without me

Будь у него возможность избежать некоторых событий в прошлом, Донхёк непременно бы так и сделал. Только у него нет машины времени или ещё чего, поэтому он вынужден расхлёбывать свои ошибки сейчас. Тащить Марка по улице на собственной спине, наверное, самое сложное, что он делал за последний месяц. Старший буквально висит на нём, ногами волочась по земле. Донхёк в этот момент ненавидит себя, а не Минхёна, который вдребезг пьяный и совершенно несоображающий. Ему не нужно было в тот день останавливать машину у клуба, не нужно было помогать этому парню прийти в себя после жёсткой пьянки, и тем более не нужно было предлагать ему свою помощь. Но Донхёк не будет собой, если не сделает этого всего. Минхён в полусне говорит что-то невнятное, и младший почти падает под чужим весом. Их в таком состоянии даже таксист в машину не посадит. Джемин берёт телефон после шестого гудка, голос у него сонный и недовольный, но он хотя бы не посылает, а смиренно спрашивает адрес и обещает приехать через полчаса. Донхёк усаживает старшего прямо на бордюр, не особо заботясь о чистоте. Марку явно было плевать куда его приведёт такое состояние, раз он решил так нажраться. Он теряет равновесие, почти падая, но младший успевает поймать его раньше. - И зачем ты это делаешь? Минхён не отвечает, слепо тянется к нему, пытаясь найти опору. - Ммм… - Чего тебе?- Донхёк отталкивает его руки, и старший почти валится, но успевает подставить руки и остановить собственное тело. - Хёк… мне так плохо…- хрипит, почти шепчет, явно сорвал голос пока ловил кайф под очередным «это не зависимость». - А до этого было очень хорошо, я смотрю,- Хэчан поднимается на ноги и отходит немного назад. Марк перед ним отвратительный. Жирно поблёскивающие в свете фонаря чёрные волосы, испачканная в алкоголе одежда и разодранные джинсы. Радужка скрыта пеленой очередного трипа. Донхёк не помнит, когда в последний раз видел его трезвым или хотя бы без бутылки. - Хёёк… Из чужого рта собственное имя грязное и неправильное, хочется заехать кулаком по этим губам, чтобы стереть от них след самого себя. Донхёк сжимает кулаки и судорожно выдыхает. - Ты говорил, что больше не повториться. Марк на его слова усмехается. Его мозг явно сейчас неадекватно воспринимает поступающую информацию, и говорить с ним совершенно бесполезно, но Хэчан продолжает. Ему нужно выговориться. - Ты уже весь месяц обещаешь мне бросить и перестать себя губить!- он ловит себя на том, что с каждым словом повышает тон, но не может остановиться.- Ты, блять, поклялся мне, что возьмёшь себя в руки и найдёшь нормальную работу! Я не могу больше прикрывать тебя и оттирать твой зад после очередного провала! - Нда, а ты говорил, что он в первый раз за этот месяц так,- Джемин стоит у открытой водительской двери, не решаясь подходить ближе. Донхёк оборачивается и чувствует, как проебался. Как можно было не услышать звук подъезжающей машины. - Помоги мне затащить его в машину, пожалуйста. - И под чем он на этот раз?- Джемин подает кружку с чаем и устраивается напротив. - Не знаю, бармен сказал, что даже не заметил, когда он успел укуриться в усмерть,- Хёк делает небольшой глоток, сразу же чувствуя привкус ягод и каких-то трав. - А где Рен и Джено? - Они сегодня задерживаются,- На пожимает плечами.- У нас горят дедлайны, но мы делаем вид, что всё хорошо. - Наверное, круто быть разработчиком игр,- Донхёк усмехается. - Не тогда, когда месячную работу нужно выполнить за два дня. Ли кивает. Сам прекрасно знает, что значит горящие сроки. К концу этого месяца ему нужно выпустить хотя бы сингл, не то что мини-альбом. А текстов нет, мелодии выходят до жути одинаковыми и неправильными. Ему кажется, что горит не календарь, а он сам. Заживо. На очень медленном огне. Минхён ворочается на диване в гостиной, и этот шум слышно даже через стенку. Донхёк корчиться, стараясь не думать о том, что он уже третий раз за неделю приводит его хотя бы куда-нибудь в таком состоянии. - Прости, что вырвал среди ночи,- просит он, не решаясь смотреть на Джемина. - Спасибо, но всё равно не спал,- На пожимает плечами.- Не могу уснуть без них. - М, и…- Донхёк замолкает, не решаясь задать вопрос. - Нормально ли мне с ними? Ты об этом хочешь спросить? Ли кивает. - Ну, нас трое в отношениях, но это не значит, что мы делим друг друга, типа сегодня с тобой, а завтра с тобой,- Джемин усмехается.