Торуиф

Торжество закончилось глубокой ночью. Лишь когда практически все разошлись, Драиф вместе с другом и его подопечными поехали в поместье. Всю оставшуюся ночь Чон вовсе не смог уснуть. Случившееся на празднике не давало ему покоя. На рассвете он решил прогуляться по саду. Дракон взглянул на пасмурное, облачное небо. Дождь большими каплями падал на землю. Птицы попрятались по своим маленьким домикам, опустошая клетку. Свежий воздух и полная тишина в округе — лучше этого утра и быть не может. — Господин Чон, — послышался неподалеку женский голос. Девушка подбежала к нему, захватив с собой плащ и укрывая плечи своего господина. — Господин Чон, нельзя вот так выходить, вы же простудитесь. И в правду, Чонгук настолько задумался, что даже не соизволил переодеться, выйдя в спальной одежде. — Ты прервала мое наслаждение этим утром, Юна, — он сказал это совершенно без упрека. — Ох, извините, — виновато поклонилась девушка. — Ничего, забудь, пошли в дом, — ступая обратно в поместье, кивнул ей дракон. Сегодняшний день был расписан по минутам. Дракону пора бы взять себя в руки, ведь сейчас он отправляется в поместье Ким Намджуна — представителя Гриари. Пора запустить процесс, начало которого он столько времени ждал. Конечно, многое пошло не по плану, но это лишь маленькие пустяки, которые дали ему больше преимуществ и возможностей. Он быстро собрался и помчал к владениям грифона. К сожалению, изначально дракон не застал владельца, из-за чего ему пришлось прождать около двух-трех часов.

