Везёт, как утопленницам, или как выжить в чужом мире

      Сквозь шум людских голосов слышится гудок паровоза, что свидетельствует о приближении поезда к станции, чему я не слишком обрадовалась, скорее даже огорчилась. Сам транспорт здесь совсем не причём, я всегда любила кататься на поезде из одного города в другой, если выпадал шанс, особенно ночью. А потом ещё час трястись в метро до двенадцати ночи и жаловаться на то, что хочется лечь в родную кровать. Но что-то мне подсказывает, что я точно никак не усну, и сегодняшняя поездка будет намного веселее, чем все предыдущие вместе взятые.       Всё время после того, как наших клыкастиков помиловали, мне только и оставалось, что лежать в выделенной мне комнате и сидеть в телефоне в полном одиночестве, так как мою родственницу забрали и переселили в поместье пламени. Но через время мне это надоело и однажды, спросив у девочек, не нужна ли им помощь, я стала своеобразной девочкой, которая всем поможет. В принципе, мне не сложно принести что-то из лекарств или донести корзину с бельём, но волновало меня совершенно не это.       На протяжении нескольких месяцев Танджиро куда-то забирал Руи и уходил с ним далеко за территории штаба истребителей. Первые пару дней я просто не обращала внимание, мол, да, странно, но ничего сверхъестественного в этом нет. Но вскоре эти ночные похождения участились и начали длиться до самого утра. Поэтому, когда они в очередной раз куда-то собирались, я подошла и прямо спросила.       — А? Ох, уверяю, ничего такого, просто общие тренировки. Ты знала, что ночью здесь все очень чутко спят? Не хотелось бы понапрасну нарушать их сон.       Я, конечно, покивала головой для галочки, но по моему скептическому взгляду они, видимо, поняли, что я не поверила в их ложь. Но сейчас не об этом.       Ёжась из-за холодного ветра, я начала топтаться на месте, а старшая сестра, скосив глаза на меня, устало вздохнула. Из-за чего столько неимоверной тяжести в этом вздохе было понять сложно: то ли из-за нашей нетерпимости друг к другу, то ли из-за того, что мы прождали практически полчаса в ожидании того, как к нам прибегут наши товарищи по несчастью с купленными билетами.       — Бесконечный поезд, так ведь называется эта арка? — я лишь угрюмо кивнула. — Значит, уже здесь кто-то из наших сдохнет, — утвердила она.       — Чух-чу-у-у… — ничего другого мне на ум сказать не пришло, да и это говорить не хотела, просто само вырвалось.       Пока те умники ушли за билетами, мы решили обсудить предстоящие, совсем не радостные события. Ну, точнее, меня заставили кратко и по делу рассказать. Что же, даже после того, как я тренировалась писать сочинения, мне так и не удалось расписать свой рассказ красивыми литературными описаниями. Честно говоря, повествование получилось каким-то скомканным, а объяснение некоторых моментов настолько посредственным, что было намного проще показать всю сохранённую мангу у меня на телефоне. Жаль конечно, что его у меня потребовали одни маленькие ручки, аргументируя скукой сидения в ящике.       — В принципе, у нас есть два варианта: или оставить всё как есть, или поступить по совести, но тогда изменится канон. Следовательно, никакое знание манги тут не поможет, ибо хрен знает, что будет дальше.       — Знаешь, так распоряжаться — чьи жизни спасать, чьи оставить помирать — немного, как ты говоришь, цинично. Тебе не кажется?       — Ну знаешь, мы вообще не должны были кому-то помогать. Я на эмоциях спасла Руи, это не было обдуманным решением. В тот момент меня волновало только то, как бы не помереть самой, — взгляд опускается в пол, а сама грызу ногти и тут же отдёргиваю себя — дебильная привычка, которая никак не хочет уходить. — Вообще, мне стрёмно что-то сделать, а потом корить себя, что лучше бы я просто молча стояла.       Родственница выпучила глаза с пятирублевую монету от моего ответа и немножечко прифигела до такой степени, что подавилась слюной, пытаясь унять кашель. Моё предположение, судя по такому шоку и нахмуренным бровям, прибавило ещё больше замешательства у Марины.       — Поздновато ты спохватилась, конечно, как раз после того, как уже спасла своего любимого персонажа, — Я опустила глаза, — но я тебя ни в чём не виню, — после этого я облегчённо выдохнула. На удивление, она меня поняла, и за это я очень ей признательна. — Ты знаешь, что это похоже на оправдание?       — Нет, это не так, — от несправедливого суждения стало обидно. Хотелось сказать парочку гадостей, но я прекрасно понимаю, что в данной ситуации вообще не до конфликтов. — И вообще, из-за того, что с Руи почти не было батла, Танджиро не разблокировал дыхание солнца. Ты знаешь, что мне пришлось очень долго подводить его использовать свой танец с бубном? — с такой претензией я приподняла бровь. Благодаря своему вопросу я заработала смешок и хлопок по спине.       — Давай делать то, что считаем нужным и не думать об этом, окей? — на её вопрос я просто молча кивнула, засунув руки в карманы. В чём-то она и права, вот только говорить ей это я не собираюсь.       Внезапно, по прошествии некоторого времени, кто-то ко мне подходит сзади и хлопает по плечам. Ещё при повороте я поняла, что это всего лишь чем-то недовольный Иноске, который глядит на меня с хмурым видом и маской в руке.       — Что-то случилось? — мне стало очень любопытно, поэтому я не могла не задать этот вопрос. Хотя я, скорее всего, догадываюсь о причине резко изменившегося настроения.       — Сама-то, как думаешь? — говоря это, он демонстративно потряс кабаньей головой, приблизив её к моему лицу. Так как я интроверт восьмидесятого левела и не очень хорошо отношусь к нарушению своего личного пространства, то тут же отошла на два шага назад, выставив руки вперёд в защитном жесте.       — Кажется, догадываюсь, но прошу, убери её, я сдаюсь! — нервно хихикнув, я замахала руками в знак капитуляции. — Нет, серьёзно, она стрёмная.       — Твои художества тоже не тянут на апогей красоты, — я приподняла бровь. Они что, смотрели мой скетчбук? Господи, что за дебильные привычки трогать чужие вещи?       Постояв вместе со мной в молчании ещё некоторое время, обладатель дыхания перевёл взгляд на локомотив и нахмурившись произнёс:        — И всё же, не нравится мне этот… Поезд, — парень с глазами цвета зелени фыркнул. — У меня плохое предчувствие, — не знаю, обратился ли он ко мне или произнёс эту фразу вслух, просто задумавшись, но я кивнула, соглашаясь с его словами.       Через время меня снова так же неожиданно тыкают пальчиком в спину, и поворачиваясь, замечаю приоткрытую дверцу деревянной коробочки, внутри которой сидят два малыша, один из которых улыбается и кивает, а другая подбадривающе поднимает кулачки. Что же, думаю послать им такую же подбадривающую улыбку и пальцы вверх, но тут же прекращаю это дело. Ибо улыбаюсь я так же хреново, как и контактирую с людьми.       — Осталось только четыре билета, — я тут же захлопываю дверцу и обращаю всё внимание и слух на говорившего Камадо. — И… Эм, — на слова Танджиро никто не обратил внимание. Ну, я же добрая, поэтому обязана помочь. Пару раз похлопав в ладоши, чтобы привлечь остальных, я словила полный благодарности взгляд старшего Камадо. Вау, такими темпами он на меня молиться начнёт. — Спасибо. Как я и сказал, у нас есть лишь четыре билета. Есть идеи, как нам быть?       После нескольких секунд молчания первый начал говорить Зеницу:       — Разве это проблема? Почему бы просто кому-то из нас не пойти обратно в штаб? В конце концов, нам никто не говорил, что мы должны тащиться сюда, — Агацума предложил на удивление самый рациональный вариант из возможных. Хотя предполагаю, он, подумав, может предложить что-то и более гениальное чем это. Ну, а что не сделаешь ради того, чтобы слинять отсюда.       На это Питерская перевела на него усталый взгляд и, фыркнув, берёт у Камадо один из четырёх билетиков.       — Кому-то нихрена не говорили, а другим приказали топать сюда, иначе приволокут за шкирку, — я тут же поворачиваю голову в её сторону и в удивлении с неверием смотрю не неё.       — Он реально так сказал? — на мой вопрос она мрачно кивнула. Я в ответ не могу сдержаться и в следующий момент бросаю: — Лошара~ — уйти от незаконного подзатыльника было легко и просто достаточно было лишь отпрыгнуть в сторону и спрятаться за Танджиро — самый добрый человек в манге точно не даст меня в обиду.       — Пойдём уже во внутрь. Если мы хотим, чтобы нас никто не заметил, нужно действовать пока мало людей, — резко меня прошиб пот. В каком смысле действовать?       