- Нам комфортно втроём и пока никто не жалуется. Донхёк не знает что ему следует сказать. Он чувствует небольшую зависть, потому что эти трое вместе. Отношения, которые в обществе не принимаются, а они живут, и очень даже счастливо. Не то что Донхёк и его личная катастрофа, которые вроде бы пара, по количеству общественно-принимаемы, но совершенно несчастливые. - Донхёк?- Джемин выдёргивает его из мыслей, осторожно касается его руки и смотрит так внимательно и заботливо, что у Ли в груди что-то сводит и ныть начинает. Он качает головой, отворачиваясь от чужого взгляда, чувствуя как по щекам течёт тёплое и солёное. Минхёна утром приходится оставить в доме Джемина. На просто пожимает плечами, говоря, что если что, за ним присмотрят. Донхёк слабо улыбается, тянет очередное спасибо и выбегает в подъезд, когда таксист ставит счётчик. В компании утром никого нет. Охранник пропускает его без слов, одаривая нечитаемым взглядом. Хэчан кивает в приветствии, а после скрывается за дверью своей маленький студии. Он сам обустраивал её: тёмные стены, несколько видов освещения, диван и кресла, чтобы, если понадобится, оставаться здесь на ночь. Обычно Донхёк так и делал, но после появления Минхёна, каждую ночь он ехал за старшим в клуб. На столе раскиданы листы бумаги, скомканные и нет, разорванные и целые. Хэчан не хочет признавать то, что у него творческий кризис, но затишье длиться уже второй месяц, и ему правда нужно хоть что-нибудь написать. Он валится на диван, встречаясь с собственным отражением на потолке. И кто его надоумил разместить зеркало там? Потому что смотреть на себя, уставшего, беспомощного и потерянного вовсе не хочется. Он замечает, как засыпает, а просыпается уже от раздражающей трели телефона. Он вслепую находит его где-то на полу, явно вывалился из кармана, и отвечает на звонок. - Да? - Хёк?- Ренджун звучит немного обеспокоенно.- Слушай, тут такое дело... Хэчан успевает принять сидячее положение, прежде чем Хуан продолжает: - Марк ушёл пару часов назад, мы даже не заметили когда,- тон у него извиняющийся,- проснулись, а его уже не было. Он не брал трубку, и я решил, что ты должен это знать. Донхёк кивает, и только после понимает, что его не видят. - Да, хорошо, я тебя понял,- он трёт переносицу, устало вздыхая.- Спасибо, что предупредил. - Да не за что. Слушай,- тянет Ренджун,- у тебя всё в порядке? Джемин сказал, что с тобой что-то не то. Да и тон у тебя уставший. Ли думает, что уж больно они много вмешиваются в его жизнь, но решает быть более мягким. В конце концов эти трое всегда вытаскивают его из пиздеца, в который он может по случайности попасть. - Я в порядке, просто не высыпаюсь. Вот только проснулся от твоего звонка,- объясняет он, надеясь, что дальнейших вопросов не последует. Ренджун, видимо, читает его мысли. Скомкано прощается и желает хорошего дня, на последок добавляя, что им всем не помешало бы встретиться и прогуляться. Донхёк ничего не успевает сказать, звонок обрывается. Он думает, что да, встретиться им бы не помешало, но когда? Да и будет ли у него вообще возможность? Он откидывается на спинку дивана и прикрывает глаза. По правде, он понятия не имеет где искать старшего, да и есть ли смысл делать это? Марк ясно даёт понять, что ему нравится то, что с ним происходит. Донхёк думает, что когда вытаскивал его из долгов и дна, в котором Минхён оказался, тот был совершенно другим. Сломленным и явно желающим умереть где-нибудь в подворотне под кайфом. Только вот это никак не лёгкая смерть. Донхёк сидит за пустым листом ещё несколько часов, устало глядя на постер на стене. "everything will be ok". Почему-то это "оk" совершенно не чувствуется. Он закрывает крышку давно погасшего ноутбука и откидывается на спинку стула. Отражение смотрит на него сквозь черноту мешков и лёгкое безразличие. Он понимает, что за последнее время сильно запустил себя, но сил собраться нет. Джемин ещё ночью сказал, что ему нужно привести себя в порядок, ведь не может же певец так жалко выглядеть, но Донхёк доказывает обратное. Может. Сильные образы, созданные им на сцене, это всего лишь выдумка. Реальный Донхёк, который скрывается за харизматичным Хэчаном, всего лишь уставший парень, когда-то бросивший учёбу ради музыки. И вот он здесь, сотканный из клише и додуманный фанатами, надеется, что телефон вырубился, и Марк не сможет до него дозвониться ближайшую вечность. Но Марк и не пытается. Донхёк возвращается в тёмную квартиру и тут же бросается включать везде