Эти чёртовы глаза...

      Сладкий запах дыма и дешёвого парфюма смешались, неприятно оседая в горле. Вновь ничем не примечательный Ночной Клуб с очередным вульгарным названием. Пятница. Шиён ненавидела приходить сюда по пятницам. Больше двух часов она не просидит, но и за это короткое время успеет десятки раз сказать «нет» доставучим пьяным студентам и студенткам.       Шиён протолкнулась к дальнему столику и, устроившись на красном диванчике, подала сигнал радивому официанту. Получив виски с колой, откинулась на спинку дивана и пригубила спасительный напиток.       Шиён никогда не умела справляться со стрессом. Ночной клуб всё чаще занимал «особое» место в расписании, смещая сон на второй план. Ссоры с родителями, разногласия с друзьями, неугомонные преследователи и… Шиён грустно усмехнулась, поняв, что в список потенциальных причин добавилась и Бора.       Глоток. Шиён снова сделала то, что поклялась больше никогда не делать. Она доверилась. Сердце ныло, как заведённое шептало, что всё это ошибка, недоразумение. Шиён была и рада прислушаться, поверить, но по другую сторону весов вставали факты.       Глоток. Лечение Боры — то мог быть приказ, чтобы она, Шиён, продержалась как можно дольше. План побега… изначально обречённый на провал. Единственная причина согласия Шиён — договоренность с Намджуном. Но это дело прошлое.       Глоток. Не укладывались в голове события минувших дней. Какой смысл травить себя, при этом чуть не погибая? Заранее знать, что придёт Юхён? Нет, она точно не при чём. Намджун под машину ляжет, но докажет, что Юхён не знала об отравлении. Ну, а предсказать появление мелкой с вакциной в зубах — просто смешно. Ждать помощи было не от кого.       Именно Бора вывела их из лабиринта. Могла обмануть, заманить в ловушку. Да, Шиён тогда колебалась, но, доверившись, не просчиталась. Бора вывела их, желая оказаться как можно дальше от похитителей. Если верить словам Юбин, в действиях Боры получается полное противоречие обвинениям с её стороны. Вывод напрашивался сам.       Глоток. Шиён изначально знала, что Юбин блефует. Выдала долю правды, умело поперчив скрытой ложью. Но Шиён не врала себе — семя сомнения все-таки Юбин посадить смогла. Это и является причиной, по которой Шиён «ворошит» прошлое, пытаясь найти минимум логики в словах бывшей подруги. Шиён улыбнулась. Юбин жестоко просчиталась, пытаясь настроить Шиён против Боры, и это была не первая её ошибка. Она угрожала. И угрожала не ей. За это придется платить. Платить очень, очень дорого.       Шиён осушила стакан последним глотком и, чуть подумав, заказала ещё один. За ним ещё, и ещё. Изначально она планировала немного посидеть и, быть может, наведаться к Боре в гости — извиниться, так сказать. Но с каждым стаканом в ней прочнела вера, что Бора, вообще-то, заслужила. Умудрилась пискнуть прямо ей в губы что-то про пары у жабы, на которые ни в коем случае (!) нельзя опаздывать. Уже в институте, на одной из перемен, она улизнула (прямо перед носом!) за ближайший угол и затерялась в толпе. И это своё «мне надо подумать», равносильное отказу по причине отсутствия взаимных чувств.       — Не зря выпросил код GPS у Минджи.       Шиён подняла голову и попыталась сфокусировать взгляд на раздвоённой голове. Получалось плохо.       — Ты кто?       — Нормально.       — Н-не знаю таких.       Тэхён наконец обратил внимание на прозрачный столик. Насчитав семь пустых стаканов, он мысленно взвыл, понимая, что хуже Ли Шиён может быть лишь пьяная Ли Шиён. Крепко ухватив за подмышки, резко поднял опешившую пьянчугу. Пока оная не опомнилась, закинул лёгкое тело на плечо и понёс к выходу. Парень ожидал жёстких ударов по спине, но Шиён, на удивление, не сопротивлялась.       Еле справившись с дверью, уложил Шиён на заднее сиденье, но, никак по инерции, она резко дёрнула ногой и угодила туфлей ему прямо в челюсть, каким-то чудом не выбив ни единого зуба. Тэхён тихо выругался, прижимая руку к щеке, и, сев в машину, поехал в единственное место, откуда Шиён, возможно, не выгонят.

