Певчая пташка

       — Можно пожалуйста сэндвич с ветчиной и…?        — Кофе.        — И кофе. Нет, нам вместе. В портмоне остается всего пару купюр. Брюнет недовольно поджимает губы. Он надеялся купить себе китайскую еду, но походу, не судьба. У Тэхена расписаны все его расходы, начиная с проездного и заканчивая коммунальными. Он — перфекционист, это даже можно заметить по тому, как он кривится, когда люди комкают купюры и запихивают их к себе в карманы. Парень инстинктивно ёжится и поворачивается к Чонгуку, который довольно вгрызается в бутерброд. И это стоило столько денег? В этом заведении колбаса соткана вручную из мяса альпаки, видимо?        — Не смотрите на меня так, — замечает политолог и кутается в своё пальто, — Вы мне сами пообещали, если бы я Вам не напоминал, Вы бы и не вспомнили.        — Да будто мне жалко пару вон, — Тэхен закатывает глаза. Он ещё никогда не видел человека, который так будет рад какому-то куску хлеба с салатом. Будто читая его мысли, Чонгук ему объясняет, что бутерброд — это когда один ломтик хлеба, а сендвич, видите ли, когда два. Брюнет картинно закатывает глаза. Они встретились, как и обещали, после конца пар. Ровно в пятнадцать минут девятого. Вахтерша смотрела на них очень подозрительным взглядом, когда отдавала их верхнюю одежду. Наверное, это странно. Певчая пташка и местный Эдвард Каллен. Нет, Чон Чонгук определенно был красивым. Парень отдергивает себя. Что значит, красиво? Красиво — это подкаченное тело. Красиво — это стильная одежда, а не шмотки из Секонда. Красиво — это много маленьких деталей. Красиво — это глаза. Тэхен не любил полных. Нет, точнее, он любил не всех полных. Есть люди, которые рождены с такой проблемой, которые не жалуются, которые улыбаются, подбирают одежду под своё тело, которые любят себя, а если нет, то пытаются полюбить. А есть те, которые винят весь мир в своих недостатках. Носят грязную и потрёпанную одежду, потому что думают, что не созданы для чего-то другого. Которые могут с этим справиться, которые хотят, но ничего не делают. Все люди красивые, если любят себя.        — Вы голодны, что ли? Я как-то не подумал, что Вы тоже хотите есть.        — А? Чонгук стоит перед ним и внимательно наблюдает за тем, как Ким завис в метре от него. Тэхен трясет головой. Боже, как же неловко. Если он ещё и слюни пускал, то это вообще комбо.        — Вы странный, — хмыкает Чонгук и двигается дальше по тротуару.        — Не забывайте, я ещё люблю букетики, тюльпаны, краситься и по ночам быть миссис Ким, — парирует парень и гордо идёт дальше. На улице уже стемнело. Они идут по дороге, освещенной белым светом от фонарей и заваленной осенней листвой. Молча заходят в какие-то дворы. Тэхен пытается убедить себя, что он ненавидит цветы (почему его это так задело?) и даже не замечает, что шаги позади него прекращаются. Парень в недоумении оборачивается. Чонгук стоит, сложив руки в карманы, и за чем-то заинтересованно наблюдает. Парень поворачивает голову в эту же сторону. Какие-то парни бегают туда-сюда по площадке. Кто-то кого-то материт, толкает, психует или азартно смеется. Парень видит какое-то яркое пятно, которое прыгает из стороны в сторону, которым бросаются и которое точно попадает в корзину. Баскетбол. Тэхен улыбается, будто что-то вспомнив из студенческих годов. Но его улыбка моментально спадает, когда он замечает пёстрые пятна, которые вот-вот готовы взлететь вместе с игроками.        — Помните, — улыбается Чонгук, не отводя взгляд, — Вы хотели мне доказать, что не неженка? Ким смотрит на него настороженно. Что они имеет ввиду под словом «доказать»?        — Давайте сыграем? По телу пробегают мурашки. Ким инстинктивно делает шаг назад, не подавая виду, что нервничает. Он не думает, что такому как он, место на площадке с подростками, которые могут сделать, всё, что им в голову взбредёт. Ему хватило синяков и издевок. Слишком много помнит его тело, чтобы забыть. Он беспомощно смотрит на Чона и хочет уже что-то сказать, но ему мешают.        — Хей, старички! Пара одновременно поворачивается. Какой-то парень самодовольно подбегает к решётке, которая ограждает площадку и, усмехнувшись, облокачивается на неё.        — Так вот как теперь называют людей в пальто и с портфелями? — Чонгук как-то без злобы улыбается, скрещивая руки на груди.        — Вы так долго на нас смотрите, — наглец игнорирует замечание, — Чего надобно, старче?        — Да вот думаем, что нынешнее поколение вообще разучилось играть, — парирует политолог, усмехаясь. Тэхен молчит, скрывая свои эмоции и надев маску безразличия. Господи, лишь бы не началось опять, лишь бы не началось…        — Хей, ребята, вы слышали? Мы, оказывается, не умеем играть, — остальная толпа перестаёт разминаться и улыбается, подходя к изгороди, — Слышь, старичок, а мастер-класс показать не хочешь? Или артрит не позволяет?        — А вы уверены, что сможете уследить? — позади слышатся улюлюканья и одобряющие гулы. Чонгук или самоубийца, или он тайный Майкл Джордан.        — Хорошо, — парень опускает взгляд и хватает рукой мяч, — Заходите на площадку.        — Хей, стопэ, а этот тоже будет играть? — второй с интересом разглядывает Тэхена, недовольно щурясь.        — Без крыльев легче прыгать, — холодно отвечает Ким, заходя вместе с ним за изгородь. Все разделились. Чонгук и Тэхен оказались в разных командах. Значит, противники. Чон уже успел снять свое пальто и расстегнуть рубашку, на что пацаны в ожидании уставились на историка, улюлюкая. Тэхен только глаза закатил и быстро расправился со своей, слыша удивленные и одобрительные возгласы со стороны ребят. Да, Ким тоже качается, он вам не какой-то там ботаник в очках. Все расходятся по своим местам. Чонгук стоит впереди. Он разводит. Свисток. Мяч подбрасывают в воздух. Чонгук мигом хватает его, удивляя ребят и начиная бежать к корзине, но тот самый наглец преграждает ему путь, высовывая язык и смеясь. Тэхен остается в защите, не подпуская его к кольцу. Чон ловко путает зазнайку, обходит соперников и, перекинув мяч между ног соперника, отбегает назад и закидывает мяч прямо в корзину. Трёхочковый. Причем чистый. Тэхен шмыгает носом. Выпендрёжник. Он видит, как лица подростков меняются и они все подбегают к нему, начинают расспрашивать его обо всем на свете, довольно хлопая парня по плечу и давно позабыв о какой-то певчей пташке. А ему похоже даже нравится такое внимание. Второй раунд. Ким разводит. Он встает на позицию. Напротив него — Чонгук. Они — соперники. Оба ждут свистка, оба напряжены, смотрят друг другу в глаза, когда Чонгук только одними губами шепчет «Я поддамся». Что-то яростно загорается в Тэхене. По свистку Чон кидает ему мяч и выставляет руки, чтобы тот кинул его обратно, но брюнет хватает мяч, нагло игнорирует руки политолога, пасует другому игроку, пробегая мимо ошарашенного Чонгука. Никто не будет ему поддаваться. Он тоже не промах. Ему кидают пас и он смотрит на Чона, который, похоже понял, что его развели. Он скалится, подбегает к Киму и хочет отобрать мяч, но тот изворачивается и пасует другому, оставляя парня в дураках. Он подбегает к кольцу. Его команда, всё поняв, кидает ему и он бросает. Мяч крутится по ободку, прежде чем упасть в сетку. По площадке разносится громкий гул.        — Смотрите-ка, а наша птичка, оказывается, неплохо так играет!        — Неплохо? Он обдурил даже Юнги! Парень, которого похоже зовут Юнги, скалится, вставая на позицию. Тэхен кидает на Чонгука взгляд, понимая, что заразился азартом и хочет утереть нос местному хикке-сидевшему. Политолог смотрит хищно и с опаской, а его черные крылья активно шевелятся. У-у-у-у-ууу, кто-то недоволен, что он не звезда вечеринки. Третий. Заключительный. Чонгук разводит. Тэхен стоит возле кольца, внимательно наблюдая за ним и готовый в любой момент сорваться. Свисток. Мяч в воздух. У Чона забирают мяч и бегут к соседнему кольцу. Игра становится агрессивнее. Тэ бежит следом, останавливаясь на середине. Чонгук на другой половине поля. Против всей команды. Мяч прыгает из рук в руки, кто-то кричит и толкает всех без разбору. Тэхен снисходительно смотрит за всем этим. Он не будет за ним бегать, он не идиот. Разгадать стратегию — легко, построить атаку — ещё проще. Кто-то кричит, мяч зависает в воздухе, Чонгук подпрыгивает и забирает мяч, пасуя напарнику. Они бегут к кольцу Тэхена, перекидываясь мячом, но брюнет знает, у кого пас будет последний. Парень кидает мяч Чону, но Тэ выхватывает его прямо перед носом политолога и кидает другому человеку. Всё вокруг вертится и кружится, но адреналин не дает это заметить. Чонгук пытается его остановить, но Тэхен быстрее. Он бежит на другой конец, подбираясь ближе к кольцу. Ему кидают мяч и в этот момент к нему подлетает Чон, не давая подойти ближе. Ким рычит, сверля его взглядом. Кто-то ещё хотел ему поддаться. Вся команда кричит ему кинуть пас, но он не хочет. Он хочет закинуть сам.        — Да пасуй же ты!        — Не сможешь! Пас или кинуть? Пас или кинуть? Пас или кинуть? Тэхен отпрыгивает в сторону, отвлекая внимание соперника и кидает. Мяч ударяется об стенку над кольцом. Все напряженно следят за его траекторий. Он снова крутится по ободку, замирает на месте и..... Падает. В кольцо. 2:1 Команда Тэхена выиграла.