***

— Чон Тхан новый представитель драконов, — резко и ровным тоном выпаливает Чонгук, продолжая осматривать пасмурную картину за окном. Капли дождя змеёй стекали по гладкой поверхности стекла. Тучи пеленой окутали небо, не пропуская ни единого луча солнца. — Твой отец стал вожаком? — дракон кивает и отходит от окна. — Верно, думаю с этого дня многим будет тяжко, — не успевает пройти и минута, как яркая ухмылка вновь сменила эту серость на лице Чонгука. — Это угроза? — мужчина поднялся с места. — Нет, ты что, — отмахнулся брюнет. — Тогда прочь отсюда, — подойдя к дракону, Ким взглянул в глаза тому. — Мне нет дела до ребенка, который решил поиграться, причем в совсем неудачную игру. Брюнет послушно покидает кабинет, не снимая ухмылки своей. Ким провожает взглядом из окна. Помахав грифону напоследок, Чон сел в карету и приказал вернуться домой. Одна из немногих искорок была брошена, осталось дождаться возгорание. Ким Намджун не был глуп, но и не столь умен, чтобы понять в какую заварушку он вскоре будет вовлечен. Чонгук давно изучает грифонов: он наблюдал все эти три года и довольно часто контактировал с ними. Чрезмерная опека над народом Намджуна и лютая ненависть Тхана к гостям — отлично играет ему на руку. Самое главное — быть осторожным и не торопиться. Дракон только ступил на порог, как люди отца попросили пройти в кабинет того. Спуская с плеч свой черный плащ, Чон предстал перед Тханом. Мужчина с темными длинными волосами; золотисто-карими глазами; с холодным, безразличным взглядом; в алой рубашке и черных брюках. Они с сыном как две капли воды, лишь внешне, на этом их схожесть и заканчивается. Он стоял возле письменного стола, держа трость из темно-коричневого дерева. Он не был болен, да и ноги были в целостности. Брал он ее лишь в одном случае. Драиф кивком приказал покинуть помещение остальным присутствующим. Когда дверь захлопнулась, он отстранился от стола и зашагал к сыну, пристукивая тростью. Чонгук стоял смирно, не отводя взгляда от моросящих глаз. Он в принципе не мог позволить себе что-либо другое. Правило одно: смотри в глаза и не смей даже шага делать. В одну секунду старший Чон взмахнул тростью, ударяя сына в плечо. Чонгук лишь стиснув зубы, пошатнулся слегка. Следом пошел еще взмах, еще и еще. Отец никогда не бил в те места, которые нельзя скрыть: лицо, кисти рук. В остальном он был беспощаден. Удары прекратились лишь тогда, когда Чонгук пал на колени, опираясь на правую руку, чтобы хоть как-то удержаться и не свалиться полностью. — Дивное представление ты вчера устроил однако, — обходя сына начал дракон. — Опозорить меня в такой день, — нервный смешок проскользнул с его уст. — Хотя это единственное, что ты умеешь, — он ударил снова. Последующий за этим ударом, Чонгук просто не выдержал и свалился на пол. От боли было тяжело дышать. Каждый вздох напоминал о всех предыдущих ударах. Казалось еще немного и он отключится. Но отец не желал, чтобы его отпрыск валялся в его кабинете в ближайшее время. Конечно, если бы это было в его власти, он бы уже давно переломал младшему все кости, отрезал все конечности и скормил бродячим псам. Но так, его руки пока связаны. Пока. Это Чонгук прекрасно понимал. Его отец уже совсем близок к полной власти, но Чонгук не допустит его к трону. Нет. Этот человек падет так же быстро, как и взлетел. Выходя из кабинета, Чон перебарывая всю ноющую боль, зашагал в поисках своих подопечных. Хансоль и они, рассиживали на кухне. При виде своего господина в бушующем состоянии Тобби и Хек вскочили с мест. — Вы разузнали, что я просил? — Да, но с ним все очень смутно и странно, — задумчиво протянул Хек. — Верно, эта шавка будто темная лошадка, — кивнул Тобби. Еще ночью Чонгук приказал им разузнать все о том волке, что посмел огрызнуться, тем самым задевая честь всех Драифов в тот момент. Хансоль еще долго непонимающе переводил взгляд с одних на другого. Осознав что происходит, так же вскочил с места. — Чонгук, ты же не собираешься искать того волка? — ошеломленно поинтересовался друг. — Я собираюсь убить его, — сквозь зубы прошипел Чонгук. — Вы узнали где он? — Нет, но мы в процессе, — подал голос Тобби. — Мы приказали перерыть все побережье, — добавил Хек. — Уверен уже к вечеру мы будем знать его место нахождение. — Хорошо. — Чонгук, одумайся, все это ни к чему хорошему не приведет, — Хансоль пытался вразумить друга, на что получил огненный, убийственный взгляд в свою сторону. Еще с утра Чон был в прекрасном настроении, а что сейчас так взбесило его, Хансоль не мог понять. Лишь когда оглянул друга с ног до головы, он заметил дрожащие руки. Чон сжал их в кулак так крепко, что они побелели. Он старался сдержать дрожь, но выходило, мягко говоря, не очень. Такое состояние друга говорило лишь обо одном. — Чонгук, прошу тебя, — парень старался успокоить