, учитывая, что первый всё ещё тлеет, превращаясь в пепел. Собственно сама я заметила это только после того, как парень повернулся ко мне вполоборота и было видно, что там происходит.       — Сзади!       Я резко оборачиваюсь и машинально выставляю вперёд себя руки с клинком во время своего разворота назад и охреневаю. Когда я крутанулась на сто восемьдесят градусов, держа в руках холодное оружие, то не сразу поняла, что произошло, но сообразив, мои ноги перестали твёрдо меня держать.       — Твою мать, — я бросила эту чёртову катану и прикрыла руками рот, тем самым заглушив нервный выдох, — вот это было близко.       Обезглавленное тело рухнуло передо мной, буквально касаясь моих кроссовок, а голова укатилась и лежала в нескольких метрах от меня; в воздухе распространялся запах свежей пролитой крови, от которого к горлу подкатывает ком, который я пытаюсь проглотить.       — Пойдём-ка отсюда, — мой союзник подхватил меня подмышки и стал тянуть вверх, помогая мне встать, а после подхватил мой меч, повёл меня подальше отсюда. — Испугалась? Ничего, дыши глубже, уже всё в порядке.       — Знаешь, мне сейчас вообще по барабану, что я его грохнула, — брюнет перевёл обеспокоенный взгляд на меня.       — Значит ты ещё никогда не…? — я отрицательно покачала головой.       — Лишь два раза и в обоих случаях палачом выступала не я, только видела со стороны, — я решила забрать свою ношу и понести клинок сама. — Ну, после того как мой знакомый отрубил голову демону, тот сразу не исчез, а стал кричать, унижать и оскорблять нас. На меня накатило раздражение, и, пока демон не сгинул, взяв в руки булыжник, я кинула в него с такой силой, что размозжила ему башку.       — Тяжёлый был булыжник, — присвистнул бирюзовоглазый?.. Боже, никак не могу принять тот факт, что здешние люди отличаются от привычных японцев. Пора бы уже начать привыкать. — Но сейчас-то рука у тебя не дрогнула.       — Да я даже понять ничего не успела из-за шока, — на что он закатил глаза.       — Звучит, как дешёвое оправдание, — мне он всё меньше нравится. Фыркнув, я решила на этом закончить наш разговор, но через пару секунд начала бесстыдно разглядывать его. Когда же взгляд дошёл до поясницы и перешёл на рукоятку, а потом и на весь клинок в целом.       — Твой клинок же!.. — тут до меня, наконец, дошло, что же здесь происходит. — Так ты уже давно прошёл отбор!       — Естественно я его прошёл.       — А не объяснишь, какого ты тогда здесь делаешь?       — Увидел столпа и решил узнать, зачем он пришёл, а когда узнал, хотел увидеть, что из себя представляет тсугуко столпа пламени.       — Зашибись…       Оставшаяся часть дороги прошла в тишине и таким темпом дошли до вершины горы, на которой стояло уже гораздо меньше людей — всего семь человек, — чем вначале отбора. Видимо мы пришли поздно и нас не ждали, так как с удивлением смотрели на наш дуэт. Заплатив за форму, раздав воронов и предварительно объяснив, что они нужны для коммуникации, нам сказали подойти выбрать руду, из которой в будущем изготовят клинки.       — А можно ли уже раздать клинки? — ну да должен же быть кто-то, кто в каждой бочке затычка.       — Клинки будут изготовлены через десять-пятнадцать дней, — девочка, не изменившись в лице, снова повторила сказанные ранее слова.       Парень видимо был не удовлетворён тем, что ему сразу же не выдали «игрушку» после такого отказа его персоне, скривился и уже было потянулся рукой к рукояти катаны, как я шагнула ближе и сама коснулась оружия. Решил на детей замахнуться, сучёныш? Ну уж нет, не в мою смену!       — Только попробуй, — я попыталась придать голосу как можно больше угрозы, хоть и сомневаюсь, что в данной ситуации это поможет.       — Иначе что? — истеричка презрительно посмотрел на меня, растягивая губы в злорадную ухмылку.       — Иначе в Японии на одного импотента станет больше. Намёк понят?       