свет. Старшего ожидаемо нигде нет, но сейчас в доме хотя бы не так мрачно и угнетающе. На их общей кровати раскиданы вещи, и это значит, что старший домой возвращался. Даже в таком состоянии он успевает подумать о том, что нужно переодеться. Грязная одежда некрасивой грудой сваливается на полу. Хэчан находит провод от зарядки и на некоторое время выпадает из реальности, ожидая пока телефон включится. Три сообщения от Ренждуна, где он желает хорошего дня и спрашивает, поел ли он или ему привести еды, Джено, просящий ответить Рену, и ничего от Марка. Донхёк оставляет сообщения непрочитанными, откладывая телефон на стол, и случайно проводит взглядом по зеркалу на столике. Джемин прав. Ему нужно взять себя в руки. Чистых полотенец у него нет, потому что Марк никогда не занимается стиркой, а Хёк сейчас не в состоянии даже приготовить себе еды. Он решает обойтись тем, что можно лечь спать и мокрым, как бы неприятно это не было. Донхёк проводит по мокрым волосам рукой, когда незапертая дверь ванной резко распахивается и в неё вваливается тело. Он узнаёт Марка, но тот предупреждающе вытягивает руку и тут же блюёт на кафельный пол. Донхёк в ужасе отступает назад. - О, Хёки...- старший тянется к нему, но гравитация тащит его тело вниз, и он падает на собственную блевотину, пачкая себя. Младший смотрит за тщетными попытками Марка встать: тот скользит в воняющей луже и полностью измазывает себя в рвоте. - Хёкиии,- Марк пьяно улыбается, обнажая слегка пожелтевшие зубы.- Не мог бы то помочь мне встать? Пожааалуйстааа... Он вновь теряет равновесие, и грудью падает на рвоту. Донхёка мутит. Он хочет отвернуться, выйти из комнаты и оставить всё так, но послушно помогает старшему встать. Марк улыбается. Расширенные зрачки явно с трудом фокусируются на чём-либо, он, почувствовав чужое тепло, тут же носом утыкается в щеку младшего. - Хёки, ты такой красивый. Тебе когда-нибудь говорили, насколько ты красивый без одежды? Донхёк вздрагивает, когда старший прижимается к его полуобнажённому вымытому телу испачканной футболкой. Холодное и липкое отпечатывается на коже. Это слишком мерзко. Донхёк еле сдерживает порывы вырвать. - Тебе нужно переодеться... - О, это мы можем,- Марк хихикает и отталкивается от него. Его футболка медленно отлипает от чужой кожи. В зеркале Донхёк видит себя испачканного в блевотно-жёлтом. Марк стягивает с себя футболку непослушными руками и кидает её на пол, отстёгивает ширинку джинс и приспускает их. - Ну что? Как насчёт отсосать мне? Донхёк давится воздухом. - Прости? - Ты же этого хотел? Хотел отсосать мне? - Нет, я... - Хёки, не тяни... я хочу, чтобы ты отсосал мне! Младший поднимает на него взгляд. Грязный, явно обкуренный, он слишком возбуждён для своего обычного состояния. - Марк, что ты употреблял? - А? - Какой наркотик, Марк? - Котик, какие наркотики?- старший вновь подходит к нему, притягивая к себе, и смеётся с собственной шутки. У Донхёка остаются крохи гордости, и он отстраняется. - Это метамфетамин, Марк? - Мета... что? Донхёк качает головой. Он не будет с ним говорить. Не сейчас, не когда Марк в таком состоянии. - Котик, я кристально чист,- Марк делает ещё шаг к нему, разводя руками, но младший решает, что на сегодня с него хватит. Он быстрыми шагами пересекает ванную и выходит в коридор. Там темно, хотя он точно помнит, что оставлял свет включенным, но не обращая на это внимание, он идёт на кухню, тут же подхватывая со стола салфетки. Если чужая блевотина задержится на его коже ещё хоть на секунду, он сорвётся. Он быстрыми движениями оттирает себя и протирает кожу мокрой салфеткой. В ванной комнате шумит душ, Марк завывает какую-то песню, и Донхёк с ужасом узнаёт свой текст. - Боже, заткнись, Марк, заткнись... Донхёку неприятно уходить из собственной же квартиры, но он понимает, что не вытерпит там и минуты вместе Марком в таком состоянии. Он набивает спортивную сумку сменной одеждой, которая кажется ему среди всей остальной относительно чистой, и ему правда неловко, но набирает номер Джемина. - Хёк? Голос у На обеспокоенный, но бодрый для двух часов ночи. - Забери меня, пожалуйста,- Донхёк чувствует, что почти срывается на плач: голос дрожит, и он еле разбирает дорогу сквозь пелену слёз. - Жди в парке,- и сбрасывает. Донхёк идёт к ближайшему к его дому парку и занимает скамейку у самого выхода. Несмотря на лето, вечером заметно холодает и он жалеет, что не надел что-нибудь тёплое. Джемин