***

       — Я и не мог представить, что Вы умеете так хорошо играть в баскетбол, — Чонгук подходит к Тэхену и протягивает бутылку воды. Они сидят на лавочке, потные и, наверное, завтра всё будет болеть, но это того стоило. Все ещё минут двадцать толпились вокруг парочки, спрашивая номера и предлагая сыграть ещё как-нибудь. Сейчас же все стали собираться, поэтому разбрелись в разные уголки площадки.        — Я же вроде бы миссис Ким? — парень язвит.        — Ладно, прощу прощения, Вы явно не соответствуете тем словам, которые я сказал. Да и вообще, первое впечатление — обманчивое, как правило. Прошу меня извинить.        — Извинения приняты, — Тэхен принимает бутылку и двигается, чтобы Чон мог сесть рядом.        — Где Вы так научились играть? — Чонгук хочет закурить, но, похоже, он выронил зажигалку. Парень тихо матерится и выкидывает сигарету.        — В старших классах играл в школьной команде.        — А почему бросили? Ким долго молчит, прежде чем сухо ответить: «Не было времени». Тело всё помнит. Как бы он не пытался забыть, но оно помнит. Чонгук похоже что-то понимает, раз тоже замолкает и смотрит вдаль. Тэ замечает, что ему идет нагрузка. Мокрая майка облепила всё тело, как вторая кожа, поэтому стал виден весь рельеф. Волосы стали жить своей жизнью и превратились в полный хаос, но Чонгуку идёт. Ему определенно идёт.        — Хей! Парни оборачиваются. К ним подходит тот самый парень, который позвал их играть, который показал Чонгуку язык и которого обыграл Тэхен. Теперь Ким может рассмотреть его поближе. Молодое бледное лицо, лисьи глаза и немного заточенные клыки. Дерзкий лис? Пф, нет. Скорее котенок. Ким ведёт взглядом по его шраму на лице, который рассекает бровь и спускается к середине скулы. Его орлиные крылья начинают агрессивно вздыматься, когда их хозяин замечает, куда направлен взгляд Тэхена. Где-то они уже видел эти крылышки. Нет, это не орлиные, он ошибся. Скорее ястреба. Меньше, длиннее, кофейного цвета с белыми вставками и темными пятнами. Но ощущения знакомства не покидает парня.        — Вы неплохо сыграли. Мин Юнги, — парень протягивает руку каждому из них.        — Я — Чонгук, его зовут Тэхен.        — Я хотел извиниться за стариков, — парень смеётся, обнажая клыки, — Вы переиграли меня, а старикам это ой как сложно. Тэхен как-то не вслушивается в разговор, его больше интересуют надвигающиеся тучи. Из разговора он понимает, что молодой человек уже нашел свою половинку. Юнги смеется, рассказывая, что его девушка совсем миниатюрная, поэтому крылья смотрятся на ней, как какие-то мешки. Чонгук смеется. Наверное, выглядит действительно смешно. Когда пара впервые встречается, меняется практически все. Крылья поднимаются и опускаются, словно ты можешь взлететь. Некоторые даже могут. Обостряется обоняние, слух, зрение, все чувствуется на совершенно другом уровне. Дело даже не только в самих крыльях, дело в эмоциях. Не у всех они разные, некоторые похожие, но все равно различаются: пятном, пером, полоской, длиной, шириной, окрасом, оттенком. Он слышал, что есть даже яркие. Бордовые, желтые, синие, почти всех цветов, которые встречаются в природе. Редкостью считаются крылья тропических птиц. Они не блеклые, они буквально приковывают внимание. Но классикой считаются обычные. Вороньи, как правило, говорят о богатых предках. Ким думает, что это бред. Это всего лишь нарост на твоей спине. Это все равно, что судить человека по его прическе. Если кудри — аристократ, если светлые — значит, деревенщина. Что за ерунда вообще?        — А да, точно. Ким Тэхен, извините, что назвал Вас певчей пташкой тогда, в университете, — парень кланяется и выжидающе смотрит на Тэ. Тот выплывает из раздумий, удивленно оборачивается и вспоминает, когда его видел. Это же тот выкидыш, который назвал его так в их первую встречу с Чонгуком. Блять.