Have an itch for Kim Taehyng

***

      Когда Тэхен засыпает под утро и просыпается в седьмом часу, чтобы собираться на занятия, он думает, что хуже уже некуда. Последние надежды на спокойный рабочий день терпят крах сразу после нелепой попытки разлепить сонные веки. Впрочем, следующий провал ждет его уже после попытки свалиться с кровати. Будучи человеком проницательным, Тэхен крайне ясно осознает, что весь последующий день, безусловно, станет одним из самых суровых и тяжких. Что уже отправляет настроение к низшей отметке.       За завтраком становится известно, что обещанная родителями поездка в Кванджу на ближайших выходных так же проваливается с безжалостным треском. График занятой матери не позволяет той отпроситься даже на пару деньков, а отец лишь пожимает плечами. Тэхен ясно дает понять, что хочет ехать всей семьей, и выезд поодиночке – не имеет смысла. Так что к концу трапезы решается отложить поездку на неопределенный срок.       Сегодня на повестке дня у Тэхена шесть уроков, а после – занятия по скрипке. Парень учится в пятом классе, но это не мешает ему иметь полный аврал и желание обратиться безмятежным камнем. Безусловно, не будь у него столько много друзей и знакомых, Тэхен переживал бы куда более сложные времена. Присутствие под боком негласной поддержки несомненно облегчало задачу. Однако было бы намного приятнее приходить домой раньше наступления темноты и иметь возможность перед сном пропустить партию-другую Call of Duty с тоскующим по совместным вечерам Намджуном. Благо тот нашел достойную поддержку в лице очаровашки Сокджина, а потому Тэхену было намного легче в очередной раз отказывать другу в прогулке из-за нехватки времени.       Время близится к восьми, когда Тэхен хватает наполовину пустой рюкзак, несясь в сторону школьного автобуса и успевая усесться у окна, прежде чем за ним захлопываются двери. Рядом сидящий Чимин приветливо машет рукой, широко улыбаясь и попутно поправляя незастегнутую рубашку. Сухие осенние деревья за окном проносятся одно за другим, и уже через несколько минут автобус подъезжает к зданию школы. На улицу высыпается толпа учеников, и Тэхен усердно лавирует между студентами постарше, успевая схватить за руку опешившего Чимина. Голова раскалывается от желания вернуться в постель, и щебечущий под боком Чимин, к несчастью, усугубляет ситуацию. — Не знаю, бывало ли у тебя подобное чувство. Что хочется уснуть на тысячу лет. Или просто не существовать. Или просто не знать, что ты существуешь. Или что-то подобное. Это желание появляется, когда я чувствую себя так, как сейчас, — канючит Тэхен, пряча лицо в сложенных на парте руках, — мне просто необходим отдых!.. — Отдохнём, когда сдохнем, — отрезает подошедший Юнги, располагаясь за соседней партой.        Этот парень – второгодка, колкие комментарии которого не всегда даже в малейшей степени были уместными. Не сумев сдать экзамены, Юнги не имел возможности перейти в следующий класс, а потому все еще оставался в пятом. Впрочем, человеком он был славным, и Тэхен действительно получал удовольствие от общения с ним.       Чимин недовольно хмурится на старшего, пихая того в плечо, из-за чего Юнги цыкает, подсаживаясь к Тэхену поближе и располагая руку в его черных как ночь волосах. Младший сразу же перестает плакаться о тяжкой своей ноше, рвано вздыхая и поворачивая голову в сторону Юнги. — Хочу забыть о проблемах навсегда и просто покончить со всем этим. — Боюсь, у тебя не получится сделать этого до тех пор, пока человечество не найдет лекарство от устатка. Впрочем, даже после этого ты все еще не будешь способен на это, потому что чертов пахарь. Все, что ты можешь, Тэхен, – пахать. Пахать, пахать и пахать, пока не добьешься желаемого, именно поэтому ты здесь, — Юнги указывает на уровень своего подбородка, — а я здесь, — он опускает руку до линии лодыжек, ухмыляясь, когда Чимин и Тэхен обращают на него свои в равной степени удивленные взгляды.       Воздух рассекает несносная трель звонка, и парни рассаживаются по местам, продолжая едва заметно переглядываться. Время ползет неимоверно долго, и Тэхен начинает вырисовывать ручкой узоры на руках, когда заканчивает свою часть лабораторной работы. Где-то в углу класса звенят медные грузики, шелестят десятки листов с заметками, скрежещут водимые по бумаге шариковые ручки и шепчутся копирующие друг у друга школьники. Тэхен великодушно делится с Юнги своей законченной работой, давая тому возможность списать. И уже почти засыпает, когда сзади его кто-то бессовестно тыкает пальцем в лопатки. Тэхен пытается не обращать на это внимание, сладко зевая и еще больше расслабляя ноги, но тычки становятся едва сильнее, поэтому он медленно поворачивается назад, стараясь как можно усерднее стереть личину ненависти.       