дракона. — Этот никчемный волк и секунды времени не стоит. Прошу тебя, не иди, оставь это. Чонгук еще минуты три сверлил в друге дырку, но после сдался, глубоко вздыхая. Прихрамывая, он поплелся на второй этаж в свои покои. Хансоль проводил того взглядом и внутри него будто сотни иголок проткнули грудную клетку. Ему больно смотреть на такого Чона. Ему больно осознавать насколько он бессилен в этой ситуации каждый раз. Каждый раз он видел все те страдания друга: гематомы, синяки нанесенные господином Тханом. Каждый раз, когда Чонгук шел в кабинет отца, он молился всем богам, лишь бы тот оставался в живых. Хотел бы он просто забрать его отсюда и уплыть к черту с этого паршивого острова. Хотел бы он помочь ему освободиться от этого ада. Но, как говорил сам Чон когда-то: «невозможно спасти человека, если он сам того не хочет». К вечеру боль в теле была уже не столь ощущаемой, так что по крайней мере Чонгук уже мог спокойно передвигаться. Он уже давно привык к таким последствиям, поэтому сутки для поправки ему не к чему. Парень поднялся с постели и спустился на первый этаж в гостиную. Там его уже поджидали Тобби и Хек. Хансоль в это время прибывает в своих покоях и должен видеть третий сон. Уже в более менее в тихой обстановке те двое рассказали своему господину всю информацию, что им получилось добыть. Так же и место нахождения того Волифа. Выслушав своих подопечных, Чон стал собираться. Сегодня или никогда, но он обязан преподать шавке урок. — Приглядите за Хансолем, чтобы тот ненароком не помчался следом, — перед уходом приказал дракон. — Но если хоть один волосок с его головы упадет, снесу головы на месте. Можете насыпать хорисы, так он точно не выберется. — Хорошо, господин Чон, — в унисон сказали Тобби и Хек, провожая Чонгука. Чон покидает поместье, накидывая капюшон своего темного, как ночь, плаща и направляется на побережье. Он легко проходит через стражу на границе и идёт в ту часть, где в последний раз видели волка. Он час плутал по пустым и узким улицам побережья в поисках, но все тщетно. Ещё немного и он вскипит как пробудившийся вулкан после многолетнего сна. Не может быть, чтобы Волиф просто взял и испарился, будто его здесь никогда и не было. Хотя бы хоть какой-то шлейф запаха должен был остаться. Есть вариант, что тот сидит на подавителе, но это настоящий бред использовать его на своей территории. Хотя учитывая все его досье, что получил дракон от своих подопечных — все возможно. Ещё минут десять он искал и уже был готов сдаться, отложив это все на завтрашний день, пока не увидел вдалеке паренька. Тот сидел на крыльце старого и заброшенного дома, осматривая звёздное небо. Вот и тот самый из-за которого Чон обошел пол побережья. Странно, но Чон все никак не решался на шаг вперёд. Он долго смотрел на парня и… атмосфера… эта аура… аура одиночества? Отчаяния? Ужасно странное и непонятное ощущение. Внутри будто все сдавливало до боли в груди. Дышать становилось все трудней. Лицо волка неожиданно давало проявить жалость, доброту и нежность. Это лицо говорило о многолетней боли, копившейся все это время: «помоги, избавь от страданий». Чонгук встряхнул голову, откидывая все лишнее из своих мыслей и уже решив сделать шаг к добыче, медленно подходит к Волифу со спины, когда тот поднялся и уже решался уходить с этого места. Совсем было не удивительно, что волк сразу осознал и почувствовал присутствие кого-то рядом. Дракон даже и не думал скрываться или подкрадываться, он в принципе рассчитывал на то, чтобы его присутствие обязательно заметили. — Что вам нужно? — резко заговорил Волиф. — Дай-ка подумать, — начал дракон подходя все ближе вплотную. Волк резко поворачивается к нему лицом и вот наконец Чонгук может вновь лицезреть этот безумный страх в глазах того. — Например твоя жалкая шкура в качестве ковра, — широко улыбаясь, отвечает Чонгук. Казалось было Чонгука до ужаса забавляла эта вся ситуация. Чувство что тебя боятся аж настолько — вызывало табун мурашек по всему телу. Тем более если это волк и тем более именно этот. Только вот весь этот ужас в глазах вызывал не только удовольствие, но и жалость. Ведь пару минут назад он видел, как этот волк разрывался по кусочкам от боли на душе. Пора бы взять себя в руки Чонгук. Это всего лишь шавка, что не знает границ дозволенного и что должна получить свое наказание. — Ох, эти глаза, — начал Чон. — Такие же как и вчера — полны страха. Дракон видел как сильно бросало в дрожь этого жалкого волчонка. Сжав ладони в кулак, он старался унять дрожь, но уж слишком это выдавало его. Как только Чонгук решил поддаться вперед, еще сильнее сокращая между ними расстояние, волк мимолетно среагировав, ударил того под дых и рванул с места так же быстро. — Волчонок хочет поиграть в прятки? — дракон смотрит в след, расправляя плечи. — Так даже интереснее.