Марина глубоко вздохнула, махнув рукой и схватив меня за рукав, потащила в вагон поезда. Остальные, не сговариваясь, последовали за ней и зайдя такой процессией в один из вагонов стали идти к, по словам сестры, одному конкретному месту. Оказалось, тем местом было любое незанятое кресло, но на котором обязательно должен был присутствовать Кёджуро Ренгоку.       — Добрый вечер ребята!       — Здравствуйте.       — И вам не хворать.       — Как добрались? Не слишком долго меня искали?       — Что вы, всё было почти без эксцессов. Вы же такой тихий и незаметный, — при обращении к столпу лица наших знакомых сразу сделались офигевшими, что очень нас рассмешило: она усмехнулась, я тихо прыснула в кулак. — Сказали бы лучше на кой чёрт нужно было тащить сюда меня.       — Можешь считать это своей практикой, — сообщает это с радостным видом столп пламени, не обращая внимание на явный сарказм в словах.       — Манала я, конечно, такую практику… — я, уже не обращая внимание ни на что, кусала губы, пытаясь не смеяться, пока меня дёргают за плечо. Ну, до того момента, пока Рина не обратилась ко мне. — Не поняла, что ты встала? Давай быстрее, под сиденьями есть немного свободного места, тебе как раз хватит пролезть.       От такого я, мягко говоря, прифигела и, поэтому сейчас в абсолютном шоке смотрю на родственницу. Мой рот медленно открывается, не издавая ни звука и так же закрывается, а палец указывает на сиденья.       — Что, прямо под них? — мой мозг не сразу обработал вопрос, потому что завис от такой наглости с её стороны. Я не могла поверить, что она заставит меня туда лезть. Что ж, молчаливый взгляд был мне ответом. Я глубоко вздохнула и с видом мученика начала заползать под сидения.       — Можешь поживей?       — От того, что ты меня торопишь быстрей пролезть не получится, — а Ренгоку смотрит с приподнятой бровью и такой же улыбкой. Видимо, это его развеселило.       — В кассе на нас всех билетов не хватило, — быстро пояснила она.       — А никуда больше меня деть она не задумывалась, — фыркнула я.       — Ну не в ящик же тебя к ним пихать, — после своих слов она демонстративно похлопала по ящику.       И в этот момент мат сорвался с моего языка: ящик дёрнулся и изнутри стал чётко слышится звук удара об деревянную коробку. В тот момент я подпрыгнула, Агацума вздрогнул, а остальные не сводили глаз с коробки. Быстро вернуть повседневное лицо удалось одному лишь Кёджуро. Когда из ящика послышалось злое: «По голове себе постучи!» все взгляды обратились ко мне.       — Что?       — Это ты научила? — я быстро покачала головой.       — Нет, не я, — к сожалению, мне не особо поверили, — Ну в чём моя вина, если он все слова впитывает, словно губка?       — Не говорить лишнего, — я промолчала и уже полностью оказалась под сидениями, когда поезд тронулся.       На этом наш разговор закончился и начался новый уже между Танджиро и столпом, который рассказывал о природе дыхания и периодически что-то спрашивал у Рины. Меня это не особо волновало, поэтому, решив немного вздремнуть, я прикрыла глаза.       Прошло уже полчаса нашей поездки, а я так и не смогла уснуть и от безделья начала вспоминать понравившиеся мне песни. Но как говорится: «на одном хлебе далеко не уедешь», поэтому я решила спросить, на какой станции мы будем выходить после того, как закончим задание. Конечно, наша цель находится прямо в этом поезде, но я должна знать: поедем ли мы сразу же обратно или сможем немного отдохнуть. Думаю, было бы просто замечательно прогуляться по городу в Японии.       Когда я уже хотела выползать и будить Кёджуро меня что-то схватило за ногу и закрыло рот. Заставив посмотреть себя вниз, медленно опуская взгляд, я замычала. Это похоже на человеческий язык, очень длинный, нечеловеческих размеров язык, который сейчас лапает меня и не даёт мне позвать на помощь. Господи, мне ещё рано умирать!        Мои метания никак не смогли повернуть ситуацию в мою пользу, и после столько пройденного времени, я начала терять надежду. Но, наверное, мои сдавленные вопли принесли свои плоды: в тот же момент сиденья надо мной начали трещать и стали слышны шаги. Миг — и предмет мебели прикрученный к полу просто вырывают со всей силы и передо мной предстаёт лицо Незуко и Руи.       — Почему же каждый раз первой достаётся тебе?