Перед глазами предстает улыбающийся Чонгук, и Тэхен вопросительно поднимает бровь. Кажется, раньше тут сидел Чимин. — Прости, Тэ, могу я попросить у тебя краску? — Чонгук продолжает улыбаться, нервно заламывая свои наверняка вспотевшие пальцы.       Это могло бы показаться милым, ведь Чонгук сам по себе парень-симпатяжка. Да и в целом человек приятный, но Тэхен слишком раздражен, чтобы отвечать дружелюбием. — У меня ее нет, — шепчет он, надеясь показаться не сильно злобным, и поворачивается обратно, вновь утыкаясь носом в скрещенные на парте руки. Безусловно, Тэхен соврал. У него была краска. Что уж там, у него есть все и всегда. Именно поэтому он и является прилежным учеником. Причем, Чонгук и остальные наверняка видели, как выпали эти самые краски сегодня утром из опрокинутого на землю рюкзака во время маневров между спешащей на занятия толпой. Чимин тогда оперативно помог другу закинуть все обратно, чтобы успеть на урок. Впрочем, Тэхен уверен, что тех долгих секунд хватило на распознание разноцветных красок в куче канцелярской неразберихи.       Но время идет, и Тэхен все еще не чувствует себя работоспособным, поэтому уже буквально через минуту забывает о случившемся, проваливаясь в сладкую дрему. Урок заканчивается через двадцать с лишним минут, и все покидают классную комнату. Вместе с ними выходит и едва посвежевший Тэхен, однако, все еще ощущающий ненависть ко всему, что движется. — Прямо сейчас я готов навернуть целую тарелку рисовой лапши в бульоне из утки, свинины или курицы. С рыбными шариками и кусочками мяса, — стонет Тэхен, ощущая, как тело заполняет сладкая нега предвкушения. — Тогда погнали в закусочную, — радостно восклицает Чимин, хватая обоих парней за руку и несясь к раздевалкам.       Тэхен неловко поправляет сползающую лямку рюкзака, стараясь огибать летящих мимо студентов. Вдруг напротив резко возникает Чонгук, заставляя Тэхена испуганно вскрикнуть и отскочить в сторону. Чимин кричит, чтобы тот скорее нагонял их, и скрывается за поворотом с Юнги. — Жить надоело? — недовольствует Тэхен, обращаясь к растерянному Чонгуку. Тот смущенно теребит ворот рубашки, бегая глазами из стороны в сторону. — Прости, хен. Просто я хотел отдать тебе это до того, как ты уйдешь, — набравшись смелости, бормочет младший и торопливо расстегивает свой разноцветный рюкзак, выуживая из него какой-то листок, — вот, — еще тише шепчет он, протягивая бумажку и отходя на полметра сразу, как Тэхен забирает неожиданный презент. — Что это? — интересуется он, смущенно глядя на разноцветный рисунок, смутно походящий на портрет Ноктиса, персонажа игры Final Fantasy XV. Кажется, однажды Тэхен как раз обмолвился о своей нездоровой симпатии к этому парню. Горяч, ох, как горяч... — Я нарисовал это для тебя. Жаль, не было красок. Вышло бы лучше, — алея щеками, бормочет Чонгук, все еще избегая встречи глазами.       Тэхен вдруг становится весь пунцовый, задерживая на мгновение дыхание. Черт, как же стыдно. Чонгук старался для него, вырисовывал каждую черту, каждую деталь, а Тэхен просто зажал красок. Да даже не зажал, нет, совсем не так. Он настолько сильно погряз в недовольстве и враждебном отношении, что сформировалось еще с самого открытия глаз утром, настолько зациклился на уединении, что совсем позабыл о главном – у него есть друзья. Друзья, которые не виноваты в том, что его, Тэхена, родители донельзя занятые люди. Не виноваты в том, что Тэхен сам отложил домашку на вечер, за что в последствие пришлось заплатить бессонной ночью. Никто, в конце концов, не виноват, что порою даже у лучшего ученика школы бывают выгорания. Тэхену действительно стыдно. — Спасибо большое, — улыбается он, наклоняя голову вбок, чтобы найти сияющие глаза Чонгука, — это очень круто. У тебя талант, — искренне уверяет он, еще раз рассматривая фигуру потрясного Ноктиса, выведенного яркими фломастерами.       Чонгук, кажется, краснеет пуще прежнего, бормоча что-то вроде «не благодари» и уносится прочь. Тэхен уверен, мило – его второе имя. В будущем ему обязательно стоит пригласить обаяшку Чонгука в гости, ведь вместе играть в Call of Duty куда интереснее.