***

Тэхен бежал как мог. Изо всех сил бежал все дальше. Он знал, что смерть дышит ему в спину, но все равно бежал. Он понимал, что не может вернуться домой, не сегодня, не сейчас. Таким образом он может обречь всю свою стаю на верную смерть. Поэтому единственное что ему оставалось — завернуть на этот заброшенный порт и по совместительству рыбацкий домик. И затаиться в глубине помещения. Нет ничего удивительного, когда дракон легко понял куда исчезла его жертва. Он неторопливо зашёл в домик. Глухие шаги раздавались по всему помещению, из-за чего Киму пришлось затаить дыхание, прячась за одной из многих находившихся там бочек. — Хватит играть в игры, ты и сам прекрасно понимаешь, что я отлично чувствую и ощущаю где ты, нет смысла прятаться, — спокойно рассудил дракон. Он стал отхлопывать в ритм бьющегося сердца Тэхена. — Даже каждый стук твоего сердца, — он не останавливался. — Как же оно бешено бьётся. С этих слов Ким невольно вздрогнул. Понимание, что ты настолько уязвим и видим — кидало в дрожь и в холод. Чон сдвинулся с места, пуская по всему помещению звук своих шагов и яркий смех, от чего Ким аж перестал дышать. — Забавно, — вновь подал голос дракон. — Сам Ким Тэхен — великий странник всех шавок и каратель Драифов прячется, как последняя жалкая, загнанная в угол крыса. Вновь Кима бросило в дрожь. Откуда дракон знает его имя и прочее? Хотя неудивительно, он же вроде как сам Чон Чонгук из знатной семьи Чон. Ему не составит труда раздобыть любую информацию про кого-либо. — Сколько же крови драконов на твоих руках, аж мурашки по телу, — с явной наигранностью сказал Чон. — От таких как ты надо держаться подальше. Тэхена достала вся эта болтовня, причем бессмысленная и непонятная для него самого. Пора убираться прочь и снимать с хвоста этого человека. Волк слишком измучен за последнее время, ему нет дела до всей этой беготни. Парень дождался, когда Драиф пройдет дальше, мимо него и выскочил из-за укрытия, пытаясь ударить того первым попавшимся предметом, но очень сильно просчитался. Даже у самого волка не было такой безупречной реакции. Дракон резко увернулся, из-за чего парень пролетел вперёд, спотыкаясь об ногу, что выставил Чон. — Жалкое зрелище, — рассмеялся Чонгук. — Ты и правда рассчитывал меня обхитрить? Глупо, особенно учитывая то, что твой запах сейчас стал более ярче, чем изначально. Ты и правда используешь подавители даже на побережье? Отчасти умно, но и бредово одновременно. Этот смех раздражал Тэхена все больше и больше. Он вскочил с пола, замахиваясь вновь, но опять мимо. В этот раз Чон уже не стал делать поблажки, уже ударяя парня в живот коленом, от чего Ким падая, скрутился в клубок. Дракон присел на корточки рядом с волком и заговорил: — Перестать бороться и умри с честью, волчонок, — с оскалом произнес он. — За каждое свое действие надо платить, так что понеси же свое наказание. Всю свою жалкую жизнь Тэхен выживал и боролся за нее, цепляясь за любые нити надежды и сейчас он просто лежит перед этим драконом побежденный, слабый и никчёмный. Вот прям так все и закончится? Сегодня его настигнет та самая участь, которую он избегал все эти годы? Нет. Никогда. Не сегодня. Он не отдастся в лапы смерти. Тем более от рук этого дракон. Тем более от дракона. Тэхен мимолётно выхватывает маленький нож из своего пояса и попутно хватая руку Чона вонзает его в ладонь того, приковывая к полу. — Понести наказание говоришь? Умереть с честью? — Ким издает лёгкий смешок. — Единственные, кто должны здесь получить наказание и умереть — это ты и вся твоя паршивая раса. Вы Драифы только и знаете запах крови. Именно ваши руки испачканы ею по локоть, — волк прокрутил ножом пол круга, из-за чего дракон взвыл от боли. — Вы считаете нас куклами, марионетками в своих дурацких играх. Рабами, над которыми вам дозволено вершить самосуд, если те даже просто дышат в вашу сторону. Верно, ты не ошибся, я тот самый Ким Тэхен — волк и раб, странник и убийца, каратель драконов. Так сдохни же здесь и сейчас, от руки раба своего. Сердцебиение участилось в тысячу раз. Горящие ненавистью и злобой глаза, что чуть ли не разрывали на части дракона, вводили в ужас. Ноющая боль в руке — сводила с ума. В глазах все плывет. Нет, Чонгук, не отключайся, нужно бежать и куда подальше, либо сейчас его отправят на тот свет. Он пробежался глазами по округе и заметил шаткую колонну бочек по левую руку. Выбрав момент, он пинает эти бочки и те падают прямо на волка. Тому почти удалось увернуться, но одна все же падает прямо ему на ногу, из-за чего Тэхен теряя равновесие сваливается на пол. Чонгук пересиливая боль, выдергивает нож из своей ладони и подаётся в бега. Иначе он просто не мог.