***

      — Бора, долго будешь притворяться овощем?!       — У меня, кажется, депрессия.       Хандон закатила глаза, всё больше убеждаясь в отсутствии здравомыслия в словах и действиях Боры. Вновь посмотрев на подругу, попыталась снова:       — Давай-ка проясним, — со вздохом добавила: — ещё раз. Ты и Шиён, допустим, сблизились, пройдя вместе через огонь и воду.       — Драматизируешь.       — Цыц! Дальше. Появляется некая Юбин, обвиняет тебя во лжи и предательстве. Хотя сама, на секундочку, таковой и является! Но! Шиён ей верит и исчезает в закате, оставив тебя со своими мыслями и терзаниями, так?       — Хандон, ты делаешь мне хуже.       — Я говорю так, как есть! Неужели не понимаешь? Она не стоит твоих нервов и терзаний. Она вообще ничего не стоит! Господи, Бора, пять дней, вы общаетесь всего пять дней, какая к чёрту любовь?!       Бора скривилась, натягивая одеяло до самой макушки. Она всё это прекрасно знает и понимает. Но ведь Хандон на самом деле понятия не имеет, через что они прошли за эти пять дней. Они узнали, что знакомы не менее шести лет. Вместе проходили через все неприятности: преследование (и плевать, что Шиён в тот день жёстко подставила, сунув Боре пистолет, она это приняла и простила), отравление, похищение. И, наконец, Шиён не бросила её, когда Бора прилично тормозила их во время побега. Обе понимали — поймают, уйти уже не удастся.       Но тогда… почему? Почему она поверила двуличной Юбин, а не Боре? Неужели для Шиён прошедшие дни ничего не значили? К чему тогда вся эта суета с признанием? Бора зажмурилась, понимая, что ещё чуть-чуть, и вновь позорно расплачется. Похоже, она слишком сильно привязалась к синеволосой фурии, отрицать это было бессмысленно.       — Ты снова хнычешь? — сбавив обороты, спросила Хандон.       Бора помотала головой, не заботясь о том, что под одеялом её действия не были видны. Хандон осторожно приоткрыла защитный кокон, являя перед собой сухие, но блестящие глаза.       — Прости, я не должна была всего этого говорить. Вижу, она тебе действительно важна. — Бора неловко кивнула, смотря в сторону. — Но… знаешь, быть может, Шиён этим вечером пришла к правильному выводу. Хоть она меня и бесит, наличие мозгов у неё признаю. Вот увидишь, она первая завтра подойдёт, чтобы извиниться.       — Завтра суббота, — пробубнила Бора.       — Ну ничего. Уверена, парочка дней разлуки пойдет вам только на пользу. Ты придёшь в себя, успокоишься и в понедельник спокойно выслушаешь её.       — Нет, Дон, до понедельника ждать слишком долго! — сокрушённо проговорила Бора. Кинула взгляд на часы и, чуть подумав, резво соскочила с кровати и направилась к шкафу, по пути снимая домашнюю футболку.       — Ты что это задумала? — Взглянув на часы, добавила: — Бора, твою мать, двенадцать ночи!       — Знаешь, Шиён, она… — Бора натянула чистую водолазку и, переодевая шорты, проговорила: — Мыслит немного иначе. Ты права, она может прийти к верному выводу, но кто знает, Дон? Я состояла в организации, которая её похитила и пытала. Мало утешающий факт, не думаешь? Я не могу спокойно сидеть и гадать, какие грехи мне приписала Шиён. — Повернувшись к Дон, Бора продолжила: — Знаешь, чего я больше всего боюсь?       — Чего?..       — Потерять её, Дон.       Не сказав больше ни слова, Бора покинула комнату. Миновав коридор, постучалась в дверь сестры и, не дожидаясь, тут же вошла.       — Прости за вторжение, но это срочно. У тебя ведь есть номер Минджи? — Юхён поражённо кивнула. — Расспрашивать не буду… пока что. Просто дай мне позвонить, это правда срочно.       Не сразу, но Юхён протянула Боре телефон с набранным номером. Ким вышла и, спустившись на первый этаж, нажала на кнопку вызова. После трёх гудков раздался голос Минджи:       — Привет, Юхён!       — Эм, привет, Минджи, это Бора. Прости, что беспокою, но ты не могла бы дать номер Тэхёна?       — О, привет. Да, конечно. Я скину тебе смс-кой.       — Хорошо, большое спасибо.       — Обращайся и… передай, пожалуйста, Юхён, что я жду завтра её звонка, хорошо?       — Оу, ладно.       — Спасибо, пока!       Бора услышала гудки и с лёгким недоумением уставилась на телефон.       «Очень интересно, — думала Бора, — надо бы провести воспитательную беседу с младшей Ким».       Бора прекрасно помнила реакцию Юхён на один только взгляд Минджи и издала тихий смешок, поняв, что у них, должно быть, это семейное.       Приход смс-ки стёр улыбку с лица, и Бора немедленно набрала пришедший номер. В этот же момент со стороны входной двери послышалась замысловатая мелодия, сливаясь с не менее замысловатыми ругательствами, что исходили из-за той же двери. Бора, не сводя с неё глаз, нажала на кнопку «отмены», и мелодия резко прекратилась. Нахмурившись, Ким медленно подошла и, взявшись за ручку, резко открыла дверь. О, лучше бы она этого не делала.       Представшая картина Боре очень не понравилась. Глаз нервно задёргался, мысли вращались со скоростью вихря, решая, что лучше сделать: размазать по стеночке или прикончить обоих прямо здесь, на месте.       