оказывается умнее его. Его машина подъезжает через двадцать минут, и он вылетает из пассажирского сиденья, держа в руках бомбер с эмблемой их новой игры. Донхёк кутается в тепло и прижимается к чужому телу. Джемин обнимает осторожно, гладит его спину и ничего не говорит. Ренджун к их приезду накрывает стол, и Ли почти плачет от того, как старший смотрит на него. Он чувствует, как Джено за ним качает головой, и Хуан тут же приветливо улыбается, взгляд его меняется вслед за выражением лица. Донхёк всегда поражался способности этого парня так искусно прятать свои эмоции. - Донхёк! Они устраиваются на кухне, и Ли понимает, что его уже ждали. Четыре кружки с разными горячими напитками, среди которых горячий шоколад. Они ничего не спрашивают, рассказывают о завале на работе и что из-за этого не спят уже третий или может пятый день. Ренджун радуется возможности наконец-то встретиться с ним, поэтому просит Джено и Джемина убрать со стола, тут же утаскивая Донхёка в комнату. - Нана сказал, что ты вчера ночевал у нас. - Ага. Хуан усаживает его на кровать, сам забирается на неё с ногами и смотрит так, словно знает о нём совершенно всё. Донхёк не удивиться, если это так и будет. Как бы близок он не был с Джемином, только этот худой и незаурядный мальчик из далёкого Китая по-настоящему понимал его. У людей со схожей болью схожи мысли. - С тобой всё в порядке?- спрашивает осторожно, нежно касаясь пальцами чужих ладоней. Ли поднимает на него взгляд, и ему даже говорить ничего не нужно, чтобы Ренджун его понял. Тот горько улыбается и тянет его к себе, сжимая в объятиях своими тонкими руками художника. Донхёку всегда казалось, что тяжелее листа бумаги они никогда не поднимали, но за изящностью кроется сила, и младший знает, как много тяжкого труда перенесли эти руки. Донхёк просыпается от того, что ему жарко. Он чувствует на своём теле чужие руки и пару секунд пытается сообразить, где он. Джемин шумно выдыхает ему шею и убирает свою руку с его талии. - Прекрати елозить, всю ночь не давал спать. - Мм, сколько время? Донхёк замечает за Ренджуном Джено, слепо шарящего по тумбе у кровати в поисках телефона. Рен не обращает внимания на шум, крепче обнимает Хёка и продолжает по-детски посапывать. - Блять,- Джено резко садится. - М? - Блять, блять, блять, Ренджун просыпайся!- Джено вскакивает с кровати, тут же начиная метаться по комнате. - Джено?- Рен медленно отлипает от донхёкова плеча, сонна морщась. - Мы проспали презентацию! - Что?!- Джемин почти падает с кровати, путаясь в концах одеяла, но в последний момент находит равновесие и присоединяется к Ли. Донхёк садится, помогает Ренджуну проснуться и сесть. Хуан даже не пытается что-либо предпринимать. Джено кидает в них одежду, параллельно натягивая джинсы. - Ренджун! - Мм? Джемин натягивает на себя футболку и бросается к нему, тут же помогая одеться. - Малыш, уж вот ты никак не можешь пропустить презентацию! Донхёк удивляется тому, насколько же эти трое разные. Ренджун разлепляет глаза и смотрит на Джемина внимательно и осознанно. - Вот именно, Джемин, я никак не мог пропустит презентацию. Они замирает на долю секунды, поражённые тоном китайца: спокойный и холодный. Донхёк ловит себя на мысли, что давно не слышал его голос таким. - Ренджун? - Презентацию перенесли. На следующее воскресенье. Какие-то недоработки у команды звука. У нас ещё есть неделя. Джемин немного отодвигается от старшего. - Ты серьёзно? Не сегодня? Хуан качает головой. Джено усмехается и подходит к ним. - Через неделю? - Ага. - И ты говоришь об этом только сейчас? Ренджун поднимает на него глаза и тут оказывается прижатым к кровати под чужим весом. Они начинают метаться по кровати и щекотать друг друга, и Донхёк даже не понимает, когда его успели в это втянуть. Они бьются подушками, играючи толкаются, а после уставшие просто лежат, позволяя себе насладиться этим. - В следующий раз, будь добр, предупреждать нас,- просит Джено, утыкаясь лицом в ренджуново плечо. - А я предупреждал,- тянет старший и прикрывает глаза, прислушиваясь в мерной тишине. Донхёк лежит между Джемином и Джено. Ему непривычно тепло и уютно, а ещё от чего-то слёзы собираются на уголках глаз. Он быстро смаргивает их, надеясь что никто не увидит, но Джемин замечает и обнимает крепче. Донхёк возвращается в свою квартиру только через два дня. Всё это время ребята комфортили его и позволяли жить у себя. Ли готов был бы всё отдать, лишь бы