***

Дурной сон разбудил сладко спящего блондина глубокой ночью. В безмолвном крике он вскочил с кровати и резкими выдохами стал вталкивать, казалось бы, удушающий воздух. Он успокоился лишь спустя минут пять-десять и еще какое-то время сверлил дырку в белоснежной стене напротив его. Он поднялся с постели и хотел было спуститься на кухню, но вот дверь была заперта. Хансоль в недоумении стал дергать ручку двери, думаю что ее просто заклинило. — Эй, кто-нибудь, откройте! — стал он звать на помощь, понимая, что самостоятельно он точно не справится. — Эй, Тобби, Хёк! Юна! Чонгук! — он перечислил всех, кто может быть рядом и помочь, но вот на последнем имени его осенило. — Чонгук… нет, нет, нет, нет… — он подбежал к окну и распахнул его. Первое, что попало на глаза, так это порошок, что был рассыпан по всему подоконнику. — Хориса… — догадался он. Хансоль, так сказать, не совсем Драиф. Он, можно сказать, полукровка. Драифы делятся на два типа: высший слой и низший. Высший — это обычные Драфы. Сильные, без особых причуд. Это как Чонгук, Юна, Хек и Тобби и т.д. Низшие — это дефект расы. Драконы, которые являются слабыми, чересчур чувствительными и со своими особенностями. К таким относится Хансоль. Его особенность: видеть странные и жуткие сны, предвещающие ему о ужасном, что вскоре может произойти. И еще хориса. Это цветок пыльца которого создает щит, через который, он пройти не в силах. И использование этой пыльцы и того самого сна, говорит об одном… Чонгук нарушил свое обещание.