Тэхён круглыми глазами таращился на Бору, крепко обнимая прильнувшую к нему Шиён. Руки синеволосой обвивали шею парня, прижимая до безобразия тесно. Слишком тесно. Бора скрипнула зубами, понимая, что ящик Пандоры скоро не выдержит. Бегите.       — Ну, долго стоять будешь или, может, впустишь?!       Бора подняла правую бровь, явно не ожидавшая такой подлости со стороны Тэхёна. Но хрюк со стороны Шиён немного поубавил пыл, сменяясь чистым недоумением. Ким отошла в сторону, пропуская парочку в гостиную, и, закрыв двери, прошла следом.       Тэхён осторожно посадил помятую Шиён на диван и, выдохнув, плюхнулся в кресло напротив. Бора во все глаза смотрела на синеволосую.       — Она пьяная, что ли?!       — Сама не видишь? — устало спросил Тэхён.       — Погоди, а с тобой-то что? Подрался?       — Ага, с ногой Шиён, — коснувшись щеки, пробурчал Тэ. — Извини, что вот так завалился, но Шиён больше некуда идти. Если она в таком состоянии появится дома — неделю не выпустят. Ко мне нельзя. Я бы её к Минджи отвёз, но она в отъезде на все выходные. Остаёшься только ты, — с этими словами парень поднялся и, напоследок глянув на Шиён, направился к двери.       — Но мне-то что с ней делать?! — в панике спросила Бора.       — Да ничего. Положи её на диван. Выпила она прилично, так что быстро уснёт. Ну всё, я пошёл.       Дверь закрылась, и Бора перевела взгляд на ту, из-за которой целый день проходила, словно в тумане. Надеялась, что Шиён придет к разумному выводу и спокойненько всё обдумает? Наивная. То самое разумное создание нажралось в хлам — получите, распишитесь.       Шиён подняла голову и, сощурившись, посмотрела на Бору. Сначала её глаза смешно расширились, она их потёрла и снова посмотрела на Ким. Неловко поднявшись на ноги, взяла Бору за плечи, заставив пошатнуться обеих.       — Бора-а. — Ким скривилась, помахав ладонью перед носом. — Я т-тебе противна, да?       Вид пьяно-обиженного лица заставил рассмеяться. Шиён нахмурилась, явно не понимая причины столь быстрой смены настроения Боры, но, увидев родную улыбку, сама улыбнулась и попыталась поймать эту улыбку губами. Бора, не ожидавшая такого манёвра, оступилась, и они обе повалились на пол с характерным глухим ударом.       — Да твою ж… Шиён!       — П-прости, — проговорила синеволосая, но вставать не спешила. Замерла напротив лица Боры, во все глаза разглядывая такие родные черты лица. Ким заметно смутилась и попыталась подняться, но замерла, услышав голос со стороны лестницы.       — Я, конечно, всё понимаю. Примирение, воссоединение и прочая чушь, но вы бы хоть до комнаты дошли! Ей-богу, детский сад, — с этими словами Дон спокойно прошла мимо замершей парочки на кухню, через несколько секунд выходя со стаканом сока. — Я переночую в комнате Юхён, доброй ночи, — бросила она и скрылась на лестнице.       Красная как рак Бора проговорила:       — Ну же, Шиён, поднимайся!       Шиён послушно поднялась, но, пошатнувшись, вновь оказалась на диване. Бора закатила глаза, помогая подняться, и осторожно повела к лестнице. Оказавшись в своей комнате, сбросила ношу на свою кровать и, чуть подумав, выудила из шкафа безразмерную футболку и спальные штаны. Положила вещи на кровать и оценивающе оглядела Шиён, надеясь, что она в состоянии всё сделать сама.       — Сама переоденешься? — Шиён активно замотала головой, смешно расставив руки в воздухе, чтобы удержаться в положении «сидя».       Бора подавила смешок, поймав себя на мысли, что такая Шиён ей определённо нравится. Подойдя ближе, принялась быстро расстегивать пуговицы белоснежной блузы, сосредотачиваясь исключительно на ней. Стянув ткань, взяла в руки футболку и быстро натянула на Шиён. Ли что-то пробурчала, явно недовольная скоростью Боры, но та не обратила внимания.       — Так. Брюки снимешь сама.       Шиён послушно встала, расстегивая непослушные пуговицы. Закончив, спустила брюки и села на кровать, ожидая следующих указаний. Бора вздохнула, напяливая на Шиён свои ночные штаны. Они оказались короткими, а ноги Шиён слишком длинными. Что ж, других не было.       Бора уложила Шиён на подушки и заботливо накрыла одеялом, укутав по самую шею. Поняв, что сама еще не переодетая, отступила к шкафу, но Шиён её удержала за руку. Бора недоуменно обернулась.       — Не уходи. Ты… очень нужна мне.       Бора лишь кивнула и, чуть смущённая, легла рядом. Осторожно убрала спадающие волосы с лица Шиён, стараясь не потревожить начавшийся сон. Поколебавшись, приподнялась и нежно поцеловала в висок, мысленно желая доброй ночи.       — Ты тоже нужна мне, Шиён. Пожалуйста, не смей больше уходить.       Усталость взяла своё, Бора закрыла глаза и начала быстро уплывать в сон. Но через некоторое время её сильнее притянули к себе и подарили ответный, но смазанный поцелуй в висок. Бора счастливо улыбнулась и наконец нырнула в манящую негу.