оставаться в доме друзей вечно: там всегда тепло, светло и безопасно. Джемин баловал его разной домашней едой в стиле фьюжен ( кто бы мог подумать, что корейско-китайско-американская еда будет настолько вкусной), Джено с ним гонял в приставку, а Ренджун привычно был рядом и дарил чувство безопасности. Они втроём, наконец-то освобождённые от дедлайна, могли позволить себе немного отдохнуть, и Донхёк, будучи очень хорошим человеком и другом, не мог им мешать проводить своё время наедине. Чего Донхёк вот никак не ожидал, так это Марка, приветливо встречающего его в коридоре. - Хёки! Старший кидается к нему с объятиями, целует в щёки, и Донхёк, ошарашенный, позволяет ему всё это делать. - Мы так давно не виделись, я тут прибрался дома, постирал,- Марк забирает у него спортивную сумку и тащит на кухню.- Ты в студии пропадал? Как продвигаются дела с альбомом? Видел несколько твоих фанатов рядом со студией, когда оставлял тебе еды. Донхёк вспоминает, что последний раз он приносил ему что-то поесть месяц назад, и после этого Марк вновь кинулся в эксперименты с наркотиками, но решает не говорить об этом. Он садится за стол и следит за тем, как старший начинает носиться по кухне, расставляя на столе тарелки с какими-то блюдами. Марк никогда не готовил. На первом же их свидании у Донхёка дома он сказал, что единственное, что он может приготовить - это поджаренную яичницу. Они назвали это углями. - Я тут о многом подумал и решил, что стоит хоть что-то изменить в своей жизни, поэтому теперь я учусь готовить. Младший кивает, разглядывая китайскую кухню на столе. - Это?- он указывает на лапшу в одной из тарелок. - Пад тай. Тэн сказал, это очень вкусно. Донхёк усмехается. Мяньтяо, который готовят у них в соседнем доме, он не спутает ни с чем. - А как ты это готовил? - А? - Как готовил, говорю,- Донхёк берёт палочки и поддевает лапшу. - Набил в гугле первый попавшийся рецепт и сделал. Получилось вроде сносно,- Марк садится напротив.- Кстатиии, Тэн снова открывает выставку.... Донхёк перестаёт его слушать. Так неумело переводить тему может только Марк. Донхёк знает его достаточно, чтобы понимать, что старший что-то сделал или собирается сделать. Они спокойно ужинают за какими-то бесполезными разговорами, Донхёк больше не задаёт вопросов о том, как это было приготовлено, слушает в пол-уха и упускает момент, когда Марк начинает мыть посуду. Причину такого поведения старшего Донхёк понимает только через несколько дней в студии. Они с Тэёном заказывают доставку и случайно указывают оплату наличкой, но когда приезжает курьер, Донхёк достаёт кошелёк и, удивлённый, смотрит на долларовую купюру. Он был точно уверен в том, что в начале недели там было больше. - Что-то не так? - спрашивает доставщик, в ожидании приподнимая брови. - А?- Донхёк отмирает и переводит на него взгляд.- Не могли бы вы немного подождать? Я, кажется, взял не тот кошелёк. Он бросается на третий этаж в студию и в смущении просит Тэёна одолжить немного наличных. - Ну как дела у моего самого крутого друга?- Джемин, имеющий разрешения на вход в их компанию, ураганом влетает в его студию по среди обеда, тут же начиная доставать еду из пакетов. Донхёк даже не удивляется, замечая их домашнюю посуду. - Неплохо,- он пожимает плечами и пересаживается на диван, где Джемин уже устроил ресторан домашней кухни. - О, я уверен, что будет ещё лучше,- На распаковывает контейнеры, из которых разносится приятный запах, и хватается за палочки. - Это ещё почему?- Донхёк принимается за еду. - Нуу, одна команда разработчиков одной очень клевой игры осталась без своего начальника и нескольких сотрудников, поэтомууу... Ренджун принял их в свою команду, а это означает, что и их работа переходит к нам... И воооот... Мы запускаем новую игру через два месяца и нам нужны игровые темы,- Джемин играет бровями,- смекаешь? - Не совсем. - Ну, Ренджун, как один из руководителей проекта, вставил пару слов о том, что есть у него один друг, занимающийся музыкой,- Джемин загадочно улыбается.