***

Истекая кровью, он кое-как добрался до границы и уже мог вздохнуть с облегчением. Он в принципе понимал, что вряд ли волк станет преследовать его, но инстинкт выживания взял верх над разумом. Уже чуть ли не ползком Чон вернулся в поместье. Войдя в дом, он первым делом обработал рану, что получил во время встречи с волком. И уже без сил увалился в гостиной и уснул крепким сном. Наутро дракон ощутил теплый, мягкий плед, под которым он был укрыт. И приоткрыв глаза он видит Юну, что спала на рядом стоящем кресле. Скорее всего она пробыла здесь с тех пор как Чонгук только пал в сон. Пролежав где-то ещё пять минут, Чон поднимается с дивана, решив перекусить. К сожалению рана даёт о себе знать, из-за чего белоснежная тарелка с узорами падает из его рук, разбиваясь на многие осколки. От такого шума девушка резко вскакивает с кресла и бежит на кухню. Первое, что ей попадается на глаза: Чонгук, который каменным взглядом смотрит на пол и куча осколков под его ногами. Юна подбегает к господину, чтобы убрать беспорядок. — Нет, — резко останавливает ее Чон. — Оставь, лучше сделай чай и приходи в гостиную, — девушка недоумевающи смотрит на Чонгука и тот поднимает на нее взгляд. — Это приказ, к осколкам не прикасайся. Он выходит с кухни в гостиную и его сразу же встречает Хансоль. Парень хмуро смотрел на друга, а тот лишь продолжил путь к дивану, не замечая недовольство. — Ты обещал, — начал блондин. — Обещал больше не использовать ее. — Зная тебя ты бы побежал за мной, а мне это было ни к чему. — Тогда не шел бы туда, в чем проблема? Гордость не позволяет? — Следи за языком, — прорычал Чон. — А что? Тоже побежишь убивать меня? — Не неси чепухи, Хансоль, — отмахнулся дракон. — Ты не знаешь всех деталей. — Так расскажи мне! — перешёл на крик Хансоль. — Каково черта ты шатаешься за каким-то никчёмным волком по среди ночи, что просто не умеет держать язык за зубами?! Что такого ужасного в нем, что ты даже нарушил свое многолетнее обещание не использовать хорису против меня?! А?! — блондин глубоко вздохнул. — Объясни мне, Чон… Что, мать его, происходит. Чонгук смотрел на друга слегка удивлённым взглядом, хотя и знал, что использование пыльцы приведет именно к такой реакции друга, но давненько он не видел как тот на сколько сильно был зол. — Присядь, — похлопывая по дивану, попросил Чон, на что блондин сразу же исполнил просьбу. — Я просто не мог оставить все его выходки просто так, это недопустимо для волков, они должны знать свое место, запомни это, Хансоль. — Чонгук, это всего лишь один чертов волк, который ничего не сделает, да и есть другие способы. — Хансоль, — начал дракон, но его перебили. — Нет, Чон, это не правильно, — пока парни спорили, в гостиную вошла Юна и уже ставила чашку чая для своего господина. — Вот, Юна, ты что думаешь? — Каждый за непослушание должен понести наказание, — без всякой эмоции ответила Юна. — Черт, я тебе запрещаю общаться с этим монстром, а то создал свою копию… одного хватает, — возмутился Хансоль. — Ай, а вот это в самое сердце, — наигранно схватился за грудь Чон. — А ты жесток, мой друг. Это я то монстр? — брюнет вскинул руку, что ранее была ранена. — Что это? — удивлённо спросил блондин. — Это результат моей встречи с той шавкой, — ярко улыбаясь, пояснил Чонгук. — Я мог бы и лишиться ее вовсе при его желании. — Но… — Не каждая овечка жертвой бывает, — встряла в разговор девушка. — Верно, Юна, — щёлкнув пальцами, сказал Чон. — Ты единственная, кто помнит все мои слова. — Господи, Чон… — Да, а вот теперь до слушай меня. Если ты помнишь вчера я послал своих ребят раздобыть информацию, про эту шавку. Да, не буду отрицать, что именно те его выходки на праздновании меня взбесили в тот момент. Но то что я узнал позже, подожгло больше мое любопытство, чем ярость. Помнишь ли ты те недавние новости, про наших собратьев, что магическим образом пропали? — Стоп, стоп, стоп, ты хочешь сказать этот волк причастен к этому? Да это полный бред, ты умом тронулся? — Я сам не верил, поэтому и пошел взглянуть на него еще раз, возможно в первую встречу я что-то не заметил. Но ты сам подумай. Никто не знает к какой именно стаи он принадлежит. Нет ни одной информации о его родных. И самое главное, все те драконы, что пропали — преследовали и копали под него какое-то время. — Как ты… Откуда… — Хансоль не мог и связать двух слов от удивления. — У меня о-о-о-очень большие связи на этом острове, малышка, так что прикрой ротик, а то мошка залетит. — Так и что будем делать? — спросила служанка. — Проследить, поймать, казнить и закопать, делов то, — пожал плечами Чонгук. — Нет, Чон, он не мог столько всего провернуть один, есть вероятность, что у него помощник. — Не думаю, — друг хмуро посмотрел на Чона. «Прошлой ночью. » «— Понести наказание говоришь? Умереть с честью? — Ким издает лёгкий смешок. — Единственные, кто должны здесь получить наказание и умереть — это ты и вся твоя паршивая раса. Вы Драифы только и знаете запах крови. … » «… Верно, ты не ошибся, я тот самый Ким Тэхен — волк и раб, странник и убийца, каратель драконов. Так сдохни же здесь и сейчас, от руки раба своего.»

«На сегодняшний день. »

— В ту ночь я видел не просто взгляд разъяренного волка. Те глаза были пропитаны лютой ненавистью и болью, скопившуюся за все эти годы. А поверь, это хуже обычной ярости.

***

Девушка бежала со всех ног, чуть ли не выбив дверь она врывается к главе стаи. — Почему мы не ищем его? — Тарин была в истерике. — Тарин, прошу, успокойся. — Нет, госпожа Ли Хëри, я не могу быть спокойна, так как мой брат пропал уже как неделю назад и от него ни одной весточки! — Ты сама прекрасно понимаешь, почему так и что с ним все хорошо. — Даже если так, он всегда отправлял этого чертового воробья, как знак того, что с ним все в порядке, но его нет! — Что? Но ведь мне сообщили…