Чувствую, меня хотели послать далеко и надолго, но как только мой новоявленный приятель демонстративно вынул клинок из ножен, то обидчик тут же захлопнул рот и, взяв даже не глядя руду, пошёл восвояси. Я, выдохнув, показала большой палец брюнету и решила встать в конец очереди подождать пока все выберут приглянувшиеся им. Ну, зато я могу потратить время ожидания за разговором.       — Слушай, ты ведь уже знаешь, кто меня обучал, а о тебе я не знаю совершенно ничего, — брюнет оторвался от рассматривания окружающих и перевёл взгляд на меня.       — Что ты хочешь?       — Всего лишь ответы на несколько заданных мной вопросов, — он вымученно вздохнул, думаю, это можно посчитать за согласие. — Итак, какое у тебя дыхание? Почему я тебя раньше не видела? Как зовут? — не успела я задать все интересующие меня вопросы, как меня нагло заткнули, прикрыв мой рот ладонью. Когда я уже было хотела возмутиться и хорошенько укусить его, парень быстро смекнул, что руку лучше срочно убрать, что не преминул сделать.       — Только попробуй, — ну, возможно это не произошло ещё потому, что я под страхом того, какая последует отдача после моей выходки, решила не выпендриваться. — По поводу вопросов — начнём с конца. Своё имя я тебе не скажу, не дай Ками ещё растреплешь, что я был тут.       — На хрен было вообще сюда идти, — буркнула я, но он не обратил на это внимание.       — Во-вторых, не все, как вы безвылазно отсиживаются на базе, — нет, а что нам ещё делать, скажи мне, пожалуйста. Господи, кто-нибудь уберите его, он начинает меня бесить.       Стоп, а откуда ему известно, что мы находимся там?       — В смысле, мы? — сбоку раздался смешок.       — Слухи о двух чокнутых быстро разошлись среди истребителей, — какие добрые, хорошие люди…       — Почему чокнутые?       — А какой нормальный человек будет спасать демона? — и многозначный взгляд на меня. О нет, я тут совершенно не причём, это камень в Юлькин огород.       Наша, точнее моя очередь наконец-то настала, но до того, как мы успели подойти, я увидела, как малыш набросился на другого с объятиями. Я не думала, что этот идиот доведёт до слёз, но если это действительно так, то притяну его за уши и заставлю извиняться на коленях. Чёрт, не могу смотреть на них и стоять в стороне, ничего не делая.       — Эй-эй, что случилось? Неужели этот придурок так испугал вас?       — Вам не стоит беспокоиться, с нами всё в порядке.       — Я заметила, — я опустила руку на голову беловолосой девочки, ласково поглаживая. — Как вас зовут?       — Моё имя Кирия, а это моя сестра — Каната, — что ж, теперь гадать на один гендер стало меньше, осталось узнать какого пола этот ребёнок. Наверно спрашивать об этом будет не тактично? Но думаю называть в мыслях малыша «оно» ещё хуже.       — А я Рина — ух, уже ненавижу это сокращение. — Слушайте, а можно мне самый лёгкий? Без разницы на цвет или ещё что-то, мне главный критерий лёгкая порода.       — Но разве Вам всё равно, какой получится клинок?       — Думаю, будет офигенно, если я смогу его держать в руках дольше пяти минут, — усмехнувшись, бросила я.       — Хорошо тогда можем только ещё раз поздравить с окончанием экзамена и пожелать Вам удачи, — ну да, уж она-то мне точно понадобится.       — Давай шевелись уже, — уже уходя, я напоследок махаю деткам и счастливо улыбаюсь. Эх, ну почему у меня сестра не такая хорошая? Наверняка же рубится в свои дебильные игры вместе с её новым другом.       — Успокойся и не нервничай, — вцепившись в рукав моей пайты, он стал тянуть меня за собой. — Боже, какой же ты злой.       — Я не злой, просто ненавижу дураков и идиотов.       — То есть, я по-твоему идиотка? — в ответ была лишь тишина. — Эх, скотина ты, пацан, причём полная скотина…       А ведь из трёх вопросов ответ был дан лишь на один. Ну ничего, так просто он от меня не отделается. Интересно, через сколько времени он сорвётся, если я буду донимать его расспросами всю дорогу?