- Он предложил нашим послушать пару песен, и! Им всё понравилось! Поэтому! Ты будешь исполнять главную тему нашей игры! Донхёк замирает, прежде чем понимает, что это значит. - Ты серьёзно? - Ага,- Джемин кивает болванчиком и улыбается, поедая лапшу. - Но... но... мне же нужно написать песню,- Донхёк опускает палочки, смотря на друга. - Не парся с этим, они пригласили ещё нескольких крутых композиторов, нам нужен только твой ангельский голос,- подмигивает Джемин. Донхёк ловит настроение друга и кидается к нему с объятиями. Месяц пролетает незаметно. Донхёк занят своим новым альбомом, и в особенности песней для игры. Его лейбл решает, что к выпуску игры, у Хэчана должен выйти новый миник, а следовательно, работы становится больше. Он знакомится с десятком людей, проводит всё время в студии и записывается. В один из дней Ренджун забирает его к себе в компанию, и они подробно говорят о будущем саундтреке. Выясняется, что песня не будет одна, и что последние приготовления почти закончены, осталась только запись голоса. Донхёк теряется среди всей суеты, приезжает домой только чтобы умыться и переодеться, даже не обращая внимание на отсутствие Марка, пропадает на фотосессиях, на предзаписях шоу, и полностью наслаждается своей жизнью. Месяца затишья заставили его понять, как же сильно он скучал по всему этому. Они продумывают клип, локации, и в итоге он уезжает на пару дней в Париж, где тратит все свои силы на съёмки. О существовании Марка он вспоминает только добравшись до отеля. Он не пользовался телефоном несколько дней из-за загруженности, и тот, разрядившийся, так и лежал на столе в гостиничном номере. Марк ему звонил. За последние два дня почти сотню раз. Донхёк среди пропущенных находит пару непрочитанных сообщений от Джемина, Ренджуна и Джено. Они желают ему удачи в Париже, Джемин закидывает его фотографиями процесса работы над саундом игры, Джено просит следить за своим здоровьем, но последнее сообщение Ренджуна удивляет сильнее. "Марк в больнице, я думаю, ты должен знать". Он набирает номер китайца и проклинает ебучий роуминг. Ренджун берёт не сразу, голос у него немного уставший, на фоне чьи-то разговоры и шум, а после хлопает дверь и становится тихо. - Ренджун? - Его увезли позавчера. Передозировка чем-то. Какой-то парень позвонил в скорую из твоего дома. - Он хоть жив? Ренджун выдыхает. - Оклемается, что с него будет... - Джун? - Я вчера был у тебя дома, Хёк. Донхёк задерживает дыхание. Перед ним ночной Париж в огнях уличных фонарей. Он только вернулся со съёмок видео-клипа на его новую песню, и у него болит всё от усталости и нагрузок. В его номере тихо и очень светло, словно под софитами, и здесь хочется остаться. Скоро он выпустит новый мини-альбом и начнёт продвижение, и скоро выйдут его саундтреки к новой компьютерной игре, над которой работали и его друзья. Донхёк здесь, в Париже, и ему не хватает воздуха. - Донхёк? - Я здесь. Он судорожно вдыхает. - Что он сделал с домом? - Ну,- Ли его не видит, но знает, что сейчас Ренджун сжимает переносицу,- стены целы, и соседи всё-таки решили не писать заявление в полицию, но там ничего не осталось, Хёк. Совсем ничего. Донхёк всхлипывает. В его квартире не было ничего ценного, но это был его дом. Который он обустраивал вместе с Марком. Они вместе выбирали мебель, картины, покупали шкафы и кровати. - Я решил, что стоит всё проверить, поэтому съездил и в загородный дом тоже,- продолжает Ренджун.- Там всё в порядке. Я на всякий случай попросил охранника никого не впускать без твоего или моего разрешения. Донхёк кивает. Он не уверен, что может сейчас говорить, потому что он не чувствует собственного голоса, а только что-то пустое в груди. Ему не хватает Ренджуна рядом, не хватает воздуха и не хватает света. Компания сообщает, что его квартира была ограблена, и вскоре по всем новостям говорят о том, что известного певца Хэчана ограбил его собственный парень. В аэропорту его встречает Джено, который тут же утаскивает его от толпы фанатов, ожидающих его только следующим рейсом, но уже собравшихся в холле, и они умудряются уйти незамеченными, и Донхёк благодарен всем богам, что в последний момент решил лететь отдельно от стаффа рейсом раньше. Ренджуна и Джемина в машине не находится, и Джено немного виновато объясняет: - Их не отпустили. У нас в самом разгаре выход игры. Донхёк кивает, забрасывает сумки с вещами на заднее сиденье, и они уезжают в город. Джено ничего не говорит, и Донхёк, пролетевший полмира отключённый от всего, запускает радио, и как на зло первой же песней оказывается его предпоследний релиз. Песня о любви к лучшему другу и о том, как она обманчива. Ренджун, послушав песню, долго молчал, и Донхёк до сих пор помнит его реакцию: - Это песня про Джонни? Песня и правда оказывается про Джонни Со, который проездом в их городе и который на целый месяц задержался в тесной квартирке Донхёка. Ли никогда ещё не чувствовал себя таким живым, таким влюблённым и окрылённым. Но только по истечению месяца Джонни улетел в солнечный Тайланд, где танцующий мальчик с цифрой в сокращённым имени ждал его возвращения. Тот самый Тэн, который открыл в их городе новую выставку. Джено кидает на него взгляд, но решает промолчать, когда Донхёк переключает радио. Джемин выбегает из здания их компании и тут же гребёт его в свои объятия, и Донхёк прижимается к нему ближе. От него пахнет любимым освежителем Ренджуна, и хочется спрятаться в этом запахе, окутаться в него и больше никогда не видится с людьми. - Ренджун сейчас на совещании, последние подготовки документации и презентации, сам понимаешь, на это уходит много времени,- Джемин ставит перед ним и Джено тарелку с быстрым рамёном и подаёт палочки.- Последнее время он снова не спит. Главный за эту игру уволился в том месяце, помнишь, я говорил, и теперь большую часть работы свалили на Джуни, и кто бы мог подумать о том, что тот парень ничего не делал, свешивая всё на младший состав. Донхёк не торопится есть, разглядывает столовую игровой компании, и думает, что неплохо было бы сделать в их студии что-нибудь подобное: высокие потолки, живая изгородь отделяющая зоны приёма пищи, раздачи, комнат отдыха, настольных игр и очень, очень много растений. - Если мы продолжим работать в том же темпе и всё будет нормально, планируется выпустить игру с твоими песнями в конце этого месяца,- Джемин наконец-то садится на своё место и берётся за палочки. - Угу,- Донхёк помешивает лапшу, и что-то в этом действии есть успокаивающее, что он зависает, пока Джено осторожно не касается его плеча. - Ты в порядке? - А? Да, просто устал,- Хёк улыбается, но чувствует, что этой улыбке никто не верит. - Как дела в Париже?- переводит тему Джемин. - Закончили съёмку клипа, монтаж должны закончить к концу этой недели. - Уверен, клип будет хорошим, читал про эту производственную компанию,- кивает Джено. Кабинет, где сидят разработчики и в котором работают Джено, Джемин и Ренджун, находится на седьмом этаже. Джемин тут же тащит их к своим столикам, не обращая внимание на скопление столов вокруг. Донхёк судорожно оглядывается, пытаясь не врезаться во что-либо: несколько рядов столов, заваленных личными вещами и бумагами, у стен полки с моделями персонажей, на свободных частях множество постеров их игр. Творческая атмосфера чувствуется даже в том, как украшены растения. В середине зала импровизированная зона отдыха, где свалены пуфики, подушки, стоят несколько диванов, журнальные столики и настольные игры. Она окружена полками, в которых книги, журналы, и всякие безделушки, которые Донхёк не может разглядеть. В самом конце кабинет Ренджуна, как Ли понимает, а столы Джено и Джемина ближе всего в стеклянным стенам. Стол На так и кричит о том, кто его хозяин, и Донхёк даже не удивляется, когда видит на нём множество стикеров, наклеек, фотографий, фигурок и бумаг. Джемин всегда был как ураган, и его стол напоминал его самого. - Ренджуна не будет ещё фиг знает сколько, а без него мы никуда не поедем,- На разваливается на свой стул,- поэтому можешь чувствовать себя здесь, как дома. Джено садится за свой стол, где чисто и прибрано, всего пару стикеров и несколько их фотографий. На верхней полке множество дисков с играми и несколько игровых фигурок. Он, заметив взгляд Донхёка, направленный на них, берёт одну в руки: - Ренджун рисовал этих персонажей,- объясняет он, протягивая её Донхёку. - Там есть зона для отдыха,- Джемин кивает в середину зала,- можешь занять там себя чем-нибудь, пока мы заканчиваем с моделированием новых полигонных сеток для следующего обновления игры. - Ага, тебе заканчивать сетки,- Джено запускает свой компьютер,- а я проверю сценарии, Рен говорил, что нужно настроить геймплей. Донхёк даже на наличие знакомых слов не понимает сути их работы и решает, что может позаботиться о себе самостоятельно. Его и так тепло приняли и пустили к себе на работу. Не может же он их отвлекать и дальше. Зона отдыха довольно большая, и Донхёк какое-то время разглядывает книги на полках и, не находя ничего знакомого, берёт "игру разума", тут же занимая свободный пуф. Эта часть никак не изолирована, границами здесь служат полки и диваны, поэтому звукоизоляции никакой нет. Но рабочий шум никак не мешает сосредоточиться на книге, и спустя какое-то время Донхёк просит у Джено бумагу и ручку, достаёт наушники, подключаясь к телефону и погружается в музыку. Отвлекает его чья-то рука, касающаяся его плеча. Он стягивает наушники, поворачиваясь, и замечает Ренджуна. - Давно тут сидишь? Донхёк оглядывается, пытаясь найти Джено или Джемина, но ожидаемо их не замечает. - Может пару часов? Я не следил за временем. Хуан садится на соседний пуф: в руках у него бумажные папки, до отказа набитые эскизами, пенал, в котором, Донхёк уверен, флешки и несколько карандашей, и скетчбук, без которого старший никуда не ходит. Он немного устало улыбается, чуть не роняя пенал, пока устраивается удобнее. - Рабочий день заканчивается в пять, но у Джено и Нана есть работа, которую нужно закончить уже сегодня. К тому же, раз уж ты здесь, как насчёт того чтобы глянуть на бета-версию игры и послушать, как свели твои песни? Донхёк пожимает плечами. Музыка была для него привычной, за то время, что они записывали саундтреки, он успел заметить все мелкие детали песен. А на тест игры его приглашают впервые. - Почему бы и нет? Про разворованную квартиру никто не говорит, и Донхёк очень за это благодарен. Они теряются в кабинетах для тестирования игр ещё на несколько часов, и Ренджун увлечённо рассказывает, как они всё это подготавливают для выпуска. Донхёк ожидаемо проигрывает несколько раундов, и Ренджун быстрее уводит его к другой игре. Ближе к 8 они спускаются на парковку, где Джено и Джемин стояли у машины и о чём-то переговаривались. - О!- Джемин тут же меняется в лице, начиная улыбаться.- А мы как раз обсуждали, что поесть на ужин. - Поздний ужин,- поправляет Джено. - Можно заехать в китайский ресторанчик в двух кварталах от нас, взять что-нибудь там, и поехать домой. Как насчёт вечера кино? - Отвезите меня в квартиру,- тихо просит Донхёк, и все словно одновременно перестают дышать. - Ладно,- Ренджун кивает, хватая его под руку.- Быстро в машину, я за руль. Ехать в тишине непривычно, учитывая неугомонный характер Джемина, но Донхёк думает, что На решил не шуметь, чтобы не дать ему совсем расклеиться. Многоэтажка Донхёка снаружи выглядит привычно. Он быстро находит окна своей квартиры и замечает, что штор на них нет. Ренджун становится рядом и берёт его за руку, тут же замечая, куда направлен чужой взгляд. - Через день после ограбления приходили агент и страховщики. Они сказали поменять замки, и я подумал, что это будет верным решением. Он достаёт из рюкзака новую связку и протягивает Донхёку. - Марка выписали на следующий день, и я решил не затягивать со сменой замков. Ли кивает и уверенно подходит к подъездной двери. Кодовый замок привычно щёлкает и дверь открывается. Притихший Джемин всю поездку в лифте жмётся к Джено, и на лице у него странное выражение лица, которое Донхёк понять не в силах. Он и так весь день притворялся, что всё хорошо и ничего не произошло. Пришло время взять на себя груз реальности, которую Ренджун нёс за него. Дверь собственной квартиры кажется ему чужой, но ключ идеально подходит для неё. Донхёк задерживает руку на ручке, и Хуан ободряюще кивает. Коридор пустой и тёмный, уличный свет не достигает этого этажа. Ценной в этой квартире была только техника и немного одежды, которую он покупал с показов. Сейчас же окрашенные в белый стены слишком резали глаза белизной и отчётливой грязью. Донхёк сам украшал это место. Три комнаты, кухня и ванная. - Ты говорил, что здесь совсем ничего не осталось,- говорит он Ренджуну, когда заканчивает обходить комнаты. - Если ты считаешь груду мусора чем-то, то это твоё дело,- старший пожимает плечами.- Как только сменили замки, я заказал клининг, и они сделали небольшую уборку. Поломанную мебель, которую он не смог продать, пришлось выбросить. Донхёк усмехается с того, как парень избегает имени "Марк", пряча его за местоимением. Как бы они не пытались от него отгородиться, Марк совершенно реален, и явно пытался вернуться в квартиру. - Кто-нибудь ещё здесь был? Кроме нас. - Охранник сказал, что Марк приходил после выписки и даже требовал выдать ему новые ключи,- объясняет Джено,- но Ренджун не оставлял копию никому, и держал оба комплекта у нас дома. Донхёк кивает. Он не уверен, что чувствует грусть или злость. В конце следующей недели он выпускает альбом, и менеджер ещё в Париже ознакомил его с расписанием: шоу, радио, интервью. Статьи об ограблении его квартиры в какой-то степени помогли продвинуть его предстоящий альбом. - Могу я немного пожить у вас?